Зеркальный коридор

Майкрофт вышел на улицу, закрывая за собой черную лакированную дверь. Небосвод окрасился розово-оранжевыми красками. Облака причудливым узором из кучевых шарообразных клочков ваты и продолговатых толстых полос висели над крышами домов. Свежий воздух, наполненный озоном, дарили улицам Лондона легкость и свободу. Жители города возвращались домой. Мимо ехали красные автобусы и такси. Группа туристов бодрым шагом шла к экскурсионному автобусу. Молодые парни курили возле передвижной кофейни. Майкрофт задумчиво посмотрел на компанию ребят в мешковатых толстовках с фотопринтами рок-групп, которые громко болтали на свои темы и выдыхали табачный дым. На вид старшеклассники. Тот, что в яркой кепке с торчащим козырком из-под капюшона, наверняка стащил пачку дорогих сигарет у отца и на радостях поделился с друзьями. Майкрофт покинул квартиру младшего брата под предлогом важного звонка, хотя, на самом деле, очень сильно захотел курить. Слишком насыщенный событиями день. Очень много нежданных поводов для волнения в рабочее и внерабочее время. Политик вздохнул, перевесил зонт на противоположную руку и вытащил свой любимый «Parlament». В тот миг, когда Майкрофт достал одну сигарету и поднес ее к губам, возле его лица неожиданно вспыхнул огонек. Подошедшая к нему Вайолет уверенно протянула руку с зажигалкой и чиркнула колёсико.

— Спасибо, мисс Эддерли. Не знал, что вы курите, — смутился Майкрофт. Он не любил у женщин эту привычку, но не стал этого показывать. Поэтому любезно прикурил и выдохнул в сторону.

— Пожалуйста, мистер Холмс. А я и не курю, — убрала зажигалку Вайолет, — Люблю зажигать аромасвечи перед сном. Успокаивает нервы.

— У каждого свой метод релаксации, но их объединяет пламя, — философствовал Майкрофт. Тело постепенно расслаблялось с каждой затяжкой. Однако, Холмс-старший понимал, что женщинам не всегда нравится запах сигарет, поэтому отводил руку с сигаретой в сторону и отворачивался при выдохе. Младшая Эддерли стояла рядом и ждала, когда проедет свободное такси. Правая нога, обтянутая черной кожей ботинка, нетерпеливо притоптывала на месте.

— Может, вас все-таки подвезти? — предложил Майкрофт.

— Не очень хочу возвращаться в отель, — закатила глаза Вайолет, — Но сегодня званый ужин и мне надо собраться.

— Вы тоже приглашены? — с напускным равнодушием спросил Майкрофт в светской манере поддержания разговор. А в глубине души обрадовался.

— Да. Как представитель посольства, — хохотнула Вайолет, — Самой весело, если честно. Если бы все знали, что к чему...

— Кроме меня и Шерлока никто ничего не знает и не узнает, — уверил Майкрофт. Вайолет улыбнулась в ответ.

— Погодите. Если вы приглашены на званый ужин, с кем же вы пойдете? — спросил Холмс-старший. Причудой хозяина вечернего мероприятия было то, что он собирал всех парами. Леди обязательно должны были прийти в сопровождении джентельменов. Они могли быть родственниками, супругами или хорошими друзьями.

— Я буду с папой. В свете последних событий нам есть что обсудить, — улыбка сошла с лица Вайолет. Девушка представила, как отец рвет и мечет всё вокруг. Побег Сандры с опасным бандитом ни для кого добром не кончится.

— Надеюсь, вы во всем разберётесь в семейном кругу и приедете на званый ужин в хорошем настроении, — Майкрофт тщательно контролировал интонацию, чтобы не выдать свои переживания. Сам не зная почему, он хотел увидеть Вайолет на этом мероприятии. А то опять придется вести скучный диалог с чиновниками и слушать глупый смех их дамочек. О том, что надо заехать за леди Смоллвуд и весь вечер уделять внимание ей, Майкрофт и думать не стал.

— Обязательно, мистер Холмс, — улыбнулась краешками губ Вайолет, стараясь отогнать грустные мысли, пришедшие ей на ум.

Помимо зажигающихся фонарей на улице было лилово-золотое подсвечивание от небесной палитры. Лица двух людей, стоящих на тротуаре рядом с дверью, которую украшали три позолоченные цифры и буква, казались другими. Вайолет заметила, что во время их беседы в мимике Майкрофта Холмса больше не прослеживается холодность и сдержанность. Лед, конечно, никуда не подевался, но там наметились проблески новых эмоций, давно забытых политиком. Движение фибр его души так и намеревались запечатлеться в радужках серо-голубых умных глаз. Когда Вайолет отвела взгляд на дорогу, Холмс-старший стал аккуратно за ней наблюдать. Глава МИ-6 совершенно не ожидал увидеть рядом с собой одного из «своих». С одной стороны, Вайолет была агентом другого подразделения, а с другой стороны, он в какой-то степени её босс. Но его взволновало не это. Майкрофт понял, что совершенно не знает Вайолет. Один запрос в секретные структуры и ему вышлют всю подноготную «Ангела». Это он сделает позднее. А пока, в нем боролись двое: тот, что с саблей и тот, что с револьвером. Воплощения разума и чувства в подсознании Холмса-старшего. Чопорный джентльмен с холодным клинком изящным взмахами безмолвно призывал сохранять хладнокровие и сосредоточиться на важных задачах. А его противник крепко сжимал рукоять огнестрельного оружия и мастерски прицеливался. Сабля мечтала задеть сердце, а пуля — голову.

— Мистер Холмс, за вами приехали, — вывел в реальность голос Вайолет, когда напротив них припарковался черный правительственный автомобиль. «Ягуар» сиял как новенький — значит, после пробки и доджя автомобиль был на мойке. Холмс-старший во время спуска по лестнице вызвал машину, а водитель без особого труда нашел по навигатору местоположение своего босса.

— Мистер Холмс, еще раз спасибо за помощь. Вы мне очень помогли, — тепло улыбнулась Вайолет, — Извините за мой спонтанный визит в «Диоген». На тот момент у меня не было другого выхода.

— Рад, что всё прояснилось. По крайней мере, члены клуба сегодня хоть как-то общались, а не молча просматривали газеты, — заметил Майкрофт, — Поехали.

— Но, мистер Холмс, — растерялась Вайолет.

— Мисс Эддерли, я не буду повторять дважды, — повернулся к ней Майкрофт с отрешенным лицом, — Такси сейчас нарасхват, а вам надо подготовиться к званому ужину.

— Вы правы, — смирилась младшая близняшка, садясь назад. Вайолет достала телефон и мысленно ужаснулась. Пятнадцать пропущенных от мамы и столько же от отца повисло на дисплее угрожающей лентой.

— Вечно вас приходится уговаривать, — проворчал Холмс-старший, садясь рядом с девушкой. Вайолет изумленно на него посмотрела.

— Это ваша инициатива, — напомнила брюнетка. Майкрофт сидел с такой миной на лице, будто бы он здесь самый главный и ничего не ответил девушке. Лишь равнодушно скосил глаза в ее сторону.

— Сэр, куда едем? — спросил водитель.

— В отель! — приказал Майкрофт, бросая в зеркало заднего вида серьезный взгляд.

— Понял, — кивнул водитель, разворачиваясь в нужную сторону.

Интересно, мистер Холмс правда недоволен или просто держит лицо перед своим подчиненным? — подумала младшая Эддерли и разблокировала телефон.

Пока Вайолет отвечала родителям, политик тоже достал смартфон и просмотрел все входящие сообщения. Не любил он всю эту телефонную писанину, но сегодня это была палочка-выручалочка в череде внезапных хлопот. Антея коротко отчиталась о том, что в Праге удалось урегулировать все «подводные течения» и прямо сейчас идет заседание о принятии нового законопроекта.

— Чудно, — пробормотал политик, написав слова благодарности своей асситентке. Та в свою очередь принесла еще одну добрую весть — премьер-министр решил собрать всех на совещание завтра.

— И как я сразу не обратил внимание, что наш премьер-министр страдает от метеозависимости, — хитро улыбнулся Майкрофт. Всё складывалось наилучшим образом. От званого ужина, конечно, отвертеться не получится. Но, тем не менее, присутствие милой девушки среди высокопоставленных гостей его несомненно скрасит.

***

В особняке Джеймса Мориарти царил небывалый ажиотаж. Сандра расположилась на диване из белой кожи цвета слоновой кости с квадратной маленькой сумочкой в руках. Все вещи остались в отеле, но документы, деньги и самое необходимое всегда были при ней. А ведь Сандра так и не сходила с сестрой по магазинам.

Только женщина в экстренной ситуации может думать о платьях и туфлях — мысленно отругала старшая близняшка саму себя.

Сандра молча наблюдала, как люди ее мужа бегают и суетятся. Все в срочном порядке собирали вещи, выносили оборудование и ценные документы. Джеймс руководил всем этим суматошным процессом.

И долго мы с ним будем жить вот так, «на чемоданах»?, — грустно вздохнула Сандра, краем уха слыша ругань. Джим наехал на нерадивого охранника, который доложил, что вертолет подан.

— Вы опоздали на двадцать минут! — орал Мориарти, — Мы должны были уже улетать!

— Сэр, я...- промямлил охранник.

— Ни слова! — властно припечатал Джеймс, — Иначе я с вас шкуру спущу!

Верно говорят, что в большинстве случаев дочери выбирают мужей, похожих на отцов. Сандра цокнула и тронула кончиками наманикюренных пальцев лоб. Свет лампы тонкими полосками отразился в бордовом маникюре. В высшем политическом свете такой цвет ногтей считался недопустимым, но старшей Эддерли было на это плевать.

— Сандра! Выходим, — пришел за ней Джеймс. Та встала с дивана, поправила одежду и пошла вслед за мужем.

Лопасти вертолёта сдували всё вокруг. Листья на деревьях выаорачивало наизнанку. Пропеллер громко шумел во время вращения. Охранники с нескольких сторон окружили Джеймса и Сандру, сопровождая их на вертолетную площадку. Неожиданно, из кабины вышел пилот и подбежал к Мориарти.

— Сэр, у нас проблема. Мы не получили разрешения на вылет, — сообщил он, — Для нас небо закрыто.

— Что всё это значит?! — Джеймс был взбешён, — Как ты смеешь мне это говорить?!

— Простите, сэр, я ничего не могу сделать, — оправдывался пилот.

Джеймс выругался самой отборной бранью. Сандра догадалась, чьих это рук дело.

Зря стараешься, папочка! Я все равно убегу, — хитро подумала она, а вслух сказала, — Джим, немедленно соберись! Мы должны покинуть Лондон как можно скорее и неважно на чём! Хоть верхом на верблюде!

— В порт! Живо! — смекнул Мориарти, хватая жену за руку. Они вместе сели в бронированную машину и выехали на всех скоростях в сторону речного порта. Во владении преступной сети Джеймса был небольшой участок заброшенной пристани. К тому времени, как Мориарти прибудет туда вместе с Сандрой, его приспешники пригонят туда катер самой последней модели с полным топливным баком. И тогда ничто не помешает их побегу.

А в это время белый «Лексус» нагло подрезал водителей иномарок попроще. Тревор Эддерли, держа на коленях нетбук с зеленым радаром, напряженно следил за красной мигающей точкой. Он давным-давно вмонтировал в серьги-гвоздики старшей дочери крохотный датчик размером с фианит. Сандра даже не догадывалась об этом, а значит, найти ее в любой точке земного шара будет проще простого. В конце концов, она не иголка в стоге сена. Датчик состоял из маячка и микрофона, сочетая в себе функцию слежки и прослушки.

— О каком порте шла речь? — спросил мистер Эддерли.

— Наши ведут поиски, — отозвался глава «Эпсилона» с переднего сидения.

— Мы теряем время, — процедил Тревор. Отцовские нервы были на пределе. Родная дочь, которую он растил, воспитывал и опекал все эти годы, просто-напросто растоптала всё, что их связывало.

— Цель обнаружена! Они направляются на северо-запад, — отчитался глава «Эпсилона».

— Вижу, — ответил мистер Эддерли, — За ними!

«Лексус» круто развернулся под возмущенные сигналы автомобилистов и поехал по новому маршруту.

— Уильям, даю всем полный картбланш, но дочь нужна мне живой! — сурово заявил бывший глава МИ-6.

— Тревор, не кипятись. С Сандрой всё будет в порядке, — тот попытался успокоить коллегу.

— Я ей сам голову оторву за то, что она сделала! Придушу голыми руками, — пригрозил Эддерли.

— Остынь. Она твоя дочь! Уважай ее выбор, — взывал к здравомыслию Уильям.

— Быстро же ты забыл, как отправил сына на задание в Перу и что с ним потом стало, — выплюнул Тревор.

Главу «Эпсилона» будто окатили водой. Старший ребенок добровольно отправился на опасную разведывательную операцию и едва не погиб. Он попал в плен, где над ним всячески издевались во время пыток. Ужасные события тех лет прибавили Уильяму седых волос и вереницу бессонных ночей. А парень чуть не тронулся умом...

— Ну знаешь! Это слишком даже для тебя, — голос главы «Эпсилона» дрогнул. Это было хуже удара ниже пояса, — Никогда... Слышишь! Никогда больше не говори мне таких слов...

Отцы любят своих детей иначе. Их родительские чувства намного глубже и сложнее, хотя внешне проявляются гораздо сдержанее и строже.

— Прости, Уильям. Перегнул, — осёкся бывший глава МИ-6.

— Все нормально, — сухо бросил Уильям. Он понимал, что его коллега в данную минуту просто невменяем. И, вместе с тем, осознал, почему от Тревора Эддерли ушла красавица-жена, а теперь убегает старшая дочь. Что ж это за отец-то такой, раз Сандра предпочла связать свою жизнь с самым опасным преступником всей Европы?!

— Уильям, серьезно. Я действительно прошу у тебя прощения, — сказал Тревор.

— Эддерли, заткнись. Ты перешел черту! — разозлился Уильям до вздутия лицевых вен, — Это еще Присцилла не знает о твоих выходках! Ты бы не грел сейчас зад в моей машине, а мигом вылетел из страны, — при имени бывшей жены мистер Эддерли побелел, — Вайолет очень повезло, что она не знает тебя настоящим! Но если и с крестницей что-то произойдет, я лично тебя уничтожу!

— Ясно, — хмуро бросил Тревор Эддерли, затравленно глядя на радар.

«Лексус» продолжал мчаться на всех скоростях, игнорируя правила дорожного движения. Наконец, автомобиль прибыл в порт. Среди серой глади речной воды возле берега торчали ржавые балки пристани. Здесь причалил катер последней модели и установил парапет. «Лексус» отъехал за старый заброшенный гараж, где доживал свой век списанный корабль. Тревор и Уильям с агентами разбежались по периметру в поисках надежного укрытия, попутно перезаряжая оружие. Подул холодный ветер, в воздухе запахло тиной и сыростью.

Все принялись ждать. Отдаленный гул Биг Бена и всплески воды нарушали тягостное безмолвие.