Часть 4
Дверь отворилась.
- Здравствуйте, вы к кому? – передо мной стояла абсолютно не знакомая девушка 16-ти лет с каштановыми волосами, а её большие глаза смотрели прямо в мои.
- Оу... Здравствуйте. А вы новый жилец?
- В общем-то, мы заселились в эту квартиру ещё год назад... - Она что-то ещё говорила, но я её не слушала. Меня как будто окунули в воду. Все звуки сливались в одну гущу.
«Очнулась» я, когда уже была на улице, ноги не могли удержать тело. Опустилась на ступень, одна из которых вела в подъезд. Руки обхватили лицо, дыхание участилось, а сердце восстановило свой ход, но вновь замерло, когда я ощутила на своём плече тёплую руку.
- Где же теперь их искать? Слушай, может, это судьба?..
- Не неси чушь. Найти их не сложно. Нужно всего лишь поговорить с соседями и знакомыми. Тебе просто нужно успокоиться и прийти в себя.
- Да, ты прав, - вдохнула полной грудью и выдохнула, встала. Я не спеша подошла к дверям подъезда – они резко открылись, чуть не ударив меня, благо, моя реакция не подкачала.
Я вновь встретилась глазами с той миловидной девушкой.
- Простите меня, пожалуйста, - испугалась она.
- Ничего. Вы что-то хотели?
- Я вспомнила, что предыдущие жильцы оставили коробку с просьбой передать, если о них спросит молодая девушка. Ещё имя сказали... Как же?.. На «н», то ли на «л»...
- Нинель, - прервала её я, начав рассматривать картонное изделие.
- Да, точно, - передала она мне коробку, а затем только спросила, - это же вы?
Руки дрожат. Они помнят обо мне и хотят что-то сказать. Да, стоило бы донести её до дома и открыть там, но я не стала ждать и нетерпеливо поставила её на ступень, тут же раскрывая. Не замечая ни учителя, ни незнакомку, рылась в собственных вещах.
И это всё? Ну да, не стоило ждать, что внутри будет лежать общая фотография с письмом.
- Ты же не отступишь?
- А смысл? Видишь?! Даже эта коробка показала, что я им безразлична. Тем более, мне хорошо без них, им – без меня.
- Они любят тебя. Заботились о тебе, растили! – Краем глаза я заметила, как девушка, передавшая мне коробку, зашмыгнула в подъезд. – Так вышло. Но ты можешь их простить, вернуть всё...
- А что ж ты тогда не вернул?! – Крикнула я, совершенно не подумав о значении слов, о том, какую глубокую рану я расковыряла. – Прости меня. Я не хотела. - Продолжила я уже шёпотом.
- Нет, ты права.
- Нет, я не права! Я сказала это, не подумав.
- У тебя было на это право. Я заставляю тебя решать проблемы, даю советы, хоть и сам им не следую, - закончил он и сел рядом.
- Знаешь... Давай просто пойдём ко мне домой и посмотрим фильм.
- Нет. Давай поспрашиваем у соседей про твоих родителей, а потом пойдём ко мне готовить пирожные.
- Обожаю!.. Кхм, ладно, так и быть, ты меня уговорил.
Мы вновь поднялись по приевшемуся подъезду, перила жалобно скрипели, когда я держалась за них. Будто бы сам дом не хотел меня больше видеть. Дойдя до двери под номером «19», я, уже не боясь, постучала.
- Ой, бегу-бегу. Розочка, ты? – сказала с той стороны баба Валя.
- Нет, баб Валь, это Софа, - под непонимающий взгляд Нижельского я лишь замученно кивнула. Стоило только вспомнить, как долго я объясняла этой милейшей бабуле, что я – Нинель, на крайний случай – Эля, но она продолжает звать меня Софой, потому что я похожа на её покойную внучку.
- Софушка, дорогая, - плача, открыла дверь баба Валя.
- Ну что вы? Я не навещала тебя не так долго... - Ага, попыталась убедить в этом, прежде всего, себя.
- Целых 2 года!
- Я же дала тебе свои контакты.
- Ноги уже не те, я даже на улицу не каждый день выхожу, а телефон у меня, и вовсе, не рабочий. Прошу Петьку, прошу, а он... Ой, здравствуйте, а вы... - Заметила она стоявшего позади меня Павла Игоревича. И я могу её понять, она ведь без очков.
- Это мой друг – Павел Иг... Павел, - всё же проговорила я.
- Ох, ну проходите, гости дорогие, чаем вас угощу.
- Да мы не... - Неловко начала я, осознавая, что очень бы хотела с ней пообщаться в силу долгой разлуки, но к чаю совершенно ничего не имеется.
Словно прочитав мои мысли, Нижельский похлопал меня по плечу и направился вниз по лестнице.
- Он скоро придёт, баб Валь, - заметив её удивлённый взгляд, объяснила я и прошла в квартиру. Она была гораздо уютнее «родительского гнезда». Кстати, она осталась неизменной, как и сама обитательница, правда, я заметила у неё на лице ещё пару морщин. Помню, как очень любила у неё сидеть, а затем всё же «вытаскивала» её на улицу, сама баба Валя редко выходила на прогулки. Я по-хозяйски подошла к плите, поставила чайник, пока она возилась в своей спальне. Вскоре пришёл мой учитель с пакетом всяких вкусностей. Приготовив замечательный напиток, я расставила кружки на столе и пошла за бабой Валей. Оказалось, по столь невеликому случаю она переоделась и повязала на голову платок. Завидев меня, сунула мне в руки купюру.
- Нет, что ты, баб Валь. Я не возьму.
- Бери.
- Нет, - однозначно ответила я, вернула деньги и, прошмыгнув в кухню, села за стол.
- Ну, рассказывайте, детки, как вы? Софушка, когда ты принесёшь мне правнучков? – Я поперхнулась чаем, начала кашлять, но вскоре всё устаканилось, а баба Валя словно и не замечая моей реакции, продолжила свою шарманку. – Стара я стала. Боюсь, не доживу. А ты как считаешь, Павлуш?