Часть 15
То, что сегодня всё пойдёт по одному месту, Лёша чувствует ещё с раннего утра. Вообще, ничего это не предвещает, но чувство чего-то не того не желает его покидать. Откинув одеяло в сторону, Лёша внимательно смотрит на собственное тело, словно ожидая, что оно расскажет ему, что, собственно, не так. Но ничего не происходит. За стенкой, разве что, слышится сопение мамы — в кои-то веки у неё выходной и она по всей видимости решила полностью его проспать. Поняв, что больше ничего не произойдёт, Лёша встаёт и лениво плетётся в ванную, чтобы привести себя хоть в какое-то понимание порядка.
Атмосфера в универе, кажется, стоит прежняя. По крайней мере до того момента, пока Лёша не показывается на горизонте. Взгляды многих устремляются в его сторону и Лёша не чувствует в них ничего хорошего. Кто-то смотрит с жалостью, но в большинстве своём взгляды полны отвращения. Небольшая компашка и вовсе шарахается от него, стоит только ему пройти мимо. А ещё эти нервирующие шёпотки и фырканье, причину которых Лёша искренне не понимает. Покрепче сжав лямки рюкзака, он ускоряет шаг, желая быстрее оказаться в аудитории. Мозгом он понимает, что Кирилл не защитит его, но хотя бы будет рядом, что уже немаловажно.
Подумать из-за чего вдруг к нему теперь приковано столько внимания, ведь он даже не сделал ничего, Лёша не успевает — Кирилл появляется словно бес из ниоткуда и виснет на Лёше, по всей видимости забыв про все уговоры или же от переизбытка чувств.
— Лёш, я вчера такой ужастик нашёл, закачаешься. Прикинь, там типа про зомбаков, который ещё Гитлер с солдатами. Они там типа замёрзли, а ребята, что приехали на снегоходах погонять, типа нашли клад какой-то или им его принёс кто-то — я до конца не понял, но выглядит прям потрясно. А главный у них, ну который типа Гитлер, у него короче половины щеки нет и из-за этого зубы видны и чем-то это не улыбку похоже, — Кирилл тараторит почти без умолку, едва ли замечая взгляда окружающих на них.
«Ему ведь и не привыкать к повышенному вниманию, не то, что мне», — мысль в голове Лёши едва ли успевает осесть в ней, когда Кирилл тянет его в сторону нужной аудитории.
Кирилл всё ещё вещает о крутом фильме, когда они садятся за свою парту. Видно эмоций настолько много, что он даже на друзей готов забить. Лёша чувствует насколько удушающей становится атмосфера, когда они появляются в аудитории. Воздух, словно ножом можно резать, да и то нож быстрее сломается, чем хотя бы небольшой порез оставить сможет.
Кажется, что воздух становится лишь гуще с появлением препода. Теперь Лёша снова может слышать шушуканье или клацание по телефону. Его не покидает чувство, что у всех тут есть какая-то беседа в соцсетях, куда его совершенно «случайно» забыли добавить. Кирилл же старательно не слушает препода и смотрит в окно бездумным взглядом, подперев подбородок ладонью. Погода, на удивление, стоит тёплая, что даже если выйти в одной толстовке, то совершенно не замёрзнешь, хотя казалось бы, что уже давно декабрь и до Нового года осталось совсем ничего.
Лёша осторожно оглядывается по сторонам, стараясь привлечь как можно меньше внимания, но это оказывается невозможным — кажется, что все взгляды устремлены на него или на них. Выяснять этот нюанс ему совершенно не хочется и он поспешно отворачивается, утыкаясь носом в свою тетрадь и тихонько молясь о том, чтобы их поскорее отпустили домой и можно было бы спрятаться под одеялком и сказать, что он в домике.
Захар появляется возле их парты, когда звонок только собирается прозвенеть. Впрочем, препод всё равно уже рассказал всё, что хотел и теперь мирно тыкается в телефоне, не обращая внимания ни на кого вокруг. Поняв, что Лёша заметил, что Захар подошёл к ним, он ухмыляется и показательно наклоняется к уху Кирилла, словно бы желая рассказать очень интересную тайну. Лёше всё это максимально не нравится и он лишь беспомощно бросает на Кирилла взгляд, надеясь, что тот ему объяснит хоть что-то. Но оказывается, что этого не требуется — Захар сам, как на духу, рассказывает всё и Лёша предпочёл бы этого не слышать.
— Кирилл, а тут кто-то проболтался о том, что Лёша у нас за деньги оказывается трахается со всеми. С некоторыми и бесплатно, конечно, но такой участи пока только преподы удостоились. Не зря же он у них на хорошем счету, а? А ещё я слышал, что у нас в группе очень многие хотят его трахнуть, задница у него ведь охуенная, а?
Захар совершенно не замечает того, как с каждым его словом Кирилл становится злее, в то время как с лица Лёши уходят все краски. Лёша всегда знал, что люди дерьмо собачье, но никогда не представлял, что это может коснуться его напрямую. Сглотнув, он опускает взгляд, не зная, как реагировать на всё. Мозг лихорадочно о чём-то думает, но по итогу показывает лишь синий экран смерти.
Ручка в руках Кирилла ломается с таким треском, что кажется, что слышно даже в коридоре. Захар не успевает моргнуть, как Кирилл хватает его за грудки и встряхивает. В этот момент и Лёша и Захар уверены в том, что он набьёт морду последнему, но Кирилл удивляет всех — он отпускает Захара и осматривает всех тяжёлым взглядом. Словно душу хочет у них вытащить и посмотреть, какой дебил додумался вообще до подобного. Не увидев того, что он хотел, Кирилл говорит тихим, почти шипящим голосом, от которого у каждого пробегают мурашки.
— Я и Лёша встречаемся и есть кто-то посмеет даже просто подумать, чтобы обидеть или задеть его, то будет иметь дело со мной лично. И поверьте, уж я позабочусь о том, чтобы на этой земле не осталось ни единого места для вас или ваших близких. Так что подумайте хорошенько, прежде чем что-то пробовать сказать или сделать, — на последних словах Кирилл переводит на Захара взгляд, приковывая его на месте и заставляя почувствовать себя мышью — или крысой, — перед огромным питоном. В этот самый момент Захар понимает насколько сильно он проебался и явно решил показать зубы совершенно не на того человека, словно раньше он действительно мог подумать о том, что такое вообще возможно.
Где-то на заднем плане Лёша мысленно хватается за сердце и падает в обморок. В реальности же он разве что смотрит на Кирилла охуевшим взглядом и совершенно точно не знает о чём стоит и думать.
— Кир, пойдём? — Лёша это скорее спрашивает, хотя в его голове это должно было звучать утвердительно. Остаток пар на них, на удивление, никто не обращает внимания, словно ничего и не было вовсе. Лёша прекрасно понимает, что это благодаря Кириллу и его репутации, но его до сих пор немного потряхивает. У них остаётся ещё физкультура последней парой и Лёша намерен её прогулять. Да, он. Да, прогулять. Не человек он что ли?
Кирилл, что этого намеревался немного размяться и побегать, тут же кивает Лёше, берёт его руку и, не смотря ни на кого, ведёт его к гардеробу. Все мимо проходящие студенты покорно опускают глаза — никто не желает встречаться с Кириллом взглядом. Всё же слухи по универу расползаются чересчур быстро. Тем не менее это никак не мешает Лёше слышать, как все обсуждают их, стоит им только пройти мимо.
— Кир, поехали ко мне? — Они сидят в машине Кирилла. Охранник на проходной проводил их подозрительно-недовольным взглядом, но ничего не сказал. Видно решил, что у них что-то случилось, ибо на Лёше в тот момент всё также не было лица, в то время как от Кирилла буквально разило тем, что подходить к нему смертельно для жизни.
— Уверен?
В ответ Лёша только кивает, так и не посмотрев на Кирилла. Он упорно смотрит на сложенные на коленях руки, в то время, как в голове царит приятная пустота. Лучше уж так, чем постоянно думать о произошедшем и размышлять о том, чем это может впоследствии обернуться для него. С Кириллом-то понятно, что ничего не будет — связи, деньги, да и сам Кирилл решит любые вопросы, а вот Лёша...
За этими мыслями он совершенно не замечает, как они подъезжают к его дому. Лёша моргает и поднимает голову, с удивлением понимая, что они уже приехали. Кирилл глушит машину и мнётся, не решаясь выйти из неё. Лёша бросает на него осторожный взгляд и понимает, что тот волнуется.
— Пойдём. Никто тебя там не покусает. Или не хочешь?
— Не говори глупостей! Просто до это мы постоянно у меня тусовались, а тут так внезапно. И чёт прям переживать начал.
— Ох, точно! Это же твой первый раз будет! — Лёша намеренно говорит двояко и реакция Кирилла не заставляет себя ждать: он мгновенно вспыхивает и недовольно смотрит на Лёшу, заставляя того улыбнуться впервые за долгое время. Все слова застревают у Кирилла в горле и он лишь бурчит, выбираясь из машины:
— Пошли.
Лёша тихо хихикает и выходит следом, позволяя Кириллу поставить машину на сигнализацию. Хотя вряд ли кто-то решится из местных даже близко подойти к ней — проблем не хочется никому.
В отличие от Лёши, когда тот пришёл к нему впервые, Кирилл не смущается откровенно разглядывать всё вокруг. Он словно губка впитывает атмосферу этого дома, желая вкусить её полностью. Лёша за это недолгое время умудряется вновь уйти в собственные мысли, которые лишь сильнее заставляют его загоняться. Кирилл почти сразу замечает, что руки у Лёши начинают трястись, хотя кажется сам он этого совершенно не замечает, лишь замок на куртке расстегнуть не может, но это ведь такая мелочь. Кирилл ставит свои кроссовки в сторону, чтобы не мешались, и перехватывает руки Лёши, помогая ему справиться с замком. Лёша бы и рад возразить, но молчит, понимая, что голос может подвести его.
— Хочешь чая? — Лёша хоть как-то хочет проявить себя хорошим хозяином, но Кирилл качает головой.
— Пойдём лучше в твою комнату и обо всём поговорим.
Лёша мнётся лишь мгновение, после чего кивает и неуверенно бредёт в свою комнату. К счастью, он не так давно убрался в ней, так что хотя бы за это краснеть не придётся. Лёша пропускает Кирилла первым, после чего заходит сам, сразу же садясь на кровать и закутываясь в плед. Раньше это очень помогало ему прийти в себя или хотя бы почувствовать какую-то защищённость. Сейчас вот только почему-то не работает.
Кирилл лишь едва ли осматривает комнату, предпочитая не отрывать взгляда от Лёши, который с каждой секундой уменьшается в размерах и явно хочет исчезнуть вовсе. Подойдя к Лёше вплотную, Кирилл садится перед ним на корточки, не отрывая пятки от земли, и заглядывает тому в лицо. Лёша, кажется, смотрит куда-то сквозь, хотя взглядом и обращён на Кирилла.
— Поговори со мной, — Кирилл едва ли слышно умоляет. Такого тона он ни разу не позволял себе, но сейчас он понимает, что именно так будет правильно.
Взгляд Лёши более осмысленным не становится, но он хотя бы начинает говорить. Тихо, едва ли громче шёпота листвы, что сейчас падает с деревьев за окном.
— Как думаешь, ещё можно перевестись? Мне ж таки теперь точно доучиться не дадут, а я ведь так старался. Мама ещё очень счастлива была, что на бюджет прошёл. У нас же денег совсем не особо. На жизнь хватает и уже хорошо. Это я во всём виноват... Надо было...
— Тихо-тихо... Лёш, ты ни в чём не виноват. Это же я всем сказал, что мы встречаемся. И переводиться никуда не нужно, я ведь сказал, что тебя в обиду не дам, а те кто не понял, будут иметь дело со мной лично. Приказать паре шестёрок приглядывать за тобой мне не сложно, а тебе спокойнее будет.
— Почему ты уверен, что эти шестёрки тебя послушают?
— Их родители работают на моего папу. Он конечно строгий и за справедливость, но разок лишить премий без лишних разговоров сможет, а большего не потребуется.
— Но ведь их родители ни в чём не виноваты, это же они сами.
— Они виноваты будут в том, что не смогли доходчиво объяснить своим отпрыскам кому не следует переходить дорогу.
— Но ты ведь этого не сделаешь?.. — в голосе Лёши сквозит неуверенность.
— Если они будут делать всё, как нужно, то всё будет для них хорошо. Эй, и мы вообще сейчас больше о том, что это будет крайней мерой и вообще не думаю, что кто-то может оказаться таким тупым, чтобы пойти против меня.
Лёша задумывается на некоторое время, после чего кивает. Его всё ещё немного трясёт, но хотя бы лицо перестало быть таким бледным.
— Эй, иди сюда, — Кирилл заставляет Лёшу наклониться, чтобы тот смог обнять его. — Всё будет хорошо, не смей даже сомневаться в этом. К тому же, я уже пообещал позаботиться о тебе, а я ни чмо какое-то, чтобы так словами разбрасываться.
Лёша едва заметно улыбается и наклоняется ещё сильнее, встречаясь с губами Кирилла. Поцелуй лёгкий, но от него веет благодарностью и невысказанными словами любви. Он чувствует, как Кирилл улыбается в поцелуй и притягивает его чуть сильнее, но при этом не пытаясь углубить его. Сейчас именно вот так целоваться приятнее всего.
За дверью комнаты слышится протяжный вздох, который граничит с шипением, а следом едва слышные удаляющиеся шаги. То, что у мамы сегодня выходной, Лёша забывает напрочь.