Весточка
Се Лянь уже второй час сидел в зале заседаний и слушал наискучнейший доклад кого-то из небожителей. Он с трудом сдерживался, чтобы не зевнуть и держать глаза открытыми. Сегодня утром ему так не хотелось вылезать из теплой постели, особенно, когда в ней лежит его драгоценный супруг, весь растрёпанный, зацелованный, и так откровенно трогает за чувствительные места.
«Ооххх», — Се Лянь расплылся в сладкой улыбке, вспоминая, какое безобразие они творили ночью, хотя все начиналось с невинного «не желает ли гэгэ на десерт клубнику со сливками?».
Вдруг он почувствовал, как его щеки что-то коснулось. Он скосил глаза — в воздухе зависла призрачная бабочка.
Се Лянь протянул палец и легонько погладил лапки бабочки. Та встрепенулась, взмахнула крылышками и проскользила ко лбу Его Высочества. Невесомо опустилась чуть выше линии роста волос и замерла. В голове Се Ляня появилась размытая картинка, с каждой секундой приобретая четкость.
«Гэгэ, этот демон очень сильно скучает», — изображение показало недовольное лицо Хуа Чэна. — «И чтобы гэгэ тоже заскучал, этот демон шлёт пламенный чмок», — он вытянул губы, изображение увеличилось, демонстрируя губы демона крупным планом.
Изображение пошло рябью и исчезло. Се Лянь прикоснулся к губам, все ещё чувствуя на них вкус супруга. В голове начало проявляться новое изображение.
Глаза демона были полуприкрыты, рот слегка приоткрыт. Красный кончик языка медленно обвёл сухие губы.
«Ваше Высочество, этот демон жаждет получить от вас поцелуй вот сюда», — он постучал тонким пальцем на стыке шеи и челюсти. — «И вот сюда», — палец скользнул вниз по шее, очертил ключицы. На них виднелись красные пятна — почти сошедшие божественные любовные метки.
Се Лянь сглотгул, вспоминая, как эти метки были поставлены. Ох, он тогда перебрал с цветочным вином и накинулся на своего супруга с обнимашками и жадными поцелуями.
Картинка снова исчезла, сменяясь новой. Ракурс необычный. Виден живот Хуа Чэна и сведённые колени. В кадре показаласб рука с чёрными, чуть удлинёнными когтями. Се Лянь до сих пор стеснялся того, что ему безумно нравилось, когда эти коготки царапали его плечи, спину, в особенности он дурел, когда дело доходидо до ягодиц. Когда острые кончики коготков впивалист в упругие половинки, подгоняя и умоляя двигаться быстрее.
Рука проскользила по красным одеждам и скрылась между сведёнными бёдрами. Послышался вздох и еле слышное «гэгэ». Се Лянь откашлялся, поёрзал на месте. Внизу живота потяжелело.
Следующая картинка. Вид сверху на низ живота и разведённые бёдра демона. Непревзойденный без штанов. Пах прикрыт верхней рубахой. Проворные пальцы перебирали ткань, комкая её и подтягивая вверх на живот. Из-под красноты показался возбуждённый, истекающий член демона. Рука потянулась вниз, обхватила его, задвигалась вверх-вниз. Ноги раздвинулись шире. К первой присоединилась вторая рука — ласке удостоились яички. Послышались стоны.
Се Лянь вспыхнул, стремительно краснея. Он весь вспотел, а член в штанах предательски восстал.
Следующая картинка добила Его Высочество. Крупным планом — вздёрнутые ягодицы Непревзойдённого. Ноги, разведённые в сторону, подрагивали. Между двух ягодиц скользили пальцы, подразнили сжимающийся вход, проникли внутрь и снова появились. Вторая рука в быстром темпе двигалась на члене.
«Гэгэ, гэгэ», — между стонами шептал демон.
Се Лянь прикусил губу, рукой прижимая возбужденный член и пряча его между своих бёдер. Сколько бы лет не прошло, а он все никак не научился спокойно реагировать на своего супруга. Возбуждённого. Стонущего. Ласкающего себя.
«Ох, небеса», — мысленно застонал Се Лянь, сгоняя бабочку со лба. На сегодня с него хватит.
Как только собрание заканчилось, он быстрым движением достал кости, подбрасил и исчез.
***
Он быстрым шагом шёл по коридорам Дома Блаженств, направляясь прямиком в кабинет Непревзойдённого. Рывком распахнув дверь, он устремил взгляд на притихшего за столом Хуа Чэна.
— На колени, бесстыжий демон! — приказным тоном произнёс Се Лянь.
Хуа Чэн восторженно ойкнул, эротично стёк с кресла и на четвереньках подбежал к супругу.
— Ваше Высочество, — с придыханием проговорил демон, кланяясь в божественные ноги.
Се Лянь распахнул верхний халат, нервно развязао завязки и спустил штаны, выпуская гордо стоящий член.
— Открывай ротик, милый, — тихо, но властно сказал Се Лянь.
Хуа Чэн поднял голову — в глазах горел восторг. Он с улыбкой широко открыл рот, высовывая длинный, чем обычно, язык.
Его Высочество сделал шаг вперёд и ворвался в мокрый и горячий рот супруга, сдавлено застонал.
Хуа Чэн руками обхватил любимые ягодицы, выпуская коготки и позволяя божеству трахать себя в рот.
Се Лянь впился пальцами в плечо демона, резко толкнулся, загоняя плоть глубоко в глотку. Ему не особо нравилась грубость, но сейчас он просто не смог себя сдержать.
Демон жадно принимал, расслаблял горло, довольно мычал, посылая вибрации от головки к основанию, отчего божество зашёлся мелодичным стоном, схватил демона за загривок, потянул за волосы.
Еще пару размашистых толчков, и Се Лянь излился глубоко в глотку супруга. Хуа Чэн с довольным чмоком выпустил член из зо рта, крепко обхватил его рукой и двинул вверх, выдавливая последние капли и с наслаждением слизывая их.
Демон не успел и слова сказать, как его повалили на пол и жадно поцеловали. Се Ляня с остервенением стянул штаны с худых демонических бёдер, рукой обхватил изнывающий член, сразу переходя на быстрый темп.
— И не стыдно тебе, Непревзойденный Князь, так бессовестно отвлекать супруга от работы? — низким голосом спросил Се Лянь, кусая того за подбородок. Хуа Чэн помотал головой, довольно ухмыляясь.
— Ты самый развратный, наглый, соблазнительный и сладкий, — божественная рука совершила круговые движения, сжимала у основания, то ускорялась, то замедлялась. Хуа Чэн извивался, закатывал глаз и рвано дышал, сходя с ума от такого дерзкого супруга. — И ты только мой, — Се Лянь прикусил кадык, затем облизнул его, провёл мокрую дорожку до уха и прошептал:
— Кончи для меня, мое порочное дитя.
Хуа Чэн выгнулся, вонзил когти в ворс ковра и выплеснулся себе на живот. Се Лянь напоследок чмокнул его в губы и улёгся рядом с ним.
— Ради такого я готов посылать к тебе бабочек хоть каждый день, — переведя дыхание, хрипло произнёс Хуа Чэн.
— Ты понимаешь, в какое положение ты меня ставишь своими выходками, дорогой? — чуть обиженно проговорил Се Лянь.
— В стоячее, — выдал Хуа Чэн и рассмеялся.
— Сань Лан! — Се Лянь толкнул супруга в плечо и тоже засмеялся.