Достигни моих требований

В воскресенье в итоге ничего не происходило — Грант то и дело мучалась от боли, которая внезапно появилась с утра пораньше, и изредка кидала мемы Пэйтону, потому что пора было хоть с кем-то связаться, иначе бы так и подохла со скуки.

Сегодня уже тупой понедельник — день бездельник, и девушка уже на пороге университета. Живот начинает урчать, когда она только дверь открывает. Который день она уже не завтракает утром... Ммм, самоуничтожение.

Грант мимолётно кивает проходящей мимо Райли, и начинает думать, что возможно если она установит с ней контакт, то будет только лучше. Хубатка одна из экспертов по сплетен — распространяет их быстрее чем все международные каналы, — очень умна и амбициозна, и всё это такое комбо, что единственное, что портит девушку как сама осознала Виолетта — её отношения к преподам.
Она начинает удивляться, что её мнение по отношению к Райли реально улучшилось, и улыбается в пустоту.

Доходя до вешалок, она оставляет свою кожанку, потому что да, на дворе октябрь и так и грозится упасть сугроб прям на голову, и поднимается по лестнице на второй этаж. Там её ожидает пара которая даже хуже чем английский — ебаная геометрия. Это такая параша, что Грант готова выколоть себе глаза, лишь бы не видеть эти формулы на доске и осознавать, что должна их учить.

Как по клише, она встречает по дороге Пэйтона и пытается ускользнуть от него, но что-то он слишком паразит, чтобы не оставить её без своего внимания. В груди начинает щемить, когда Мурмаер подходит чуть-ли не вплотную к студентке, и тогда сопротивляться бесполезно.

Она стоит возле стенки, а он совсем рядом — у них даже один воздух на двоих — и выжидающе смотрит на девушку. Та уже переживает, что что-то натворила, и вжимается в стенку, сминая губы (свои).

— Ну привет, — выдаёт она, и видно, что ради приличия, потому что разговаривать прямо ни в какую не хочется.

Летта вообще запуталась; то она чувствовала как тает от отношении Мурмаера к ней, то вот она начинает его опровергать от себя и старается меньше с ним видится. И это даже не ПМС — это сама Грант такая сложная.

— За стены университета «привет», а так прошу «здравствуйте», — занудствует он.

— Здравствуйте. — выдаёт Грант.

— Привет. — также выдаёт он, и девушке почему-то смешно, — Как выдалось утро?

— Вам то что?

— Ну не злись, я ж просто спросил, — Пэйтон аж смягчается, от чего Грант прилично удивляется. Тьфу, какая рифма.

— Ну нормально оно прошло. У вас как? — в итоге сдаётся девушка.

— Всё прекрасно. Скучаю по тому вечеру, — тоскливо начинает он. — Может как нибудь замутим что-нибудь на подобия того? Ну типа фильм посмотрим.

Летту опускает, потому что она походу не одна скучала по их вечерней посиделке. Её настроение даже как-то меняется.

— Возможно да, если вы не педофил.

— Хм, я как бы и не думал затаскивать тебя в постель по первой возможности.

— А других затаскивали?

Пэйтон прыскает от такого вопроса, но в итоге начинает оправдываться как ребёнок.

— Я никому плохо не желаю!

— Пиздите, — язвит Грант. Как она догадывается, у него целый список тех кто его раздражает, и это в основном студенты.

— Пизжю. — шутливо (а может и нет) сдаётся он, разводя руками. — Ладно, до пары совсем немного, увидимся на второй, — улыбается препод и уходит в противоположную сторону.

Она смотрит ему в след и всё-таки считает себя собакой сутулой, ведь у Пэйтона — самая прямая, острая и красивая осанка, точно игла. Ну вот что за мысли её поселяют?

На паре она ещё думает как Пэйтон бы выглядел если б был повешенным — была бы у него всё такая же прямая спина?

А когда геометрия заканчивается и мысли испаряются, Грант идёт на философию с уже счастливым ебалом. На пятнадцатой минуте лекции она даже осознаёт что философия — сложная сфера знаний, но порой настолько интересная, да и нужная в жизни. Поэтому Летта сверкает своими глазами, смотря на препода, пока тот сам не посмотрит на неё.

У него зачаровывающая улыбка, да такая, что девушка сама улыбается, и ей по хуй, что на неё с ненавистью в глазах смотрит какая-то одногруппница.

Это так сложно, сложно осознать, что человек который приятен тебе, старше на где-то шесть лет, и вы фактически не можете иметь какие-либо интимные связи. Это так больно.

Но ведь существует дружба между парнем и девушкой? Студенткой и преподавателем? Особенно когда одна дрочит другому через камеру? Может же такое быть, правда?

*

Сегодня по сути их первый сеанс за неделю, но Мурмаер неожиданно предлагает Грант прийти к нему домой и чекнуть фильм — походу их сегодняшний разговор он всё таки сука запомнил, — ну и выпить по бокалу. Летта сглатывает вязкую слюну, но соглашается.

До дома она благополучно добирается, до неё никто не доёбывается, нет звонков от Нессы — кстати тот разговор по телефону они так и не обсудили и походу больше не вернутся к этой теме, — да и бомжей по пути нету. Пэйтон и вправду живет в чистом районе!

Она тихо проходит вглубь квартиры; вокруг всё настолько прибрано и вымыты полы (не как в прошлый раз), поэтому Грант очень сильно не хочет здесь накосячить. Хотя это пиздеж чистый воды — после фильма здесь ещё и вино слизывать, и осколки собирать.

Пэйтон заказывает пиццу, присаживается на диван, разваливаясь как какой-то мачо и подзывает застывшую на пороге Летту.

— Земля вызывает Грант, — смотрит он на неё с ухмылкой, и Грант реально приходит в реальность.

Она присаживается рядом с ним, и нагнетает совсем маленькая неловкость, но такая неприятная, что сейчас стопудово Мурмаер съязвит очередную шутку, чтобы только потом включить фильм.

Но он просто достаёт вино и кладёт на рядом стеклянный столик, отодвигая газеты — да, Пэйтон старик, — смотря в глаза девушки. У неё сплошной ураган эмоции — это всё вьетнамские флэшбеки со сна её так мучают.

Штопором, Мурмаер со смешным чпоком открывает бутылку и делает первый глоток — по лицу видно, что ему нравится. Он жестом предлагает девушке и тогда становится прям пиздец неловко, но отказывать себе — только хуже делать, поэтому она берет и тоже пьёт с горлышка. Это немного странно, но видно, что Пэйтону на это тоже по хуй.

— Сейчас опьяняем и фильм будем смотреть только в перерывах между-

Пэйтон не договаривает так как Грант сразу же даёт ему по рёбрам, от чего тот сгибается в три погибели.

Он протяжно стонет, чуть не орёт, а Летта лишь самодовольно ухмыляется. Естественно, её всё равно настораживает, что хотел сказать Мурмаер, но не будет же она сейчас об этом думать. Она вообще в последнее время много думает.

— Давайте фильм посмотрим уже? — спрашивает девушка, и опять в голове всплывает тот вечер, но Грант не обращает на это внимание.

— Рекомендую один потрясающий фильм, «365 дней».

Летта уже чувствует накатившую к горле рвоту, но пытается удержаться.

— Господи, у нас опять не сходятся вкусы, либо у вас его нет. Потому что 365 — хуйня, помойка, и сплошной идиотизм. А ещё...

— А ещё очень классный фильм, — улыбается он, и в этой улыбке Грант мерещится пошлость.

— Нет! Только посмейте сказать это ещё раз при мне, я повешаюсь, — орёт Виолетта, бросая попавшую в руки подушку в Пэйтона.

— Ай! Ладно! Что нибудь другое тогда... Сумерки?

— И это хуйня. Да и это не фильм, а сериал.

— Тогда что?

— Я знаю очень хороший и смешной фильм про дружбу. Называется «1+1» или вроде «Неприкасаемые», та же фигня.

Мурмаер удивлённо таращится на студентку, ведь совсем недавно та говорила, что предпочитает эротику, но послушно включает фильм, потому что тут он согласен — он шикарный, Пэйтон его как пять раз уже смотрел в своей юности.

Сначала они молча смотрят, порой смеются; начало здесь достаточно юморное, когда этого инвалида с черножопым останавливают полицейские и те чё-то пиздят им. Грант чувствует комфорт, и неосознанно ближе двигается к Мурмаеру.

Она берёт бутылку вина и делает большой глоток, после чего отрыгивает как конь, но виду не подает — лишь ближе тесниться к охуевшему преподу. Тот тоже вскоре берёт алкоголь и также распивает его, в конце отрыгивая не хуже чем Грант. Из-за этого невозможно не посмеяться.

Девушка начинает всё агрессивнее пить, только изредка кидая взгляд на фильм и хоть что-то улавливая, потому что это вино — какое-то произведение искусства, кажется любимый портвейн в гробу перевернулся. Пэйтон конечно замечает как Летта пьянеет на глазах, но сам пьёт в меру, и девушку решает не останавливать. Ему очень интересно посмотреть на последствия, и будь он уродом конченым если это хочет, Грант же всё равно не узнаёт о его желании, поэтому всё спокойно.

— Ммм... — протяжно стонет Летта, от очередного, и судя по всему последнему глотку вина, потому что бутылка уже пустая. Она кидает взгляд на фильм, и ей весело.

Грант начинает игриво смеяться, ёрзать на месте, и Пэйтона это забавляет, ему смешно как никогда. Поэтому он и притягивает её к себе, и их тела соприкасаются. По хрупкому телу девушки бегают мурашки и ощущение, будто её парализовали.

У Мурмаера почти тоже самое — касание Летты для него как какой-то электрошок. Он может и чувствует себя комфортно, но и с долей паршивости. Особенно тогда, когда Грант на него поворачивает всё лицо и усмехается — он корит себя за то, что не остановил её. Дал ей возможность набухаться.

Между их губами сплошные миллиметры, Виолетта поправляет короткую прядь за ухо и в глазах бегают чёртики. Их обоих жаждет преодолеть это расстояние, почувствовать пьяный привкус на губах друг у друга, но чувство паршивости, по большей части у препода, заставляет смотреть так в глаза ещё с пол минуты.

Девушка всё таки решается; нагибается, закрывает глаза в напряженном ожидании, но вдруг сам Мурмаер проявляет инициативу, а именно берёт в свои руки её лицо, и невесомо касается своими губами её.

В груди взрываются фейерверки; этот тот самый случай который не ожидал никто. Мурмаер улыбается сквозь поцелуй, и он уже не невесомый, а углубленный. От такого внезапного напора, Грант мычит в поцелуй, но вовсе не разрывает его, а страстно отвечает, терзая его за нижнюю губу, проводя по ней языком. Пэйтон уже выпал с этого мира, и начинает задумываться что алкоголь — это зло. Но это зло — это тихое признание. Ему кажется, что к утру они это забудут, и ему плохо на душе (как и было в общем).

Они уже оба мычат и стонут, эмоции смешались в одну кучку, но кто ж придумал, что воздух должен заканчиваться. Из-за этого и отстраняется Мурмаер, до сих пор шокировано и неверующе смотря на свою студентку.

Как гадко. Это ж реально его студентка, с которой завтра у них пара.

— Мистер Мур-

— Грант, не надо извинений... Прошу.

Он выжидающе смотрит на девушку, тоже растерянную, видимо только осмысливающую происходящее, но внезапно её уголки губ трогает маленькая улыбка.

— Застелите мне диван, я спать хочу, — неожиданно просит она, и видно, что дыхание сбилось — точно так же и у Мурмаера.

Он сначала хлопает глазами — хочет предложить поспать на его кровати. Но он не идиот (чтоб настолько), поэтому быстро спохватившись, встаёт с дивана и идёт за простыней.

Девушка остаётся одна, в тусклом полумраке, глядя куда-то в окно. Она вдруг сама начинает собирать бардак который они тут устроили; убирает бутылку вина, выключает фильм и делает прочий быт, правда с дрожащими руками.

Пэйтон приходит спустя долгих пять минут, заправляет диван как следует и кидает ей без слов свою футболку, а Грант также без слов её принимает. Футболка длинная, с черепом, и чёрного цвета. У них что, одинаковый стиль?

Бросив короткий многозначительный взгляд на сонную и потрепанную студентку, он направляется к своей комнате.

Они долго не могут уснуть.