Глава тридцать девятая
Хису... Отец тоже ее так назвал. Это она, точно она. К горлу стали подступать слезы, а перед глазами все заплясало.
- Лиса?.. - Чонгук попытался взять меня за руку, но я вырвала ее и отступила на шаг. - Что с тобой? - он смотрел на меня с тревогой. - Тебе плохо?
- Это она... - прошептала я сипло.
- Кто "она"? Моя мама? - Чонгук перевел недоуменный взгляд с меня на газетную вырезку.
- Твоя мама... - мои губы свело судорогой. - Это она... Она та женщина, которая приходила к нам перед смертью моей мамы...
Чонгук побледнел, изменившись в лице.
- Нет... - он слабо, натянуто улыбнулся. - Это не может быть... Это ошибка...
- Ее тоже звали Хису... - я сделала еще шаг назад. - Хису... - мои пальцы ослабли, выпуская статью. Ветер подхватил ее и погнал по дорожке. Но Чонгук даже не шелохнулся, безотрывно глядя только на меня. И в его глазах плескался тот же ужас, то же отчаяние, что убивало меня изнутри.
- Это не ошибка... Не ошибка... - шептала я, мотая головой. - Это она...
- Лиса... - Чонгук, ошеломленный и растерянный потянулся ко мне, но я снова не дала к себе прикоснуться. Не могу. Не могу...
- Не надо, Гук... Не сейчас... Пожалуйста... Мне нужно побыть одной... Одной... - я развернулась и побрела прочь, едва различая дорогу.
В памяти вновь замелькали картины того рокового вечера... Ночь... Дождь... Женщина в мокром плаще... Я под лестницей... Ее торопливые шаги... И крик служанки: «Госпожа умерла!»
Я зажмурилась и зажала уши ладонями, желая больше не слышать этого, не видеть... Не вспоминать. Нет. Нет... Нет!
Внезапно меня скрутило болью, и нечто чужеродное, липкое стало заполнять меня изнутри. Загорелись легкие, стало трудно дышать. Я упала на колени, закрыла глаза, пытаясь увидеть собственные магические потоки. Это нелегко, но я должна увидеть, понять, что со мной... Но перед глазами клубилась только тьма. Новый спазм сдавил грудь, я хотела сделать вдох поглубже, но не смогла.
А в следующий миг тьма поглотила мое сознание.
Я очнулась и еще несколько минут лежала с закрытыми глазами, пытаясь понять, где нахожусь. Свежий ветер пробежался по щеке... Где-то вдалеке защебетала птица. В остальном же - тишина. И если бы не явственный запах лекарств, я бы подумала, что сейчас в лесу. Правда, распрямив ладонь, я ощутила шершавость ткани.
- Да без сознания она еще, без сознания... - донесся до меня сокрушенный голос миссис Чхве.
Значит, я в медпункте. А ветер и птицы - всего лишь открытое окно. Но что со мной произошло? Воспоминания тотчас обрушились на меня лавиной, и я судорожно вздохнула, распахнув глаза. Мама Чонгука оказалась той самой женщиной...
- Ох, святой Алвей, очнулась! - радостно вскрикнула миссис Чхве и вскоре оказалась около меня. - Как ты, деточка? Как себя чувствуешь? Ничего не болит?
«Душа болит».
- Нет, - я качнула головой и сглотнула. В пересохшем горле сразу засаднило - Почему я здесь?
- А это тебе лучше профессор Хо расскажет. Что-то нехорошее с тобой произошло, связанное с некроэнергией... Ох, напугала ты нас как! Столько дней без сознания, - отозвалась лекарь, держа руку у сердца. - Святой Алвей...
- Столько дней? Это сколько? - переспросила я взволнованно.
- Да неделю почти.
- Неделю? - ужаснулась я.
- Лиса, - миссис Чхве взяла меня за руку. - Там к тебе какая-то женщина приехала. Издалека. Как чувствовала, что сегодня очнешься. Говорит, важное что-то сказать тебе надо. Я не хотела ее пускать, просила уйти, но она настаивает...
- Что за женщина? - я уже не знала, чему удивляться.
- Это я, Лиса, - и в палату вошла Она. Главная причина моего страха и ненависти почти всей моей сознательной жизни. А теперь еще и мать Чонгука. - Чон Хису.
Я приподнялась, торопливо натягивая на себя одеяло, будто оно много послужить защитой, преградой между мной и... ней.
- Кто вам разрешил зайти? - приняла воинственную позу миссис Чхве. - Я не пускал вас! Лиса? - она перехватила мой испуганный взгляд. - Мне попросить уйти ее?
- Лиса... - не обращая на лекаря внимания, произнесла Чон Хису. - Выслушай... Меня попросил приехать Чонгук. Чтобы я тебе все объяснила. Ты можешь не бояться меня. Просто выслушай. Лиса, пожалуйста...
Глядя в ее умоляющие глаза, внутри меня что-то дрогнуло, и я неуверенно кивнула.
- Так что? Будешь разговаривать? - уточнила у меня миссис Чхве. - Оставить вас?
И я снова кивнула.
- Только недолго, - она грозно зыркнула на мать Чонгука и вышла из палаты.
- Ты так выросла, Лиса, - произнесла Хису с печальной улыбкой. - Кто бы мог подумать... И то, что вы с моим сыном оказались так...близки...
Я молчала, продолжая с опаской смотреть на нее.
- Конечно, - женщина понимающе кивнула, - сейчас не до сантиментов. Ты хочешь знать, зачем я пришла и что хочу сказать. Не возражаешь, если я присяду? - она показала на стул, стоящий в стороне.
Я снова лишь отрицательно мотнула головой.
Милена взяла стул и подвинула его ближе к моей койке.
- Ты думаешь, я убила твою маму... - тихо произнесла потом. - Но это не так. Точнее, не совсем так... Даже не знаю, с чего правильнее начать... Видишь ли... - она вздохнула. - Я была дружна с твоим отцом, Итаном. Мы вместе учились в Академии Ранмара. Потом мне пришлось ее бросить, уехать, но с твоим отцом мы продолжали поддерживать связь, время от времени переписываясь... А однажды он приехал ко мне сам, напуганный, встревоженный... И рассказал, в какую ужасающую историю попала его жена, то есть твоя мама. Скорее всего, ты никогда не слышала о таком некроманте как Заг Редклиф, - она произнесла это совсем тихо.
- Почему же? Слышала, - отозвалась я, насторожившись.
- И что ты о нем слышала? - удивленно взглянула на меня Хиу.
- Что некогда он был очень знаменит, служил при дворе, но погиб во время какого-то эксперимента, - ответила я, вспоминая свой реферат.
- Понятно, - грустно усмехнулась мать Чонгука. - Это официальная версия. На самом деле... Его похоронили заживо, замуровали в камне, - проговорила она шепотом. - По приказу короля, - Хису опустила глаза и замолчала, раздумывая о чем-то. - Я узнала об этом от Итана, твоего отца, и у меня нет причин не доверять ему. Подробностей не знаю, но факт остается фактом: от него избавились. Только некроманта не так просто лишить жизни, это, я думаю, ты уже знаешь... А Зага Редклифа тем более. Похоже, долгие годы он искал способ вырваться из плена. Но для этого ему нужен был некромант. Опять же Итан не распространялся о подробностях, на это у него не было времени... В общем, именно твоя мама, по неосторожности, и освободила его, пробудив в себе обратный целительству дар - некромантию... После этого Редклиф исчез, а Хёна получила серьезную отдачу. Смена магии не прошла для нее бесследно: она ослабла. Но было еще кое-что... После проведения такого ритуала, который совершила Хёна, на ней остался след энергетики Редклифа. А это значит, что обнаружив исчезновение некроманта, начнутся поиски того, кто ему помог, и рано или поздно выйдут на нее и вашу семью. И тогда не пощадят никого. Твоя мама это знала, и отец тоже. Единственный способ избежать подобного была бы смерть Хёны, как можно быстрее, пока ее не обнаружили. Да, жизнь и без того покидала ее, смерть непременно пришла бы за ней, позже и в муках... И Итан попросил меня забрать ее...
- Мамину жизнь? - я чувствовала, как по щекам бегут слезы, но даже не пыталась их вытереть.
- Видишь ли... Моя высшая магия... Способность избавлять от боли и... Дарить легкую смерть, - ответила Хису, не глядя на меня. - О ней мало кто знает... Очень мало. Для большинства у меня есть лишь стихийная магия.
- Вы для этого приезжали к нам? - мой голос дрогнул.
Она кивнула.
- Это было ее решение, - едва слышно произнесла потом. - Твоей мамы. Она хотела защитить... В первую очередь тебя. А я... Я знаю характер его величества... Не понаслышке. Знаю, на что он способен в моменты гнева... Он не пощадил бы никого. И даже если бы оставил тебе жизнь, то она была бы сломана навсегда. И я согласилась... Прости...
- А что с моим папой? - спросила я хрипло. - Куда он исчез?
- Он... Он хотел все исправить. Хотел найти Редклифа. О большем он боялся рассказывать...
- А кто поставил блок на мою магию, не знаете?
- Конечно, Итан, - чуть усмехнулась Хису. - Твоя магия, полностью копирующая материнскую, могла навести подозрения... Он пытался обезопасить тебя со всех сторон. Даже память твою слегка подчистил, стер свой образ...
- Так вот почему я так плохо помню его лицо... - прошептала я. - И даже голос. И портрета у меня его не осталось, только мамин. Значит, мой отец был менталистом?
Хису кивнула.
- И тёте тоже стер память? - спросила я дальше.
- Видимо, да...
- Но мой дар все равно проснулся...
- Я знаю, - Хису улыбнулась. - Это максимальный срок, на которой Итан смог поставить блок. Думаю, он надеялся вернуться раньше... Но что-то пошло не так. Мне даже трудно предположить, где он сейчас находится. И нахождение Редклифа тоже неизвестно.
- Значит, теперь я, тётя с дядей, кузина - мы все снова под угрозой, раз блок с меня снят? - забеспокоилась я.
- Пока нет повода волноваться, - Хису накрыла мою руку. - Прошло тринадцать лет, и вопрос поиска виновного в освобождении Редклифа уже стоит не так остро. Да и сам некромант не давал о себе знать все эти годы. Не думай пока об этом, живи полной жизнью... Хотя, разумная осторожность и не помешает, - она усмехнулась, и в этой усмешке я увидела Чонгука. А ведь и глаза у него матери...
Я вспомнила, как оттолкнула его, узнав, кем является его мать, и мне стало не по себе.
- А где Чонгук? - спросила я. - Его можно позвать? Я хочу его видеть... Мне надо сказать ему... Извиниться.
Улыбка застыла на лице Хису, а взгляд наполнился печалью.
- Что случилось? - тревога сжала сердце.
- Он уехал, - сглотнув, наконец ответила она. - К восточной границе. Бардия три дня назад все же напала на нас, и его направили туда. С той девушкой, подругой его, Дженни, кажется... Это приказ короля. Они не могли ослушаться.
- Как же так... - слезы вновь застлали глаза. - Мы ведь даже не попрощались... И я не сказала ему... Святой Алвей, как же так? Вы знаете, как с ним связаться? Это возможно?
Хису покачала головой:
- Он сказал, что сам напишет... Да, он тебе просил передать, - Хису спешно открыла свой ридикюль и достала оттуда вчетверо сложенный лист бумаги.
Я не успела его развернуть, в палату, в сопровождении миссис Чхве вошли ректор и профессор Хо.
- Я пойду. Рада была увидеть тебя, Лиса, - Хису прикоснулась к моему плечу, мягко улыбнулась и поспешила выйти.
- Здравствуйте, - поприветствовала я новых гостей.
- Лиса, наконец, ты очнулась, - первым заговорил профессор Хо. - Мы так волновались.
- Что со мной было, профессор? - спросила я его. - Я помню только, как мне стало плохо, а потом потеряла сознание...
- Внезапный выброс некромагии, - развел руками Хо. - Мы сами не можем понять, как это произошло. Возможно, из-за стресса, а возможно... - тут он осекся и продолжил торопливо: - Главное, нам удалось все вернуть на свои места, прежде чем это смогло навредить тебе.
- Но я целую неделю была без сознания...
- Вам повезло, мисс Манобан, что вы успели сдать все экзамены, - заговорил наконец ректор.
- Но я пропустила поединок за место в Элитной Семерки, - с горечью вспомнила я. Впрочем, это была наименьшая проблема на этот день...
- Вы все равно включены в нее, - отозвался ректор, и я вскинула на него изумленный взгляд. А он продолжил: - Чон Чонгук воспользовался своим правом и передал свое место вам. Теперь от вас требуется только удержать его.
О, боги... Чонгук... В этом весь он. В носу защипало от новой волны приближающихся слез.
- Мисс Манобан, - вновь заговорил ректор. - Как только вам станет лучше, мы позаботимся о том, чтобы вы благополучно доехали до своего дома.
- А моя кузина... Она где? - рассеянно уточнила я.
- Поскольку оставаться в Академии на летних каникулах запрещено, мисс Сон, как и остальные студенты, еще пять дней назад уехала домой. Я пообещал вашей тете, что лично позабочусь о вас. Часть ваших вещей они забрали, оставили самое необходимое, так что вы доедете налегке... Сообщите мне, когда будете в силах отправиться домой...
- По моему мнению, ты уже полностью восстановилась, - улыбнулся профессор Хо, - но если хочешь отдохнуть еще, никто тебя не выгоняет...
- Спасибо, - я тоже улыбнулась, но через силу, - но я хотела бы поехать домой как можно скорее...
- Я займусь этим, - кивнул ректор, и они вместе с Хо покинули палату.
Я осталась одна и наконец развернула записку Чонгука.
«Береги себя. И одевайся теплее. Чтобы я не волновался за тебя».
Горло сдавил спазмом, и я прикрыла рот ладонью, сдерживая рыдания. Потом же моя рука случайно скользнула на шею, туда, где был рояльт. Пальцы коснулись влажных, подтаявших льдинок, а следом вода уже ручейками побежала по груди, теряясь в вырезе сорочки. И от рояльта вскоре остался лишь мокрый след на коже...
Конец первой книги