Глава двадцать первая
Вечер я провела, зубря анатомию. Розэ в это время занималась своей внешностью: подпиливала ногти, натиралась кремом, экспериментировала с прической. Лишь перед сном минут пять уделила чтению учебника.
Расписание на завтра вновь удивляло: две лекции по артефакторике с самого утра и две лекции по истории ближе к вечеру. Между ними выходило больше трех часов свободного времени, но я быстро нашла чем их заполнить: тренировка! Да, именно этим я и займусь в перерыве, тем более, в этот период все студенты еще будут на своих занятиях, и мне никто не будет мешать. А подготовкой к зачету займусь после ужина.
Артефакторику, как и говорил Джин, вела у нас декан Чон Сора. Первым делом она вручила мне зеленый значок факультета ЦиН и сообщила, что тетю и дядю уже известили о моем переводе, а деньги возвратятся им на счет в течение недели.
— Стипендия у нас выплачивается обычно в последний день месяца, — добавила декан. — Поэтому придется подождать еще как минимум две недели.
Подождать каких-то две недели? Да без проблем! О личных деньгах еще не так давно я и мечтать не смела, тетины монеты расходовала крайне экономно, поэтому у меня еще даже кое-что осталось.
Артефакторика, как предмет, мне очень понравилась и увлекла, и я уже с нетерпением ждала, когда будем испытывать некоторые артефакты на практике. Жаль, что это произойдет не раньше следующего месяца.
После лекции Джин отправился в библиотеку, а я — в общежитие. Переодеться к пробежке. Сегодня дождя, на мое счастье, не было, но воздух по-прежнему оставался стылым и влажным, поэтому пришлось доставать с нижних полок теплый джемпер, связанный прошлой зимой тетей Сольхён. Штаны я использовала все те же, отданные мне Дженни, а вот рубашку Чона оставила. Сегодня она мне точно ни к чему. С обувью дела обстояли куда хуже, видимо, придется с первой стипендии сбегать в город и заказать себе удобные ботинки как у Дженни. А пока буду добивать свои сапожки…
Так, осталось зачесать волосы в удобный хвост — и можно идти.
Мои расчеты оказались верны: ни по дороге к пруду, ни у него самого мне не встретилась ни одна душа. В этот час территория Академии была словно вымершая, лишь со стадиона раздавались окрики профессора Ким Чонина и приглушенный лязг металла. Я бросила взгляд на часы на нашей обсерватории-башне, возвышающейся над прочими строениями и хорошо заметной почти с любого уголка территории Академии, и засекла время. На разминку у меня — десять минут, на пробежку — около пятидесяти.
Первый круг дался легко, на втором я чуть сбавила скорость и побежала уже медленнее, как вдруг заметила приближающуюся со стороны общежития мужскую фигуру. Узнала его сразу — и дыхание тотчас сбилось. Чон! Какого демона он здесь делает?
А Чон между тем подошел к одной из скамеек и сел на нее, расслабленно откинувшись на спинку. Троллий зад! Кажется, он это делает специально, чтобы позлить меня, сбить с настроя. Иной причины не вижу. Ну нет, ледышка, не дождешься…
Я подбегала все ближе к нему и уже отчетливо видела легкую усмешку на его губах. Забавляется, гад. Развлекается. Ну развлекайся, развлекайся… Посмотрим, кто будет смеяться последним. Поравнявшись с Чоном, даже не взглянула на него, будто там было пустое место. Но равнодушие мне удалось проявить лишь внешне, внутри же меня все бурлило от негодования. Интересно, он здесь случайно оказался? Шел мимо, увидел меня и решил развлечься? Или же следил за мной?..
Под ребрами от бега, как это бывает с не подготовки, заболело, и рука сама потянулась потереть ноющее место. Всего лишь третий круг, а у меня уже силы на исходе… Еще и этот глазеет.
«Этот», когда я вновь пробегала мимо, внезапно заговорил.
— Спину ровнее держи. Сбавь темп и сделай несколько медленных вдохов, должно отпустить, — его голос был спокойным и ровным, без ехидных или насмешливых ноток.
«Обойдусь без твоих советов, Чон», — хотелось огрызнуться мне, но это выглядело бы как-то по по-детски, и я вновь промолчала, только сильнее стиснула зубы. Правда, когда уже отбежала на достаточное расстояние, расправила плечи и задышала медленнее, как он и сказал — и, демоны раздери, помогло! Боль вскоре притупилась, и я смогла без проблем добежать четвертый круг.
Но на этом, кажется, мои силы закончились. А ведь еще не мешало бы отжимания сделать… Но это уже точно не здесь, ни при Чонгуке. Займусь этим в своей комнате, там вполне хватит места. Да и Розэ еще нескоро придет.
Я свернула на дорожку к общежитию, а Чон так и остался сидеть на скамейке, провожая меня лишь одним насмешливым взглядом. Опасения, что он может последовать за мной, не сбылись: через десяток шагов я украдкой обернулась, Чонгук же даже не двинулся с места.
Оказавшись перед зеркалом, я ужаснулась своему виду: щеки красные, волосы растрепаны, да и наряд все же нелепый. И как Дженни удается выглядеть превосходно после многочасовой тренировки? Представляю, как мысленно потешался с меня Чон, увидев такой замарашкой.
До начала следующей лекции я все же успела сделать с десяток отжиманий, принять душ и переодеться. И даже сходить на обед. В столовой я встретила Чима, уже окрепшего и здорового.
— Сегодня у меня еще день отдыха, — похвастался он, — а завтра возвращаюсь к учебе. Я пропустил три тренировки, меня профессор Ким Чонин за это точно не похвалит.
— Но у тебя причина-то уважительная, — заметила я.
В дверях столовой появилась Дженни, за ней Чонгук. Дженни поздоровалась с нами кивком и легкой улыбкой, а Чон только мазнул по мне взглядом.
— Слушай, Чим, — я вдруг вспомнила вчерашнюю мимолетную встречу с Дженни у стадиона, — а ваш профессор Ким женат?
— Нет, — отозвался друг с набитым ртом. — После медпункта я постоянно есть хочу, представляешь? Меня там голодом морили…
— Бедняга… — протянула я, думая при этом по-прежнему о Ким Чонине. — А невеста у него есть?
— У кого? — Чимин уже забыл о моем прошлом вопросе.
— У профессора Кима, — ответила я. — У него есть возлюбленная?
— А мне откуда знать? — пожал плечами приятель. — Личная жизнь преподавателей нас не касается.
— И все же, неужели тебе неинтересно? Есть ли у него кто-то? — я украдкой глянула на Дженни, которая в этот момент о чем-то разговаривала с Чонгуком. И судя по улыбкам обоих, разговор был приятным и веселым.
— Это вам, девчонкам, интересны такие вещи, — хмыкнул Чим. — А парней это не заботит. Ну какая разница, чем занимается или с кем спит Ким в свободное время?
Дженни звонко рассмеялась чему-то сказанному уже Хёнджином, сидящем там же, и в этот момент она снова выглядела собой, уверенной, спокойной, непринужденной. Возможно, вчера мне все показалось? Я так глубоко ушла в свои мысли, что вздрогнула, когда встретилась взглядом с Чонгуком. А потом ощутила, как щеки предательски вспыхнули.
— А где Розэ? — отвлек меня Чим.
— Не знаю, у нее уже должны были закончиться лекции, — я не успела договорить, как в столовую вошла Розэ в сопровождении нескольких девушек с бытового. Они что-то бурно обсуждали, хихикая и прикрывая рот ладошкой.
— У Розэ новые подружки? — сразу заметил Чим, и это предположение неожиданно уязвило меня. Глупо, конечно и эгоистично, ведь теперь, когда я перешла на другой факультет, Розэ надо с кем-то общаться во время учебы, но сердце против воли заполнило горечью.
— Привет, — кузина тем временем подошла к нам, и они вместе со своей новой компанией расселись за наш столик. — Как дела?
— Отлично, — первый отозвался Чим. И обвел веселым взглядом ее спутниц: — Не познакомишь нас?
— Конечно, — улыбнулась Розэ. — Девочки, это Чимин, мой сосед и друг детства. Лису, мою кузину, вы уже должны знать, — я им сдержанно улыбнулась, а Розэ продолжила: — Чим, это Сона, Момо и Хвиин…
— Рад знакомству, — ответил «сосед и друг детства».
— Взаимно, — отозвались почти хором девушки.
— Лалиса, — мне кто-то внезапно положил ладони на плечи и, наклонившись, проговорил на ухо: — У нас осталось мало времени. Ты идешь?
— Джин, — выдохнула я со смехом, когда узнала сокурсника. — Зачем так пугать?
— Привычка некроманта, — ухмыльнулся он. — Так мы идем?
— Да, конечно, — спохватилась я. И обратилась к остальным: — Извините, у нас сегодня еще две лекции. Мы уже опаздываем.
— Будешь поздно, да? — уточнила Розэ, как мне показалась, с напускным равнодушием.
— Да, можешь ужинать без меня, — ответила я, вновь ощущая глухую тоску.
Преподаватель «Истории целительства и некромантии» профессор Кан оказалась дамой неопределенного возраста, невысокой, субтильной, с бледным невыразительным лицом, единственным украшением которого являлись большие очки в черной оправе. И да, она была с чайником.
— Целительство и некромантия — это как две стороны одной монеты, — рассказывала профессор Кан сонно, прихлебывая чай из фарфоровой чашки, которая тоже была при ней. — Как жизнь и смерть… Как свет и тьма… Как правда и ложь… Как… Как…
— Как чай и кофе, — под нос себе произнес Джин.
— Как чай и кофе… — эхом повторила Кан, но в следующий миг спохватилась и сурово глянула на парня: — Не путайте меня, молодой человек!
— Извините, — отозвался Джин, пряча улыбку. Я тоже едва сдерживалась, чтобы не улыбнуться или, чего хуже, рассмеяться.
— К следующему занятию, — продолжила профессор Кан, — вы подготовите мне по докладу о выдающихся магах в области наших специальностей. Мистер Ким, вы пишите о целителе. А вы, мисс Манобан, о некроманте. Где родился, чем известен, какие заслуги… Объем не меньше трех листов. И готовьтесь к дополнительным вопросам по пройденным темам…
Ну вот, еще один зачет…