7
Со временем, я стал понимать, что моё "влюбился в профессора" принимало все больше и больше отрицательных сторон. Так, лёжа на своей кровати после очередной встречи с Картером, на которой мы снова и снова поэтапно готовились к конкурсу, я думал. Думал о том, что даже пусть я и признаюсь альфе, он никогда не примет мое нравитесь. Я мучил свое сердце и тело в попытках забыть это гнетущее чувство, что только и наровило выползти наружу и прокричать о себе. Я каждый день повторял себе, что надо забыть, надо успокоиться и оставить эту ерунду. Но сердце, что так отчаянно желало любви и тепла, не сдавалось. И каждый чёртов раз, стоило Лайонелу подойти слишком близко, оно становилось беспокойным и буйным. Никаких бабочек в животе я не чувствовал, было только нечто давящее...это было невыносимо.
Я вспоминал свои неудачные первые отношения. Да, тогда я и правда думал, что люблю. Этот омега был нежен, как тёплый летний ветерок, он дарил мне чувство комфорта и безопасности. Я учился на первом курсе, зелёный ещё совсем, надеялся связать с ним свою жизнь. Однако счастье и окрыленность от первой любви прошли так же быстро как и появились. Спустя всего пару недель, я застал его в компании незнакомых альф, с одним из них мой омежка бесстыдно целовался, сидя верхом. Так тошно мне давно не было. Я еле добежал домой. После этого я почти полгода не мог нормально сосуществовать с другими. Мне все казались чужими, вызывали оттаржение, и я прятался, пропускал пары, не выходил на работу...И сейчас в очередной раз обдумывая все, я понимал, что боюсь повторения этого кошмара. Но и держать все в себе тоже не мог.
Иногда все же, я позволял себе подумать о том, что предмет моего обожания согласиться. Однако после этого появлялись другие проблемы. Во-первых, я не мог родить ему детей, а значит шансы на долгую и счастливую жизнь проходят мимо. Многие альфы расстаются даже с омегами из-за того, что те не могут обеспечить их маленькими бестиями. Во-вторых, у нас совершенно разный статус. Конечно, я уже знал имена и фамилии его родителей. Богатая семья не примет безродного. А в-третьих, Картер, может и не сейчас, но потом обязательно встретит своего истинного, которого никто и никогда не променяет на бету. В моменты, когда я об этом думал, во рту вырастал ком. Я плакал и ненавидел. Ненавидел свою природу и родителей, что бросили меня одного. Если бы я только не родился бетой. Если бы только...Жизнь наверняка была бы другой. Но все на что я мог надеяться сейчас, это малюсенький шанс встретить человека, что будет любить меня такого, какой я есть. Глупо, да.
Да, я знал, что мне откажут. Знал это, и все же не мог отступить так просто. Я предпочту плакать из-за того, что мне отказали, а не из-за собственной трусости.
Последние дни холодного ноября, сопровождались дождями и снегом. Люди на улицах и днем, и ночью хлюпали в воде, ругаясь на погодные условия, а самые ленивые предпочитали валяться дома, до того времени, пока на улице не станет хоть немного лучше. Я бы тоже хотел так проводить эти ненастые дни, но увы и ах. Сессию закрывать за меня никто не будет, да и конкурс уже скоро. Именно поэтому я последние две недели пропускал работу. Времени на подготовку уходило много. Картер постоянно таскал меня за собой, контролировал мои шаги. Этот проект мог знатно его возвысить среди персонала в институте, скорее всего ему перепадет неплохая сумма денег. Я конечно догадывался, что планы на меня у него большие, но не так же гонять. Я был настолько занят этой подготовкой , что зачастую пропускал приёмы пищи. Кости скоро будут выпирать. Из-за этого я стал ненавидеть себя за то, что вообще записался на этот чертов конкурс. Нахрен бы он мне сдался, я все равно не выиграю!
Альфа сидел напротив Эрика, подперев голову рукой, и клевал носом. Уже две недели он не мог нормально поспать из-за конкурса. Будь он неладен этот конкурс.
Несколькими неделями ранее, Лайонел встретился с отцом, в надежде если не отговорить родителя, то хотя бы уменьшить время своего испытательного срока. Брюнет видел, что папе было не очень хорошо в последние дни, он болел, но бизнес отказывался передавать наотрез. В тот день их встреча прошла лучше, чем предыдущие, удивительно даже. Однако несмотря на все запреты и протесты, Картеру все-таки удалось добиться того, чего он так хотел. К концу ужина, они сошлись на том, что если его студент выиграет первое место, то старший возьмёт альфу под свое крыло, потихоньку готовя на пост президента.
И вот теперь, зеленоглазый турсучит бету как может. Иногда конечно альфа признавал, что, возможно, перегибает палку, но планку нельзя было снижать. Не сейчас.
Хоффман к этому времени не ел дня три, ему было плохо. Тело ломимо, а из-за воды и холода парень шмыгал носом. Он болел не первый день и сейчас чувствовал себя как нельзя паршиво.
– Так, смотри, Эрик. – Мужчина чиркал очередную поправку в отсчёте, попутно объясняя зачем она, и как лучше использовать те или иные инструменты. Однако бета уже не слушал.
Уши студента будто заполнила вода. Он не мог уловить ни единой мысли из монолога профессора. Голова стала тяжёлая, и Эрик был не в силах больше сопротивляться, медленно оседая на стуле.
– Профессор, мне как-то нехорошо. – Брюнет попытался сфокусировать взгляд на Лайонеле.
– Голова болит? – Альфа протянул руку ко лбу студента, и сразу почувствовал как тот горел. Белого, как мел, парня Картер одел в его и свою куртки, хорошенько заматав, и поволок в машину.
Мужчина корил себя за тупость и беспечность. Не заметить, что Эрик больной, мог только дурак. Но зеленоглазый надеялся, что у мальчика просто насморк, ведь тот постоянно промачивал нос платком. Идя к машине с ценным грузом подруку, он все время причитал и ругал себя. Сначала стоит поехать в больницу или лучше сразу домой, а потом вызвать врача на дом? Нет. Лучше в больницу, бета итак из последних сил держится. Посадив больное тело на пассажирское место, мужчина завёл машину и рванул.
Больница была не так далеко, поэтому добрались они быстро. Альфа на руках внёс Эрика, опрашивая персонал в поисках врача. После пришлось ещё немного доплатить за быстрый прием почти без очереди, но это было не так важно. Старенькая альфа тщательно осморела горящего паренька, а после вколола жаропонижающее. Лекарство в скорее подействовало, и мальчишка заснул. Врач спросила насчёт лечения в больнице, но Картер отказался. Он не мог предоставить ни документы, ни позвонить кому-то из родственников по незнанию. И, получив список лекарств, увёз студента к себе.
Уже дома Лайонел искупал и переодел бету. Конечно его вещи были достаточно большими для парня, но это лучше чем ничего. Альфа хорошенько укутал больного в одеяло и оставил в своей кровати, направляясь на кухню. Первые несколько дней Хоффман не сможет есть нормальную еду при такой простуде, так что надо приготовить кашу.