Глава 13.
- Зачем мы остановились? - спросил Ацуши, когда машина аккуратно припарковалась около линии мелких магазинчиков, хозяины которых не щадили электричества на яркие вывески, чтобы хоть как-то сделать магазины более заметными и прибыльными, в том числе и ночью.
- В аптеку заглянуть надо, - ответил Акутагава, прихватив банковскую карточку и выйдя из машины.
***
На входе зазвенел колокольчик, уповещая фармацевта об новом клиенте.
Акутагава подошёл к витрине с презервативами. «С гелем, с пупырышками, со вкусом клубники... Чего только не придумают, лишь бы потрахаться...» - подумал Акутагава, но быстро вспомнил, зачем он вообще разглядывает презервативы, и отогнал мысленные упрёки про похотливую молодежь. Рюноске взял обычные презервативы и смазку, попавшуюся ему под руку, и та была с охлаждающим эффектом.
По пути на кассу преподаватель прихватил пастилки от кашля для себя, ибо немного приболел, и гематоген с упаковкой аскорбиновой кислоты для котёнка.
Приобрёв всё необходимое, Акутагава спрятал в карман пачку презервативов с гелем-смазкой, а пастилки с гематогеном и аскорбинкой решил нести в руках.
***
- Что купил? - спросил Ацуши, дыша на стекло и рисуя на запотевшем окне смешные лица. Совсем ребёнок.
- Пастилки от кашля, - произнёс Акутагава и положил на коленки Накаджимы сладости, убирая пастилки в бардачок, мол «вот, всё, что я купил».
***
- Так что, котёнок? - намекнул Рюноске, напоминая сегодняшний разговор в кабинке колеса обозрения, вешая своё пальто на крючки в прихожей и тайком перекладывая презервативы со смазкой в карманы брюк, пока Накаджима мыл руки в ванной.
- Чего? - непонимающе спросил Ацуши, уже почти не краснея от ласковых слов и вытирая излишнюю влагу с рук полотенцем. - Ты голоден? Я тогда сейчас разогр-...
- Сегодня. Колесо обозрения. Вечер. Твоё обещание. Не помнишь совсем? - перебил Акутагава студента, который сразу же покрылся алой краской.
- А т-ты хочешь?...
- Если бы я не хотел, то я и не спрашивал бы.
- А... Н-ну... Я забыл совсем! - бойко сказал Накаджима, но вдруг сам же испугался своей громкости и прикрыл ладошками рот, стесняясь, что, конечно же, умилило преподавателя.
Рюноске подошел к Ацуши и аккуратно убрал чужие руки ото рта, склоняясь над чужим лицом и положив одну руку на щеку студента, всматриваясь в чужие глаза. Акутагава всегда восхищался их особенностью - они не такие, как у других. У его котёнка глаза, словно золото и аметист. Словно лучи солнца и сирень.
Покусаные, чуть шероховатые губы накрыли чужие, мягкие и нежные, облизав их, словно прося ответить. И Накаджима ответил - чуть приоткрыл рот, а язык Рюноске сам проскочил внутрь и хозяйствовал в чужом рту.
Вдруг Рюноске отпрянул от чужих губ, что даже Ацуши опешил.
- Может, в спальню перейдём? На кухонном столе неудобно будет, - произнёс преподаватель, мигом вгоняя студента в краску, который положительно кивнул спустя пару мгновений, отводя взгляд.
Акутагава лишь мягко взял чужую ладошку, чуть поглаживая тыльную сторону большим пальцем, и повёл за собой в спальню, а Ацуши не оставалось ничего делать, кроме как следовать за Рюноске.
- А т-ты знаешь, что да как?... - спросил Ацуши, войдя вслед за Акутагавой в спальню.
- Знаю, - ответил Рюноске, аккуратно укладывая, не повалив, на постель Накаджиму, который даже не сопротивлялся.
- А больно... Больно не будет?... - с дрожью в голосе спросил котёнок, прижимая маленькие кулачки к себе и наблюдая за нависшим Акутагавой.
- Сначала может быть немного неприятно. Вообще, это зависит от партнёра, но я постараюсь быть очень нежным, - произнёс преподаватель, проводя ладонью по бёдрам в чёрных штанах, на что Ацуши дёрнулся только из-за неожиданности.
Накаджима старается максимально расслабиться после слов Акутагавы, но всё равно тяжело дышал. С самого начала можно было заметить, что студент - невинный девственник, краснеющий от любой пошлой шутки. И Акутагаву это та-а-ак заводило.
Он аккуратно стянул с худого бледного тельца рубашку, проводя кончиками холодных пальцев по открывшемуся виду и не оставляя персиковые бусинки сосочков без внимания. Он мягко обвёл каждый сосок пальцами, чуть зажимая до тихого скулежа "мальчика", а после и вовсе пристроился губами к одному соску. Сначала это были короткие поцелуи, а потом проворный горячий язык размашисто облизал бусину соска, вырывая из Ацуши первый тихий стон.
Стоило Рюноске положить руку на пах Ацуши сквозь слои ткани, как тот протяжно простонал, поджав пальчики на гладких ножках, от чего Акутагава ухмыльнулся и, быстро разобравшись с бляшкой ремня, тут же стянул капри с Накаджимы вместе с трусиками. Последний, раскрасневшись, стыдливо отвёл взгляд, а другой вновь пошло улыбнулся, оглаживая бёдра.
Телосложение Ацуши нельзя было назвать мужским? У Ацуши была талия, худощавое тельце и пухленькие бёдрышки, словно вся еда, которую Рюноске тщательно скармливал котёнку, перешла не на живот, не на руки, а именно на бёдра.
Ацуши и вправду маленькая хрупкая девчонка.
С членом между ног, конечно.
И Акутагава окончательно решил, что Ацуши должен был быть девчонкой - даже его половой орган говорил это своими размерами.
«Всё равно он будет пассивным, так что всё в норме», - подумал Акутагава.
Чуть пришлёпнув Накаджиму, Рюноске водит рукой по чужой груди, задевая соски, а другой, не стесняясь, то сжимал, то разжимал попку Ацуши, который тяжело дышал и тихо постанывал, чуть сжимая простынь.
- Н-нечестно... - тихо сказал Накаджима.
- Почему это? - Рюноске аж опешил.
- Почему это я уже г-голый, а ты совсем нет... - тихо прошептал Ацуши, стесняясь.
Рюноске ухмыльнулся хитрости своего студента и принялся расстегивать пуговицы своей рубашки как можно быстрее - уж очень ему не терпелось.
- Встань пока на четвереньки, - Акутагава даже рыкнул от злости, когда пряжка ремня не подавалась, но она, словно испугавшись, тут же поддалась, а Ацуши, отчаянно краснеющий, аккуратно и тихо переполз на четвереньки, до ужаса стесняясь и пододвинув к себе подушку, которую крепко обнял.
Наконец сняв все элементы одежды, Рюноске откинул их к одежде Накаджимы и наблюдал за ним. Взгляд последнего был устремлён на половой орган, и на лице Ацуши выступал страх.
- А это... Он не слишком ли большой?... - спросил Ацуши, стесняясь вопроса.
- В прошлый раз, когда ты мне отсасывал, этот такого страха не вызв-...
- Л-ладно, я понял!...
Акутагава аккуратно коснулся заветного колечка мышц, а Накаджима тихо простонал, а первый сразу же вспомнил про смазку. Он тут же вытащил смазку из кармана брюк, и раздался характерный щелчок при открытии тюбика.
- Т-только давай поаккуратнее...
Рюноске лишь чуть надавил на проход, войдя пальцем на первую фалангу и потихоньку продвигаясь глубже, от чего Ацуши лишь хныкнул. Не очень то и приятно, знаете ли.
Спустя какое-то время в дело пошёл и второй палец.
А потом и третий.
Акутагава же плавно вводил пальцы то до упора, вызывая стон, то вытаскивая до последней фаланги, слыша всхлип.
Наконец, терпение Рюноске кончилось, и он вытащил пальцы, вытирая их об рядом лежащее полотенце от смазки и прижимаясь пахом к промежности, от чего Ацуши тихо пискнул и чуть выгнул изящную спину.
- У-уже?...
- Думаю, ты готов.
- Т-точно?...
- Точно-точно.
Рюноске мягко поцеловал бледную шею и крепко взял мальчика за талию, удерживая тем самым на месте.
«С-сейчас будет...» - подумал Ацуши, зажмурившись и крепче сжав подушку.
А Рюноске, даже не отодвигаясь, чтобы наконец войти, начал делать ритмичные толчки и создавать звонкие шлепки.
Сначала Накаджима немного не понял, а спустя какое-то время тяжело дышал и постанывал от каждого толчка, что Акутагаве хотелось как можно поскорее войти - его мальчик очень хочет.
Наконец Рюноске отпрянул от промежности и чуть похлопал по ней головкой полового органа - Ацуши тихо проскулил в подушку.
- Потерпи, будет немного неприятно, - прошептал Акутагава, но котёнок прекрасно слышал его.
Рюноске аккуратно толкнулся внутрь Накаджимы, а как только головка вошла, тут же сделал резкое движение и насадился до упора. Бедному мальчику пришлось громко вскрикнуть от боли, а на переливающихся глазках выступили слёзки, и раздались тихие всхлипы.
- Прости, котёнок, но было бы куда больнее, если бы я входил плавно, - Рюноске, остановившись внутри, наклонился и аккуратно выцеловывал лопатки.
- П-правда?... - спросил Ацуши дрожащим голосом, вытирая слезинки с щёк подушкой.
- Конечно, - произнёс преподаватель на маленькое аккуратное ушко. Он, естественно, соврал. А может и нет - Рюноске казалось, что это будет более правильным решением - но ему хотелось поскорее полностью оказаться внутри.
А внутри было узко, мокро и горячо. Тугие, не до конца разработанные стенки крепко сжимали половой орган Акутагавы, что он тихо простонал в загривок студента, который вжался в подушку в надежде хоть как то сдержать стоны и вытерпеть неприятные ощущения.
- Н-не больно? - спросил Акутагавы, отстранившись от чужой шеи.
- Терплю... - тихо произнёс мальчишка в подушку, но Рюноске всё услышал.
- Я начну двигаться, а ты лучше привыкай, потом станет гораздо легче, котёнок, - мужчина мягко поцеловал "котёнка" за ушком.
Преподаватель выпрямился и начал очень медленно то входить, то выходить из пепельноволосого, стараясь сдержать глухие тихие стоны - Ацуши всё ещё сжимал его член и тихо хныкал - и поглаживал Накаджиму по лопаткам, стараясь успокоить его хоть немного.
Помогло ли это или нет, но через какое-то время Ацуши стал постанывать, и тогда Акутагава стиснул ягодицы партнёра и немного ускорился, на что Ацуши лишь громче простонал, вытирая дорожки слёз. Теперь хоть можно назвать темп движения Рюноске средним - ни слишком медленно, ни слишком быстро.
- Р-рю... Побыстрее...
Тут даже невозмутимый Акутагава чуть было не поперхнулся. Не послышалось ли ему?
В любом случае тёмноволосый ускорил темп, сильно сжав чужую, совсем девчачью талию и вбиваясь в тело мальчишки до звонких и быстрых шлепков кожи об кожу и не менее громких стонов Ацуши, вперемешку с криками, когда преподаватель проходился головкой точно по простате.
- Р-рю... Я с-сейчас...!
Но Акутагава тут же вышел из растраханной дырочки с тихим хлюпом от обилия смазки, так и не дав кончить Накаджиме, что тот разочарованно хныкнул и обернулся на Рюноске, чтобы посмотреть непонимающим взглядом.
Но Рюноске ловко подхватил котёнка и повалил его на спину, раздвигая ноги и пристраиваясь меж них, что мальчишка пискнуть еле как успел.
- Я ещё хочу посмотреть на личико моего солнца под конец~, - словно пропел Рюноске, придерживая подбородок Ацуши и мягко, но требовательно целуя.
Ацуши лишь вновь покраснел и даже чуть заёрзал от нетерпения, а Рюноске вновь пошло ухмыльнулся и, приставив головку к дырочке мальчишки, плавно вошёл.
Этот раз был гораздо лучше и безболезненен для Ацуши, что при первом толчке тот протяжно простонал, выгнув спинку.
А Рюноске уже не терпелось да и в принципе не хотелось долго церемониться, так что тот почти сразу же перешёл на бешеный темп. Накаджима из неожиданности громко вскрикнул, когда вновь задели простату и продолжили долбиться в неё.
- Р-рю!...
Ацуши громко простонал в последний раз и кончил на свой впалый живот, тяжело дыша и смотря затуманенным взглядом на «Рю». Последний же сразу вышел из горячего тела и, сделав пару быстрых движений по стволу, кончил в презерватив.
***
- Тебе же понравилось, не дуйся, - сказал Рюноске, пододвивая Ацуши к себе за талию и целуя в шею.
Ацуши лишь недовольно пропыхтел и уткнулся в подушку.
Акутагава иногда искренне не понимал Ацуши - вроде бы всё постельное бельё сменили, в душ сходили, легли в постель, дабы уже уснуть, а он обиделся из-за того, что попа слишком болит. Но не смотря на это, Рюноске даже нравилась эта сторона в Ацуши. Рюноске нравится любая стороная Ацуши. Рюноске нравится Ацуши. Рюноске любит Ацуши.
- Почему ты не сказал, что попа болеть будет?...
- Я не знал, котёнок, - Рюноске мягко поцеловал партнёра. - Завтра всё равно выходной, за день всё пройдёт.
- Хоть тут ты уверен?
- Я рассчитываю на это, - Ацуши вновь пропыхтел.