Сильнее Принципов

Я лежу с закрытыми глазами и абсолютно пустой головой, ощущение странное, словно я нахожусь в прострации, в нереальном мире, которого на самом деле не существует. Звук открывающейся двери отвлёкает меня.
Я медленно открываю глаза и застываю, глядя как Лёша в медицинском халате и бахилах приближается к моей кровати. Я даже подумать не могла, что после всего произошедшего, он захочет поговорить со мной ещё хотя бы раз. Но это происходит в реальности и пока я размышляю над этим, он спокойно опускается на стул и смотрит на меня своими серыми глазами полными печали. Жалость! Именно её я вижу внутри них.
-Привет, - его голос тихий, но твёрдый, я с усилием киваю. - Прости, что не пришёл раньше... не мог заставить себя.
Эта фраза неприятно кольнула сердце. Я прикрываю глаза и кладу голову на подушки. Неужели сейчас и от него мне придётся услышать кучу претензий и обвинений?
-Мне очень жаль, что всё так вышло. Правда.
Конечно же! Стандартные, ничего не значащие фразы. К чему вообще было приходить?
-Это я во всём виноват.
Я распахиваю глаза и смотрю на него с недоумением. Что за бред он несёт?
Лёша выдерживает мой взгляд и тяжело вздыхает. Теперь я вижу как он бледен, как сильно измучен. Парень комкает в руках чëрный носовой платок на мгновение отводя взгляд.
-Мне не стоило оставлять тебя одну. То есть, нам стоило нормально поговорить, прости. То, что я узнал просто оглушило меня. Я совсем не соображал и хотел просто отключиться, чтобы ничего не чувствовать. Мне было очень больно...
Он медленно переводит дыхание, глядя прямо перед собой. Я прекрасно всё понимаю, в объяснениях его реакция и эмоции не нуждаются. Однако он решил, что так будет лучше, раз поднял эту тему. Я же, пытаюсь максимально расслабиться и не обращать внимания на резкую боль во всём теле. Решаю выслушать всё до последнего слова. И неважно, что именно будет сказано.
Но снова эти слова...
Ему больно, так же, как было больно Марку. А может ещё хуже. Неужели я на самом деле такое чудовище? Неужели и правда всем из-за меня плохо?
Я пытаюсь отогнать от себя эту мысль.
-Я долго думал что тебе сказать, сейчас, когда вижу тебя... в таком состоянии, все слова исчезли из моей головы. Я... не знаю, для чего пришёл.
Он растерянно, чуть ли не с ужасом смотрит на меня. А я вдруг начинаю серьёзно злиться. Может быть хватит уже мучить меня своими откровенными разговорчиками?! Эти парни, конечно, на меня обижены, но разве они подумали о том, что чувствую я?!
-Хочу чтобы ты знала, я люблю тебя. Это самое сильное чувство, которое я когда-либо испытывал к девушке. Но это не меняет моего решения... я пришёл попрощаться. Я уезжаю. Мне сложно разговаривать с тобой и это правда, но я должен. Не буду говорить громких слов о предательстве, мне кажется, ты сама всё понимаешь. Но то что произошло - очередное доказательство тому, что рядом с Марком все несчастны. Ты влюблена в него, слишком сильно, чтобы видеть кого-то ещё вокруг себя. И ты должна была мне об этом сказать. Прости, я привёз тебя сюда, я не думал ни о чём в тот вечер, казалось что ты наконец что-то чувствуешь ко мне и хотел это проверить... И наверное, если бы я не решил идти к нему, всё было бы по-другому. Хрен с ним, пусть я бы и не знал о вас, но мы могли бы хотя бы попробовать стать счастливыми! А теперь ...всё так. Я не могу закрыть глаза на то, что знаю. Мне очень сложно сейчас, я не понимаю как с этим справляться. Но все-таки, ты должна знать кое о чём. Пусть прозвучит безумно и странно и ты не поверишь, но я думаю Марк любит тебя.
Бред! Я отчаянно жмурюсь, испытывая острое желание хоть как-то заткнуть парня и жалея, что в этот момент не могу ничего сказать. Марк не умеет любить, у него вообще вместо сердца камень!
-Я понимаю, что в его случае это звучит более чем странно, но думаю, что не ошибся. Я видел это в его глазах! Я бы ни с чем не спутал... Лиза, он плакал как ребёнок, навзрыд, пока ехала скорая. Я проснулся от громкого хлопка дверью, Эля перепуганная насмерть, сказала что Марк погнался на улицу. Я рванул следом,  когда понял, что тебя тоже нет. А потом, пробежав хрен знает сколько, услышал крики. То, что я видел, не передать словами. Он, в порванной футболке, уже в крови, дрался с мужиком, у которого был нож! Двое уже лежали на земле. Я собирался помочь, но он заорал на меня, сказал чтоб я шёл к тебе, а потом я увидел как ты лежишь на земле... и кажется не дышишь... Плохо помню, что было дальше. Словно туман перед глазами. Пока относил тебя на ближайшую лавочку и проверял пульс, Марк справился с третьим. Он бил его, бил, бил... я с ужасом понял - не остановится. Попытался оттащить, и чуть не лëг рядом с тем ублюдком, что покалечил тебя. У Марка рука тяжелая, а когда он в ярости, то... Да плевать на это! Главное, что он не сядет! Есть свидетели, дело уже завели. Но не это важно.
Лёша делает паузу, глубоко вдыхая, а я даже боюсь пошевелиться. Все эти подробности мне неизвестны, и то, что он говорит шокирует меня.
-Марк слетел с катушек, он уже не понимал, что творит. К счастью, на крики пришли люди и втроём с мужиками мы едва оттащили его от тела на земле. Проверили пульс, к счастью ублюдок ещё дышал. А Марк ничего кроме тебя вокруг не видел. Кто-то из ребят сразу же вызвал скорую и мы осторожно попытались его осмотреть. Но это было бесполезно! Он не давал даже подойти к себе! Хотя я видел порезы и кровь.
Лёша снова замолкает. Я смотрю в потолок, боясь сделать движение и прекратить этот разговор. Я ловлю каждое слово, моё сердце бьется как сумасшедшее, с болью ударяясь в грудную клетку и эти паузы убивают меня в прямом смысле слова!
-Он на руках заносил тебя в машину скорой, добился того, чтобы поехать с тобой... А пока скорая не приехала, плакал и держал тебя за руку. Он даже не пытался это скрыть, понимаешь? И это было настолько дико для меня, что я растерялся. Я никогда его таким не видел! Вы уехали, а я не сразу понял, что нужно тоже ехать. Это же я привёз тебя сюда, я должен был быть рядом... И уже тогда я понял, что Марк влип. Если раньше у меня были только смутные подозрения, то теперь я всё видел прекрасно. Тебя забрали, а он метался по больнице как сумасшедший. Никому не давал к себе прикоснуться, хотя ему тоже нужна была помощь! А потом приехали твои родители. Я говорил с ними, пытался объяснить всё как мог. Потом Марк устроил дебош, из-за того, что его не пускали к тебе, и они обратили на него внимание. Не знаю, что там ему говорил твой отец, но он вдруг успокоился. Дал зашить порезы, сделать перевязку, вроде бы даже пришёл в себя и спокойно поговорил с полицией. Но что-то опять произошло, пока я ездил к нему домой, чтобы привезти вещи. Я не могу даже себе объяснить, что это. Вместо бурной истерики, теперь был ступор. Это напугало меня даже больше, чем всё то безумие, что он творил, но я так и не смог добиться никакого ответа. Знаю, что ему всё-таки дали с тобой увидеться. И что у вас тут произошло, мне неизвестно. Но... я видел боль в его глазах. Столько боли, что не рискнул даже говорить с ним о чем-либо. Да, я не просился тебя навестить, но всё это время был здесь. Просто не мог заставить себя поговорить с тобой. Что теперь? Теперь, я так же как и Марк в своё время, решил сбежать. От тебя... Я тогда догадывался, почему он уехал. Теперь уверен в причине его отъезда на  все сто процентов. И да, я знаю о ребёнке.
О Господи! Снова об этом, слёзы мгновенно увлажняют сухие глаза. Хочется заорать во весь голос, хочется сделать хоть что-нибудь, убежать от этих слов, от боли которая скручивает внутренности в тугой узел...
Все они говорят про малыша так спокойно, а я ведь даже не знала о нём! И они все даже примерно не представляют, как мне больно осознавать, что я его потеряла.
Лёша осторожно прикасается к моей руке и мягко сжимает мои пальцы. Я сильно вздрагиваю, глядя на него полными слёз глазами и он печально улыбается.
-Думаю, ты сама ничего не знала.
О Господи, неужели он в самом деле не считает меня сволочью? Я киваю и жмурюсь от боли. Хочется крикнуть - поговори с Марком! Но разве это уже что-то изменит?
-Я так и думал. Мне правда жаль, что всё так вышло. Что всё это случилось именно с тобой. И с Марком. Он ведь знает о ребенке? Прости, тебе больно об этом говорить, попытайся расслабиться. Я уже сейчас уйду. Но мы с Марком так и не смогли поговорить, между нами теперь ты и вся эта история... И мне так горько, что этот наш треугольник привёл к таким вот печальным последствиям, что даже не выразить словами. Тебе просто стоило быть честной со мной. Только и всего. Возможно, тогда бы ничего этого не случилось и мы смогли бы попытаться стать нормальной парой. Но поздно уже об этом говорить. Я правда не хочу уходить. Я правда тебя люблю, но всё так далеко зашло, что мне с этим не справиться. Я просто устал бороться за тебя. Просто понял, что совсем тебе не нужен.
Он поднимается и медленно наклонившись, нежно целует меня в лоб, задерживаясь губами и глубоко дыша. Я снова крепко жмуруюсь, но это не помогает сдержать надвигающуюся истерику . Всё должно было быть по другому! Он должен был стать рядом со мной счастливым. Я должна была стать счастливой рядом с ним. Но всё разрушено! Они все бегут от меня, словно от чумы, обвиняя в их же ошибках в том числе. Никто не подумал, каково мне? Я только и слышу - мне больно... А мне? Разве я не заслуживаю сочувствия?!
-Прощай. Не знаю, увидимся ли мы ещё когда-нибудь, но я надеюсь, что всё у тебя наладится. Ты замечательная, помни об этом и я уверен, ты обязателлно будешь счастлива. А я буду с теплотой вспоминать наше время, не стану тебя ненавидеть, так что не переживай. Всё как-то наладится малышка. Будь сильной.
Он прячет глаза, когда говорит эти слова. Ему очень сложно, даже просто смотреть. Несколько секунд парень ещё медлит, словно борется с собой, но потом вдруг порывисто разворачивается и исчезает, громко хлопнув дверью.
Всё. Я одна. Одиночество накрывает моё сознание плотным одеялом, сквозь которое невозможно даже нормально вдохнуть. Чувствую, что уже начинаю задыхаться, хочу нажать кнопку вызова помощи, но неожиданно даже для самой себя передумываю. Я должна научиться справляться с этими паническими атаками сама, без посторонней помощи.
Я пытаюсь сделать вдох, насколько могу и медленный выдох. Слёзы заливают лицо и шею, мне почти ничего не видно вокруг. Руки трясутся.
А если Марк действительно говорил правду? Что, если он действительно проклят и все люди, которые хоть сколько-нибудь дороги ему - страдают? Ведь я тоже страдаю! Мне кажется, что жизнь моя разбита в щепки, что всё закончилось и я больше никогда не стану прежней. И всё именно так.
А они отказались от меня. Бросили в тот момент, когда я больше всего нуждаюсь в их поддержке. Разве они достойны моих страданий, в таком случае? Разве я не должна думать сейчас только о себе и о том, как жестоко обошлась со мной жизнь? Была ли я виновата в этом? Определённо!
Но не только я одна...
Жизнь всё расставит по своим местам, мне только нужно будет найти в себе силы и жить дальше. Пусть и сделать это невыносимо сложно. Но я справлюсь!
Я прикрываю глаза и дыхание моё успокаивается. Пусть всё что произошло и сломало меня, но это далеко не конец, я точно знаю...