Эпилог
Три года спустя.
Молодой парень стоит напротив таблички, на которой написано: О Санми.
Кладбище, где захоронена мать, он посетил впервые, после того как узнал правду о смерти. Это место находится в Америке, в небольшом городке, неподалёку от Нью-Йорка. Сехуну было очень трудно найти место захоронения никому не известной женщины, которая,
оставив семью с небольшой суммой денег, уехала на чужбину умирать, попросив небольшую похоронную компанию за деньги разобраться с её телом после смерти. О Санми спокойно доживала свой последний месяц жизни в больнице со средними условиями, также заранее договорилась с местными врачами о своей дальнейшей трагической судьбе. Сын этой женщины понимал, как тяжело ей было. Скорее всего, она каждый раз плакала, вспоминая о семье, ей очень тяжело дался факт скорой смерти.
Смутно помня черты родного человека, Сехун может опираться только на некий образ, созданный маленьким десятилетним мальчиком. Он проводит рукой по грязной дощечке, осматривая вокруг себя местность, замечая, что эта могила выглядит хуже остальных. Правильно, никто же не ухаживал за ней, никто не знал про неё до этого дня.
— Прости, ма... — едва слышно шепчет Сехун, запинаясь и не до конца выговаривая слово «мама». Это извинение звучит также, как и десять лет назад, когда ещё малолетним хулиганом он мог разбить любимую вазу матери.
Небо пасмурное, полностью застелено тучами, но дождь не идёт. Солнца не видно. Чувствуется осенняя прохлада. Парень продолжает стоять напротив небольшой могилки и смотрит вдаль, пытаясь проститься с ней окончательно и вновь вернутся на родину. Он глубоко вдыхает и собирается мыслями.
— Прости, мама. Я постараюсь быть сильным и жить счастливо.
***
— Господин О, к вам пришёл мистер Бён, — секретарь Гаин извещает начальника о приходе Бэкхена, зная наперед, что тот без проблем его впустит, но из-за дисциплины спрашивает должное разрешение.
— Пропусти, — говорит О, не отрываясь от отчёта.
— Приветик, босс, — с улыбкой на губах говорит Бэкхён.
— И тебе не хворать, что привело? — Начальник О поднимает глаза и видит довольную физиономию теперь уже не подчиненного, а равного по статусу друга и партнёра.
— Я сделал ей предложение, — Бён рассказывает отличную новость теперь уже будущему родственнику.
Бён Бэкхен, как говорится, зря времени не терял и, когда окончательно осознал, что Мира не ответит взаимностью, расстроился, но виду не подал.
Мира, будучи очень доброй девушкой загорелась мегапланом свести Бёна с сестрой Сехуна — Сыльги, которая невзначай на одной из встреч с невесткой в шутку сказала, что ей симпатизирует подчиненный Сехуна. Мира даже не придала значение, что это мог быть любой подчиненный директора О Сехуна, сразу подумала про красавчика Бёна, поэтому начала воплощать план-теорию в действие.
Бэкхён эту идею поначалу воспринял отрицательно, всеми силами упорно игнорировал очарование О Сыльги, но всё-таки, благодаря упорству Миры, пару раз встретился с дизайнером О, как говорится, по работе. Далее пошла стадия «заинтересованность», которая перешла во взаимную симпатию, которая, в свою очередь, после года отношений вывелось в предложении руки и сердца.
— Скажи мне, что она ответила нет, — надеясь на отрицательный ответ сёстры, проговаривает Сехун, не очень-то и сильно желая сблизиться по-родственному с Бэкхеном. Хотя, факт того, что тот стал за последние годы его лучшим другом тоже признаёт с небольшой охотой.
— Она плакала, и лишь после небольшой паузы, длинною в целые десять минут, что-то промычала и это отдаленно походило на «да», то есть согласие.
— О Сыльги вся в старшего брата, — рассказывал Сехун о характере сёстры, — Чунмен тоже очень чувствительный и сентиментальный временами, хотя постоянно ходит с поднятой вверх головой и скрывает свою истиную натуру.
— Да, семейка О непростая, — соглашается Бён, — Сыльги разрешила себя поцеловать нормально в губы только после месяца отношений, целый месяц я уламывал её, — жалуется Бэк.
— Отставь подробности, лучше так, чем очень быстро.
Бэкхён посмеялся, понимая, о чем говорит Сехун — об их отношениях с Мирой.
— Ох, не дана нам эта золотая середина. Ну что ж, шурин, рад новому родственнику?
— Очень, — как-то не очень радостно ответил О, снова погружаясь в отчёты.
— Веселее, О! Я уверен, что когда я выйду из твоего кабинета, то ты будешь плясать от радости, — начал предполагать бывший стажёр, и уже встав с дивана, направился в сторону выхода.
— Да, конечно, — О играл роль бесчувственного человека, но когда Бэк уже открыл дверь. — Эй, Бён, — Сехун окликнул его, — я рад, что моя сестра нашла такого оболтуса, как ты.
— И я счастлив, что теперь мы сможем насладиться любовью, после того сложного пути, который мы вместе прошли, Сехун, — с нотками грусти и в тоже время радости сказал Бэкхен, параллельно в голове прокручивая последние три года. И радуюсь тому, что они смогли это преодолеть.
После того разговора в кафетерии много воды утекло. Сейчас Бён Бэкхен является директором пока ещё небольшой компании, но подающей большие надежды на то, чтобы стать успешной не только в Корее, но и во всей Азии. Высшее образование юриста помогло Бёну стать успешным адвокатом, а быстро пройденные курсы и природная сообразительность — дали возможность неплохо разбирается в экономике. И вот, перспективный молодой человек по имени Бён Бэкхен готов покорять новые вершины.
Что же касается Сехуна, то тут дело более запутанное, но не менее интересное.
О всё-таки смог добиться успеха в деле с Тао и засадить китайца за мошенничество и шантаж, не без помощи, на тот ещё момент, стажера Бэкхёна и обманутых бывших директоров компаний, которые разорились после подписания договора с Китаем.
Дело было не из легких, но благодаря многочисленным доказательствам и показаниям свидетелей — они, то есть, юридическая команда Сехуна смогли выиграть суд и вновь оправдать честное имя своей компании, на которую Тао успел наклеветать, будучи свободным.
Мира все это время поддерживала мужа и продолжает поддерживать его во всём. Она закончила институт и помогла ему расширить его транспортную компанию. Благодаря финансовой поддержке её отца, компания Сехуна, занимающиеся грузоперевозками, смогла выйти на мировой уровень, а позже и найти своих постоянных клиентов с мировым именем.
Чунмен унаследовал компании отца и также на первых порах помогал брату. Старший О смог найти свою избранницу в Корее и забрал её в Китай, где и обосновался. Молодые пока не торопятся со свадьбой, но наследника желают всем сердцем.
Эти три года были наполнены событиями, которые так или иначе повлияли на жизнь молодых людей и оставили ощутимый след в их взрослении.
***
Громкий звук и сильный бит, который бьёт по ушам. Мокрые и разгоряченные тела пьяной, местами обкуренной молодёжи. Тела, которые танцуют, получая истинное удовольствие от хаотичных движений.
Тяжёлая атмосфера тут только для Миры, которая сидит в самом углу дивана VIP-зоны. Она была в этом клубе более десяти раз, но это место так и не стало ей чем-то из ряда привычного. Сехун покинул комнату, оставив её с девушками — курицами, так нелестно о них выражается сама Мира. Сидит, жмется, лишь бы запах табака не достал её, но, увы, комната провоняла насквозь. Ей никогда не нравился кальян, но лишь с Сехуном она могла получить удовольствие от устройства для курения.
Девушка в свои двадцать три года является успешной работницей транспортной компании, той счастливицей, которая окончила сеульский национальный университет с отличием. Но она так и осталась той взбалмошной девушкой, которая до безумия любит парня по имени О Сехун.
— Скучаешь? — Мира вздрагивает, когда до неё дотрагивается тёплая ладонь.
— Немного, — как-то не очень радостно отвечает девушка.
— Поехали ко мне, сладенькая, — игривым голосом шепчет брюнет на ушко, включаясь в игру аля «вижу впервые, вашей маме зять не нужен?».
— Не могу, мужа жду, — Мира принимает правила только что придуманной, но такой интересной игры.
— Ох, такая молодая и уже замужняя, — неподдельно удивляется парень и присаживается около бывшей студентки.
— Да, мой муж очень сильно просил выйти за него замуж, — Мира улыбается широкой улыбкой. — А ещё он не очень любит, когда я разговариваю с незнакомцами.
— Но разве вам не хочется нарушить правила хорошего поведения и похулиганить вместе со мной?
Мира сомневается менее, чем три секунды, и согласно кивает.
— Ну что, тогда пошли, хулиганка.
Стремительным шагом двое направляются на улицу и уже через несколько минут едут по знакомой трассе в сторону дома парня.
Мира в эти минуты снова понимает, что выбрала правильный путь, и безумно радуется этому. Ведь она выбрала правильно мужчину.
***
— Вот поэтому я не хочу, чтобы ты разговаривала с другими парнями, — начал разговор Сехун, когда они уже были в машине.
— Я же не собираюсь ехать к ним домой, Сехун. Обычные разговоры с разными людьми, никому не мешали, — продолжала упираться Мира, крепко держа ладонь мужа, продолжая смотреть в окно.
— Но, знаешь, — едва слышно произносит Миры, — я бы не прочь действительно похулиганить, — девушка смотрит на парня и невольно улыбается, скорее всего, смеётся от комичности ситуации и неловкости. Автомобиль снижает скорость и паркуется около того самого особняка, куда муж и жена переехали три месяца назад.
Сехун усмехается словам девушки, а после небольшой паузы добавляет:
— Ох, и эта женщина носит моего ребёнка? — в темноте салона лиц почти не видно, зато чётко видны силуэты, благодаря лампочки авторегистратора, который Мира подарила мужу на его день рождения, заботясь о его безопасности.
— Как ты узнал? — спрашивает Мира, радуясь тому, что Сехун парень умный, слишком умный, что узнал про замечательную новость вторым, после неё.
— Пораскинул мозгами, — сказал Сехун, словно хвастаясь своей сообразительностью, но на самом деле просто увидел тот самый тест с двумя полосками, беззаботно оставленный его женой в ванне.
— Рад? — шепотом спрашивает девушка, поворачиваясь к нему лицом, словно ища в его глазах поддержку и любовь.
— Безумно.
Одно слово, которые произнесли губы Сехуна настолько сильно порадовали Миру, что она, не задумываясь, коротко поцеловала его в приоткрытые губы, а после шепотом добавила:
— Надеюсь, что малыш будет такой же, как и его отец.
— И я надеюсь, — ответил парень, усмехаясь, видя недовольное лицо жены.
— Эй! Ты должен был сказать мне обратный комплимент! — возмущённо произнесла Мира, немного расстроенная выходкой мужа.
— Я люблю тебя, — просто произнёс О, смотря девушке в глаза, и, недолго думая опустил свою теплую ладонь на ещё пока плоский живот девушки.
Девушка вздрагивает от внезапного прикосновения и такого же признания. Редко Сехун ей говорит слова люблю напрямую.
Обычно это выражается в его поступках: «Ты поела?», «Пристегни ремень», «Ты слишком сильно себя загружаешь», а иногда Сехун даже делает массаж уставшей девушке, после того, как пара уже лежит в теплой кровати.
— Я рад, честно, рад, что наша семья пополниться. И не важно, кто это будет: девочка, мальчик — я буду любить его всем своим сердцем. Я не знаю, смогу ли примерным отцом, но буду делать все, чтобы добиться этого, — все слова он произносил тихо, шепотом.
Это странная парочка всегда говорила шепотом, когда переходила на откровенные темы. Делясь с тайным или очень важным для них — они не повышали голоса. Признания говорились в тишине, такой приятной для обоих.
Они продолжали сидеть в темноте, понимая важность этого момента. И Мира, собравшись с силами и духом произнесла вопрос, который волновал её все это долгое время.
— Ты жалеешь? — Мира не смотрела в лицо парня, просто потому, что боясь найти там действительное сожаление.
— О чем? — не отпуская руки, он продолжал гладить живот девушки, смотря на него и представляя свое будущее.
Все как он и хотел: семья, члены которой любят, уважают и заботятся друг о друге.
— О том, что встретился, связался со мной, в конце концов — полюбил, — на последнем слове Мира перевела свой взгляд и внимательно посмотрела на Сехуна.
— Да, сожалею.
— Ох, понятно, тогда прости за то, что усложнила тебе жизнь.
Девушка сейчас сорвется и расплачется. Последние дни были для неё очень тяжёлые. Токсикоз, который мучил на раннем сроке беременности. Отчёты, которые нужно было сдавать на днях, в конце концов, Сехун, который задерживается на работе и заставляет волноваться молодой жене.
— Ну, ты как всегда: сразу в слёзы. Сколько лет прошло с нашей первой встречи в клубе, а ты не изменилась, — говорит Сехун, поражаясь тому, что любит в своей жене всё.
Пожалуй, до молодого человека дошла основная суть: Любовь — это не сладкие признания, терпкие названия. Это тихое сопение при просмотре вечером фильма, точнее, мыльных опер, которые жена очень любит, это разбросанные вещи по дому, за которые Мира даёт нагоняй, это растрепанные волосы с утра и тягучий шёпот: «Ну, ещё пять минуточек», это быстрый укус за ухом в лифте, пока никто не видит и огромное смущение со стороны девушки. Любовь, как и счастье, предпочитает скрываться и не быть обнародованной. Она то сокровище, которое даётся в дар только двоим и не более. Любовь — это то, что не требует объяснений и подкрепления пушистыми ласковыми сладкими речами, это то, что придаёт твоему сердцу вес, а твоему существованию ещё один смысл, то, что меняет тебя в лучшую сторону и открывает глаза на то, чего ты раньше был не в состоянии заметить. Всё это Сехун мог понять, не за два дня или два месяца совместной жизни с Мирой, все это давалась ему постепенно, накапливались и только сейчас, сидя в темноте, в привычной ему машине, вместе со своей женой — он это осознал полностью.
— Сожалею, что обманул тебя. Сожалею, что наши отношения сложились не как у всех нормальных парочек, сожалею, что был в первое время груб и несерьезен к тебе. Но разве не в этом прелесть? Благодаря этому мы теперь такие, какие есть, — Сехун смотрит на жену возлюбленный взглядом, полным ласки и любви. — Благодаря этому мы с тобой сидим сейчас здесь и говорим о нас. О любящих друг друга — нас, Мира.
— Ты прав, Сехун, ты прав. Так ты готов провести со мной всю оставшуюся жизнь?
— Я готов, даже в том случае, если ты не готова. Просто так ты от меня не отделаешься, О Мира.
— Сехун, не хочу я портить этот романтический момент, — она прикрыла ладонью свой рот, — но сейчас меня тошнит, прямо на тебя.
— О, нет. Моя крошка, моя машина пострадает из-за тебя! В бардачке есть пакет, — засуетился Сехун, безумно волнуясь за состояние Миры. — Милая, вдох и выдох, нам предстоит ещё впереди очень веселых девять месяцев, — говорил Сехун, держа волосы девушке.
— Нет, милый, нам предстоит ещё долгая весёлая жизнь!