Часть 12. Свадьба.
— Хочешь, чтобы мы поцеловались?
Мира дышит учащено, смотрит в его глаза, на его лицо и видит непонимание и раздраженность.
— Да, хочу...
— Ты серьезно? — в один миг Сехун стал серьезным и посмотрел на брюнетку строгим взглядом.
— Что, уже успела в меня влюбиться?
— Я пошутила, кому ты нужен, — наконец-то девушка смогла выбраться из этих цепких объятьев.
— Я много кому нужен, Мира. Идем, холодно, — и он снова взял ее за руку и повел в нужном направлении.
— В чужих карманах лазить нехорошо, милая, — с улыбкой проговорил Сехун.
— Но ты же сам засунул мою руку в свой карман! — возмущенно проговаривает Мира и хочет вытащить свою ладонь, только вот Сехун не позволяет.
— Не заводись ты на пустом месте, лучше вытащи коробку.
Брюнетка нащупывает в глубоким кармане пальто бархатную маленькую коробку и вытаскивает под внимательным взглядом парня.
— Что это? — девушка открывает футляр для украшения и видит красивую цепочку с подвеской.
— Мой подарок. Узнал, что принято дарить невесте презент до свадьбы, — смущенно и тихо проговорил Сехун.
Мира, что была возмущена минуту назад, очень удивилась неожиданному подарку. Серебряная тонкая цепочка и подвеска в виде бесконечности, заставили улыбнуться и поверить в то, что Сехун может быть милым. Быстро подумав, она приблизилась к лицу парня и чмокнула его в губы в знак благодарности, но это можно было расценивать как и ответный подарок.
— Это разве поцелуй? — возмущенно спросил брюнет.
— Прости, но это пока все, что я могу сделать на отлично, ведь практики нет, — с коварной улыбкой проговорила Мира.
— Хочешь занятие со мной? — играя бровями с усмешкой на лице, спрашивает парень.
— Я буду практиковаться с человеком, которого люблю.
— Разве не круто будет, если ты полюбишь человека и уже будешь искусно целоваться. Я не всем предлагаю свои занятия.
— Я подумаю, — и девушка, не дождавшись ответа, повернулась и быстрым шагом, пошла в кафе.
«Как же жаль, что целовать ты будешь только меня. Либо ты станешь моей, либо не будешь ничей». — мелькают мысли в голове Сехуна, и он также направляется в то кафе, где они будут вдвоём и попытаются сблизиться, по крайне мере, до тех пор, пока начавшийся дождь не закончится.
***
Для корейцев брак — это союз двух семей, поэтому, согласно традициям, в давние времена молодые люди не выбирали сами себе спутника жизни, за них все решал отец, глава семьи.
Сегодня решится дальнейшая жизнь Миры. Брак, с которого начнётся сотрудничество двух влиятельных компаний Азии. Брак, который даст возможность Сехуну доказать отцу, что он чего-то стоит. Брак, который разрушит Миру, если это вовремя не закончится.
Девушка сидит уже час у специалиста и обрабатывает свои руки. Мать девушки с утра сказала, что руки жены влиятельного бизнесмена должны быть очень нежными. Мира на это посмеялась, подумав о том, как она будет гладить этими нежными руками Сехуна по голове, после тяжёлого рабочего дня. И, не возражая матери, пошла в салон. У неё ещё куча дел, а церемония состоится уже через несколько часов и будет длиться не так долго, как предполагалось.
— Госпожа О, какой узор вам сделать на ногтях? — миловидная женщина, работающая в салоне красоты, в который отправила миссис Кан свою дочь, показывает каталог и ждёт ответа.
— Сейчас в моде полосы или вольная роспись, но свадебный маникюр, как правило, это фрэнч*.
— Доверюсь вашему вкусу, — коротко отвечает брюнетка.
— Все будет в лучшем виде, — женщина улыбается и продолжает делать свою кропотливую работу.
Брюнетка направляет свой взор на картину, на которой изображена счастливая девушка, и задумывается. За несколько месяцев её жизнь превратилась в череду событий, над которыми она не имеет контроль. Хотя за нее всю жизнь решали, ей не привыкать, только сейчас почему-то паршиво. Может оттого, что раньше хотя бы делали вид, что считались с ее мнением, а сейчас даже вида не подают. Это даже к лучшему, что не играют, не блефуют, не обманывают.
«Корейская свадьба — это союз, заключенный по любви». — читает название статьи какой-то малоизвестной газеты. Мира усмехается, а на душе грустно. Сама во всем виновата. Надо же, всех осуждала за слишком «бурную молодость» и разгульную жизнь. А сама?! Напилась, да еще и вышла замуж за первого встречного. И как она на следующее утро была рада тому, что это был Сехун, а не какой-нибудь озабоченный гопник. И в душе ей стало легче от того, что семья Кан знает семью О. Этот брак должен принести плодотворное сотрудничество — разум Миры это очень хорошо понимал. Только вот сердце болело из-за того, что все это ложь и обман. Что это союз, заключенный не по любви.
***
Мира сидела в своём роскошном платье в комнате ожидания для невест. Каждые минут пять к ней заглядывали разные люди, пришедшие на свадьбу. Они присаживались около неё и мило улыбались на камеру, попутно поздравляя её главным событием этого дня. А Мира радостно благодарила в ответ. Так прошел ещё час, девушка успевала только улыбаться, чтобы на фотографии выглядеть счастливой. Вот и пришло время церемонии. Мира встала и, глубоко вздохнув, направилась в сторону зала, где будет проходить торжество.
Господин Кан Паксу (отец Миры) ожидал Миру возле двери, одетый в самый красивый костюм. Зал, в котором состоится церемония бракосочетания, наполнен толпой людей, что пришла сюда лицезреть важное событие.
Первые по ковровой дорожке прошли Кан Ынсан (мама Миры) и госпожа О Сундок (бабушка Сехуна) — обе были одеты в ханбок. Представительница невесты — в розовый, а жениха — в синий. «Все традиции на этой свадьбе будут соблюдаться», — заявила бабушка Сехуна за неделю до свадьбы и все ее поддержали. Вслед за ними зашел отец Сехуна. И теперь настала очередь Миры с отцом.
— Моя любимая Мира, пришло время.
Мира улыбнулась, стараясь не нервничать, и приняла руку отца. Он вел ее к дверям, за которыми, она точно знала, как только они откроются, она пройдет по проходу к Сехуну. Она идет в неизвестность, где никто не уверен в завтрашнем дне.
Мира старалась выбросить из головы эту мысль. Почему так неожиданно она стала пессимистом? Жизнь с Сехуном и близко не была так плоха, как она ожидала, впервые повстречав его. Иногда он показывал ей и свою хорошую сторону, если таковая вообще существовала.
Чунмен (брат Сехуна) уже шел, неся кольца, а Сыльги только что ушла, рассыпав цветы по сторонам. Она долго и упорно практиковалась, чтобы сделать все правильно. Сыльги не знала о настоящих причинах этого брака и, как остальные, верила в подлинность чувств Сехуна и Миры.
Брюнетка замерла, когда услышала свадебный марш. Ее отцу пришлось слегка подтолкнуть ее, как только открылись двери. Она быстро поняла, что на ее лице был написан, вероятно, испуг, и поэтому она натянула улыбку.
— Ты прекрасно выглядишь, нет надобности волноваться. Все там сидящие завидуют и хотят походить на тебя, — прошептал ее отец.
Она благодарно улыбнулась. Хотя ее отец редко бывал дома, он все же знал, как успокоить ее. Она посмотрела вперед и увидела Сехуна. Он был в свадебном костюме. Вид его был как всегда серьезен, и он стоял прямо, дожидаясь свою невесту.
Она почти обрадовалась, когда отец выпустил ее руку, провожая к Сехуну.
Ужас тут же прошелся по ее лицу, когда она поняла, что, возможно, будет выглядеть никудышно возле него. Вырез, который раньше не казался таким глубоким, сейчас почему-то, по мнению брюнетки, был слишком откровенен. А высокий каблук, заставлял каждый раз бояться, что она не удержит равновесие.
Мира и Сехун держались за руки во время речи самого главного на церемонии, не считая жениха и невесту, — свещеника, и девушка заметила, как спокоен был парень. Она задалась вопросом, не вспотели ли ее руки.
Мира сглотнула, когда священник на свадьбе начал рассказывать о достоинствах молодых, об их образовании, о работе, о жизненных достижениях, и когда он начал желать им долгих лет счастья в супружеской жизни. Священник сказал им повернуться друг к другу лицом для повержения своего согласия. И когда человек, который соединит их сердца, начал зачитывать клятву, которую они дают друг другу. И Мира, и Сехун, когда их спросили — ответили согласием, произнося, короткое, но самое главное уверенное «да».
Мира смотрела в его глаза, словно хотела отыскать там взаимность или разгадку большой тайны.
А Сехун смотрел в ответ, пронзительным и, как всегда, серьёзным взглядом. Ему пришлось признать, что она была самой прекрасной девушкой, которых он когда-либо встречал. Обычно невесту считают самой красивой из-за безумной влюбленности жениха, но это был не тот случай.
Она была просто прекрасна.
POV Мира
Глаза в глаза, он смотрит на меня, его обычный угрюмый взгляд исчез, а вместо него появился мягкий, добрый, но очень пронзительный взгляд. Его лицо так близко от моего и я чувствую его дыхание, смотрю также внимательно, как и он. Сехун наклоняется и утыкается мне в шею, то ли даря лёгкий поцелуй, то ли вдыхает побольше воздуха, сильнее прижимая меня за талию.
— Ты прекрасна, — говорит это шепотом, его едва слышно. А потом заглядывает в глаза и улыбается так, что его глаза, обычно серьёзные, передающие злобу или жесткость, превращаются в форму радуги, и он в моих глазах, неосознанно становиться ребёнком, вмиг молодея на несколько лет.
— Ты милый, когда улыбаешься, Сехун, — а потом, чтобы не видеть этот довольный взгляд, целую его в щеку.
— Хочу дотронуться до твоих губ, — тихо произнес это Сехун. И я слышу, как музыка, плавная, мелодичная создаёт приятную атмосферу, но вот щелчки фотоаппаратов и любопытные взгляды репортеров смущали. Представители известных газет были приглашены на торжество, чтобы осветить самое значимое событие для двух крупных компаний.
Досчитав до трёх, я потянулась к губам мужа. Я лишь дотронулась и уже хотела отпрянуть, но Сехун не позволил, лишь сильнее прижал к себе и углубил поцелуй.
— Спасибо, — опять его тихий и пронзительный голос.
Музыка закончилась и нас попросили занять свои места. Я все также держалась за его теплую и большую руку, которая внушала доверие.
Стол был наполнен всевозможными блюдами, только вот я ни к чему не притронулась. Аппетита не было, а ноги болели от слишком высокого каблука, да дышать приходилось через раз, корсет давил на живот.
— Сехун, сейчас, красиво, без лишних движений, ты заведешь свою руку мне за спину и ослабишь мне веревки корсета. Совсем чуть-чуть.
— Ты не заметила, я в последнее время часто тебя раздеваю, — он проговорил это с лукавой усмешкой и игривостью в глазах.
Явно вспоминая тот случай, когда после долгого мероприятия, продолжительность которого было больше шести часов, я пришла домой очень уставшая и легла спать прямо в одежде. А Сехун, пришедший позже, избавил меня от неё, когда я неосознанно во сне попросила раздеть меня, из-за этой не удобной юбки и колющего свитера.
— Не обольщайся, сделай это нормально.
Сехун улыбаясь гостям, сидящим за дальним столом, непринужденным движением заводит свою руку мне за спину и проводит своей широкой ладонью по всей моей спине снизу в верх, начиная чуть ли на с копчика, доходя до моих лопаток, мурашки по всему телу от его прикосновений. Находит шнурок, развязывает и немного ослабляет, вдыхаю больше воздуха и облегчено выдыхаю.
— Спасибо, — опускаю голову, пытаюсь надышаться кислородом, которого не хватало.
— Ты не первая, кто говорит мне спасибо, за то, что я ее раздеваю, милая, — со смехом проговаривает брюнет.
Не отвечаю, потому что Сехун опять все испортил.
Весёлый ведущий, что сейчас развлекает более двухсот человек, явно устал, но несмотря на это, продолжает говорить.
Позже на маленькую сцену, что расположена перед столом молодоженов, выходит Сыльги. Сестра Сехуна, никому не говоря, приготовила подарок в виде песни, которую исполнит, чтобы до конца соединить, любящие сердца, как и принято в Корее.
Мягкая, мелодичная мелодия, со своим завораживающим ритмом пленяет слух, а после того как Сыльги начинает петь, все гости покачиваются в такт мелодии.
Песня о любви, спетая с большим пониманием, заворожила всех слушателей. И когда выступление подходит к концу, начинается проигрыш, Сыльги выкрикивает:
— Целуйтесь, — и поддержка в ее сторону слышатся со всех сторон.
Я так внимательно слушала, даже сразу не поняла, что это было сказано нам с Сехуном. Я растеряно повернулась к брюнету, дожидаясь от него действий. А тот без промедлений в свою очередь взял моё лицо в свои ладони и притянул к свои губам.
— Привыкай, теперь мы будем с тобой очень часто целоваться, — успел приговорить парень, а после накрыл мои губы поцелуем.
***
— Я боюсь завтрашнего дня, — говорю я Сехуну, когда мы сидим вдвоем в салоне автомобиля, который направляется в пятизвёздочный отдел, где и проведем свою первую брачную ночь.
— Пока ты со мной, можешь не думать о завтрашнем дне. Я и есть твоё завтра.
Я направляю свой взгляд на брюнета и смотрю на него, а тот свою очередь на телефон. Его дела везде, телефон запаролен и явно пароль не его дата рождения или банальное четыре единицы. Он так серьёзен, когда ему приходят смс, словно в них постоянно сообщатся что-то плохое. Молчу, внимательно разглядывая черты его лица. Острый подбородок и скулы, широкий лоб. И пленительные, черные глаза, что сейчас сосредоточены на экране телефона. «Красивый» — мелькает короткая мыль в голове и я даже этому не удивляюсь, потому что бессмысленно отрицать его красоту.
В голове куча мыслей о будущем, о предстоящей ночи, о совместной жизни с Сехуном. Хаос в голове не даёт ничего понять, он лишь больше даёт поводов волноваться.
Итак, нужно решать проблемы по мере их поступления. Первая моя проблема — это ночь, брачная ночь. Ночь, которую я должна провести с Сехуном. А может и нет. Ведь свадьба-то не настоящая, хотя почему это она не настоящая? Документ есть, церемония прошла успешно — самая что ни на есть настоящая свадьба. Тогда чувства ненастоящие, но он же мне симпатизирует, а я ему? Если он мне нравится, то тогда дело в нем?
— Сехун... — опять это волнение, которое мешает сказать — Сехун... Ты, я... — почему я как идиотка не могу связать и двух слов сейчас, когда это необходимо?
— Что? — он наконец-то отрывается от телефона и смотрит на меня, ожидая продолжения.
— Я хочу сказать, что... — вот и как сказать ему, что я не хочу спать с ним?
— Что мы не можем сегодня... — снова запинка.
— Что мы не можем? Мы всё можем, Мира, — лукаво улыбается Сехун и берет мою ладонь, которую он поднимает к своим губам.
— Шесть месяцев, Сехун. Ты помнишь? Помнишь наш контракт, никакой близости, без моего согласия, — быстро говорю я и отпускаю глаза. Мысленно проклиная себя за то, что мне нравится, когда Сехун держит меня за руку.
— Но ты помнишь, тот момент, что я не могу изменять тебя, тогда что же мне делать? Да и теперь, когда мы официально женаты, у тебя появились такие обязанности, как супружеский долг. И теперь мне остаётся только соблазнить тебя и дело в шляпе.
— А ты сможешь? — с вызовом произношу я и смотрю на него провокационным взглядом.
— Конечно, пункт добровольности будет выполнен.
— Хорошо, если для тебя это так просто. Я дам тебе семь минут, в течении которых ты должен будешь соблазнить меня, но если ты не успеешь — не притронешься ко мне в течении всех 6 месяцев, — говорю я, мысленно превкушая победу. Ведь 7 минут я смогу продержаться. Смогу?
— Хорошо, мне бы хватило и пяти, — самодовольно отвечает брюнет.
Оставшуюся дорогу мы молчим, рассматриваем пейзажи за стеклом автомобиля.
***
Мира кое-как смогла снять свадебное платье без помощи посторонних. И на ней осталось лишь нижние бельё и подвязка невесты, на которой настояла её мама.
Подвязка была в цвет платья из кружева. Кан Ынсан (мать Миры), насмотревшись американских мелодрам, решила взять эту подвязку, что давали в подарок в том свадебном салоне. Она захотела, а вот Мире теперь стыдно. Она, увидев на крючке халат, сразу его надела и, чтобы освежиться быстро ополоснула лицо.
Глубокие вдохи и длинные выдохи помогли девушке успокоиться быстробьщее сердце.
"Ты просто сейчас выйдешь из ванной и направишься в сторону кровати. ПОМНИ: самое главное, это игнорировать Сехуна и любые его провокационные действия."
7 минут или 420 секунды пошли!