Глава 3
Как легкий дым, исходивший от последней сгоревшей деревяшки, испарился, девушки вернулись в тот домик. Ахма уже не прятала лицо и уместилась на диване, кладя руки под голову и прикрывая глаза. Аяко же присела на мягкой кровати.
Она уже и не так желала что-то узнавать у призванной, как будто насытилась болью ее истории и не хотела окунать ее туда с головой вновь. Пусть и скинутый капюшон, словно распахнутая дверь, позволил выпустить темноволосой эмоции и теперь она не походила на бесчувственный бледный труп девочки, что лишь иногда улыбался, красок всему этому не прибавило.
Следующим утром их двоих позвала старейшина и поставила рядом с собой перед всеми жителями.
Дракон воодушевлено рассказывала о вернувшейся и спрашивала, помнит ли кто-нибудь молитвы разрушенных храмов, что-нибудь, что хоть чуток могло бы помочь Ахме. Видимо все здесь спокойно знали ситуацию с ее телом и то, что ей необходимо чистилище, дабы замедлить развитие болезни, потому гула средь тех не было.
Все оглядывались друг на друга и перешептывались. На острове сущностей осталось только тринадцать, учитывая старейшину и не беря в расчет зараженную. Лишь один дракон, пять девушек с невеликими и бело-желтоватыми крыльями на спине, и не только, и семь оставшихся, как поняла студентка, были русалки, все длинноволосы. В сказках говорилось, что обладатели рыбьих хвостов могу становиться полноценно похожими на людей, разве что их ноги покрыты чешуей, от чего они накидывают ткань и прячут их под своеобразными юбками. Так что, начитавшись таких рассказов в детстве, она была не сильно удивлена, что те твердо стояли бок о бок с остальными.
- Неужели ни на одном острове не сохранилось ни единого храма покровительницы драконов? – через некоторое время, заговорил кто-то из тех и, кажется, это был мужской голос.
Все обернулись на говорящего и тот вышел к старейшине Миве, это был русал, за длинными волосами и скрытым телом сразу и не поймешь, что это не девушка. Глаза у тех не всегда походили на человеческие, склера могла быть разных оттенков, чаще она совпадал с цветом волос. В его случае - темно-зеленая, а радужка черная, вся собой сливалась с зрачком.
Встав рядом с главной, он бросил быстрые взгляды что на демона, что на человека, а после сказал::
- Я могу обплыть ближние острова и узнать, осталось ли что-то похожее, дабы помочь им.
- Нет. – тут же ответила ему зеленоглазая, - Ты знаешь правила, я лишь хотела узнать, помните ли вы что-нибудь, не стоит рисковать. – она вздохнула, - Если ничего, вы можете идти. – на своих ногах она двинулась прочь, ведя за собой призванную.
Но вот русоволосая на мгновение осталась на месте и, подняв свои голубые бусинки на недовольное лицо парня, поблагодарила::
- Спасибо, что хочешь помочь.. – мягко улыбаясь, сказала она и помчалась за ними.
Уже будучи за домиком старшая поклонилась ей и выразила искренне сожаление::
- Прости, кажется, выручить вас не сможем...
- Не волнуйтесь, Мива, что-нибудь придумаю. – вымолвила она и повернулась к Аяко, рассматривая черты ее лица и примерно пытаясь придумать, что теперь ей делать и как быть с юным магом, на которого объявлен охота.
Но только она хотела открыть рот, как с леса, словно целой стаей, прилетели белоснежные голуби, а за ними, по земле, бежала девочка, махая руками::
- Госпожа! Люди на острове! Стража..! – через отдышку издалека кричала светловолосая, что явно была поглощена переживаниями.
В ужасе оглядев ту, дракон махнула крыльями и приказала Ахме спрятать себя и девчонку, а сама же, взяв вилы, стоящие у дома, двинулась в сторону, что указала Фьера, что напоминала собой низшего ангела, сошедшего с небес.
Схватив русую деву за запястье, демон бросилась в лес, бежали быстро, не оглядываясь. От неожиданности ту охватила паника, а еще больше – когда они подошли к обрыву, где не то, что обустроенного, да хоть какого, но спуска, не было. Однако кареглазую высота не пугала, взяв человека на свои руки, она прыгнула. Ткань ворошилась и пыталась разорвать связи, желала распластаться по сторонам и помешать действиям, но уже у земли они взмыли вверх, раскидывая резкими, и не очень, движениями по воздуху некие темные лепестки.
От испуга студентка схватилась за ее одежду и обернула чужую шею руками, боясь упасть.
Беспокойства обладательницы изумрудных глаз не были беспочвенны. Между ней и королем висит договор – Существа не покидают свой остров, а люди не являются к ним. Приход стражи не простительное нарушение, даже если человек на их земле в розыске на их территории.
За весь полет, что был словно на одном дыхании, обе молчали, чувствуя и слушая порывы холодного ветра. А вскоре – опустились на землю острова, не главного, хотя и не далекого от него.
Выдохнув с облегчением и облокачиваясь спиной о дерево, голубоглазая процедила::
- Зачем же так неожиданно..?
- Ты желала попасться солдатам?
- Нет, но.. ты могла не так резко. – отдышавшись окончательно, светловолосая вернулась в прямое положение, - Что теперь?
- Укроемся где-нибудь. – дракон накинула капюшон, - Раз они добрались до них, значит уже прошлись по остальной земле, ведь так?
- Хороший вопрос.. – отошла она от ствола.
Ступив вперед призванной и идя куда-то по заросшей не высокой травой тропе, светловолосая вспоминала родные стены и нет, не академии, из которой она почти не выезжала туда, домой. Столько всего, наверняка, там случилось, чем матушка могла бы с ней поделится, если бы хоть в летнюю пору она заглядывала на чай. Но, считая себя отшибленной от той жизни окончательно, считая, что, приехав, ее там запрут, Аяко всеми правдами и не правдами отказывалась от всего этого, оставаясь в безликом одиночестве спальни общежития, когда все разъезжались.
Учителя не были с той близки, не говорили о личном, лишь о учебе, так что не пытались убедить ее, что стоило бы хотя бы раз отлучиться туда, навестить маму, родительский дом. Они все лишь молча наблюдали, как студентка стараниями пыталась скрыть свое трепетное желание вновь увидеть свою семью, без пропавших без вести, без упреков за ее решения и с тем, что всегда было в тех стенах – звонкий и нежный смех, который застревал в воспоминаниях острым колом и который был первой причиной в списке вновь явиться туда.
Девушки остановились у хлипкого и гнилого забора, который ограждал заросшую и укрытую слоем пыли и паутины деревню. Она была не велика и явно заброшена, было так тихо, словно даже свист ветра затихал, заходя в гости в это поселение.
Дом у центра показался самым целым и новым, не смотря на те же, что и у всех трещины, провалы и дыры.
Ахма говорила::
- Лучше, чем ничего.
Вещей никаких, только несколько спальных мест на втором этаже, к которым вела скрипучая и, казалось бы, вот уже изживающая свое время, винтовая лестница, потолок не высок, так что и та тоже не велика. Окна – деревянные створки, открыв наружу которые, можно увидеть, как развиваются на сквозняке занавески. На кухне, усыпая пол и стол, осколки посуды, словно была ссора, после которой не хотелось убирать все это, дак так, как будто, так и обязано было случится. В гостиной, меж окон, каменная печь. За домиком – колодец и небольшой огород, весь истоптанный и укрытый сорняками. Наверное, будь тут хозяева, он был бы намного красивее.
Мягко улыбаясь и проводя по деревянной стене, темноволосая произнесла::
- Обустроим и будет как новенький. – а после обратилась к своему магу, - Что скажешь?
- Думаю, здесь будет не так дурно, как в запертой темнице.
- Хорошо. – ступила к двери, - Тогда схожу за сучьями, скоро наступят совсем холода. – с такими словами она скрылась снаружи, прикрывая за собой проход, чтобы не продувало так сильно, как это допускало здание в общем.
До самого момента пока та не вернулась, девушка предоставленными способами пыталась как-то облагородить пространство и первое, что она сделала – смочила в ведерке колодца висевший на спинке стула, обрывок ткани и стерла всю пыль, накопившуюся на полу, полках, столах.
Вскоре Ахма вернулась и те закинули первые ветви в печь, с помощью найденного кремния зажгли огонь и постепенно внутри стало теплее, а, уже их, кров начал ходить ходуном, воспевая древесные мелодии, от чего клонило в сон.
- Скоро наступят совсем холода. – говорила Ахма, непреднамеренно, предсказывая погоду следующего дня.
Утро началось дождем, но уже к вечеру крыша ломилась от снега.
Сугробы у двери все поднимались и поднимались, наполняясь большими белыми хлопьями, что падали с, заслоненного темными тучами, неба. По телу бегал холодок лишь от одного вида домиков напротив, в которые их погрузила вьюга, не говоря уже о ветрах, что бились в их стены. Под грузом не погоды, все оставшиеся на деревьях листья осенней поры опали и оголили темные ветви окончательно. А ведь до зимы еще с пол месяца, неужели к ее середине все канет под покрывало леса?
Уже ближе к полудню, намучавшись вечным капаньем с крыши и не только, Ахма вышла за ближайшие стволы и приволокла один из таких к дому, под навесом снаружи обрубила лишние ветки и сообразила что-то вроде заплаток, которыми они прикрыли бы дыры хотя бы крыши, вбив их при помощи торчащих в полу гвоздей и камня. Лучше страдать от скрипа, разносящегося по комнате, чем от этого, и они не прогадали.
С последним забитым стержнем, по дому раздался вскрик имени темноволосой, а следом вопрос::
- Не снег ли за окном?
Глянув туда и удивившись этому, демон спустилась по лестнице и обреченно вздохнула, - Похоже на то.
Пока еще холод только начался, те набрали в колодце воды и поставили у печи, а оставшийся день сами просидели у той.
Когда уже начал опускаться мрак ночи, темнота снаружи казалась более устрашающей, нежели в первую ночевку здесь, лес затих, а видно было лишь что-либо в пяти метрах от дома, если распахнуть окна и пустить свет печного огня наружу.
Многочасовую молчанку первой оборвала дракон, глядя на танцующие язычки пламени, она спросила, насколько сильно под запретом то, что учудила стража, врываясь на за скальный остров.
- Насколько я знаю, есть закон, подразделения которого гласят, что нельзя врываться и мешать спокойной жизнь сельчан на нем, дабы не истребить изумительных существ, окончательно стирая их с лица земли, что нельзя использовать черную ману, ради воин и продолжения геноцида. Потому как я ошиблась в слоге и появилась темная сфера меня тут же отправили в темницу. Не знаю, можно ли было тем появляться там по мою душу, судя по виду это была уже гвардия...
- Если они боятся, что люди, владеющие искусством запретной магии, хотят истребить наших до конца, то тогда понятно, единственное они не знают, чего ты хочешь на самом деле.
Послышался звонкий свит вьюги, но теперь он пугал лишь образом своего звука, шатая хлипкий навес снаружи.
- Единственное, если они не найдут тебя даже там, то могу пойти на неприятные и может даже ужасные вещи, если ты понимаешь, о чем я. – темноволосая глянула на студентку и та сглотнула, а выражение ее непонимающего лица заставило продолжить, - Например шантаж, найдут кого-нибудь близкого и дорогого тебе, заберут под стражу и пойдут попытки выманить тебя, для начала на разговор, а там уже как пойдет. Либо заберут тебя, либо убьют.
- Ох нет, мама.. мх.. даже не знаю, могут ли они что-либо сделать с ней, она для меня дороже золота, но глядя со стороны так и не скажешь.
- Больше никого на примете нету?
- Рин, но.. это студентка академии, если они хотели и ее забрать, то наверняка уже сделали это.
Ахма кивнула.
- Где проживает твоя мать?
- Третий остров, по ощущениям, отсюда будет далеко добираться, но похоже у меня нет выбора.
- Отправиться с тобой?
- Не стоит.. я использую заклинание переноса на двери, если выйдет – окажусь прямо дома.
Русоволосой было совестно просить помощи и таскать за своими проблемами призванную, все время вспоминалась картина ее увечий и тот рассказ.. словно ей сейчас сниться кошмар и она вот-вот проснется в кровати дома, по самое личико укутанная в теплое и мягкое одеяло, но нет, в глубине себя они осознавала, что с ней, ее семьей и другими сущностями так ужасно обошлись такие же люди. В груди что-то неприятно кололо, когда девушка думала об этом, точно она наблюдала эти страдания наяву.
- Как скажешь. – кареглазая поднялась на ноги и те вскоре разбрелись по комнатам, что разделялись лишь одной деревянной перегородкой.
Там, в своей не великой спальне, голубоглазая на ощупь притронулась к простыне и опустилась на прохладную поверхность не высокой кровати. Дремала она чутко, сквозь, не пришедшее к сознанию, сновидение вслушиваясь к шорохам вокруг.
Следующим утром, пока пробившиеся лучи, уже потихоньку запаздывающего, солнца освящали сверкающие белыми искрами дороги под собой и пока Ахма еще не покинула свои покои, юная маг нашла у порога дома, среди накопившихся самых разных камней, осколок известняка – мел, которым вскоре, снаружи, пусть и мерзнув от порывов холода, на двери она начала чертить символы, что-то стирала, пытаясь ткнуть пальцем в небо и нанести всех их правильно.
Позднее, когда белые осколки в зоне ее видимости закончились, девушка, стоя на коленях, обреченно ударилась лбом о деревянную поверхность.
- Чертовы узору, почему так сложно.. Вот как что-то нужно, то сразу из головы вон, из тела – прочь. – молвила себе под нос.
Но вслух гуляющие мысли быстро умолкли, когда проход отварился и пред ней стала старшая::
- И давно ты тут?
- А, не сильно. – не поднимая на ту головы, Аяко встала и решила обойти дом, в поиске хотя бы еще одного камушка.
Темноволосая же заприметила знаки и закатала рукава, что-то приговаривая и запирая дверь, так же выходя из дома.
- Извини, я даже не пожелала тебе доброго утра и ушуршала. – озаряя сказанное ласковой улыбкой, спустя минуты вернулась девушка, держа в руках немного светлых обломков, но зацепившись вниманием за улыбающуюся демониссу, немного растерялась, пока не заметила, что та сделала, - Как ты так быстро начертила их? – способности старшей явно ее поразили.
- Я просто исправила твои начертания, даже не добавила ничего другого. – махнула она головой, - Теперь ты можешь спокойно ее использовать.
- Спасибо Ахма, это мило с твоей стороны. – была искренне рада та, неосознанно обвивая своими руками чужое тело и притягивая в объятья.
Немного спустя, отстранившись, Аяко ступила и, коснувшись поверхности, зажгла слабым светом картину, обращенную в круг, а после нажала на ручку двери, распахивая вход в, освященный белым, пусть не таким резким, как солнечный, светом, коридор, ведущий к украшенной васильками створке.
Однако прежде чем ступить в этот не далекий, на вид, путь, русоволосая поправила белый платок и не громко промолвила::
- Я поговорю с мамой, вернусь как смогу.. Не скучай. – хихикнула маг напоследок.
- Найду чем заняться. – ответила ей облаченная в темное кимоно, сцепляясь с человеком взглядом, - Удачи, Аяко.