Часть 3
- Какие планы сегодня? - Нина Сердечкина, миниатюрная брюнетка, лениво листает мою тетрадь по экономике. - Флейм позвал тебя куда-то?
Я едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. Моя дружба с Андреем многим не дает покоя.
- Нет, не позвал. Он работает сегодня ночью.
- В Каранте? - Нина улыбается и облизывает губы. Она, почти как Марр, бегает за Флеймом уже не первый месяц. С той лишь разницей, что Маришка исчезла из жизни моего друга и превратилась в одну из пары десятков его 'бывших'.
- Нет. В Аквариуме, - сообщаю Нине и возвращаюсь к чтению одной из последних лекций. До начала пары осталось минуты три. - Программа с часу ночи, кстати, - добавляю, когда слышу восторженный шепот за спиной. Нина уже договаривается с Аленой о встрече в клубе.
- А ты? - через пару мгновений Нина снова поворачивается ко мне. - Ты-то пойдешь к нему?
Я все-таки смеюсь. Хочется спросить, 'а что я там забыла'? Но я молчу, не желая говорить о Флейме больше, чем это нужно. Нине не обязательно знать о том, сколько раз я смотрела на выступления друзей.
- Нет, мы с подружками сегодня будем гулять одни. Мы подумали о том, что...
- Очередное собрание общества старых дев, - фыркает Керимов, и плоскую шутку тут же поддерживает его фан-клуб. Раздаются смешки.
Нина качает головой, скрывая улыбку. Наши перепалки с Тимом всех забавляют.
- Не знала, что ты так внимательно следишь за моей личной жизнью, - отвечаю, не отрывая глаза от тетради.
- А разве там есть за чем следить? - Керимов удивляется так по-детски искренне, что это снова вызывает смех всех окружающих.
Я в который раз мысленно удивляюсь тому, что они в нем находят? Циничный, избалованный, ведущий себя по-хамски. И это идеал современного принца? Была бы мордочка посимпатичнее, кошелек потуже, наличие мозгов? Ах да, еще и связи предков... Неужели из-за этого можно закрыть глаза на недостатки?
- Может быть, кто-то в отличие от тебя привык не трепать о своих отношениях?
Я все еще стараюсь сгладить углы. Скандалить с Тимом за минуту до начала занятия не comme il faut. Виктор Антонович и так зол на нас за то, что мы на прошлой неделе сбежали с последней пары. Моя перепалка с Керимовым явно не добавит хорошего настроения кандидату экономических наук. А нам ведь еще экзамен сдавать по его предмету.
Черт, и почему именно я должна сдерживать себя и думать о последствиях?!
Керимов снова фыркает.
- Тебе нечего стесняться, Ветрова, - добавляет едко, - о твоем поцелуе на втором курсе мы все уже осведомлены. В деталях.
Керимов вспоминает историю двухлетней давности. Тогда я проиграла спор и целовалась с одним из аспирантов. Ничего такого, о чем стоило бы говорить. И говорить так часто! Но 'Тимур и его команда' до сих пор мусолят мельчайшие подробности того трехсекундного поцелуя.
Ну и что, что тот парень был нашим преподом по педагогике? Эта новость уже стара, придурок!
- Но не слишком ли давно это было? - будто в ответ на мои мысли с притворной жалостью добавляет Тим. - Два года без секса, - тяжелый, сочувственный вздох. - У тебя ничего не заросло?
Я нервно захлопываю тетрадь, резко оборачиваясь к парню.
- Извини, не предлагаю тебе проверить. Боюсь от тебя чем-нибудь заразиться.
- Госпожа Ветрова, в чем дело? - удивленный моим криком, Виктор Антонович отрывается от своих бумаг.
- Все в порядке, - бормочу сквозь зубы, чувствуя себя гадко.
Керимов больше не смотрит в мою сторону. Он улыбается триумфально и что-то шепчет Милане. Я не могу разобрать ни слова, но судя по взглядам, что бросает на меня его подруга, Тимур говорит с ней обо мне.
Ублюдок...
Когда все успело выйти из-под контроля? С удовольствием маньяка-садиста Керимов раз за разом любой наш разговор сводит к отсутствию у меня хоть какой-нибудь личной жизни. И пусть ему на самом деле плевать и на меня и на мои несуществующие отношения, слова Керимова все равно врезаются мне в память.
И я...
Почему я вспоминаю Тимура, когда ко мне в Каранте подходит Князев? Когда он приглашает меня домой, и когда мы целуемся с ним у него в постели?
Черт бы тебя побрал, Керимов...
Черт бы тебя побрал.
***
Блевать хотелось с самого утра. Вчерашняя бутылка Чивас Ригал - початая, на мое счастье - оказалась лишней. Накануне вечером, пытаясь выкинуть из головы подробности непродуктивного разговора с отцом, я заперся в спальне и вытащил из запасов виски. Двенадцатилетняя выдержка. Подарок Глеба, который он преподнес в день одной из моих памятных стычек с этой...
Назвать Ветрову дурой сейчас не поворачивался язык. Ее бледная физиономия врезалась в память настолько сильно, что всю сегодняшнюю ночь мне снились кошмары.
Она то плакала, то о чем-то меня просила. Я отчаянно пытался ее спасти и все время не успевал.
Среди снов с участием Ветровой, особенно ярких несколько лет назад, подобный сюжет был новым. По крайней мере, мое привычное амплуа сменилось, и вместо того, чтобы мучить и убивать, я для разнообразия раз за разом кидался на помощь жертве.
Точно так же, как я сделал это вчера на пороге вуза.
- Эй, Тим, ты скоро? - зевающий Лешка распахнул дверь ванной и сонно уставился на меня. - Голова болит? - сочувственно поинтересовался младший брат, наблюдая за тем, как я ожесточенно плескаю водой в лицо.
- Угу, - я фыркнул, отплевываясь и избегая смотреть на Леху. Мне еще повезло, что родители отбыли на работу двадцать минут назад. Даже Мелкого мой внешний вид не обманул.
- Я слышал, как вы с отцом ругались, - Лешка вздохнул. - Чего он на тебя так взъелся?
- Ничего. Мы не сошлись во взглядах, - стащив полотенце с крючка, я посторонился, чтобы пропустить брата внутрь. - Заходи.
- Угу... - Леха, расплываясь в ехидной улыбке, тут же ввалился в ванную. - Не сошлись во взглядах на твое воспитание?
Я хмыкнул, не обращая внимания на насмешливый тон брата, и кинул последний взгляд на свое унылое отражение в одном из зеркальных шкафов.
- Не умничай. Ты в школу не опоздаешь?
Лешка задумчиво покачал головой.
- И что это значит?
- Ничего, - брат нахмурился и взглянул на меня с сомнением. А еще через мгновение, потеряв ко мне интерес, потянулся к зубной щетке.
- Ну-ну.
Я распахнул дверь, собираясь выйти.
- А это правда, что Ветрова залетела? И ты - отец? - осторожно донеслось из-за спины, и я, так и не сделав последний шаг, замер в проходе.
Предположение брата, в точности повторяющее вчерашние слова отца, было почти смешным.
- С чего ты взял?
- Родители обсуждали сегодня утром, - Мелкий спокойно выдержал мой недовольный взгляд.
- Они не могли этого обсуждать!
- Ну ладно, ладно, - Леха кивнул. - Но они сказали, что так будет думать половина Энска.
Вот бл***! Все тот же бредовый разговор о том, чем мне аукнется вчерашнее представление в больнице. Причины, по которым отец решил, будто моя помощь Ветровой привлечет внимание журналистов, мне до сих пор казались полнейшим бредом.
- Они преувеличивают проблему. Никто ни о чем не будет думать. Я просто помог одногруппнице.
- Э... помог? - Мелкий изобразил недоумение и в точности скопировал тон отца.
"То есть ты называешь ПРОСТО помощью тот концерт, что устроил в отделении? Твой скандал с главврачом? Это всего лишь 'помощь'?"
Задолбали!
Да, бл***, это всего лишь помощь!
Можно подумать, что у меня был выбор. Эта чертова Ветрова едва не отключилась у меня в машине, и за десять минут, которые я потратил на то, чтобы добраться до Областной, она только глубже уходила в неадекват. Ну, откуда я знал, что ей настолько плохо?
***
Прошло несколько часов...
Я засыпала на неудобной постели, будто проваливаясь в страшный омут. Мне все время снились кошмары. И в каждом из них была кровь. На руках, на одежде и на полу...
Я просыпалась от крика, застывшего на губах. А потом долго-долго смотрела в одну точку, думая о том, что могло бы быть в моей жизни. И чего теперь точно не будет...
Я плакала беззвучно, до боли в побелевших от напряжения пальцах сжимая край одеяла. Я кусала до крови губы и не позволяла не единому стону вырваться из груди. Болтушки-соседки первое время постоянно задавали вопросы, стараясь втянуть меня в свой бесконечный треп. Но, повернувшись ко всем спиной и уткнувшись лбом в подушку, я не хотела ни с кем говорить.
Даже с Марр...
Она звонила мне пару раз, но я безучастно глядела на экран мобильного и не брала трубку. Казалось, ответь я на вызов подруги, и после первого же ее вопроса я не смогу сдержаться. Черная дыра внутри меня становилась все ощутимей. Плотину отчаяния могло прорвать в любой момент. И потому я не хотела ни жалости, ни утешений.
Я ничего не хотела!
Отправив короткую смс Марине, я попросила ее ни в коем случае не приезжать. Ничего уже невозможно сделать.
***
- Кси, привет! - звонкий голос Дины раздался в трубке, и я вдруг пожалела о том, что позвонила старшей сестре Андрея. Пожалела о том, что вообще хоть кому-нибудь позвонила, хотя Дина из всех моих знакомых была единственной, способной оказать услугу, не задавая лишних вопросов.
То, что нужно сейчас, ведь так?
- Ксюша? Ксения? - привлекая внимание, Дина несколько раз взволнованно повторила мое имя. А у меня вдруг мелькнула шальная мысль о том, чтобы немедленно скинуть вызов. И только благоразумный вопрос второго 'я' с его рациональным 'а что с вещами?' заставил меня перебороть страх.
Мне пришлось сглотнуть и сделать несколько быстрых вдохов, чтобы взять эмоции под контроль. И все равно ответ получился черствым.
- Здравствуй.
- Что с твоим голосом? Что-то случилось?!
- Я в больнице, Ди, - осторожно призналась я, испуганно ожидая реакции любимой сестренки Флейма. - Но мне не хотелось бы дергать сейчас ребят. В общем... ты не могла бы кое-что для меня сделать? Это займет не больше часа.
- Когда ты туда попала? - по-деловому уточнила Дина, и у меня отлегло от сердца. Лишних эмоций и причитаний от Ди я не услышу.
- Вчера.
Дина помолчала пару секунд:
- Ты точно уверена, что не стоит звонить Андрею?
- Да. Я уверена.
- Ну, хорошо. Что нужно сделать?
- У Андрея где-то в столе есть запасные ключи от моей квартиры. Я ему оставляла пару недель назад и до сих пор не забрала.
- Да, я, кажется, видела какую-то связку у него в мастерской. Я найду. Что тебе привезти?
- Несколько пар белья, халат, сменную одежду, тапки, зубную щетку и пасту, полотенце... - задумавшись на мгновение, я, наконец, закончила перечислять необходимые вещи. - Наверное, все.
- Я поняла. Привезу все, что ты просила. И если чего-нибудь не найду, я позвоню. Ты где лежишь?
- Я в областной. Девятый корпус, четвертый этаж, палата восемь.
- Ясно, Кси. Я скоро буду.
Ди отключилась.
***
В дверь тихонько поскреблись, и в палату, стуча каблучками-шпильками, впорхнула высокая брюнетка. Она запнулась на пороге, как только заметила меня. На лице Дины тут же отразились растерянность и тревога.
Я лишь кивнула девушке не в силах притворяться и изображать радость от нашей встречи. Я была бы рада Дине, окажись мы где угодно в другое время. Но сейчас я была способна лишь на то, чтобы вздохнуть и жестом позвать Дину подойти поближе. Даже улыбнуться я не смогла. Впрочем, улыбка смотрелась бы жутко на моем осунувшемся за последние два дня лице.
Сегодня встретившись взглядом с зеркальным двойником, я не вздрогнула лишь потому, что знала, что там увижу. И без того наделенная от природы очень светлой кожей, теперь я могла бы кого угодно напугать своим мертвенно-бледным видом. Образ ожившего мертвеца дополняли огромные, покрасневшие от слез глаза. Размазавшаяся тушь, которую я так и не смогла до конца смыть без привычных косметических средств, только усиливала впечатление.
- Со мной все в порядке, - я предугадала вопрос девушки и чуть-чуть сдвинулась на постели, освобождая место. - Не стой у порога, Ди.
Девушка справилась с удивлением за пару секунд, и, наконец, подошла ко мне, чтобы тут же осторожно обнять и коротко поцеловать в щеку.
- Ты бледная такая... - задумчиво прошептала Ди, присаживаясь рядом со мной.
- Да, я знаю... - я небрежно пожала плечами. Мой внешний вид сейчас меня не волновал.
- Вот твоя сумка. Я сложила все, что ты просила. И еще купила тебе немного фруктов. Может тебе еще что-то нужно?
- Нет, нет. Спасибо, - я сдержанно поблагодарила девушку. - Больше ничего не надо.
Ди растеряно качнула головой.
- Хорошо. Но если тебе что-то понадобится, я сразу приеду.
- Да, я знаю... - я кивнула. - Если что, я тебе позвоню.
- Ага, - Ди улыбнулась уголками губ, и я решила, что она больше ни о чем меня не спросит. Даже успела обрадоваться тому, что наш разговор почти окончен.
Но я ошиблась.
- Ты мне не расскажешь, что с тобой случилось? - вдруг тихо спросила Дина, и у меня на мгновение перехватило дыхание. Я беспомощно уставилась на сестру Андрея.
Она молчала, сосредоточенно разглядывая мое лицо.
- Мм... Это... это просто выкидыш... Знаешь, я... - я нахмурилась, сама удивившись ответу и выбору слов. Все казалось нелепым.
- Просто выкидыш? - недовольно повторила Дина, своим раздраженным тоном вызывая у меня волну дрожи. - И на каком же сроке выкидыш считается заурядным делом?
- Ди... Не надо, - в моем голосе была мольба. Я вдруг испугалась реакции девушки и последующих за ней вопросов. - Я выразилась неудачно. Я... Четырнадцать недель почти...
- Сколько?! - изумленно переспросила Ди, и ее вопль эхом разнесся по всей палате. - И Андрей с Ником ни о чем не знали?
- Нет, - я прикрыла глаза, избегая смотреть на Дину. - Они не знали.
- Но... почему?.. - Ди коснулась моей руки. Так, словно она уже догадалась о том, какую боль мне причиняет наш разговор. Я чувствовала себя вывернутой наизнанку.
Ну, пожалуйста, оставьте меня в покое!
- Почему ты молчала? Кси?... Ксюш? Что случилось?
Я слышала волнение в голосе Дины, и всего на долю секунды мне вдруг захотелось ей во всем признаться. Рассказать о короткой истории с Князевым. О малыше. А еще - о том, что я ни разу в жизни не чувствовала себя настолько счастливой. Словно с того дня, когда я узнала, что беременна, мой мир перевернулся. Все встало на свои места. И даже грубые шутки Керимова перестали меня волновать.
Ребенок стал для меня щитом, закрывшим от всех. Я стала сильной. И стала цельной!
- Ксюша, что...? - Ди, теряя терпение, сжала мои ледяные пальцы чуть-чуть сильней, и я, наконец, очнулась.
- Я ... не хотела им говорить... - полуправда легко сорвалась с языка. - Мне нужно было время, чтобы все обдумать...
- Но вы же друзья, - Ди смотрела на меня так, будто не верила моим словам. Я бы тоже не поверила на ее месте.
- Друзья, - я кивнула, вновь отводя свой взгляд. - Но это отдельная история, Ди. И...
- Отдельная история? - девушка фыркнула. - Может, и нам с Андреем надо было так говорить, когда мама лежала в больнице, а ты все время крутилась рядом?
Воспоминание о матери Флейма и о ее затяжной болезни чуть-чуть меня встряхнуло. Поток мыслей свернул в другое русло.
- Ди, не в этом дело. Ребята расстроились бы, если б узнали.
Особенно Флейм. Особенно мой лучший друг.
- Или у них появился бы повод злиться, если б они были в курсе, - предположила Дина, разглядев в моем признании второе дно.
Конечно, она попала в точку. Думая о неизбежном разговоре с Никитой и Андреем, я боялась именно этого.
Их злости.
И отчуждения.
И разрыва.
А еще... советов. Тех самых советов, которые я не хотела слышать.
'Не порть себе жизнь. У тебя еще будут дети... От любимого человека. Чуть позже, когда ты закончишь учиться. Когда ты выйдешь замуж. Кси, подумай об аборте. Тебе не нужен ребенок - тем более сейчас'.
Но он был мне нужен...
- Я не знаю, - я снова спрятала свой взгляд от Дины. Мне было стыдно за то, что все так вышло. - Все может быть...
- Я так и думала, - Дина вздохнула и, вдруг озаренная очередной догадкой, поинтересовалась тихо. - Но тогда... если ты не хотела впутывать в это дело ребят, где в таком случае твой парень? И почему ты позвонила мне, а не ему? Кси? Что происходит?
Я зажмурилась, чувствуя, что хочу лишь одного - кричать. Кричать так громко, чтобы меня больше никто... никогда... не трогал!
- Его нет, - сдерживаясь, прошептала почти беззвучно. - Его нет, и все.
- То есть? 'Нет'? - Ди переспросила удивленно. И вдруг нахмурилась, - И где же он? Он привез тебя в больницу и уехал? Сказал, когда вернется? Или вы поссорились? Он расстроился, что ты потеряла ... что выкидыш, да?
Предположения Дины, следующее одно за другим, становились все более далекими от реалий. Она с такой уверенностью спрашивала меня об отце ребенка, так взволнованно интересовалась нашей возможной ссорой с ним, что я вновь едва не разревелась.
Сестра Андрея, как и никто из моих друзей, не представляла, что я могла забеременеть вот так... по-детски глупо.
- Нет, - я облизала губы, - Меня сюда привез одногруппник и...
- Кто? Вытягов?
Ди неожиданно назвала одну из тех фамилий, что уже много раз слышала от меня и Флейма. Не так часто, как фамилию Керимов, конечно. Но Леня Вытягов был знаком моим друзьям так же хорошо, как и Тимур.
Нашей группе вообще повезло с составом. На сто двадцать человек курса с нами училось лишь шестнадцать ребят. Двоих из них я имела неудовольствие видеть едва ли не каждый день.
- Нет, - я качнула головой. - Не он. Это...
- Керимов? - изумленно закончила Ди за меня. - Это он?
Я согласно кивнула, лишь отчасти понимая такую бурную реакцию Дины. Мы не ладим с Тимуром, это правда. Но ведь помощь человеку, попавшему в беду, выше мелочных разборок и разногласий? Или она так не считает?
- ОН?! - Ди с сомнением переспросила меня еще раз, будто я пыталась ее обмануть. - Не может быть... Ты хочешь сказать, что он носился с тобой по всему отделению? Требовал лучшего врача? Керимов... Ты поэтому молчала?
Я нахмурилась, перестав хоть что-нибудь понимать.
- О чем ты?
- Кси, - тон Дины неожиданно превратился в наставительно-категоричный. - Я, конечно, знаю, что ты по уши влюблена в этого урода, но связываться с ним самая глупая вещь, которую ты могла бы сделать.
Я на секунду прикрыла глаза, почувствовав, как внутри волной поднимается глухое раздражение.
- Я с ним не связывалась.
До недавнего времени эта идиотская идея о моей безответной влюбленности в Тимура, еще в школе озвученная одной из его подружек, вызывала во мне лишь злость и желание немедленно убедить всех окружающих в обратном. Меня страшно бесил тот факт, что даже мои друзья считали это правдой! Флейм верил в том, что я специально провоцирую Керимова. И твердил, что если я перестану обращать на него внимания, он быстро потеряет интерес к нашей войне. Но Флейм так сильно ошибался. Я с марта игнорировала Тимура, но ни он сам, ни тем более мои друзья не заметили, насколько все изменилось.
- Если не связывалась, то, почему он все это устроил? - девушка недоверчиво поджала губы.
- Что он сделал? - спросила устало. Я балансировала на тонкой грани между истерикой и апатией. И мое состояние не имело никакого отношение к Тимуру. Я ничего не хотела о нем слышать.
- Керимов? - девушка на мгновение замерла, словно прикидывая, говорить ли дальше, а после качнула головой. - Спроси у медсестер. А лучше поинтересуйся у него сама.
У Тимура?
Чисто теоретически я, конечно, могла бы даже написать ему смс и пригласить на разговор. Но для чего? Единственное, что я могла бы и должна была бы ему сказать, это... спасибо. Но я еще не была готова.
- Ди, - я вздохнула, потирая вновь занывшие от боли виски, - я уверяю тебя. Керимов не имеет отношения к этой истории. Что бы он ни делал здесь, это случайность. Может быть, он просто за меня испугался. Вот и все.
- Ну, ну... - Дина одарила меня сочувственной улыбкой. - Кси, я надеюсь, ты знаешь, что делаешь. У Андрея с Никитой и так терпение на исходе. Если они узнают, что в этом деле все же замешан Тимур, ему не поздоровится. Ты понимаешь?
Да.
Я знала, с чего вдруг Дина сделала такой неожиданный вывод. Слишком часто я рассказывала друзьям о бесконечных разборках с Тимом. Выплескивала злость на парня, вспоминая самые мелкие детали общения с ним. И, кажется, была слишком эмоциональной.
Андрей и Ник уже не могут спокойно слушать о наших стычках. Много раз они предлагали поговорить с Тимуром по-мужски. Но я не собиралась их вмешивать в подростковую 'войнушку'.
- Дина, не придумывай ничего, - забота девушки о судьбе Тимура все же была смешна. - Керимов... Да, ты права. Он мог мне нравиться сто лет назад. Но ты же знаешь, как я отношусь к нему сейчас. Я никогда в жизни не стала бы с ним встречаться. Просто поверь, он не мой парень и не отец ребенка.
Дина лишь качнула головой, слушая меня.
- Может, он и не причем, - она дернула плечами. - Но, когда Андрей с Ником обо всем узнают, надеюсь, у тебя будет что им сказать?
Намек, скрывающийся в вопросе Дины, был очевиден. Я выдержала ее любопытный взгляд и в этот раз не отвела глаза.
- Я тоже надеюсь, - ответила очень тихо.
Ди кивнула и некоторое время внимательно разглядывала меня. Смотрела так, будто ждала, что я добавлю что-нибудь еще. Скажу чуть больше, чем я уже сказала. Но, чувствуя себя моллюском, плотно сомкнувшим края спасительной ракушки, я молчала.
- Ладно, Кси, - Дина, наконец, решительно поднялась. - Я забегу к тебе завтра после занятий. Постараюсь отвлечь чем-то ребят. Но не уверена, что мне удастся это сделать.
- Спасибо, Ди... Еще раз спасибо.