colorless sunrise

Сол­нце уже заг­ля­дыва­ло в ма­лень­кую, но у­ют­ную ком­на­ту сквозь тон­кий тюль. Свет­лое по­меще­ние сра­зу за­пол­ни­ли те­ни, ко­торые соз­да­вали раз­личные не­обыч­ные узо­ры. Лёг­кий ве­терок про­никал в по­меще­ние че­рез при­от­кры­тую фор­точку, и сон­ный па­рень нем­но­го мор­щится, неп­ро­из­воль­но сквозь сон с го­ловой за­бира­ясь под мас­сивное пу­ховое оде­яло.

— Хо­сок-а, вста­вай, я хо­чу жрать.

Хны­ка­ющий Тэ­хён зас­тавля­ет Чо­на рас­пахнуть гла­за, не­доволь­но прос­то­нав. Се­год­ня им ко вто­рой па­ре и мож­но не спе­шить, ещё пос­пать, но Тэ­хён всег­да ра­но вста­ёт для то­го, что­бы ус­петь прой­ти один уро­вень в ка­кой-то его лю­бимой иг­ре. Хо­сок всю ночь кор­пел над кон­спек­та­ми и над док­ла­дом по все­мир­ной ис­то­рии, по­это­му сто­ит ему толь­ко на се­кунд зак­рыть гла­за, как он сно­ва за­сыпа­ет. От силь­ных пин­ков Тэ в спи­ну, Хо­сок па­да­ет пря­мо на хо­лод­ный ла­минат, по­тирая ушиб­ленные бо­ка.

— Тэ, ка­кого хре­на?! Нам же ко вто­рой? — вор­чит еще сон­ный па­рень, пы­та­ясь встать с по­ла. — Тем бо­лее, я же си­дел до ут­ра.
— Но Чи­мин и я хо­тим есть, а се­год­ня твоя оче­редь го­товить, — Тэхён да­ёт Хо­соку лёг­кий щел­бан, от­че­го па­рень сно­ва мор­щить­ся и хму­рит бро­ви. — Не злись, Хо­соки-и, все рав­но пять ми­нут ни­чего не ре­шат.

Ти­хо сме­ясь в свою ла­донь, Тэ­хён убе­га­ет в со­сед­нюю ком­на­ту, же­лая пос­ко­рее скрыть­ся от оз­лоблен­но­го на не­го Хо­сока. Па­рень лишь ка­ча­ет го­ловой, по­нимая, что вы­бора у не­го нет и млад­ших на­до кор­мить. Дей­стви­тель­но, пять ми­нут ма­ло что ре­ша­ют, но по­нежить­ся в тёп­лых сол­нечных лу­чах под оде­ялом лиш­ний раз не по­меша­ет.

— По­ра бы и вам на­учить­ся го­товить, не де­ти уже, — за­каты­вая гла­за, про­дол­жа­ет буб­нить Хо­сок, не по­лучая на свои сло­ва ни­како­го от­ве­та.

Уку­тав­шись в ткань мах­ро­вого го­лубо­го ха­лата и мед­ленно пе­рес­тавляя но­ги, Чон за­шагал в сто­рону кух­ни. Он чувс­тво­вал ка­кую-то сла­бость, ви­димо за­болел, но да­же в та­ких си­ту­аци­ях Хо­сок шёл в уни­вер­си­тет: не лю­бил про­пус­кать. Се­год­ня важ­ный день и про­гули­вать па­ры нель­зя. Па­рень стал ле­ниво пе­реби­рать про­дук­ты в хо­лодиль­ни­ке, дос­та­вая из не­го ос­татки тай­ской еды и не­воль­но хму­рясь.

— Эй, вы что, сно­ва еду за­казы­вали?! — кри­чит па­рень ку­да-то в пус­то­ту.

Че­рез мгно­вение ма­лень­кую кух­ню за­пол­ня­ют звон­кие смеш­ки, на что Хо­сок ста­ра­ет­ся не об­ра­щать вни­мания.

— Ты се­год­ня ка­кой-то вя­лый сов­сем, в зер­ка­ло се­бя ви­дел? — сме­ёт­ся Чи­мин, пот­ре­пав паль­ца­ми крас­ные во­лосы на ма­куш­ке Хо­сока.
— Нет, а что не так? — фыр­ка­ет па­рень, про­дол­жая на­резать ос­татки са­лат­ных листь­ев.
— Ог­ромные си­няки под гла­зами и... гла­за что ли крас­ные, — Тэ­хён па­да­ет на своё за­кон­ное мес­то в цен­тре пря­мо­уголь­но­го сто­лика, на­бирая ко­му-то оче­ред­ное со­об­ще­ние, — буд­то бу­хал не­делю.

И вправ­ду. Заг­ля­нув в свое от­ра­жение на же­лез­ной по­вер­хнос­ти, Хо­сок за­меча­ет кра­су­ющи­еся на его ли­це тем­ные кру­ги. Па­рень толь­ко по­жал пле­чами, грус­тно взды­хая и про­дол­жая взби­вать же­лез­ным вен­чи­ком яй­ца.

— Хо­сок-и злой се­год­ня? — бес­стыд­но из­де­ва­ет­ся Тэ­хён над ус­тавшим Чо­ном, а в от­вет Чи­мин бро­са­ет на со­седа по ком­на­те не­доволь­ный взгляд, зас­тавляя его та­ким об­ра­зом за­мол­чать.

На са­мом де­ле, Хо­сок та­кой толь­ко тог­да, ког­да очень ус­та­ет. Ему тя­жело справ­лять­ся со всем, осо­бен­но, ког­да осенью сра­зу же на­вали­лось столь­ко за­даний по уче­бе. Па­рал­лель­но при­ходит­ся по­могать Тэ­хёну и Чи­мину с их ра­бота­ми, хо­тя Хо­сок не дол­жен это­го де­лать, но он слиш­ком доб­рый для то­го, что­бы от­ка­зать. Тем вре­менем пар­ни час­то по­сеща­ют клу­бы, что со­вер­шенно не ус­тра­ива­ет Чо­на. Каж­дый раз пос­ле оче­ред­но­го по­хож­де­ния Хо­соку при­ходит­ся рас­хлё­бывать все их проб­ле­мы.

Па­рень дос­та­точ­но быс­тро справ­ля­ет­ся с зав­тра­ком, кла­дя каж­до­му в та­рел­ку по ку­соч­ку ом­ле­та с зе­ленью. Тэ­хён бла­жен­но прич­мо­кива­ет, а Чи­мин сно­ва ода­ря­ет то­го раз­дра­жен­ным взгля­дом. Хо­сок толь­ко сме­ёт­ся в ла­донь, по­тяги­вая уже ос­тывший чай из стек­лянной чаш­ки.

— Иде­те се­год­ня в клуб? — не от­ры­ва­ясь от сво­его зав­тра­ка, бор­мо­чет Чон.
— Ко­неч­но, вы­ход­ные же бли­зят­ся, — ут­верди­тель­но вык­ри­кива­ет Чи­мин, от­став­ляя в сто­рону ос­татки ом­ле­та.
— Не кри­чи, иди­от.

Вне­зап­но в Чи­ма по­лете­ла пач­ка влаж­ных сал­фе­ток, и тот, сме­ясь, выб­рался из-за сто­ла, прос­каль­зы­вая в при­хожую, да­бы не по­пасть­ся под го­рячую ру­ку.

— Хо­сок, мо­жет не пой­дешь се­год­ня? — Тэ­хён от­ки­нул­ся на спин­ку сту­ла, ты­ча ука­затель­ным паль­цем в си­няки под гла­зами Хо­сока и ко­выряя вил­кой ом­лет.
— Не мо­гу, ты же пом­нишь, что у ме­ня се­год­ня важ­ный док­лад, — по­тирая гла­за по­душеч­ка­ми паль­цев, все так же бор­мо­чет сон­ный Хо­сок.
— Да, толь­ко пос­ле па­ры ис­то­рии до­мой ва­ли.
— Хо­рошо.

Пар­ни быс­тро доб­ра­лись до во­рот род­но­го уни­вер­си­тета. Хо­сок всег­да по­ражал­ся кра­соте мес­тнос­ти вок­руг зда­ния. Мно­го де­ревь­ев, цве­тов, уже по­жел­тевших кус­тарни­ков - все это на­поми­нало Хо­соку парк в Кван­джу, его род­ном го­роде, ко­торый он в детс­тве час­то по­сещал с ро­дите­лями. Лёг­кий ве­терок сно­ва ка­сал­ся брон­зо­вый ко­жи на ру­ках Хо­сока, на что па­рень за­сунул ру­ки в кар­ма­ны, пы­та­ясь пря­тать ус­тавшее ли­цо под чер­ной мас­кой. Тэ­хён не бро­сал по­пыт­ки под­бодрить дру­га, но все без­ре­зуль­тат­но, да­же их об­щие шут­ки по по­воду внеш­не­го ви­да пре­пода­вате­лей со­вер­шенно не по­мога­ли.

— Эй, ре­бята, — ок­ликну­ла пар­ней тем­но­воло­сая де­вуш­ка Ми­ён, ра­дос­тно об­ни­мая каж­до­го по­оче­ред­но, — вы слы­шали уже?
— Что имен­но? — за­ин­те­ресо­ван­но спра­шива­ет Тэ­хён, вы­гибая од­ну бровь.
— На чет­вертом кур­се но­вень­кий, — хло­па­ет в ла­доши де­вуш­ка, чуть прип­ры­гивая от не­тер­пе­ния. — Эй, Хо­би, что с то­бой?

Хо­сок мол­ча сто­ял, что со­вер­шенно не свой­ствен­но для не­го, и пя­тил­ся на­зад от пе­ревоз­буждён­ной под­ру­ги.

— Хо­сок-а, — про­дол­жа­ет ка­нючить Ми­ён.
— Я го­товил­ся всю ночь, — прис­пустив мас­ку с ли­ца, мям­лит па­рень.
— Так док­лад же пе­ренес­ли на сле­ду­ющую не­делю, — ты­чет де­вуш­ка ко­ротень­ким паль­цем Хо­соку в грудь, по­качи­ва­ясь на пят­ках.
— Блять, — вы­руги­ва­ясь, Чон на­тяги­ва­ет мас­ку, рас­талки­вая дру­зей и раз­дра­жён­но фыр­кая.

Он, слов­но ме­те­ор, про­носит­ся ми­мо ку­рящих стар­ше­кур­сни­ков воз­ле ог­ромно­го зда­ния уни­вер­си­тета и не­наро­ком за­дева­ет пар­ня в се­ром паль­то, что был при­мер­но на пол го­ловы ни­же Хо­сока.

— Из­ви­ните, — су­дорож­но сгла­тыва­ет Чон и улы­ба­ет­ся че­рез си­лу, пы­та­ясь скрыть от­вра­щение к за­паху си­гарет­но­го ды­ма.

Не до­жида­ясь от­ве­та, Хо­сок быс­трым ша­гом под­ни­ма­ет­ся по ши­роким сту­пень­кам, об­хо­дя свет­ло­воло­сого пар­ня. Тот лишь пе­рево­дит на не­го осуж­да­ющий взгляд, и Чон чувс­тву­ет, как ему смот­рят вслед, но не обо­рачи­ва­ет­ся и за­ходит в от­кры­тые на рас­пашку две­ри уни­вер­си­тета.

— Что это с ним? — удив­ленным го­лосом спра­шива­ет по­дошед­шая к ре­бятам Ухи, за­мечая как Хо­сок за­дева­ет сто­яще­го но­вень­ко­го стар­ше­кур­сни­ка. — Тэ?

Па­рень толь­ко от­ма­хиват­ся ру­кой от на­до­ед­ли­вых од­но­кур­сниц, идя вслед за дру­гом.

Хо­сок силь­но раз­дра­жен, по­тому что его ник­то не пре­дуп­ре­дил нас­чет док­ла­да. Он был всег­да пун­кту­ален и вы­пол­нял за­дания вов­ре­мя, но глу­пая при­выч­ка ос­тавлять все на пос­леднюю ночь ме­шала ему. Па­рень про­сидел всю ос­тавшу­юся па­ру, под­пи­рая го­лову ла­донью и из­редка умуд­ря­ясь вздрем­нуть. Тэ­хён пос­то­ян­но дёр­гал дру­га, ког­да тот уже чуть ли не па­дал на пар­ту, и ти­хо сме­ял­ся, пы­та­ясь не прив­ле­кать вни­мание пре­пода­вате­ля.
Преподаватель огласил об окончании пары, и Хо­сок вздрог­нул от неожиданности, по­тирая сли­па­ющи­еся гла­за ла­доня­ми.

— Чон Хо­сок, ос­та­нетесь, по­жалуй­ста, — Хо­сок ед­ва смог рас­слы­шать ти­хий жен­ский го­лос сре­ди гу­ла ос­таль­ных сту­ден­тов.
— Хо­рошо, — бор­мо­чет сон­ный Чон, но пре­пода­ватель со­вер­шенно не слы­шит сту­ден­та.

Па­рень спус­тился к пре­пода­ватель­ско­му сто­лу, чуть опи­ра­ясь паль­ца­ми о де­ревян­ную по­вер­хность. Ким-сон­сенним за­мети­ла это и чуть глуб­же се­ла в крес­ле, скре­щивая ру­ки на жи­воте.

— Чон Хо­сок, вы всю па­ру прос­па­ли, что с ва­ми? — по вы­раже­нию ли­ца бы­ло вид­но, что Ким-сон­сенним раз­дра­жена по­веде­ни­ем сту­ден­та во вре­мя лек­ции.
— Я, во­об­ще-то, — дер­зит па­рень, нер­вно сми­ная паль­ца­ми край тол­стов­ки, — го­товил­ся к док­ла­ду по ва­шему пред­ме­ту до ут­ра.
На са­мом де­ле, Чон не хо­тел, что­бы это зву­чало, как уп­рек в сто­рону учи­теля, но свою раз­дра­жен­ность и ус­та­лость слож­но скры­вать да­же за лу­чезар­ной улыб­кой.
— Раз­ве вы не зна­ли, что док­лад пе­рене­сен на сле­ду­ющую не­делю? — удив­лённо при­под­ни­ма­ет бро­ви Ким-сон­сенним.
— Нет, мне ник­то ни­чего не ска­зал.

Пре­пода­ватель чувс­тву­ет на­рас­та­ющее нап­ря­жение меж­ду ни­ми и лег­ко улы­ба­ет­ся лишь угол­ка­ми губ, смот­ря на сво­его сту­ден­та.
Это бы­ла од­на из са­мых при­ят­ных жен­щин в пре­пода­ватель­ском кол­лекти­ве. Хо­сок лю­бил ее лек­ции, да­же го­товить­ся к за­четам при­ят­но, но не в этот раз.

— Ду­маю, что вам на­до до­мой - отос­пать­ся, — по­нима­юще и с ка­ким-то со­жале­ни­ем го­ворит жен­щи­на, всмат­ри­ва­ясь в крас­ные гла­за Хо­сока.

Сра­зу же пос­ле пре­пода­ватель­ских слов в а­уди­торию ста­ли за­пол­зать стар­ше­кур­сни­ки. Де­вуш­ки звон­ков сме­ялись, пар­ни ко­со на тех пог­ля­дыва­ли, слов­но стес­ня­ясь это­го. Вне­зап­но Хо­сок за­меча­ет сре­ди этой тол­пы сту­ден­тов пар­ня, с ко­торым он стол­кнул­ся на вхо­де в уни­вер­си­тет. Стар­ше­кур­сник не­воль­но под­нял взгляд на Хо­сока, ус­ме­ха­ясь то­му, что рас­те­рян­ный сту­дент не от­во­дит взгляд от не­го.

— Что, на те­бя уже ма­лолет­ки за­пада­ют? — из­да­ет сме­шок Нам­джун, вы­сокий па­рень с фи­оле­товы­ми во­лоса­ми, пы­та­ясь та­ким об­ра­зом за­деть сво­его дру­га.
— Иди на­хуй, иди­от, — вор­чит па­рень, пи­хая дру­га в бок.

Нам­джун на­иг­ранно кор­чится от бо­ли и сме­ёт­ся, про­пихи­вая дру­га к пар­там. Хо­сок сра­зу же от­во­дит взгляд, буд­то бы свет­ло­воло­сый стар­ше­кур­сник его со­вер­шенно не ин­те­ресу­ет, и за­мечая по­вышен­ное вни­мание к се­бе, юр­ко выс­ка­кива­ет из а­уди­тории. В ка­кой-то мо­мент он по­нима­ет, что пар­ней с нас­толь­ко прив­ле­катель­ной внеш­ностью он еще не ви­дел. Ак­ку­рат­ный и кра­сивый раз­рез глаз, блед­ная, слов­но мо­локо, ко­жа, так и хо­чет­ся при­кос­нуть­ся. Го­лос стар­ше­кур­сни­ка боль­ше все­го по­разил Чо­на, иде­аль­ная не сос­ты­ков­ка внеш­ности и хрип­ло­го низ­ко­го го­лоса, от ко­торо­го му­раш­ки по ко­же.
Хо­сок не­воль­но крас­не­ет, но тут же вспо­мина­ет, что нап­равлял­ся до­мой. Не тут то бы­ло. Вне­зап­но навс­тре­чу идет Пак-сон­сенним, вер­тя руч­ку паль­ца­ми.

— И ку­да это вы соб­ра­лись, Чон Хо­сок, у нас же сей­час тест, вы пом­ни­те? — иг­ри­во спра­шива­ет стат­ный муж­чи­на, по­чему-то не­лов­ко пе­реми­на­ясь с но­ги на но­гу.
— Я пом­ню, Пак-сон­сенним, — за­каты­ва­ет гла­за Хо­сок, не пе­рево­дя взгляд на пре­пода­вате­ля.
— Жду вас на па­ре, уда­чи.

Не то, что­бы Чон не хо­тел за­водить раз­го­вор с пре­пода­вате­лем, прос­то его нем­но­го нап­ря­гало то, как Пак-сон­сенним с ним об­щался. Не­обыч­но неж­но, по­это­му Хо­сок ста­ра­ет­ся из­бе­гать взгля­да гла­за в гла­за, где бы то ни бы­ло. Он прос­каль­зы­ва­ет ми­мо сон­сенни­ма, и тот ед­ва ощу­тимо за­дева­ет по­душеч­ка­ми паль­цев хо­соко­ву та­лию, от­че­го па­рень не­воль­но вздра­гива­ет. Ко­жа Хо­сока рез­ко пок­ры­лась му­раш­ка­ми и ли­цо поб­ледне­ло от нак­рывше­го его с ног до го­ловы стра­ха.

— Хо­сок, — го­рячо вы­дыхая в чу­жое ухо шеп­чет пре­пода­ватель, — ты очень кра­сивый се­год­ня.
— Ч-что вы де­ла­ете? — го­лос Чо­на дро­жит и сры­ва­ет­ся, буд­то бы па­рень вот-вот по­теря­ет соз­на­ние.
— Не бой­ся, Хо­сок.

Моч­ку уха цеп­ля­ет пре­пода­ватель­ский язык, и Хо­сок мор­щится, пы­та­ясь от­тол­кнуть от се­бя муж­чи­ну, но тот был яв­но силь­нее сту­ден­та, ибо не при­лагая ни­каких уси­лий дер­жал Хо­сока под­ле се­бя. Вне­зап­но раз­дался звук от­кры­ва­ющи­еся две­ри в а­уди­торию, где про­води­лись па­ры по ис­то­рии, и пре­пода­ватель рез­ко хва­та­ет Чо­на за ру­ку, пы­та­ясь най­ти па­рал­лель­но бо­лее ук­ромное мес­то гла­зами. Вы­шед­ший из ка­бине­та па­рень это за­меча­ет и вце­пив­шись в пап­ки длин­ны­ми паль­ца­ми нап­ра­вил­ся за ус­коль­за­ющи­ми сту­ден­том и вы­соким муж­чи­ной, как он по­нял пре­пода­вате­лем.

— Что вы... — сры­ва­ет­ся с губ Хо­сока, но при­ложен­ный к гу­бам па­лец не да­ет то­му до­гово­рить.
— Ти­хо-ти­хо, — сно­ва шеп­чет Пак-сон­сенним, рез­ко при­падая к гу­бам пар­ня. Тот без ка­кого-то стес­не­ния сми­на­ет хо­соко­вы гу­бы, и его со­вер­шенно не вол­ну­ет то, что па­рень не це­лу­ет в от­вет. Чон без­ре­зуль­тат­но пы­та­ет­ся от­тол­кнуть от се­бя муж­чи­ну и вне­зап­но он за­меча­ет иду­щего в их сто­рону стар­ше­кур­сни­ка.
Тот са­мый свет­ло­воло­сый па­рень без вся­ких уси­лий от­талки­ва­ет пре­пода­вате­ля, и муж­чи­на не­воль­но пя­тить­ся на­зад, на­тяги­вая на свое ли­цо ехид­ную улыб­ку и тут же вып­рямля­ясь.

— Что вы здесь за­были, м, Мин? — с доб­ро­жела­тель­ной фаль­ши­вой улыб­кой спра­шива­ет 
Пак-сон­сенним.
— Бы­ло ин­те­рес­но пос­мотреть на пре­пода, ко­торый до­мога­ет­ся до пер­во­кур­сни­ков, — ус­ме­ха­ет­ся Мин, за­быв о вся­ких рам­ках дос­тупно­го и де­монс­тра­тив­но скре­щивая ру­ки на гру­ди. — Ска­жите спа­сибо, что я не до­несу это до рек­то­ра.

В этот мо­мент Хо­сок буд­то бы ис­па­рил­ся. Он су­дорож­но пе­реби­рал но­гами, пы­та­ясь прий­ти в се­бя пос­ле про­изо­шед­ше­го. Па­рень за­метил сво­их дру­зей, сто­ящих воз­ле а­уди­тории и ожи­дав­ших его, но Хо­сок про­нес­ся ми­мо. Он пы­тал­ся все пе­рева­рить и вдруг ощу­тил чу­жую ши­рокую ла­донь на сво­ем пред­плечье. Это был тот стар­ше­кур­сник, ко­торый спас его от Па­ка-сон­сенни­ма и ко­торо­го он тол­кнул не­наро­ком воз­ле уни­вер­си­тета.

— Эй, па­рень, ус­по­кой­ся, — дос­та­точ­но силь­ные паль­цы сжи­мали ру­ку Хо­сока, что зас­тавля­ло рас­сла­бить­ся, — вдох-вы­дох.

Го­лос его спа­сите­ля был очень ус­по­ка­ива­ющим, нес­мотря на врож­дённую гру­бость. Хо­сок сто­ял и пы­тал­ся от­ды­шать­ся, по­ка Мин от­вел его в сто­рону бли­же к по­докон­ни­ку.

— Ну, все в нор­ме? — не от­пуская чу­жую ру­ку, хри­пит стар­ше­кур­сник, хлоп­нув паль­ца­ми дру­гой ру­ки по ще­ке Хо­сока. — Все хо­рошо, ну, — не сда­ёт­ся свет­ло­воло­сый.
— Все нор­маль­но, — не­уве­рен­ный го­лос вы­да­ет вол­не­ние Хо­сока, но бод­ря­щая по­щёчи­на при­водит пар­ня в чувс­тва. — Я дав­но за­мечал, что он как-то ина­че ко мне от­но­сит­ся, — мнёт­ся на од­ном мес­те па­рень, от­во­дя взгляд от стар­ше­го, — но не ду­мал, что по­лезет.
— Ва­ли до­мой, у те­бя есть па­ры се­год­ня у это­го? — бы­ло вид­но, что Мин вол­но­вал­ся за Хо­сока. Мо­жет этот неп­риступ­ный, по раз­го­ворам дев­чо­нок вто­рого кур­са, па­рень на са­мом де­ле дру­гой.
— Да, сле­ду­ющая, — шеп­чет Хо­сок, ло­вя на се­бе взгля­ды де­вушек, сто­ящих в ко­ридо­ре, — хо­рошо.
— Окей, — на ли­цо стар­ше­кур­сни­ка сно­ва вер­ну­лось преж­нее без­разли­чие, и он мел­ки­ми ша­гами нап­ра­вил­ся к Нам­джу­ну, ко­торый уже ждал его для то­го, что­бы пой­ти на пе­рекур.

Хо­сок так хо­тел из­ви­нить­ся пе­ред этим пар­нем, ведь он не дол­жен был зас­тать столь неп­ри­ят­ную сце­ну, и тя­жело вы­дох­нул, ког­да стар­ше­кур­сник ис­чез из по­ля его зре­ния.

— Эй, Хо­сок-и, — ма­шет сво­ему од­но­кур­сни­ку Хан­соль, под­зы­вая к ос­таль­ным.
— Да-да, иду, — па­рень тут же ки­ва­ет го­ловой и под­бе­га­ет в круг к друзь­ям.

Тут же все за­мол­ча­ли и пе­реве­ли оша­рашен­ный взгляд на сво­его дру­га.

— Да что вы все так на ме­ня смот­ри­те? — воз­му­ща­ет­ся па­рень, пи­хая сме­юще­гося Тэ­хёна в бок. — Что та­кое?
— Ты в кур­се, что это и есть тот но­вень­кий па­рень с чет­верто­го кур­са? — про­дол­жил звон­ко сме­ять­ся се­рово­лосый па­рень, наб­лю­дая за ре­ак­ци­ей со­седа по квар­ти­ре и ос­таль­ных од­но­кур­сни­ков.
— Да, — под­да­кива­ет Ми­ён, ти­хо хи­хикая, ког­да оки­дыва­ет взгля­дом але­ющие ще­ки Хо­сока.
— Уже в кур­се, — бор­мо­чет па­рень, за­каты­вая пос­ле гла­за и де­лая вид, что его это не вол­ну­ет вов­се.  — Я по­шел, не хо­чу на эту па­ру.
— Но у нас же тест, — фыр­ка­ет Чи­мин в сто­рону ухо­дяще­го.
— Я по­том все рас­ска­жу, — ус­ме­ха­ет­ся Хо­сок, хло­пая на про­щение ла­донью по пле­чу млад­ше­го и оки­дывая взгля­дом сво­их од­но­кур­сни­ков, а за­тем те­ря­ет­ся из ви­ду.

Па­рень вы­шел из зда­ния уни­вер­си­тета, ибо ему все на­до об­ду­мать. Ре­шить, что де­лать с этим даль­ше и по­сещать ли па­ры Па­ка-сон­сенни­ма пос­ле слу­чив­ше­гося. На са­мом де­ле, Хо­сока вол­но­вало боль­ше не то, что про­изош­ло меж­ду пре­пода­вате­лем, а что это уви­дел но­вый стар­ше­кур­сник. Чон по­доз­ре­вал, что под­робное про­изой­дет ра­но или поз­дно, но не на гла­зах у ко­го-то. Его с ног до го­ловы нак­ры­вало вол­ной сты­да, но зна­комый жен­ский го­лос от­влёк пар­ня от раз­ду­мий.

— Ты че­го один тут бро­дишь? — пе­ред Хо­соком сто­яла вы­сокая де­вуш­ка с длин­ны­ми тем­ны­ми во­лоса­ми. Ве­тер раз­ви­вал по воз­ду­ху длин­ные пря­ди, от­че­го де­вуш­ка не­доволь­но вор­ча­ла се­бе под нос и ак­ку­рат­но уби­рала во­лосы за уши. Ее го­лос был нем­но­го низ­ко­ват для де­вуш­ки, но очень мя­гок, а иде­аль­ные мо­дель­ные чер­ты ли­ца зас­та­вляли Хо­сока вос­хи­щать­ся столь прек­расным соз­да­ни­ем.
— Су­бин-ну­на? — хло­па­ет гла­зами Чон, чувс­твуя не­лов­кость, на что де­вуш­ка мяг­ко улы­ба­ет­ся, поп­равляя чел­ку. — Я? — пе­рес­пра­шива­ет Хо­сок, от­кашли­ва­ясь в ку­лак, тем вре­менем об­ду­мывая как же вык­ру­тить­ся, что­бы ни­чего не объ­яс­нять. — Све­жим воз­ду­хом ды­шу.
— Но сей­час же па­ры? Я пом­ню, сес­тра твоя го­вори­ла, что у Па­ка-сон­сенни­ма, — при­щурив гла­за, при­под­ни­ма­ет бро­ви де­вуш­ка, смот­ря на Хо­сока свер­ху вниз, от­че­го па­рень чувс­тво­вал се­бя еще бо­лее не­ком­фор­тно. — Что-то слу­чилось?

Хо­сок в от­вет от­ри­цатель­но мо­та­ет го­ловой, но при­меча­ет, что нас­той­чи­вая стар­ше­кур­сни­ца не со­бира­ет­ся от­сту­пать.

— Он сно­ва к те­бе лез? — фыр­ка­ет де­вуш­ка, поп­равляя руч­ку чер­ной су­моч­ки-клат­ча.
— Нет, все хо­рошо, не вол­нуй­ся, — Хо­сок со­вер­шенно не умел врать, пло­хо ему это да­валось, и, зная та­кую осо­бен­ность млад­ше­го дру­га, Су­бин не­доволь­но хмы­ка­ет в от­вет.
— Лад­но-лад­но, за­хочешь сам рас­ска­жешь, — от­ма­хива­ет­ся де­вуш­ка.

По­ка они бе­седо­вали и гу­ляли по прос­то­рам тер­ри­тории уни­вер­си­тета, мно­гие уча­щи­еся уже по­кину­ли зда­ние. Вре­мени нем­но­го, по­это­му стар­ше­кур­сни­ки за­кури­ва­ют пря­мо воз­ле вхо­да в учеб­ное за­веде­ние. Хо­сок со сво­ей спут­ни­цей ещё нес­коль­ко ми­нут ве­село вор­ко­вали. Та, хи­хикая, рас­ска­зыва­ла о пер­вых оди­ноч­ных съ­ём­ках на ее собс­твен­ную пес­ню «Strawberry», а Хо­сок лишь из­редка пы­тал­ся рас­ска­зать о том, как всю ночь го­товил­ся. Не­ожи­дан­но де­вуш­ка ты­чет паль­цем в бок Хо­сока, за­мечая прис­таль­ный взгляд но­вого ли­ца в их кол­лекти­ве, ко­торый был об­ра­щен к ней и Чо­ну.

— Это тот па­рень, из-за ко­торо­го гу­дит весь уни­вер? — хмы­кат Су­бин, бе­ря Хо­сока под ру­ку.  — Ли­чико та­кое смаз­ли­вое, ин­те­рес­но, есть ли на нем хоть ка­кие-то приз­на­ки му­жес­тва.
— Да, имен­но он, — сме­ет­ся сту­дент из-за ре­ак­ции ну­ны. Хо­сок не­воль­но пе­рево­дит взгляд на ку­ряще­го в шум­ной тол­пе свет­ло­воло­сого пар­ня, встре­ча­ясь с ним взгля­дом. За­метив это, Нам­джун стал что-то шеп­тать дру­гу, от­че­го тот от­влёк­ся и пих­нул дру­га в бок, сно­ва от­борно ру­га­ясь.

— Эй, — ок­ли­ка­ет од­но­кур­сни­ков Су­бин, — ког­да же вы уже ску­ритесь? Каж­дую пе­реме­ну бе­га­ете!
— Ког­да ты нач­нёшь ку­рить, — сте­бет де­вуш­ку Джу­хон, — и пе­рес­та­нешь за­висать с этим ма­лолет­кой.

Су­бин бро­сила не­доволь­ный взгляд в сто­рону Джу­хона, ве­дя млад­ше­го сле­дом за со­бой и что-то не­раз­борчи­во буб­ня се­бе под нос. Чон все еще ощу­щал на се­бе чу­жой взгляд и смеш­ки в свою сто­рону, что зас­тавля­ло пар­ня не­ук­лю­же плес­тись за вы­сокой де­вуш­кой.

— Не об­ра­щай вни­мания... иди­оты, — поч­ти шеп­чет де­вуш­ка, ос­матри­вая по сто­ронам. — Смот­ри, там Тэ! — ки­ва­ет го­ловой она, ука­зывая в сто­рону, где сто­ят друзья Хо­сока. — Я пой­ду, Хо­би, мне по­ра.
— Хо­рошо, — ки­ва­ет па­рень, улы­ба­ясь нас­толь­ко ши­роко, что аж че­люсть сво­дит, но это нор­маль­но для Чо­на так ре­аги­ровать на лас­ко­вый, слов­но ма­терин­ский, по­целуй в лоб от Су­бин.

— Хо­сок-а, — ма­шет ру­кой Тэ­хён, под­зы­вая дру­га к се­бе, — где ты весь день ша­ришь­ся?
— По­том объ­яс­ню, — сно­ва вык­ру­чивать­ся Чон, пы­та­ясь из­бе­жать доп­ро­сов на­до­ед­ли­вого со­седа.
— На па­ры-то идёшь на­конец-то, а то мне скуч­но? — хва­та­ясь за за­пястье Хо­сока, Тэ по­тащил то­го в сто­рону от­кры­тых две­рей в а­уди­торию.
— Иду, — сме­ёт­ся Чон, под­ни­мая, что сбе­жать до­мой уже не по­лучит­ся, и пе­рево­дит взгляд на паль­цы, креп­ко сжи­ма­ющие за­пястье, — как бы ты уже та­щишь ме­ня ту­да.
— Да, точ­но, — за­бегая в ог­ромную а­уди­торую, сме­ёт­ся Тэ, уса­жива­ясь за пар­ту ря­дом с Хо­соком.

Ос­тавши­еся две па­ры прош­ли дос­та­точ­но ве­село и без по­доб­ных ин­ци­ден­тов, что не мог­ло не ра­довать Хо­сока. Па­рень, к счастью, все это вре­мя не наб­лю­дал наг­лый взгляд Па­ка-сон­сенни­ма, ви­димо, его па­ры за­кон­чи­лись, и тот ушел до­мой, что еще боль­ше зас­тавля­ло Чо­на рас­сла­бить­ся и ве­село про­водить вре­мя с друзь­ями. Пос­ле окон­ча­ния за­нятий Хо­сок ре­шил прой­тись пеш­ком, в пос­ледний раз ма­хая на про­щание сво­им то­вари­щам Тэ­хёну и Чи­мину, что­бы те не жда­ли его и ужи­нали са­ми.
Та­кой жест пар­ни сра­зу по­нима­ют и по­кида­ют тер­ри­торию уни­вер­си­тета на се­рой ма­шине «Hyundai».

Хо­сок ещё дол­го во­зил­ся с де­воч­ка­ми, ожи­дая Су­бин-ну­ну, ко­торая вот-вот дол­жна бы­ла по­дой­ти. И вправ­ду. Че­рез ка­кие-то ми­нут пять вы­сокая де­вуш­ка вы­бега­ет из ог­ромно­го двер­но­го про­ема пря­мо в сто­рону Хо­сока, гром­ко сме­ясь.

— Из­ви­ни, Хо­би, я за­дер­жа­лась нем­но­го, — звон­ко ще­бечет де­вуш­ка, бе­ря под ру­ку уже улы­ба­юще­гося во все трид­цать два Хо­сока.
Су­бин вы­тяги­ва­ет ру­ку на­зад, сос­тавляя из ука­затель­но­го и боль­шо­го паль­ца сер­дечко для сво­их од­но­кур­сни­ков, и те с удо­воль­стви­ем при­нима­ют та­кой жест, ма­хая на про­щание.

— Как твой день про­шел? Пак-сон­сенним не лез боль­ше? — бо­лее серь­ез­ный го­лос де­вуш­ки при­водит Хо­сока в чувс­тва, ко­торый с вос­хи­щени­ем ос­матри­вал се­уль­ские ули­цы, ос­ве­щен­ные ог­ромным ко­личес­тво фо­нарей, хо­тя на ули­це еще толь­ко на­чало тем­неть.
— Не лез боль­ше, — звуч­но сгла­тыва­ет па­рень, вспом­нив все мер­зкие дей­ствия со сто­роны пре­пода­вате­ля.
— Хо­рошо, ес­ли сно­ва бу­дет, то мы ре­шим этот воп­рос, — уг­ро­жа­юще скла­дыва­ет ру­ку в ку­лачок Су­бин, бро­сая гроз­ный взгляд на млад­ше­го.
Хо­сок, не сдер­жи­ва­ясь, на­чина­ет­ся за­ливать­ся звон­ким сме­хом, ко­торый под­хва­тыва­ет ну­на.

Ре­бята про­дол­жа­ли ид­ти по уже тем­ным ули­цам, го­воря на раз­личные те­мы, ко­торые ин­те­ресо­вали обо­их и ти­хо сме­ясь, ес­ли для это­го есть по­вод. Вне­зап­но де­вуш­ка ос­та­нав­ли­ват­ся воз­ле ка­кого-то вы­соко­го стек­лянно­го зда­ния: это был ши­кар­ный отель, один из са­мых до­рогих в Се­уле.

— Мне по­ра ид­ти, — не­лов­ко на­чина­ет объ­яс­нять де­вуш­ка, чер­ным но­соч­ком ба­леток слов­но про­бивая дыр­ку в ас­фаль­те, — ко мне при­ехал кое-кто.
— Все хо­рошо, иди ко­неч­но, — ус­по­ка­ива­ющее хло­па­ет паль­ца­ми по жен­ско­му пле­чу Хо­сок, ос­ве­щая все вок­руг сво­ей яр­кой улыб­кой, на что ну­на сму­щен­но улыб­ну­лась, зак­лю­чая млад­ше­го в креп­кие объ­ятия
— Кста­ти, у ме­ня о те­бе спра­шивал этот но­вень­кий, — сме­ёт­ся Су­бин, не скры­вая то, что уже нес­коль­ко се­кунд наб­лю­да­ет за ре­ак­ци­ей Хо­сока. Тот, ес­тес­твен­но, уже ощу­ща­ет, что его ще­ки пре­датель­ски го­рят лёг­ким ру­мян­цем, но вмиг сме­ня­ет ра­дос­тную гри­масу на бо­лее серь­ез­ную, что­бы скрыть, нас­коль­ко ему это, по­чему-то, при­ят­но слы­шать.
— И что? — за­каты­ва­ет гла­за Чон, ты­ча паль­цем в бок сме­ющей­ся Су­бин.
— Ни­чего, до зав­тра, Хо­би.

Де­вуш­ка ос­тавля­ет неж­ный и не­весо­мый по­целуй на ще­ке млад­ше­го, сра­зу же ра­дос­тно зас­ка­кивая в стек­лянные две­ри ши­кар­но­го оте­ля. Хо­сок дол­го ду­мал нас­чёт стран­но­го по­веде­ния ну­ны, ведь она всег­да от­чи­тыва­ет­ся по по­воду то­го, ку­да идет, но не в этот раз. Он сам доб­рел до до­ма, кое-как най­дя до­рогую и па­рал­лель­но раз­мышляя о смыс­ле жиз­ни, пла­нах на бу­дущее. За день па­рень бе­зум­но вы­дох­ся, по­это­му сам был удив­лен как смог до­жить до кон­ца.

Млад­шие сно­ва пош­ли в клуб, по­это­му квар­ти­ра пол­ностью в рас­по­ряже­нии Хо­сока. Ус­тавший сту­дент за­ходит в по­меще­ние и сра­зу же па­да­ет на мяг­кий ши­рокий ди­ван, рас­плас­тавшись на нем и до это­го сняв ме­ша­ющие крас­ные кон­версы. Хо­сок ощу­ща­ет, как неп­ри­ят­но по­калы­ва­ют мел­ки­ми иго­лоч­ка­ми и буд­то бы пла­вят­ся его но­ги и ран­ки, на­тер­тые но­вой обувью. Со­вер­шенно не об­ра­щая вни­мание на жгу­чую боль, па­рень зак­ры­ва­ет гла­за, ду­мая, что пос­пит нем­но­го и обя­затель­но на­пишет Тэ­хёну и Чи­мину, но в од­но мгно­вение за­сыпа­ет, нес­лышно для се­бя ти­хо по­сапы­вая.