14 глава
Хлоя
Я стояла рядом и всё ещё с карандашом в руке. Ана стояла передо мной, прижимаясь ко мне лбом, укутанная в белую простыню, как в кокон. На мгновение мы замерли. Было ощущение, будто весь шум снаружи - исчез. Только её дыхание, только мои мысли, и - это странное, хрупкое, тёплое "мы", которое родилось между строк и взглядов.
Я наклонилась и, не удержавшись, оставила лёгкий поцелуй на её плечо - почти незаметный. Печать момента. Метка между художником и натурщицей, между женщиной и той, кто затрагивает её до глубины.
Моя картина всё ещё была незавершённой, но главные штрихи уже легли на бумагу. Линия ключицы. Склон головы. Полутень, что ложилась на шею. Я хотела продолжать, но в следующую секунду всё изменилось.
Я почувствовала, как простыня на ней начинает медленно сползать. Поначалу я подумала, что она просто поудобнее устраивается. Но потом я поняла: это было не случайно.
Я подняла взгляд. Ана... осторожно, с какой-то трогательной решимостью, начала спускать с себя ткань, обнажая всё больше своей кожи. Линия плеча, изгиб груди, сосков, живот. Не торопясь, не театрально - а будто она раскрывает не тело, а душу.
Я вопросительно посмотрела на неё.
- Ана?... - голос мой был мягким, почти шепотом.
Она не отвела взгляда. В её глазах было что-то большее, чем просто согласие. Это была смелость. Тихая, дрожащая, как огонёк свечи.
- Ты же говорила, что хочешь настоящую меня... - прошептала она.
- Да, но только если ты сама этого хочешь. Я не хочу... ни давления, ни неловкости.
- Я хочу. Сейчас - да, - ответила она тихо, с лёгкой дрожью в голосе, - потому что только рядом с тобой я не чувствую себя чужой в своём теле.
Моё сердце сжалось. Я аккуратно отложила карандаш и подошла ближе. Осторожно. Мой взгляд скользнул по её обнажённой коже - не как у вожделеющей, а как у художницы, которая боится испортить произведение, к которому слишком привязалась.
- Ты прекрасна, - сказала я, почти не слышно.
Ана прикусила губу, и в этот момент её глаза наполнились влагой - не от страха, не от боли. От чего-то большего. От принятия. От близости. От того, что она позволила себе быть увиденной.
- Можешь продолжать рисовать, - прошептала она. - Только... не прячь взгляд.
Я кивнула. Подошла к мольберту. Взяла в руки другой карандаш - тоньше, мягче. Чтобы передать всё это... не только очертания, но и дыхание момента, дрожь в пальцах, огонь под кожей.
Каждая линия теперь жила. Не просто фигура. Не поза. Ана - стала композицией чувств.
Пока я рисовала, она стояла спокойно, лишь изредка бросая на меня взгляд - робкий, доверчивый. Мы не нуждались в словах. Только в дыхании. Только в этом странном, необъяснимом соединении, которое случается раз в жизни.
Спустя, наверное, пару часов, я закончила картину.
Мольберт был полностью занят - её телом, нарисованным тонкими, почти трепетными линиями. Каждая тень, каждый изгиб, каждая линия говорили не только о физике тела, но и о чём-то гораздо более глубоком. О доверии. О том, как она раскрылась передо мной - не только внешне, но и внутренне.
Солнце уже опускалось за горизонт. Через широкое окно падал мягкий, золотисто-розовый свет. Он ложился на её кожу, как последний штрих самой природы, добавляя картине жизни, тепла. Я отложила карандаш и посмотрела на неё. Ана стояла спокойно, но я заметила, как её тело слегка вздрогнуло. Она дрожала.
Я подошла ближе и тихо спросила.
- Замёрзла?
Она посмотрела на меня снизу вверх, её ресницы дрожали почти так же, как голос, когда она прошептала:
- Согреешь меня?
В её голосе было что-то большее, чем просто просьба о тепле. Это был скрытый вопрос. Приглашение. Намёк, который я поняла сразу.
Я не ответила словами. Я просто приблизилась и мягко поцеловала её. Наш третий поцелуй... Теплее, глубже, медленнее. Его не разжигала страсть - его грела близость.
Когда я чуть отстранилась, я провела рукой по её щеке, стараясь не нарушать хрупкости момента.
- Ана... - я сказала почти шёпотом, заглядывая ей в глаза. - Я могу задать тебе очень личный вопрос?
Она кивнула едва заметно, но уверенно.
- Ты... девственница?
Сначала она чуть напряглась. Она посмотрела в окно, будто искала ответ там, в ветвях деревьев, в отблеске неба. Потом снова встретилась со мной взглядом. Её глаза были прозрачны, как капля дождя.
- Да... - прошептала она. - Я никогда... не позволяла никому быть настолько близко. Ни физически, ни эмоционально.
Я кивнула, прижимая её руку к своей.
- Спасибо, что доверяешь мне.
Она улыбнулась с лёгкой, почти болезненной нежностью.
- Я доверяю тебе, Хлоя... И это пугает. Потому что ты - как шторм. Красивый, сильный... И я боюсь утонуть.
Я склонилась к ней ближе и прошептала, целуя её висок:
- Если ты когда-нибудь захочешь... я не потяну тебя в шторм. Я стану для тебя якорем.
Я видела её слабую, трепетную улыбку.
Что-то в этом выражении говорило мне больше, чем любые слова. Это была неуверенность, смешанная с доверием.
Я снова поцеловала её. На этот раз глубже, мягче, позволяя себе чуть больше.
Но всё же отстранилась, давая ей пространство - чтобы не испугать, не спугнуть.
Я посмотрела ей в глаза. Они светились чем-то новым. Желанием? Любопытством?
Скорее, шагом навстречу самой себе.
- Хочешь этого сегодня?.. - прошептала я, сдерживая дрожь в голосе.
Я не боялась быть уязвимой, но очень боялась сделать ей больно, нарушить её границы.
Ана молчала. Она будто бы искала слова, но в итоге вместо слов её ладонь нашла мою.
Тепло её прикосновения передалось вглубь меня, как будто она говорила телом: «Я боюсь. Но я с тобой. Я доверяю.»
- Я... - её голос был тише, чем шёпот. - Я не знаю, как это должно быть. Но я хочу быть с тобой.. Не только сейчас... Просто быть с тобой. Если ты... возьмёшь меня за руку - я пройду через это.
Я кивнула.
- Я здесь. С тобой. Всегда.
Медленно, не торопясь, я провела рукой по её щеке, опускаясь к плечу. Почувствовала, как её кожа покрывается мурашками.
Мы встали и медленно повела её в мою спальню, где до сих пор над кроватью висел её портрет.
Она села на кровать. Я медленно сняла одежду с себя, оставаясь такой же обнажённой как и Ана, которая как будто боялась сделать что то не так.
Я подошла к ней и села рядом. Я протянула руку и поправила пряди её светлых волосы. Мы обе поддадись на встречу и я поцеловала её так же как и она меня. На этот раз поцелуй был глубоким, долгим. Я уложила её на спину и легла сверху. Наши груди прижались друг к другу. Я чувствовала как её тело реагирует на моё.
Потом я пустила дорожку поцелуев по её шее. Потом ключица, груди. Иногда я смотрела на неё чтобы убедится в её комфорте.
- Ана... Всё в порядке?
Она слегка кивнула.
- Да... Не остонавливайся...
Ана
Я лежала, закрыв глаза, и чувствовала, как каждое её прикосновение будто оживляет меня. Я никогда раньше не представляла, что женщина может вызвать во мне такие ощущения. Это было не просто возбуждение - это было чувство, что я нахожусь там, где должна быть.
У Хлои было идеальное тело. Подятнутая грудь, широкие бока, пухлые бёдра. Я прикусила губу.
Когда её губы прошлись по моей шее, я вздохнула. Я чувствовала себя раскрытой, но не уязвимой.
Когда она прикасалась ко мне - я чувствовала нечто новое. Чувство, что меня не только хотят, но и бережно принимают.
Её губы прошлись по моим соскам, потом к животу. Я знала, скоро начнётся то, что я даже представить себе не могла с кем то.
Она посмотрела на меня, без слов спрашивая разрешения. Я кивнула.
Медленно, нежно, Хлоя ввела в меня один палец. Я сжала губы. Я чувствовала насколько мокрой я была. Удивительно.
- Я в порядке... - прошептала я, как будто давая ей разрешение двигаться дальше.
Она ввела второй палец и начала двигать им. Не ожидая от себя такого, я ахнула. Я видела улыбку Хлои. Она лишь продолжила двигать пальцами и целовать меня через раз.
Я не знаю сколько прошло времени, но для меня, много. Но это время было прекрасным. Как будто я забыла обо всём на свете. О своих переживанияж и страхах я даже не вспомнила. Для меня была только Хлоя и я. Её прикосновения. Её губы. Её пальцы.
Мы не занимались сексом. Мы не трахались. Мы занимались любовью.
Я легла Хлое на грудь и накрыв наши обнажённые тела простынёй, мы заснули.