Сонбэ

       В голове был вакуум. Осталось несколько дней до начала учебы, и мне дико хотелось сделать их насыщенными и продуктивными. Поэтому я взялся за чтение своих конспектов. Стоит ли говорить, что это было неблагодарное дело? Я сидел уже второй час за лекциями, и в мою голову не лезло ничего. Точнее лезлоимя «Чонгук» и на этом все.

      Может в Пусан смотаться. Все-таки, семью давно не видел. Интересно, какова вероятность встретить там маму и папу малыша Чона.

      Ну вот, опять. Я раздражено потряс головой и уставился в тетрадь. Но текст все не хотел читаться, поэтому решив, что учебы с меня пока хватит, направился на кухню. Там соорудив бутерброд, поспешно запихнул его себе в рот. Всё-таки, стоит заказать билеты домой.

      С такой мыслью я поплелся обратно в спальню. Подхватив телефон в руки, с удивлением воззрился на экран. Один пропущенный от неизвестного и одно сообщение от того же номера. Раскрыв окошко в kakaotalk, стал читать.

какао

+82********

это Чанми, сонбэ, мы можем встретиться через 2 часа в вузовском парке?

       Хотелось отдробить «зачем» и сказать, что неблагодарное дело тащиться в обитель университета до начала учебного года. Но мне было интересно. Мы не общались с ней хорошо, поэтому казалосьнеожиданное приглашение как минимум странным.

Вы

можем

      И я начал собираться. Меня терзали сомнения. Хотелось узнать, что она хочет и почему зовет, но в то же время не было желания куда-то идти. Мне еще нужно было покупать билеты, собирать вещи, а не тратить несколько часов на чужую девушку.

      Два часа прошли быстро. Но я, к счастью, был пунктуальным мальчиком, поэтому успел все во время. Даже ждать пришлось.

-Чимин-сонбэ! – поприветствовала Чанми меня, когда подошла ближе, - Простите за опоздание. Давайте пойдем в кофейню? Тут недалеко.

     Услышав согласие, девушка схватила меня за локоть и повела куда-то за угол. А уже там моим глазам открылся вид на ветхое заведение со странным названием «Сердечные боли».

      Внутренне убранство этой кофейни мало чем отличалось от кофейн подобного типа. Так что я не стал заострять внимание и ловить ворон, а быстро последовал за менеджером Сон, которая уже приземлилась за столик около левого окна.

-Так...? – я не стал ждать, когда Чанми начнет, - Почему ты позвала меня?

      Девушка помялась и посмотрела на официанта. Тот, заметив ее взгляд, направился к нам.

-Что желаете? – любезно спросил пошедший мужчина, показывая ручкой, что он готов записывать.

-Пока не решил, - буркнул.

      Денег у меня было, как кот наплакал.

-А мне как обычно, - радостно сообщила девушка.

-Удвоить? – уточнил официант.

-Ага, он опаздывает.

-Эмм, - прости? – Кто-то еще должен подойти?

-Чонгук.

      В горле дернулся кадык, и я пожалел, что не попросил воды.

-Зачем? – хрипло уточнил. Как-то не хотелось оставаться с этой парочкой наедине.

-Мы поссорились, - грустно сообщила она, и я поморщил нос.

-Из-за чего?

-Из-за вас.

      Кажется, на моем лице отразилось удивление, поэтому девушка открыла рот, чтобы пояснить, но я перебил:

-Но я гей! – даже как-то возмущенно.

-Мы поругались как раз из-за этого, - смущенно проговорила она, комкая салфетку.

-Из-за того, что я гей? – не понял я, ошарашено на нее глядя.

     Сон Чанми пробормотала что-то под нос и сказала:

-Потому что он узнал, что вы гей.

      Ага. Это странно, но вполне ожидаемо. Какому натуралу понравится знать, что его хён совсем другой ориентации. Вот и малышу Чону тоже не понравилось. Но я-то тут причем? Свой вопрос я озвучил вслух.

-Вы не так поняли, - ее лицо болезненно сморщилось, - Ему не понравилось, что я так просто разболтала, что вы гей. Но он единственный, кто знает.

    Воцарило молчание, которое перебивал только стук моего сердца. Душу затопила теплота. И вот как тут его не любить? Он же потрясающий... Если бы был шанс, что ему хоть немного нравятся парни, я...

-Вы бы не могли мне помочь? – голос девушки задрожал, - Скажите, что вы были не против или, - она помолчала, - Я не знаю, что вас это не задело?

      «Но меня задело» - практически вырвалось у меня из-за рта, но я во время себя остановил, заприметив малыша Чона. Тот хмурой тучкой прошествовал к нам, кривя при этом губы:

-Хён, что ты тут делаешь?

-Мимо проходил, - буркнул я и, как бы в подтверждение к моим словам, к нам подошел официант, водружая на столик заказ.

-Ладно, - все также, не отрывая взгляда от меня, согласился Чонгук с ответом, - Закажешь что-нибудь?

-Нет, - качнул головой.

-Тогда я сам выберу.

-Не надо, - а потом мои глаза наткнулись на умоляющий взгляд Чанми, - Знаешь, мы тут перекинулись парой словечек. Я узнал, что вы поругались из-за меня.

     Лицо парня потемнело. Мне даже показалось, что его зубы скрипнули из-за того, что тот так сильно сжал челюсть.

-Это тебя не касается, Чимин-хён.

     И я почувствовал, как на меня будто вылили ушат холодной воды. Не касается? И, правда, не касается. Тогда почему я здесь? Точно. Я с горечью уставился на Чонгука, а следом меня буквально накрыло:

-Не касается? Не касается, Чон, - руки непроизвольно скрестились на груди, - Но я попрошу тебя, чтобы ты в следующий раз не искал в моей ориентации причину для ссоры со своей девушкой. Это неприятно, знаешь ли.

     А потом я встал и стремительно понесся к выходу. В груди клокотал гнев. Бросив последний взгляд на парочку, я увидел некую печаль во взгляде младшего и вышел.

***

    «Мне было плохо» - именно эти три слова описывали все мое состояние. Я лежал на кровати. И, кажется, был похож на умертвие. Губы пересохли, хотелось пить, но я еще не был готов встать с простыни. Я вообще не был ни к чему готов. А еще я злился.

      Глаза болели от непролитых слез, сердце будто жали в тезки, а мозг твердил: «ПЕРЕСТАНЬ УБИВАТЬСЯ, ТЫ САМ ПОСТРОИЛ ВОЗДУШНЫЕ ЗАМКИ, А ОН ПРОСТО НАТУРАЛ». В принципе, Чонгук даже не дал мне никакого намека на обиду. Так что мозг в какой-то мере не прав. Причем здесь ориентация малыша Чона? Да, он не хотел посвящать меня в свои отношения. И это нормально. Я для него никто. Но больно все равно. Будто предали.

      Замотавшись в одеяле, я снова подумал, что не нужно мне было связываться с Чонгуком. Может, если бы он был геем, было проще? Еще не поздно прекратить с ним общение. Уйду с поста менеджера, углублюсь в учебу и ни о каком Чонгуке и не вспомню.

       Я уже было вскочил, лихорадочно ища телефон, чтобы сообщить о таком потрясающем плане по истреблению моей ненормальной любви Тэхёну, но тот же самый телефон звякнул, оповещая меня о непрочитанном сообщении.

какао

чонгу

мы расстались

***

         Проснулся я с ватной головой. Кажется, такая ситуация становится своеобразной традицией.

       Вчера я о многом думал. Почему придумали ориентацию? Разве людям в исторические времена было не все равно? Главное, чтобы рядом ощущалось тепло, а другое – предрассудки.

     Сейчас все не так. Вздохнув из-за своего флегматично-меланхоличного настроения, я перевернулся на другой бок.

      Интересно, если я неожиданно приеду в Пусан, родители сильно удивятся?

      Дзынь, дзынь...

       Раздраженно подумал, что в последнее время телефон издает слишком неприятные звуки. Еще раз вздохнув, я потянулся за смартфоном.

      Тэхён.

-Алло? – промычал, утыкаясь в подушку.

-Ты еще спишь?

-Мм..

-Неважно. У меня есть просьба.

-Кака..я?

-У нас тренировка и...

-Я никуда не пойду.

-Чимин, это важно.

-Ладно, - пробурчал я, приняв сидячее положение, - Мне ехать в университет?

-К Чонгуку.

-Нет.

       На той стороне трубки, кажется, вздохнули. Я поморщился. Да, я тоже думаю, что звучу как ребенок, но от этого холоднее не становится.

-Почему? – после минутного молчания уточнили.

-Это не телефонный разговор, - передернул я плечами.

-Ладно, извини, - ответил Тэхён, и я подумал, то на этом наше общение закончилось, но друг продолжил, - Он ни на что не реагирует, пропускает мячи. Я подумал, ты сможешь помочь. У нас игра на носу, и тренер мечет.

-И почему именно я должен идти к нему?

-Ты не должен. Я позвонил тебе, потому что он выглядит счастливым рядом с тобой.

       Этот ответ стал последним услышанным. Мои ноги уже несли меня к остановке. Знали бы вы, как я ненавижу это. На тот момент мне даже мысль в голову не пришла, почему настолько отчаянный Тэхён не попросит Чон Хосока (вероятно, тот был на работе, но все равно). Я радовался тому, что малышу Чону со мной и, правда, хорошо.

      До места жительства Чонгука я добрался быстрее, чем обычно. Будто сам Бог транспорта благоволил, однако когда очередь дошла до звонка, тот никак не среагировал. Он словно заел или того хуже, сломался. В этот момент вся прыть с меня мигом сошла, и я понял, что только что чуть не совершил импульсивную ошибку. Я же планировал больше с Чонгуком не связываться. Но что я делаю опять?

      С мрачным видом разворачиваюсь, и меня резко испуганно передергивает.Сердце заходится дробью.

      Хосок. Он недоуменно окидывает меня взглядом. Все еще находясь под впечатлением, я задаю наиглупейший вопрос:

-А что вы здесь делаете?

      Брат Чонгука отчего-то тушуется и открывает рот, чтобы ответить, но я быстро добавляю:

-Вы же на работе.

-Я ушел пораньше.

      И все. Мы снова друг на друга смотрим. Через некоторое время Хосок спрашивает:

-Ты к Чонгуку?

      Я неопределенно пожал плечами. Решив, что от меня полноценного ответа не добиться, мужчина открыл дверь жестом, приглашая.

      Думаю, это и, правда, был мужчина. Взрослый, знающий, что ему нужно от жизни. Состоявшийся. Такого парнем язык назвать не повернется.

      Если подумать, это была наша первая встреча (я предпочитаю не считать тот момент, когда мы с Кимом тащили пьяного Чонгука). Сейчас увидев ЧонХосока при свете дня, я понимаю, почему Тэхён по нему так страдает. А он (между прочем) большой тягой к мужскому полу не отличался.

-Чонгук должен быть у себя в комнате, - сказал мужчина, разуваясь, - Тебя же не нужно провожать?

       Помотав головой, я поймал его легкую улыбку. Что-то я начинаю тушеваться перед ним и подозреваю, связано это как раз с тем, что он и малыш Чон родственники.

       Возле комнаты Чонгука я долго стоял, не решаясь что-то сделать. Нужно было хотя бы постучать, но я даже к этому не был готов.

       Господи, Чимин, какого черта? Почему ты становишься тряпкой? Где твой стержень? Бери себя в руки!

      Тряхнув головой, я усилием воли заставил себя постучать в дверь. К моему счастью (или несчастью), мне открыли сразу.

-Хён? – удивленно и как-то даже оживленно спросил парень.

-Да? О.. а.. я могу пройти?

       Чонгук кивнул с каким-то странным выражением лица и пропустил меня внутрь. Уже там я был готов услышать вопрос по типу: «Что ты тут делаешь», но ничего не услышал. Поэтому обернувшись лицом к малышу Чону, собрался говорить, однако меня опередили.

      Его вопрос был неправильным, и если бы на его месте был бы какой-нибудь другой человек, я бы посчитал, что он надо мной издевается. Но в голосе малыша Чона действительно чувствуется искренний, безобидный интерес:

-Хён, а ты, правда, гей?

-Правда.

       Я не смотрел на него, но прямо чувствовал, как его взгляд прожигает во мне дырку.

-Хорошо.

     Что там «хорошо» я не понял. Даже занервничал сильнее.

-Ты не голоден? – спросил он вдруг, протягивая мне яблоко.

-Нет, - качнул головой, присев на кровать.

      Молчание снова заполнило комнату. Было неуютно и отчего-то зябко. Мне хотелось срочно что-то с этим сделать. Поэтому я пояснил цель своего визита:

-Мне сказали, что ты себя плохо чувствуешь, поэтому я пришел тебя проведать.

-Без фруктов?

-Духовно плохо чувствуешь.

     Парень пожал плечами:

-Все равно.

     Сделав максимально раздраженное лицо, я шутливо спросил:

-Так ты не рад мне, значит?

     Парень засмеялся, пихая меня ладонью в плечо. Он тоже присел, и я почувствовал себя спокойнее.

-Мне лучше. Спасибо, что пришел, хён. Даже с пустыми руками, - Чонгук лукаво улыбнулся.

-Не за что, мелкий, - хмыкнул я.

    Мы еще о многом поговорили, прежде чем его позвал Хосок. Говорили о его расставании с Сон Чанми, о его чувствах и вообще обо всем, что тревожило парня в последнее время.

     Уже на выходе из комнаты Чонгук неожиданно спросил:

-Хён, а как это заниматься сексом с парнем?

       Я аж поперхнулся от возмущения. Однако, не успев и прикрикнуть на него, парень скрылся за дверью.