1
1 ноября, 1990 год
После того великолепного для Вильяма дня они с Айлой разговаривали всего несколько раз. На следующий день после происшествия, из-за которого они познакомились она была отстраненной и замкнутой. Она будто не замечала парня, хотя тот отчаянно искал контакта с ней. Вскоре он понял - то была лишь маска дружелюбия после стычки с Лавджоем, чтобы Вильям вдруг не набросился и на Айлу. Кто знает как у этих сумасшедших парней гармоны заиграют после взбучки. Теперь он уже не смотрел на нее во время уроков, не пытался подойти к ней, его рвение угасло вместе с нравоучениями Элизабет в общественном парке. И для Вильяма она была полностью права:
— вообще не понимаю какого дьявола ты еще неделю гонялся за ней, я же говорила какая она, мразь, думающая только о себе.
— я просто был дураком, который надеялся завести себе еще одного друга...
— тебе что, меня недостаточно? Я плохой друг?!
— н-нет, что ты, я этого не говорил, просто... Чем больше друзей, тем лучше верно?, - с угасающей надеждой говорил Вильям.
— верно, но не все такие хорошие как ты себе представлял. Я упаду в обморок если узнаю что ты и с её парнем решишь подружиться!, - парень поднял на неё вопросительный взгляд.
— с парнем Айлы?
— с Фердинантом который избил твое красивое лицо!, - взревела Элиза
— они все таки вместе?, - досадно
— да, а ты что не видел как она лелеяла его тогда в коридоре? К тому же он уж точно раздевает её взглядом, все в колледже уверены что это - парочка, да еще и сумасшедшая к тому же.
— вот как, - с подкатившей горестью в горле процедил Вильям.
— так что не твой она человек, не друг. А вот я..., - продолжила Элизабет, и набравшись смелости обняла его за шею, - я твой друг навсегда, возможно даже больше.
Фердинант Лавджой лежал в больнице с подозрением на психологическую неуровновешенность. Хоть и в палате он вел себя спокойно его отношение к медсестрам и врачам было всегда неясным. То он игриво гладит бедро молоденькой медсестры, за что получает пощечину и смеётся, то звереет и называет её шлюхой, из-за того что она надевает такую короткую юбку перед ним. В этот же день в его палату зашла более ожидаемая для Фердинанта, чем другие, личность. Вивьен в этот раз не выпинывала дверь с ноги, а зашла тихо и беззвучно. Лавджой в это время пытался сделать домашнюю работу, которые принесли те двое, что участвовали в драке, а затем держали взбешенного парня. Вид его был заумным, но он так и не написал ни единой буковки в тетради. Активно шевеля мозгами он не заметил проникновения в палату. Она села на край кровати и скрестила ноги. Воздух наполнился знакомым Лавджою ароматом ванили и сандалового дерева. Ощутив его он сразу поднял взгляд, опешил, на лице появилась тупая улыбка. Она смотрела на него без каких-либо имоций, но вскоре улыбнулась и помахала рукой:
— здравствуй, Ферди, как ты?
— Айла... Я не ожидал что ты придешь навестить меня!,- он оживленно откинул все, чем занимался до этого и кинулся на девушку с объятьями. Она рассмеялась и крепко прижала парня к себе:
— слышала ты тут хулиганишь, держишь в страхе хрупких девушек?
— разве что чуть-чуть, - ухмыльнулся он и заглянул девушке в глаза, - что с тем длинноволосым?
— жив-здоров, совсем скоро лицо его придет в норму, а пока бинты и пластыри.
— тогда ты повела к медсестре его, а не меня., - вдруг он оскалился и сжал руки в кулаки. Любой девушке на месте Айлы было бы страшно, но она уверенно прожигала его своими глазами цвета изумруда.
— согласись что ему помощь была гораздо нужнее чем тебе, ты ведь почти размазал парня по полу, да к тому же кто знает справилась бы я с тобой вместо психиатра.
— думаешь я напал бы на тебя?, - вдруг его лицо принимает озабоченный вид, глаза направлены на Айлу, но взгляд устремлен в никуда.
— всё возможно Фердинант, даже если сейчас тебе кажется что этого не могло случиться, никто не может утверждать как бы ты поступил. Или ты хотел проверить?
— о нет, детка, я никогда не причиню тебе вред, слышишь? И не позволю никому этого сделать. Никогда.
— пообещай мне кое-что, Ферди, - она кладет руку ему на щеку и водит большим пальцем по коже, оставляя кончик на нижей губе, - ты больше не тронешь этого парня, хорошо?
— что?
— не трогай больше этого парня, я прошу тебя. Неважно как он выглядит, в другой раз ты можешь не сдержаться и убить его, мне бы крайне не хотелось чтобы мой названный брат потом сидел в тюрьме из-за Бэрримора.
— выглядит так, будто ты пытаешься защитить его, а не меня...
— не доверяешь мне?
— не говори глупостей, детка.
И они снова крепко прижимаются друг к другу.
— приготовьте цветовые палитры к следующему занятию, вы уже на втором курсе, пора заняться этим, разберем с вами все по полочкам, я научу вас быть выдающимися дизайнерами!, - звучит строгий женский голос, - а на сегодня свободны!
Все студенты выдыхают и собирают вещи в сумки. Вильям складывает портфель и ждет Элизабет, которая вечно очень долго копается с материалами. Вскоре он тяжело вздыхает и помагает девушке сложить предметы в сумку:
— спасибо, ты такой хороший, Вильям!
— мы просто опаздаем на автобус. Давай быстрей, - с агрессией в голове цедит Вильям. После того момента когда Айла начала игнорировать его он полностью поменялся, начал грубить преподователям, пропускать занятия и даже огрызаться с Элизабет.
— ты принесёшь на следующее занятие палитру, или..., - она замялась и чуть покраснела, решая продолжать или нет. Они шли на остановку позже всех. Чтобы не лезть в переполненный автобус ждали следующего.
— или?
— я могу сделать за тебя, если ты не против...
— что?! Я что по твоему, не способен самостоятельно палитру нарисовать? Этот жалкий круг с цветами радуги и ее оттенками?!
— нет, просто...
— что просто?! Думаешь я совсем обленился? Вот что, подруга, ты рисуешь себе, я себе, и все.
— ладно, ладно, успокойся агрессор!
— автобус идет.
Теперь и к автобусам он относился не очень хорошо.