Эпилог
Оливия знала, что если сейчас ничего не сделать, то Северус погибнет. Она рыдала, зажимая кровь на шее любимого мужчины, просила, чтобы он жил, чтобы только выжил. Безоар всегда был у нее в кармане и кроветорное, быстро влевает в него зелье, даёт противоядие от укуса Нагайны, берет палочку, произносит заклинание, поднимает брюнета с пола и левитирует его в Хогвартс. Ей срочно нужно добраться до Больничного крыла, добравшись, она молит мадам Помфри обратить внимание на Северуса, но та лишь отмахивается, говоря, что у нее и так много забот. Девушка кусает губы, пытаясь не заплакать, она не может потерять его.
Смотря сейчас на бледное лицо, посиневшие губы, Оливия рвано выдохнула.
Она взмолилась Магии, чтобы та спасла ее любимого, возможно, выглядит глупо, но она надеется на чудо. Ведь это волшебный, чертов мир!
Винс-де-Дарк перетерпела все, что только можно: насмешки, боль, родительское "воспитание", домашнее насилие, психическое давление со стороны родственников, истерики, издевательства, слухи, все это она пережила, но потерять Северуса она не может. Не сейчас, когда у них все было хорошо. Чудо не произошло, он не открыл глаза, слезы душат, сердце сжимается в тисках, боль застилает глаза. Оливия ничего не видит, выходит из Больничного крыла и добирается до меча Гриффиндора. С болью во взгляде, с комом в горле, она подбегает к змее и отрубает ей голову в аккурат, когда змея хотела бросится на Гермиону и Рона.
— У вас передо мной Долг Жизни, Грейнджер и Уизли, — бросила она через плечо, убегая туда, где была финальная битва за Хогвартс. — Авада Кедавра! — вложив всю свою ненависть, презрение и ярость в проклятие, прорычала Оливия, кинув заклятие в Волан-де-Морта, когда меньше всего он этого ожидал, — сдохни, мразь, — шипит девушка, с яростью наблюдая, как Темный Лорд не успевает уклониться от заклинания, которое ударяет ему в грудь, глаза расширяются, рот приоткрывается в немом удивлении, и последнее, что видит Лорд перед своим падением, яростный взгляд, наполненный лютой ненавистью серо-зеленых глаз.
Битва закончилась неожиданно просто, не считая потерь, Фред, Ремус, Нимфодора, Северус... Наконец, она заплакала, зарыдала в голос, закричала от агонии, пожирающей ее изнутри, ломая кости, впиваясь ледяными лапами в сердце, разрывая его на куски, разбивая на осколки. А ведь она мечтала стать для него той, кто сможет доказать ему, что любовь все же есть, что тепло, которое Оливия так долго пыталась показать своему избраннику, ещё теплится в душе. Боль захлестнула ещё больше, осознание того, что больше она не увидит его, не сможет любоваться красотой Северуса, строгостью, язвительностью, иронией, ее добивала. Оливия не хотела верить, что Северуса больше нет...что он больше не существует...он умер. Очередной крик души застрял комом в горле, это больно, нет, это хуевое описание того, что чувствует сейчас девушка.
— Нет! Он не может меня оставить! За что я все время своего жалкого существования страдаю?! За какие грехи?! — душераздирающий крик вырвался из ее уст, рыдания становятся все громче, Оли уже визжит от боли, хриплый голос срывается с губ подошедшего Поттера.
— Вия, — Гарри ложит свою руку на плечо девушки, — Профессор Снейп жив, — удар, будто молотом ударяет по ушам Винс-де-Дарк, жив? Северус ...жив? Она не срывается с места, просто ещё не пришла в себя после дикого крика душевной агонии. Но как только смысл сказанного доходит до нее, она встаёт и несётся в Больничное крыло. Там, на кушетке, где лежал Северус мельтешила Помфри. Она замечает, что брюнет дышит, и отключается. Стресс, боль, облегчение, что ее возлюбленный живой, сделали свое дело.
***
Приходит в себя, когда уже стемнело, рядом с ее кушеткой лежит Северус. Он дышит... дышит! Оливия снова заплакала, но на этот раз от радости, что ее любимый человек жив, и сейчас находится здесь, в Больничном крыле, а не в могиле неизвестного происхождения... Любовь такая вещь, что не переносит расставания или смерти людей, которых она связала с другими людьми.
Наблюдая, как у профессора Снейпа поднимется и опускается грудная клетка становится радостно в израненном сердце. Девушка понимает, что сейчас не лучшее время, но ничего не может с собой поделать, она поднимается с кушетки, подходит, ещё пошатываясь, к Северусу и осторожно касается его теплых губ.
— Мой...любовь моя, как же я ошибалась, ведь непросто люблю тебя, я не могу жить без тебя… вернись поскорее ко мне, пожалуйста... — слезинки потекли с глаз, орошая щеки Снейпа.
Вдох. Снова целует его в губы, выдох, переходит к израненной шее, но не трогает ее, понимая, что она сейчас очень уязвима. Взгляд опускается на тонкие выпирающие ключицы, в отместку за тот испуг, что Оливия могла потерять его навечно, девушка кусает его ключицы, оставляя след от зубов. Услышав, как Северус зашипел от боли, она быстро отходит от него и ложится на свою больничную кровать.
Справедливости ради, Оливия поседела, пока не услышала, что Снейп жив.
Через пару дней, Северус пришел в себя, чтобы выпить укрепляющее и восстановливающее зелья, чтобы поскорее уйти отсюда. Надоело ему лежать и ничего не делать. Оливия ночует у его кушетки, не покидая, охраняя его сон. Как только он ее заметил, еле вздохнул, ибо горло порвано в нескольких местах, благо связки были задеты частично, говорить будет ни как прежде, но все же без голоса он не остался.
— Мисс Винс-де-Дарк, что вы здесь делаете? — Оливия вздрогнула, услышав хриплый голос, мурашки пробежали по коже, он стал ещё более сексуальным, как будто ото сна проснулся человек.
— Простите, профессор Снейп, просто решила, что вам что-нибудь понадобится, помощь, например, — с теплой улыбкой произносит Оливия, смотря в глаза Северуса.
— Вы не можете все время сидеть и ждать моего пробуждения, мисс, — холодно проронил Снейп, но ему было приятно знать, что за него переживала эта девчонка. Знать бы ещё сколько он пролежал здесь. — Какой сегодня день, Винс-де-Дарк? — спросил он, оглядываясь вокруг. Многие лежат на полу, но те, кто сильнее всего ранен находятся на кроватях.
— Сегодня первое июня, мистер Снейп, — вместо Оливии ответила Помфри, подходя и накладывая сканирующие чары. — ещё два-три месяца и вы будете, как новенький, — с суровым выражением лица произнесла женщина, и дав мужчине зелья, ушла к другим пациентам, которые нуждаются в ней. Снейп вздохнув, посмотрел в сторону Оливии, которая отвела взгляд в сторону. Не могла она смотреть на него слишком долго, девушка становилась нервной.
— Ну что там по поводу битвы? — Северус, кажется, решает продолжить так и не завязывающийся диалог.
— Ничего особенного, убила Волан-де-Морта и его сучку Нагайну, — пожала плечами девушка, ее глаза слипались.
— Не ожидал от вас такой безрассудности, — с неожиданной ухмылкой произнес Северус, проводя рукой по руке Оливии, от этого жеста все внутри нее затрепетало, закружилась голова, взглянув друг на друга, они сократили расстояние губ и поцеловались.
Три месяца спустя...
— Смотри, дождь! — произнесла девушка с улыбкой на устах, — давай потанцуем, Северус! — она взяла руку своего любимого и закружилась с ним в танце под дождем...
— Знаешь, выходи за меня, — выдохнул он на одном дыхании, смотря на девушку, которую любил больше всех на свете...
— Я согласна! И дождь обвенчает нас! — с искренним смехом произнесла девушка. Она любила его, готова была отдать все, лишь бы он жил, смог излечится от укуса и яда змеюки Темного Лорда... И вот сейчас он ей делает предложение под проливным дождем. А сколько они пережили, сколько пытались забыть друг друга, сколько старались быть ближе друг к другу... Все это окупилось.
— Верно... И дождь обвенчает нас... — эхом повторил Северус, в кои-то веки улыбаясь искренней улыбкой...