Глава 2.
Прошло три года. Нам по 14, то, что Поттер и его дружки смогли прожить так долго — классика жанра.
Первый курс — Квиррелл, у которого на затылке был, угадайте, кто? Правильно, Волан-де-Морт. Я промолчала и ничего не написала матери, (чем больше она будет в неведении, тем относительно!, будет спокойнее моя короткая жизнь. Все эти препятствия для первого курса, заклинание открытия двери, цербер, вашу мать!, и в конце концов философский камень, который должен был защитить первокурсник, (хоть и очень знаменитый!), но все же, первокурсник!, все это меня напрягало. Но когда я решила все таки высказать свое мнение, (которое, видите ли, никто не спрашивал), меня послали нахер. Но не так прямо, а все же немного помягче, больше я к ним не лезла, (гордость дороже). И то, что профессора Снейпа обвинили в том, что это он хочет украсть камень, это вывело меня из себя, а полеты на метлах? Грёбаные правила школы для юного Поттера не писаны! Простите, но меня бомбит. А эта чудачка Грейнджер? Что же сделала она? Верно! Подожгла мантию профессора Снейпа, хотя это не он хотел скинуть Гарри с метлы, а этот заика, (позже, как оказалось, не такой уж и заика), Квиррелл! Идиотка, для чего ей мозги были даны? Чтобы что? Чтобы действовать на горячую голову, не обдумав ничего? Дура!
Потом, в конце года, Поттер убивает Квиррелла, (хотя, труп невозможно убить, но допустим), и все, нужно радоваться жизни и просто забыть этот сумасшедший год. Но нет! Новый год, новые проблемы.
Второй курс: Все начиналось безобидно, даже, можно сказать, хорошо, мы также ходили на уроки, кто-то нарывался на отработки, кого-то лишали баллов, но не прошло и месяца, как объявляют о занятии дуэли. Показное представление от профессора Снейпа и этого недоразумения Локхарта. Затем в пару встали Поттер и Малфой. Вроде бы все должно быть нормально… но, Драко каким-то образом сообразил вызвать змею, разъеренная кобра подползла к темнокожему парню из Гриффиндора, и уже хотела напасть, как Северус предложил ее убрать, а это золотоволосое нечто, само захотело это сделать, ну и конечно, у него ничего не получилось! Ещё бы, меньше хвастаться надо. И тут Поттер выдал номер, уж лучше бы молчал! Заговорил на парселтанге. Осуждение и ненависть в глазах студентов второго курса — это ещё цветочки. То, чтобы было дальше... После того, как Поттера вывели из дуэльного зала, его стали избегать. Слухи быстро распространились со скоростью лесного пожара, уже все знали, что Поттер змееуст. Наблюдая за этой котовасией, лишь ловлю шок. Но то, что было потом, это уже звоночки. Поначалу никто не знал, что у мелкой Уизли был дневник, но обо всем по порядку.
После того, как все кое-как успокоились и перестали обращать внимания на Гарри, он вдруг стал слышать голос, (по его словам), после я узнала, что его обвинили в Наследии Слизерина. Радоваться нужно, а не кривится, идиоты. Окаменела кошка Филча, затем Колин Криви и Обезглавленный Ник, а потом уже — Грейнджер. А то, что варить оборотное зелье — это запрещено в школе, нормально, и пробираться в гостиную Слизерина тоже дело обычное.
Все забили тревогу, Хагрида арестовали, (приняли тот факт, что 50 лет назад он тоже якобы "выпустил свое чудовище погулять", и что он убил девочку Равейнкловку), хотели закрыть школу, (но мне-то плевать, хотя домой не очень хочется), и тут нашли, (да неужели?), виновника всего этого безобразия, (точнее виновницу, но от этого никому не холодно, ни жарко), виновница же оказалась девчонка Уизли, и что самое интересное в этой истории, она не помнит ни черта! Вот от слово совсем. Не помнит, что творила, также утверждает, что не знает, как оказалось так, что именно она открыла Тайную комноту...короче, трындец.
Но вроде все замечательно закончилось, Поттер выжил, (не знаю, хорошо это или не очень), закончился 2 курс этого дурдома.
Третий курс;
Узник Азкабана. Сириус Блэк сбежал из тюрьмы, (которую охраняли получше, чем гоблины свое золото), Питер Петтигрю оказывается жив и здоров, правда страшный как моя жизнь, но не суть. Боггарт. Что ж...
Хочу рассказать вам, что я увидела, это немного отступление от темы.
Урок ЗОТИ, профессор Люпин хотел показать нам Боггарта. Что ж. Но для начала он спросил, знаем ли мы, кто такой вообще этот боггарт и с чем его едят. Руку подняла Грейнджер, (кто бы мог подумать?), ответила правильно, в общем все как обычно. Затем Люпин стал учить нас заклинанию Ридикулус. А если нет ничего смешного? Если нет причин смеяться? Что тогда, профессор? Вздыхаю.
Выхожу после Парвати Патил. Чего же я боюсь? Из задворок памяти, из глубины своего сознания вытаскиваю свой самый сильный страх... Он не сравнится ни с какими детскими страхами этих третьекурсников. Закрываю глаза, перед ними восстает искаженное злобой лицо, направленная палочка, и девочка, лет 5... Она лежала в позе эмбриона, пытаясь не плакать, стараясь держать лицо закрытыми руками. И крик... До боли сжимает девочка кулаки, стискивает зубы. Отец...а это был именно он, насылал на девочку Круциатус... Было очень и очень страшно, в первый раз такое случилось, когда я, (а это именно я, та девочка), ослушалась отца и побежала по двору в речку... Мне было пять! Что я могла понимать?! Но отцу...ему было похер! Ему было плевать, что я в силу возраста, просто хочу повеселиться... Повеселилась...получив от отца даже не пощечину, а Круцио... Мать же стояла и смотрела, молча, не вмешиваясь. Боггарт принял мой страх, поэтому передо мной стояла та картина, которую я вытащила из-под сознания. Открываю глаза, все смотрят в мою сторону, жалеют наверное, сочувствуют. Но мне не нужна их жалость, не нужно их сочувствие, тишину прорезает ещё один крик, мой детский крик. Простите, но у меня нет смешных воспоминаний... Ридикулус.. шах и мат, господа...
Потом был оборотень в облике Люпина, но это прошло все мимо меня.
И вот четвертый курс. Я уже не удивлюсь, если этот год тоже будет дурдомом на колесиках.
Турнир Трёх Волшебников. Что ж, я оказалась права.
Все участники турнира, а именно Виктор Крам, Флер Делакур, Седрик Диггори, и погодите-ка, кто это? Правильно. Гарри, мать его, Поттер. Что ж, он разругался с шестым Уизли, и почти все считали его лгуном и выпендрежником, хотя я больше считаю его смертником. И нет, ни грамма не поверю, что Поттер захотел вечной славы. Вечной славы не бывает, также как и вечной власти. Большинство студентов и преподавателей, разумеется, его теперь недолюбливают, а я пытаюсь понять: какого Дементера здесь вообще творится? Я вахуе, да и не только я, вон, профессор Снейп тоже ходит злой, как Мантикора, на всех срывается.
Святочный бал был через два месяца. И я кажется, знаю, кого пригласить.
***
— Профессор Снейп, не хотите пойти со мной на бал? — это вопрос был скорее убийственным, чем неожиданным.
— Мисс Винс-де-Дарк, вы ничего не попутали? — раз ещё не выгнал, значит, можно добиться успеха...ну, я так думаю.
— Нет, профессор, просто хочу пойти с вами на бал, — невинно глазками хлопаю, и не понимаю, откуда у меня столько смелости, но я чувствую, что это мой человек... И готова на все, лишь бы он был со мной рядом.
— Мисс Винс-де-Дарк, не много ли вы хотите, — язвительный и саркастичный тон Северуса прорезал класс Зельеварения.
— Нет, профессор...ну пожалуйста! — уже молю, но смотрю прямо в глаза, а он лишь презрительно кривит губы в саркастической усмешке.
— Нет, — вздыхаю, никто не обещал, что будет легко, но все же надеялась на...а на что я, собственно, надеялась? На положительный ответ? Наивно и по-детски.
— Я приготовлю Веретасирум, если вы пойдете со мной на бал, — думаю, это выглядит как что-то безумное.
— Мисс Винс-де-Дарк, как это будет по-вашему выглядеть? — спросил Северус, не отрывая взгляда от моих глаз. И меня пробивает дрожь, мурашки бегут по телу, а волосы на руках встают дыбом, но я все равно не отважу взгляд.
— Ну же, профессор, если вы пойдете со мной на бал, то я приготовлю вам зелье правды.
— Зачем оно мне, мисс? — действительно..зачем?
— Чтобы проверить мой уровень знаний? Ну соглашайтесь! Вы не пожалеете, что согласились пойти со мной, — мой взгляд зацепился за сюртук профессора, слишком много пуговиц...
— Если вы приготовите Зелье Правды до начала Святочного бала, то так уж и быть, я пойду с вами на бал, — я чуть не взвизгнула от радости.
— Хорошо, я приготовлю! — и я смылась раньше, чем Северус успел бы передумать.
Приготовление заняло около месяца, поэтому я прибежала в подземелья и постучалась в двери Северуса. Тот открыл мне через две минуты, протягиваю ему хорошо приготовленное зелье и ожидаю вердикта.
— Неплохо, мисс Винс-де-Дарк, — с явной неохотой признал Северус, а я смотрю на него и жду ответа, так и не дождавшись, спросила:
— Вы же пойдете со мной на бал? — он вздохнул, но ответил:
— Я обещал, что если вы справитесь с зельем, то я пойду с вами, вы справились, так что, я должен выполнить свое обещание.
Я сдержанно улыбнулась, хотя внутри все ликовало от восторга.
— Оливия, — позвал меня Рон, смотря на меня. Что ему от меня нужно?
— Что? — безразлично спрашиваю, читая книгу по Зельям.
— Пойдешь со мной на бал? — усмехаюсь, возможно, он удивится, но...
— Ты опаздал с приглашением, так как меня уже пригласили на бал, — с недоверием смотрит в мою сторону, а я лишь закатываю глаза, встаю и ухожу в спальню для девочек. Забавный он тип, сначала не замечал меня, а теперь вдруг заметил. Благо, у меня уже есть партнёр для бала.