К
Второй день, как за Костю отмечались одногруппники. Лина не осмеливалась проверить, живой ли тот, максимум писала в чат. Костя читал и молчал. Проведя ещё один неспокойный день, Лина возвращалась в общежитие и обдумывала пропажу.
Из нескольких окон мигали разные цвета, подсвечивая мишуру. У кого-то уже стояла ёлка. «Вот почему они веселятся, а я вожусь с этим…» - думала Лина. Она быстро теряла надежду, что Костя станет разумнее. Она уже почти решила, что он остался при своём несчастном мнении.
Перед тем как запереться в комнате на выходные, Лина последний раз оглядела тёмную улицу. Снеговик как на зло улыбался. Лина ушла. Улица опустела совсем.
Лина жевала положенные ей два мандарина – бюджет не велик. Соседки договорились посидеть в тишине. Одна слушала музыку, вторая спала, третья играла во что-то. Только Лина смотрела в окно. Костя там точно не повесился? А как долго она могла бы скрывать смерть Мишель? Когда бы он вышел из того состояния? Лицо Лины опустилось совсем, даже мандарин не помогал.
Вдруг в дверь застучали.
- Проверка чистоты? – Спросила девушка с верхней полки.
- В восемь?
- Пойдёмте к глазку! – Прошептала Лина. Слышимость здесь хорошая.
У двери скопилась очередь. Лина заглянула первой и последней.
- Мой знакомый. Но вы на чеку! Он с тараканами...
Пусть Костя выглядел абсолютно спокойным, кто знал, что творилось в его голове. С каким-то пакетом пришёл… хоть не с чехлом от гитары. Лина вышла в коридор.
- Есть место потише?.. – Спросил Костя, оглядываясь на бесконечные двери.
- Только лестница.
Лина кивнула влево. По пути светлый коридор тускнел, резко прервавшись на серую лестничную клетку. Лина встала, ожидая действий, извинений или хоть чего-нибудь. Какой угодно реакции, а не молчания. Потной рукой Костя протянул пакет. Они обменялись местоимениями – тебе – мне? Лина посмотрела внутрь и захотела перекреститься. Чехол от гитары… и кажется, внутри лежала именно она!
- Ты давно хотела… - Объяснился Костя. Он отвернулся, прокашлялся и продолжил. – Кто перед кем должен извиниться?
- Давай забудем.
- У меня вопрос. Как я не замечал состояния Мишель?.. Она постоянно жаловалась, это вошло в привычку что ли.
- Тебе было не с кем сравнить. Напомню, мы были одинаковыми. Но давай забудем? Просто сделаем выводы и не повторим этого.
- Хорошо.
Послышался топот. Лина спрятала пакет за ноги, подумала, как это выглядит, и достала обратно. Девушка пробежала мимо них, странно глянув. Лина стояла прямо в пижаме. Когда звуки прекратились, Костя заговорил:
- По-моему, в её смерти виноваты все мы.
- Даже сама Мишель?
- Да. Она сдалась. А я вознёс её до уровня бога.
Лина улыбнулась. Она ждала этого признания два года.
- А мне что скажет суд?
- Ты заставляла нас меняться. Именно заставляла, без вариантов. Глупо, не думаешь?
- Думаю… - Она выдохнула. – Спасибо.
Костя что-то промямлил, и спустя пару секунд Лина полезла обниматься. Пижама намокла от снега. В пакет он тоже посыпался. Так они стояли не меньше минуты.
- Кстати, я отчисляюсь. – Сказал Костя.
- Ты?! – Лина подняла голову, не отпуская его.
- Я поступил только из-за Мишель. А так, у меня пропало желание учиться на педагога классе в десятом.
Лина рассмеялась.
- Теперь всё хорошо?
- Да. Я найду работу. Свою.