К
«Как говорится, любовь живёт три года. Наши уже идут». Костя не на шутку испугался, услышав такой тост от папы на юбилей. Пятилетие брака. Родственники посмеялись и дружно чокнулись. Мама к бокалу не притронулась, лишь закатила глаза. К ужасу Кости, начинался третий, кульминационный год.
Последнюю неделю Костей владело неописуемое чувство, сковывающее тело. Оно включало в себя непонимание, причастие к чему-то плохому и, возможно, сравнимо с чувствами забытой игрушки. Костя не мог его понять и прибавлял громкость в наушниках. Чем эмоциональней становились голоса за стеной, тем чаще Костя отвлекался на них и не мог думать о другом, даже о самом важном.
Если он прибегал в эпицентр событий, отец отводил его в сторону, говорил «это наши проблемы» и отправлял спать. Но Косте казалось, что проблемы занимают чуть больше места, чем между родителями. Не зря мама постоянно называла папу обманщиком.
Одним особо тяжёлым вечером, когда голос мамы снова принял грозный тон, Костя потянулся за рюкзаком. Он складывал ни сколько нужные вещи, сколько большие, чтобы портфель казался объёмным. Костя вышел в тёмный коридор, где претензии родителей друг к другу стали громче и страшнее. По мнению Кости, за дверями происходила катастрофа, не иначе. Он проворачивал ключ в короткие моменты молчания, чтобы щелчки были явными, как тиканье часов в тиши. Ни толстого рюкзака, ни звуков, ни самого Костю никто не заметил. Он напрасно пощёлкал ещё, расстроился и убежал.
Под окнами он метался из стороны в сторону. От песочницы с закопанными куклами до быстро несущихся больших машин, пока ноги не повели Костю по привычному пути. Едва он добрёл до людного места, его охватил стыд - он не посмотрел в зеркало перед выходом. Костю никогда не заботила опрятность, но сейчас... он же самый настоящий беспризорник.
Костя скорее свернул к забору пустой школы. Надвигался вечер. Костя упал на пыльный бордюр, совершенно не зная, что делать. Он потянулся за телефоном, но уведомлений не было. Тревога и непонятное чувство потерянности не отпускали. Жаркое лето будто летало где-то наверху, у солнца, а Костя остался во влажном тумане.
Неизвестно сколько бы он пробыл в одиночестве, виновато опустив голову, если бы не две общительные девочки. С Линой и Мишель Костя знаком с детского сада. Они узнали друга.
- Ты чего здесь сидишь?
Костя не сразу понял, что Лина обратилась к нему. Он ляпнул что-то про полив цветов и перевёл фокус на них. "Мы гуляли" - ответила Лина. Мишель, кажется, заметила отсутствие лейки. Костя мог бы соврать, что она в рюкзаке, но Мишель села на корточки и сказала:
- Без обид, но только не говори, что сбежал из дома.
Раз уж она начала эту тему...
- Вы знаете, у кого можно переночевать?
- У меня.
- Мама точно разрешит?
- Ну... я её уговорю.
С того момента их дружба началась по-новой. Она перешла на тот уровень, когда люди медленно отодвигают занавес личных проблем. Пусть Костя мал, но они большие...
...и с годами никуда не делись, в отличии от Мишель. Накануне десятого класса она пропала.
Тишину в квартире с серыми стенами нарушали стук клавиш и редкие завывания матери. После развода она ушла в запой, но спустя неделю нырнула в работу. Та не представляла из себя чего-то грандиозного, простой кассир, поэтому мама нашла хобби. Вышивание и продажа результатов. И сон. Много сна, особенно по выходным.
Отец уехал. Лет до четырнадцати созванивался с сыном, но затем отпустил в свободное плаванье. Да и разговоры те не имели особого смысла. Так, доклад обстановки.
Костя же постепенно смирился с ролью выброшенной игрушки. Ему сильно помогли подруги, которых он считал лучшими до поры до времени.
В свете компьютера он снова просматривал посты Мишель, ища подсказки. В период с пятого по седьмой класс на каждом фото обязательно присутствовала Лина. Наедине с Мишель или в компании - не важно. С восьмого класса на фото её часто заменяли разные подростки: из их класса, из параллели, из других школ... С девятого Лина пропала вовсе.
Так же в восьмом классе подруги часто ссорились. Сколько бы Костя ни спрашивал о причине, они отвечали размыто. Мишель говорила, что Лина слишком рано выросла и мешает веселью. Лина говорила, что Мишель преувеличивает её грубость, и сама она просто хочет помочь. Этот конфликт казался Косте безумно странным. Умалчивать чёткие формулировки не в духе Мишель... Лина же ничего не рассказывала, потому что это "их дело".
Костя вздохнул и очередной раз открыл переписку. Последнее сообщение Мишель проходило проверку временем и было в тягость даже спустя год.
«Пишу раз пятый. Надеюсь, хоть сейчас без ошибок - пальцы дрожат. Извини, я не знаю как подступиться к теме. В общем, я переезжаю и новый адрес не скажу. Возможно, за меня сейчас говорит самомнение, но убедительная, твою мать, просьба. Не ищи меня. Не хочу давать подробностей, просто знай, что без меня ты сдашь экзамены и станешь хорошим учителем... Удачи».