Глава 49
Кирилл
Семь вечера. Я всё ещё в больнице. Медсёстры ничего не говорят мне.
В голове белый шум. В наушниках музыка, которая кажется бесполезной. Я сидел, закрыв лицо руками, а мокрые волосы немного щекотали мои руки.
— Молодой человек, – тронув мое плечо, позвали меня.
— Да? – потерев глаза, я поднял голову.
— Медсестра сказала, вы родственник Достоевской Ники.
Теперь я уже поднялся со стула.
— Так что с ней? Она жива?
— Боюсь, что мои новости вас не обрадуют, – говорил мне мужчина в медицинской маске.
— Что с ней?
— Врачи спасли её жизнь, но из-за черепно-мозговой травмы она находится в коме.
— Какие прогнозы?..
— Шансы есть, но они малы. Переломы ноги, ушибы и черепно-мозговая. Состояние комы второй степени. Ей тяжело будет выбраться из комы. Мы можем только поддерживать её жизненные показатели.
— Можно увидеть её?
— Только на несколько минут. Потом вокруг неё будут кружить медсёстры, – повернувшись, он пошёл в сторону реанимационных палат, а я за ним.
На меня накинули белый халат и потом только пропустили в палату.
Шум приборов и аппаратов жизнеобеспечения. Даже в страшных снах это не так, как вживую. На койке лежит та, что дороже мне жизни. И она на самой грани жизни и смерти...
Ника.. Вся обвешанная трубками и проводами, подключёнными к приборам.
Белое, бледное лицо, наполовину скрытое повязкой. Рыжие волосы, пробивающиеся через бинты, растрепанно лежащие на подушке..
Как.. Как это случилось?..
Слёзы хлынули из глаз. Я взял её за руку, что была не забинтована. Тоже бледная и покрытая рваными об асфальт ссадинами. Как всегда холодна. Но сейчас.. как будто безжизненная.
Почему.. Почему это случилось..
Аппараты в палате вдруг запищали.
— Ника! Нет, нет нет... Только не сейчас, Ника! Не сегодня! Не умирай!! – я сам не слышал, как громко всхлипывал и кричал..
Из-за слёз я видел только её яркие рыжие волосы..
В палату сразу забежали врачи, а медсёстры стали выводить меня.
— Что с ней?!
— Всё будет хорошо. Пройдемте за мной, пока врачи займутся своим делом.
Самое страшное ожидание в моей жизни. Противное тиканье часов в коридоре. Одна минута как десять...
Ко мне подошёл уже знакомый врач.
— Мы стабилизировали состояние и будем продолжать наблюдение. Остаётся только молиться, что она очнётся.. Я Павел Валерьевич, наверное, мы часто будем видеться теперь..
— Спасибо вам. Кирилл, – протягивая руку, отвечал я.
— Вы можете ехать домой, оставьте только свой номер в регистратуре, если будут новости, я вам позвоню.
Когда я кивнул, он развернулся и ушёл в сторону палат.
Сколько времени я просидел в машине после того, как вышел из здания больницы? Слёзы просто текли рекой, в таком состоянии позвонить Марие Юрьевне я не мог.
Трясущимися руками я написал ей в сообщении всё, что сказал мне врач.
Страшно было уезжать..
***
Четыре. Четыре чёртовых дня. Никаких новостей.
Меня только вызвали в участок для разъяснения обстоятельств, которых я не знал.
Водитель, сбивший Нику, оказался пьяным. По камерам зафиксировали, что вины Ники здесь нет.
Мужика накажут в любом случае, но очнётся ли Ника.. неизвестно никому.
Я
со всей силы пнул камень, случайно оказавшийся у меня под ногой. Тут же из-за кустов, куда попал камень, послышалось сдавленное мяуканье. А за голыми ветками проглядывалось тёмное пятнышко.
Подойдя поближе, я увидел в мокрой и невысокой траве лежавшего маленького чёрного котёнка.
Котёнок?!
Оглядываясь по сторонам, я искал того, кто оставил его здесь или маму кошку.
Но вокруг была только поляна и лес.
— Бедняга.. Ну не оставлю же я тебя..
Осторожно я взял котёнка в руки. Он был с мою ладонь. Маленький дрожащий комочек, холодный и худой. Он всё мяукал и мяукал. Тоже боялся.. прижимался к моим пальцам, чтобы его опять не бросили.
Его глазки не открывались из-за прилипшей грязи, а дома у меня не было ничего, чем бы я мог его накормить.
На мне были теплые худи и куртка, и котёнка я положил в большой карман толстовки. Маленькие коготки впивались в мою руку, поэтому убрать её из кармана у меня не вышло.
Поэтому, пока котёнок грелся, я быстрым шагом пошёл в зоомагазин неподалёку от дома.
Алиса, владелица магазина, часто видела нас, когда мы приходили с Фокси. Когда Фокси не стало, мы просто перестали заходить к ней в магазин.
— Привет, привет! Как давно вы не заходили. Неужели вкусняшки закончились? – сразу приветливо улыбаясь, заговорила Алиса.
— Привет. Да нет, дело в другом, – опустив взгляд, сказал я.
— А что случилось? – уже не так весело спрашивала Алиса.
— Она под машину попала, не смогли спасти..
— Ужас какой! Соболезную... А сейчас тогда ты зачем пришёл?
— Да тут, такое дело... – из кармана я достал котёнка, который мирно спал, обняв лапками мои пальцы. — Его выкинули в лесу. Для маленького котёнка у меня нет ничего дома. Думал, ты подскажешь что-нибудь.
— Ну глазки у него забиты грязью, – забирая котенка из моих рук, говорила она, а чёрненький комочек снова начинал звонко мяукать. — На вид всё неплохо, купи молока на первое время, а глазки заваркой протирай.
— Спасибо тебе огромное.
Алиса вернула мне котёнка, и тот немного успокоился.
— Если бы не ты, такой малыш бы погиб в лесу.. – сказала она, когда я уже выходил.
***
Прошло ещё несколько дней. От врачей всё никаких известий, а котёнок прижился в доме и бегал за мной маленькой тенью.
— Кого ты там таскаешь в кармане, Веснински? – спросила Татьяна Вячеславовна, остановив меня после пары.
— А-а.. Ну-у...
— Давай показывай, что прячешь!
Пришлось достать из кармана котёнка, который весело кусал мои руки.
— Ну и зачем ты его таскаешь с собой? По-моему, бродить по колледжу с животными – не самая лучшая затея.
— Я просто не могу оставить его дома. К тому же Ника тоже не присмотрит за ним.
— Что с ней опять? Вроде несколько недель ходила без пропусков, и вот опять.
— Я думал вы знаете. Она.. она в больнице.
— Что-то серьезное?
Я не знал, что ответить, просто положительно покачал головой.
— Передавай тогда, чтобы поправлялась поскорей, – сказала она и ушла, похлопав меня по плечу.
Котёнок весело смотрел на меня своими ярко-зелёными глазами. После советов Алисы он всё же открыл глазки.
Он ничего не понимал, просто веселился каждую минуту.
С последних пар я ухожу уже неделю. В это время мне разрешали приходить и навещать Нику.
Котёнка я тоже брал с собой, и Павел Владимирович убил бы меня, если бы прознал, кого я таскаю в палату...
Малыш еще не видел Нику. Последние два раза я приносил его с еще с его закрытыми глазами. Но ему очень полюбилось спать возле руки Ники. Он как будто понимал, где сейчас Ника, и старался осторожно играть с её неподвижными пальцами.
Он не заменит ей Фокси. Я и не думал о таком. Рыжую анархистку не заменит никто и никогда...
Но котёночек всё же полюбил Нику, хоть она и не в силах была с ним поиграть. Он очень хотел, чтобы Ника ответила ему.
Котёнка я до сих пор никак не назвал. Он был просто мелкий.
Каждый писк аппаратов заставлял меня вздрагивать. Завялые цветы, которые я принес Нике в её день рождения, а тем же вечером нашёл котёнка. Это подарок для неё..
Я смотрел на Нику, вспоминал всё, что с нами происходило. Как случайно мы познакомились..
Котёнок уже лежал на ключице Ники, прижимаясь к её бледной щеке.
— Я знаю, ты сильная. Ты сможешь проснуться.
Я говорил это всякий раз, когда собирался уходить.
Сжимая её руку, я целовал лоб Ники, и только потом мог уйти из палаты.
Таня, Влад, Саша, Диана. Они всё спрашивали, где Ника и что с ней. Я просто сказал, что она в больнице. Подробности я умолчал.
Да и к тому же меня впускают к ней только потому, что я немного соврал...