Глава 47
Кирилл
Ника совсем выпала из жизни. Точнее не выпала, а как будто жила, но совсем в другом мире. Она очень плохо спала, и за ночь могла проснуться несколько раз.
Мы с ней виделись в колледже, но и это случалось не всегда. Если её не было на парах, то она пропадала в горах или где-нибудь подальше от людей.
— Кир, а что с твоей девушкой происходит?
— Влад, это явно не твоё дело. Это личное и вам обоим знать совсем не нужно, – шёпотом сказал я.
— Ну, мы тоже беспокоимся. Её как будто подменили, – с тревожностью в голосе продолжал Влад.
Я молчал и, взяв стилус, продолжил рисовать наброски календаря.
На перерыве ко мне подошла Татьяна Вячеславовна.
— Веснински! Где опять Ника пропадает?!
— Татьяна Вячеславовна, если бы я сам знал, был бы очень рад, – выдохнув сказал я.
— Она мне очень нужна, пожалуйста, до вечера скажи, чтоб зашла ко мне. Даже с пар тебя отпрошу.
— Хорошо, я постараюсь найти.
— Спасибо тебе, – поблагодарила она и уже собралась уходить, но она повернулась обратно. — Кирилл, что с ней происходит? Ника всегда была ответственная и весёлая, а сейчас как будто другой человек совсем.
— Думаю, если она сможет, то всё вам расскажет, – с грустью сказал я и направился к выходу.
Ника подавлена всем. Хоть мы и помирились, но наши ссоры тоже ударили по ней достаточно сильно.
Я знал, где её искать, и, перед тем, как поехать, мне пришлось забежать уже куда...
— Добрый день, – даже не смотря на меня, говорила Таня, – Что будете заказывать?
— И даже не посмотришь? – усмехнувшись, спросил я.
— Что.. Ого! Кто решил зайти! Давненько ты не заходил, – увидев меня, Таня сразу повеселела и протянула мне кулачок для приветствия. Я слегка отбил его своим.
— Тебе как обычно? – уже доставая стаканчик, спросила она.
— Да, и сделай ещё латте, как Ника любит
— Кстати, как она? Уже целый месяц сама не своя ходит, – беспокойно спросила Таня.
— Тебе она ничего не рассказывала?
— Да нет. Она только писала мне, когда выйдет в смену.
— Фокси умерла у неё на руках... – опуская голову, сказал я.
— Какой ужас.. – удерживая руками один стаканчик, она остановилась. — Понятно тогда, почему её так подкосило.. Мои соболезнования..
— Я думаю, ей сейчас соболезнования делают только больнее. Всё никак отойти не может...
Доготавливала кофе Таня уже молча. Видимо, Ника совсем никому ничего не рассказала. Ей тяжело только говорить об этом, а как она внутри переживает это всё, я даже представить не мог.
— Держи, подписала твой и Никин кофе. Надеюсь, Нике побыстрее лучше станет.
— Спасибо Тань. Ты только ей не говори, что я рассказывал что-то.
— Молчу, как рыба, – сказала Таня и визуально закрыла рот на молнию.
Попрощавшись, я вышел из кофейни. На улице от зимы остался только холодный воздух и голые деревья. Небо затягивало облаками, и иногда через них проглядывало солнце.
Ника часто приезжала на Машук и сидела где-то в лесочках или скверах.
Пришлось сегодня поискать Нику дольше обычного, потому что ни в одном из прошлых мест я её не нашёл.
Чуть выше всем известного Провала был санаторий, а после него начиналась лесная дорога вокруг горы. Там Ника и сидела в этот раз, на открытой полянке, с которой видно весь город. На ней были только моя тёплая толстовка и тёплые штаны.
— Ник, сколько ты тут уже? – садясь рядом с ней, спросил я, а следом накинул ей на плечи свою куртку.
— Не знаю..
— Возьми, согреешься немного, – передавая Нике горячий стаканчик, сказал я.
— Спасибо.. Ты пришёл звать меня домой, да?..
— Не говори так обречённо, – я осторожно взял её подбородок пальцами и повернул к себе.
Она опять была вся заплаканная, с покрасневшими глазами.
— Я с тобой, и всё будет хорошо.
Она молчала, а её глаза снова наполнялись слезами и большими каплями стекали по щекам.
— Ну всё, иди ко мне, – теперь я обнял её, крепко прижав её к себе.
— Я устала Кирь.. Очень устала.. – дрожащим голосом проговорила она.
— Знаю. Но ты не одна. Мы вместе справимся, Ник, слышишь?
Я забрал из её рук стаканчик и отставил его.
Ника очень сдержанный человек, но сейчас... Сейчас она потеряла своё равновесие.
До боли она сжимала мою руку, била по коленям. Но не могла кричать, не могла отпустить свою боль.
Долго она не могла успокоиться, но понемногу всё же истерика отпускала её.
Облокотившись головой на моё плечо, Ника еле дышала. Я поглаживал её спину, иногда задерживаясь, проверяя, дышит она или нет.
Главное, она отпустила хотя бы половину того, что накопилось за время.
— Поехали домой? – спросил я Нику, целуя её висок. Она кивнула и только сильнее прижалась ко мне. — Ну хорошо, держись тогда за меня, – с улыбкой сказал я, поудобнее взял Нику и поднял её на руки.
— Кирь, у тебя случайно нет знакомого тату-мастера? – спрашивала Ника, пока мы ехали домой.
— Могу поискать, а что такое?
— Пока ничего, только думаю над одной идеей, – сказала она и повернулась к стеклу.
На телефоне высветился уже не первый пропущенный звонок от Татьяны Вячеславовны. Я и забыл про то, о чём она просила меня.
— Ник, а ты обещала что-то Вячеславовне? А то она ищет тебя уже полдня...
— Я не помню. Всё из головы вылетело. Завтра зайду к ней.
Татьяне Вячеславовне я написал, когда мы приехали домой. Ника сразу ушла в гостевую, чтобы найти что-то, а я быстренько заварил успокаивающий чай.
Через несколько минут она вернулась с фотографиями.
— Это же те, что лежали в шкатулке бабушки, да?
— Да, я нашла одну фотографию, она склеилась с другой и в первый раз я не увидела её.
Я осторожно взял из её рук фотографию. На ней была бабушка и Ника. А в руках они вдвоём держали совсем маленькую лису.
Ника перевернула фотографию другой стороной. Там красивым почерком красовалась надпись «Мы всегда рядом» и была отпечатана лапка.
— Бабушка тоже очень любила Фокси. Но.. теперь это не очень-то и важно..
— Это всегда будет важно, – отложив фотографию, я положил свою ладонь на руку Ники и сжал её.
Она сидела, опустив голову так, что её рыжие волосы почти полностью закрыли лицо.
— А не зря же мы тогда сделали этот отпечаток, – улыбнувшись, сказала Ника, — Весь дом тогда в чернилах был, – слёзно смеясь, говорила она. — Я хочу такую татуировку...
— Понятно тогда, зачем ты спрашивала. Это отличная идея. Я спрошу у Саши, у него вроде есть знакомые.
***
Через несколько дней я всё же выведал у Саши про татуировщика, и сегодня Ника уже с более хорошим настроением ехала на сеанс, сжимая в руках фотографию.
— Переживаешь?
— Да, есть немного, – призналась Ника, держа меня за руку, пока мастер готовила место.
— Привет, привет. Я Полина, я сегодня буду украшать Ваше тело. Расскажу как всё..
— Не нужно, я знаю про татуировки, сама их набивала, – слегка улыбаясь, говорила Ника.
— Удивительно, тату-мастер без единой татуировки.
— Ника, приятно познакомиться, – протягивая руку, говорила Ника.
Несколько часов Ника с Полиной безудержно болтали, как будто мы не были в тату-салоне. Но работа всё же продвигалась. С небольшими перерывами они всё таки достаточно быстро закончили.
Идя к машине, Ника не проронила ни слова, просто улыбалась.
— Теперь они и правда всегда рядом, – сев в машину, со слезами говорила Ника, но всё же улыбалась.
— Я так скучал по твоей улыбке, – обняв её, говорил я.