Глава 26
Кирилл
Понемногу всё шло своим чередом. Мы с Никой учились, иногда выбирались в город, когда у неё не было смен в кофейне.
Влад с Сашей тоже не упустили то, что я больше времени провожу с Никой.
Сидя на живописи я почувствовал, как в бок меня кто-то толкнул. Это мог быть только Влад.
— Че, как дела? – лукаво улыбаясь, спросил он.
— Супер, не бездельничаю, как ты, пытаюсь хоть что-то нарисовать, – лениво отвечал, я показывая кисточкой на мольберт.
— Да не сейчас дела. На личном-то как? – вклинился в разговор Саша.
— И всё же вам знать надо... – усмехнулся я и вернулся к рисунку.
— Да, всё нам надо рассказать. Или нам, лучшим друзьям, ничего нельзя знать? – язвил Влад, всё пытаясь выпытать у меня хоть что-то.
— Уж сейчас я точно ничего не расскажу. На перерыве – возможно... – посмеиваясь, продолжал рисовать я.
Эти двое успокоились и с нетерпением ждали перерыва. Биба и боба, вот уж точно. Вечно вместе ходят, не бывает, что они по раздельности гуляли. Моя проблема в том, что я не объяснил, куда пропал на пол месяца и не отвечал на звонки.
Через полчаса пара закончилась, и я быстро свалил в буфет, в надежде, что меня потеряют.
— Вот ты где! – услышал я из толпы и, остановившись, повернулся.
— А, вы тут? Я обыскался вас.. – соврал я.
— Все нашлись, так что идём, как раз диван свободный есть.
— Ага, идём, – выдохнул я и поплёлся за ними.
— Ну, мы слушаем. Кто она, где она, как она?? – ухмыльнулся Влад задавая последний вопрос.
— Не отвяжитесь ведь, если ничего не скажу. Да, я теперь в отношениях, хватит вам?
Они отрицательно помахали головой.
— Она сегодня на работе, учится здесь же. Довольны?
— Ну, а было у вас уже? – улыбаясь, спрашивал Влад.
— А личное вам знать и не нужно.
— Ну было значит.. – только начал Саша, слегка толкнув меня в плечо. Ещё с большей силой ему тут же прилетело в живот от меня, и он согнулся пополам.
— Сказал же, личное.
— Заслужил.. – выдохнул он.
— Неужто та девчонка, с которой ты живёшь, рыженькая?
— Да, да, она. Довольны теперь? Достали же вы меня... – откинувшись на спинку дивана, быстро проговорил я.
— Неужели мы дождались, Саш, я уж думал, так и помрёшь девственник! – смеялся Влад
— Тоже получить хочешь? – спросил я, злобно смотря на Влада.
— Ну-у уж не-ет.. – отодвигаясь от меня, потянул он.
Немного помолчав, Саша предложил уйти с последних пар:
— Как раз в кофейне посидим немного, думаю, идея супер.
— Идейка и правда неплохая, – поддержал его Влад, и мне тоже пришлось согласиться. Но сегодня работала Ника... Как бы эти двое не выкинули чего-нибудь.
Не дождавшись конца перерыва, мы втроём забрали вещи и ушли. За три курса научились незаметно уходить, хоть в чём-то виден прогресс.
Заходя в кофейню, я уже думал увидеть Нику, но за стойкой стояла Таня.
— Какие люди! – воскликнула она, увидев нашу компанию. — И даже все трое. Или меня тут давненько не было, или вас. Как обычно всем? – с улыбкой спрашивала она.
— Думаю, нас давно не было, – говорил Влад, проходя на диваны, а Саша последовал его примеру.
— Да, всем как обычно, – вместо них ответил я Тане.
— Слушай, а Ника сегодня где? Вроде её смена.. – спросил я почти шёпотом, чтобы Саша с Владом не слышали.
— Она была сегодня, несколько часов назад позвонила мне, просила её подменить.
— Спасибо. Давай я оплачу всё как раз.
Когда я сел к парням, сразу начал писать Нике, потом звонить, но она ни на что не отвечала.
Таня позвала меня забрать напитки, и в руках у неё была бумажка.
— Тебе тут Ника оставила, я только что увидела. И ещё, когда я пришла, Ника еще была в кофейне. Собиралась уходить, но её остановил парень какой-то. Её выражение лица я просто не смогу передать.
— Та-ак, а сейчас интересно, – облокотившись на стол, слушал я.
— В общем, этот парень почти вытащил Нику из кофейни, не сказала бы, что Ника по доброй воле с ним пошла. Я всё это сама видела, а сейчас вот стикер нашла, – она протянула мне сложенный желтый листик.
— Спасибо, Тань, бесконечно теперь буду благодарен, – я сказал, и улыбяющася мне Таня вернулась к работе.
Саша с Владом что-то бурно обсуждали, когда я принес напитки и присоединился к ним.
— Ну так я же говорю, просто нужно собраться и отдохнуть. А то нудит уже от этих лекций.
— Не знаю, что, но я за любой кипиш, – влез я.
— Тогда на выходных едем куда-нибудь все вместе, – заключил Саша и забрал свой кофе со стола.
— А ты чего такой мрачный стал? – тут же заметил Саша.
— Да нет, все нормально.
Выпив свой кофе, я совсем потерял суть разговора, читая записку Ники.
Она была написана очень быстро, и многие слова я еле разбирал.
«Кирь, очень надеюсь, что ты зайдешь в кофейню. Миша, бывший мой, какого-то чёрта в Пятигорске. Пригрозил, что сольёт мои фотографии на весь колледж, если я с ним не поеду. Он говорит про какие-то дачи по телефону, и у меня плохое предчувствие. Адреса не знаю, но у него Черная хёндай, не знаю, чем это поможет, мне просто страшно.»
Дочитав записку Ники, я подорвался с места, так, что Влад дернулся от испуга.
— Чё с тобой? – удивлённо спросил он.
— Ребят, я поеду, дела срочные! – бегло обьяснил я и быстро пошёл к выходу.
За чертой города я знал один дачный район. Оставалось только надеяться, что Ника где-то там. Всё еще холодная погода не давала слишком быстро ехать по трассе, но без пробок получилось достаточно быстро доехать до дач.
Меня слегка трусило, пока я оглядывал все домики, ищя хоть что-то чёрное.
Нужный дом нашёлся минут через пятнадцать. Он весь зарос деревьями, а сам домик был маленький. Машина стояла там же, поэтому это точно был тот дом.
Оставив свою машину, я накинул на себя куртку и вышел к домику. Оставшийся снег придательски скрипел, но всё же получилось подойти к окну. Оно было приоткрыто и из дома слышны были шаги и до боли знакомый голос.
— Думала, уедешь, и я не найду тебя?! Из-за тебя у меня в жизни всё наперекосяк! Ты молить должна меня вернуться!
— Ты псих что-ли?! Уже два года прошло! И жалеть я не собираюсь, ты всё испортил, а не я. Ты жил в моей квартире и водил туда шлюх!
Послышался удар пощёчины, и у меня ёкнуло сердце.
Рядом с этим окном была дверь и я постучал в неё чтобы было слышно.
— Кого сюда принесло, ты кому-то позвонила, дрянь!?
— Не я. Мне больно! отпусти руку!. – всхлипывала Ника.
Снова послышался глухой удар и сдавленный крик Ники.
Как я услышал её голос, тело сразу перестало трясти, осталась только ярость и бешено колотящееся сердце.
До боли стиснув челюсти, я с ещё большей силой постучал в дверь.
Она открылась, и увидев лицо, я тут же вспомнил, почему мне так знаком этот голос.
— Кирилл?! – сразу удивился Миша.
— Ну привет, падла подставная, – не дав ему ничего понять, я сжал кулак и со всей силы ударил его в живот, а потом в челюсть.
Пока он сгинался от боли, я прошёл в комнату и увидел Нику на полу, среди осколков чего-то.
— Ты как, Ник? – подбегая к ней, спрашивал я.
Она держалась за руку, а одна щека была покрасневшая. Сев рядом, я осматривал её ссадины. У неё были растрепаны все волосы, а от осколков на руках были мелкие ранки.
— Сзади..! – крикнула Ника, и я резко повернулся, тут же получив удар в нос. Пришлось облокотиться на одну руку, чтобы не упасть на Нику.
Я достаточно быстро встал с рола, но тут же получил удар под дых ногой.
— Вспомнил теперь. Тебя же из музыкалки выперли с того открытого урока. Поднялся ты, а вот песенка до сих пор моя считается!
— Заткнись!! – прошипел я сквозь зубы и снова ударил Мишу по лицу.
Выпрямившись, я понял что из носа у меня текла кровь.
Миша стоял у стены, держась за свой глаз.
— Её трогать не смей! – подойдя к нему, я еще раз замахнулся ударить его по лицу, но он успел увернуться, и мой кулак ударился в бетонную стену. Но улизнуть он не успел, и ногой я пнул Мишу в живот, так, что он не устоял на ногах, упав к противоположной стене.
— Стой, стой! – просил он, когда я снова приблизился. — Может, остановишься, всё же мы друзьями были...
— Были, сам сказал. Бить девушку – низко, и прощения ты теперь не заслуживаешь, – я пробурчал, последний раз ударив его в живот, так, что Миша опять согнулся от боли. Я вернулся к сидящей в углу Нике. Стерев кровь с лица, я присел к ней на корточки.
Она смотрела на меня заплаканными глазами, и встав на колено я осторожно поднял её к себе на руки.
— Ещё раз попадешься мне на глаза, или опять решишь к ней подойти, твои кости не один травматолог не соберёт, – кинул я Мише и вышел из дома.
Только возле машины я почувствовал, как сильно болит рука.
Все костяшки были подранные, лицо и рёбра ужасно болели. Но больше я беспокоился за Нику. Она вся тряслась, и я стоял возле открытой двери машины, прижимая Нику к себе. Крепко обнимая её, я не обращал должного внимания на боль и холод, потому что Ника плакала, прижимаясь ко мне.
—Всё, поехали домой, – осторожно поцеловав её лоб, сказал я, и посадил Нику на пассажирское.
До дома мы быстро доехали. Ника осталась на кухне, а я пошел искать аптечку. Теперь болело уже всё тело, но даже обезбола найти не получилось. Поговорить Ника не хотела, поэтому я ушёл в комнату.
Даже в лежачем положении рука и рёбра ужасно болели, как будто их резали. На спине лежать терпимо, а вот встать или перелечь на бок было невозможно.
Через несколько минут я услышал, как Ника зашла в комнату и села на кровать рядом со мной. Я попытался приподняться на локтях и сесть, но резкая боль в боку остановила меня и пришлось лечь обратно.
В руках у неё я увидел аптечку, которую мне найти не удалось.
— Не вставай, больнее будет, – она аккуратно подняла мою футболку и холодными руками ощупывала мои рёбра и руку. Вдруг она докоснулась до места, которое болело больше всего.
От боли я шикнул и отвернулся от Ники, закрыв рукой рёбра.
— Прости, но придётся потерпеть. Если сильно больно, давай я пока руку посмотрю... – она дотронулась до моего плеча и помогла мне сесть.
Потом она положила мою руку к себе на колени. Ладонь была вся в царапинах из-за стекла, на неё я упал, но про осколки на полу совсем не подумал. Другой рукой больно было даже двигать, а на костяшках до сих пор осталась засохшая кровь с пылью от стены.
Посмотрев масштаб повреждений, Ника достала из аптечки ватку с перекисью. Она старалась очень осторожно касаться ваткой царапин. С каждым касанием щипало всё больше и больше.
Закончив с ладонью и костяшками, Ника перешла к запястью. Она осторожно наклонила мою кисть немного в сторону. Тут же острая и резкая боль прошла по всей руке и я отдёрнул её от Ники.
Ника взяла обе руки и сравнила их.
— Просто сильный ушиб, придётся потерпеть, пока я мазь намажу, хорошо? – она посмотрела на меня и ждала от меня ответа. Ника смотрела виноватым взглядом, и было видно, что недавно она плакала.
— Даже думать не смей, что ты виновата. Он ублюдок, и этим всё сказано.
Ника ничего не ответила и стала искать что-то в аптечке. Следом она достала мазь с бинтом.
-— Теперь дай мне посмотреть ещё раз на твой бок, – потребовала она, когда перебинтовала запястье правой руки.
Другой рукой я снял с себя футболку.
— Можно было просто приподнять, – улыбнулась она, — но так мне даже больше нравится, – закончила она. Это и меня заставило улыбнуться, но ненадолго. Как только Ника коснулась рёбер, меня как будто пронзили десятки иголок.
— А-ай... – судорожно вдохнул я. — Это больнее, чем я думал... – лепет через зубы.
— Еще немного, тут уже синяк, так что нужно помазать от ушибов. Пластыря нет, поэтому тоже бинтом закроем... – сказала Ника и снова потянулась за аптечкой, которую отставила в сторону.
Ника подвинулась ближе ко мне, а я наклонился к ней и положил голову на ее плечо. Она погладила меня по голове и принялась заматывать повязку вокруг груди.
Через несколько минут она наконец закончила.
— Больше ничего не болит?
— Нет, – сев ровно, ответил я, – а твоя рука? – спросил я, заметив большой синяк на её руке.
— Неважно... – ответила она, взявшись за свою руку.
— Для меня ты важна больше всех.
— У тебя переносица разбита, давай заклею.
— Сначала скажи мне, всё хорошо?
— Да. Благодаря тебе все хорошо. Теперь дай я заклею тебе переносицу... Слушай, а откуда ты знаешь Мишу? Он сказал, вы друзьями были.
— Я начинал учиться в Пензе, в музыкалке. Там же с ним познакомился. А на открытый урок все готовили свои произведения, и Миша украл мой текст и сыграл первым, и я не смог доказать своё авторство, а за плагиат из этой музыкалки выгоняли сразу.
— Ясно... Надеюсь, он соврал про мои фотки. Я ведь просто хочу жить нормально..
— От него живого места не останется, если он хоть задумается об этом.
— Спасибо.. – тихо сказала она и аккуратно обняла меня.
— Я люблю тебя, и всегда буду за тебя в любой ситуации.
— Я тоже люблю тебя, – сказала Ника, и я тоже обнял её, несмотря на ноющую боль в теле.