Озеро теней

Кошмары преследовали её снова. Прежде, она никогда не страдала подобными проблемами, поэтому наутро чувствовала себя подавлено. От сна остались неприятные эмоции, которые она никак не могла изменить. Всё утро она провела в кровати, щёлкая свой телефон в надежде, что он заработает. Но с того момента, как она узнала правду, он перестал включаться, а на его экране появилась огромная неприглядная трещина. Бросив попытки оживить свой телефон, она отправилась на кухню. Сегодня в воздухе витал запах жасмина, а на столе стоял свежий букет. Старик сидел и просто смотрел на цветы, иногда вдыхая их аромат, а иногда поглядывая в сторону окна. Он выглядел задумчивым, даже печальным.
— Как коротка наша жизнь, — говорил он. — Вот ты, сколько тебе?
— Восемнадцать, — ответила Ника и прислонилась к холодной стене. Она не хотела подходить к столу.
— Восемнадцать, — повторил старик, затем снова повторил и усмехнулся. — И только то? Да у тебя самый возраст жить, самый возраст совершать необдуманные поступки, путешествовать, пробовать что-то новое. А ты уже в таком месте. Как и все эти молодые ребята: Макс, Инга, Артур. И другие погибшие. Этот год забрал много молодых ребят. И это несправедливо. Мне, старику, и тому жалко прощаться с жизнью, жалко быть здесь и ждать распределения. А им? А Адриан? Что познала его душа в том мире? Он его даже и не помнит. А живёт тут, как проклятый. Это неправильно. Жизнь, она для молодых, ну не место вам ещё в мёртвом мире, не место.
— В таких случаях говорят, что судьба…
— Судьба, каждый сам строит свою судьбу. Я прошёл войну, видел смерть, чувствовал её на своих губах, много раз был на волоске. Я знаю и всегда знал цену жизни. И она всегда была в моих руках. Вот ты, почему ты тут оказалась? Авария?
— Да, — Ника прошла вглубь кухни и села напротив старика. — Грузовик выехал на встречную полосу, а я не успела отъехать. Видимо растерялась.
— Вот, это говорит о том, что ты совсем неопытный водитель. Была бы ты более умелой в вождении, скорее всего, отделалась бы лёгким испугом, — Аристарх Георгиевич махнул рукой. — Что не скажешь об Инге и её компании. Они просто оказались в ненужном месте в ненужное время. В прошлый раз, когда прилетал Ангел, он вздыхал, когда забирал молодых. Даже там, в его обители, считают, что молодые должны жить. Смерть должна быть естественной, от старости, когда уже не жалко покидать этот мир.
— Вы были тут, когда прилетал Ангел? А почему он вас не забрал?
— Я прошёл войну. Я убивал… — голос старика стал сухим, грубым. — Он считает, что я недостаточно очистился. Думаешь, почему души застревают здесь? Это чистка, каждый проходит тут свои личные испытания. Ангел забирает с собой только очистившихся. Но ты, ты другое дело. Если Ангел явится, а ты ещё будешь жива, то он с большей вероятностью возвратит тебя в живой мир.
— Но он может и не возвратить?
— Может. Смотря, какое задание ему там дали, — Аристарх Георгиевич поднял глаза вверх. — Смерть рассказывала, что как-то одного живого Ангел пожелал забрать с собой, ибо считал, что в мире живых он принесёт много зла. Но чаще живых возвращали. Так что у тебя есть шанс и ты должна его использовать. Подумай, как много из тех, кого ты видишь в этом городе, мечтали бы оказаться на твоём месте, — поднявшись, он покинул кухню. Ника проводила его взглядом, думая о том, что в словах Аристарха Георгиевича много правды. Перед её глазами ещё возникал образ Инги, которая напала на неё лишь потому, что она живая, что у неё есть этот шанс. Она так же вспомнила Дениса, который злился на неё чуть ли не с самого начала. И, правда, чем виноваты они? Они так же молоды, как и она, и так же хотят жить. Невольно её мысли вернулись к Изгою. А каково ему? Он застрял между мирами, но в его сердце нет зла, нет обиды. Он стремится помогать, отдавать себя во спасение живых. И при этом остаётся Изгоем среди мёртвых.
Она взглянула на букет, который состоял из ромашек, а посередине торчала большая веточка жасмина. Белые цветочки уже распустились, и их аромат полностью наполнял кухню. Ника дотронулась пальчиками до мягких лепестков, удивляясь тому, что в мире мёртвых есть живые цветы. Она, в глубине души, сравнивала себя с ними. Она подобна оторванной ромашке, которая ещё живёт, пока есть вода, но жизнь постепенно увядает и лишь пришедший вовремя Ангел способен её спасти. От тягостных мыслей её отвлекли шаги, она заметила, что в гости пришёл Адриан. Сегодня он выглядел более радостно, в его глазах не было печали, и голос его носил весёлые нотки. Он предложил ей прогуляться, и они отправились в свой любимый загадочный лес к озеру теней.
— Я хочу поделиться с тобой своим любимым уголком планеты, куда я часто ухожу. Это место в живом мире, но я не знаю, где оно находится. Я там никогда не был, — они подошли к камню и скоро оказались у озера. — Как-то раз мне было очень плохо, я был зол на весь мир за свою участь и сидел у озера. Помню, кто-то сказал мне, я не знаю, кто это был, что я могу попасть в любую точку планеты через это озеро. Я уже тогда слабо помнил своё прошлое. Но всегда при воспоминании о доме перед моими глазами возникает картина, она висела у нас в гостиной. Там был изображён водопад, — он взял за руку Доминику и закрыл глаза. Вскоре послышался шум воды, и Ника увидела возникший над озером водопад. Они шагнули в воду и перенеслись к нему. Их окружала прекрасная дикая природа. Вокруг не было никого, ни единой души. Водопад был огромным, шум его наполнял округу. Трава у реки была яркой, зелёной и чистой, кое-где, среди травы, росли дикие цветы, там с фиолетовыми лепестками, а там с белыми. Позади в нескольких метрах шёл лес с разнообразными деревьями.
— Тут очень красиво, — выдохнула Доминика. Она не могла оторвать взгляд от величественной красоты водопада, а яркость красок живой природы поначалу даже резала глаз. Но вскоре она привыкла и подошла к краю реки, где журчала голубая вода. Дно было хорошо видно и на нём лежали камни, которые имели красивую переливающуюся поверхность. — Жаль, что мы мертвы…
— А чего бы ты хотела? — подошёл Адриан. — Что бы ты сделала, будь живой?
— Искупалась бы, — растерянно ответила она.
— А что тебе мешает? Ощущения будут не те, согласен. Но ты всё равно можешь спокойно зайти в воду и увидеть то, что раньше бы не смогла. Знаешь, может старуха Смерть во многом и не права, во многом жестока, но она научила меня видеть во всём плюсы, — он тепло улыбнулся. Но не своей обычной улыбкой, было в ней что-то особенное, что-то, что навсегда будет ассоциироваться у Ники с водопадом.
Он отправился в сторону водопада. Ника же просто наблюдала за ним, она не спешила бросаться в воду, она не могла даже представить себя плавающей, поскольку не понимала, как это будет выглядеть.
Адриан подошёл к горе и начал прыжками спокойно подниматься наверх. Со стороны это выглядело полётом. На некоторое время Ника потеряла дар речи, она иногда забывала, что они духи, приведения и не ограничены физическим телом. Как только Адриан достиг верха, он запрыгнул на камень, который удобно расположился посередине водопада и сорвался вниз. Он выпрямился, вытянул руки вперёд, как настоящий профессиональный пловец и с лёгкостью вошёл в воду. Вскоре он оказался возле Ники, звонко смеясь, он приглашал её к себе.
— Давай, тебе понравится. Это необычные ощущения, не такие, что ты испытывала, когда была живой.
— Я не знаю… — Ника терялась. — Я не умею летать. Как я это сделаю? Как ты это сделал?
— Летать ты не сможешь, ты всё-таки живая, твоё сознание не позволит тебе. Но просто искупаться… — он подмигнул и снова нырнул под воду.
Ника ещё немного наблюдала за рябью на воде, а затем решила последовать его совету. Поднявшись, она медленно подошла к краю берега и запустила руку в воду. Было щекотно, но не более того. Никаких чувств, она даже не смогла бы и определить какой температуры вода. Она словно опускала руку в пустое, а вместо воды на неё просто дул ветер. Эти странные ощущения поначалу очень испугали её, и она отпрыгнула назад. Заметив удивлённый взгляд Изгоя, поспешила объясниться с ним.
— Не могу привыкнуть, что я не чувствую воду, — вздохнула она. — Мне просто щекотно и всё. Это не то… — она замялась и начала сжимать ладони. В груди снова зародилась тоска, необъятная тоска по былой нормальной жизни. Ей казалось будто бы она в таком состоянии уже целую вечность, и она испытала сильное желание как-то изменить положение вещей. Ей вдруг захотелось, отчаянно захотелось искупаться, но не как дух, а как живой человек. Снова испытать это волнующее погружение в воду, когда тело ещё недостаточно привыкло к температуре воды и тебе кажется, что это невыносимо и всего один решительный шаг способен изменить ситуацию. Ей захотелось нырять, изучать морские глубины или же прыгнуть с вышки, ей захотелось плескаться, обрызгать Изгоя, побаловаться с ним. А то, что предлагал он, не могло даже на сотую долю заменить тех ощущений. К сожалению, она помнила, как это было при жизни.
— Попробуй, погружаясь в воду, явственно представить, что ты в ней. Не слушать свои ощущения, а погрузиться в воспоминания, когда ты купалась в живом мире. Подумай сама, ты столько времени жила в мире, который прорисовал твой мозг, он воссоздал тебе не только внешний вид города, но и местных жителей, студентов, преподавателей. Так почему бы не воссоздать себе момент купания таким, какой он есть?
Доминика задумалась, его слова звучали благоразумно и в тоже время, она не понимала, что её смущает. Лишь спустя пару минут, она смогла толком выразить свои опасения.
— Я думала, что после общения со Смертью я лишилась такого. Я ведь теперь всё вижу иначе. Не так, как прежде. И фантомы пропали.
— Да, это так, — он вылез из воды и прилёг на зелёную траву. — Но это потому, что ты всё узнала. Конечно, ты снова не воспроизведёшь город. Но такую мелочь, как купание, твой мозг в состоянии прорисовать. Тебе стоит только попробовать. Это очень удобно, это твоё преимущество в нашем мире. Мёртвым такого не дано.
Ника ничего не ответила, она решила попробовать сделать то, о чём он ей говорил. Обойдя Изгоя, она подошла к воде и закрыла глаза. Она стала размеренно дышать, прислушиваясь к себе и своим ощущениям. Вокруг была приятная тишина, слышался лёгкий ветерок, который обдувал Нику, он доносил до неё пение птиц из леса, шум деревьев. Она прислушивалась к звукам и расслаблялась, а затем стала прорисовывать картинку из детства. Когда им было восемь, они всей семьёй отправились в Египет. Это было самым интересным и запоминающимся путешествием для Ники, даже сейчас оно живо предстало перед её глазами. И вот они на берегу, солнце высоко, вокруг много народа. Ей даже показалось, что она слышит чуть различимые голоса людей. От солнца жарко, но мама её уже намазала солнцезащитным кремом. И вот она идёт по тёплому песку к морю. Вода чистая, голубая. Она заходит в неё и чувствует прохладу, от этого её тело бросает в лёгкую дрожь. Затем она делает второй шаг и на какой-то момент ей кажется, что она не сможет зайти. А затем она не позволяет сомнениям разъесть свой разум и попросту бросается в воду. Раскрыв глаза, она чувствует воду, ей не щекотно, она действительно в воде. На неё смотрит Адриан и улыбается, видимо он понял, что у неё всё получилось. Чувствуя прилив радости, она принялась плавать наперекор потоку воды, нырять, исследовать илистое дно, подплывать к водопаду, становиться под его сильные струи. Она смеялась, и её смех был искренним, настоящим. Пожалуй, она впервые так радовалась, после того, как очутилась в мире мёртвых.
На следующий день они исследовали пустыню. Это была идея самой Ники, ей всегда хотелось увидеть горы песка, когда нет ни единой души вокруг, а вдалеке манит мираж. Палящее солнце не доставляло им неудобств, они бродили по песчаным полям, иногда останавливались, чтобы Ника могла запустить руку в песок и ощутить весь жар земли. Благодаря открытой вчера способности, она смогла вернуть себе былые ощущения, теперь она с удовольствием отправлялась на прогулку с Изгоем и позволяла себе всё прочувствовать.
— Горячий песок, — довольно произнесла она. Ника пыталась набрать его в руку, но у неё ничего не получалось. Хотя Изгой говорил, что при должной тренировке её мозг позволит ей и это сделать, однако в живом мире этого никто не увидит, поскольку всё, что воспроизводит её мозг, лишь иллюзия. Однако эта иллюзия помогала ей не пасть духом и открыла второе дыхание.
Они бродили по пустыне достаточно долгое время, они даже смогли рассмотреть кобру. Ника никогда не испытывала страха перед змеями, однако увидев её, она впервые признала, что она испугалась и в жизни земной не хотела бы встретить ей подобных.
— Я просто никогда с ними не сталкивалась, вот и не думала, что они такие… — оправдывалась Ника, когда они перенеслись в загадочный лес. В мире мёртвых наступил поздний вечер, и они возвращались домой. Сегодня было тепло, и небо носило красивый фиолетовый оттенок. Она уже стала привыкать, что город с каждым днём приобретал всё более серые и угрюмые краски, а парк становился заброшенным. В сумерках он выглядел поистине зловеще, и Ника не отважилась бы снова пойти туда, даже в компании Адриана.
— Я тоже, наверное, — вздохнул Адриан.
— Ты ведь прикован к месту смерти, а значит к своему дому. Ты можешь видеть семью, быть с ними, хоть и незримо…
— Могу, но не хочу, — в его голосе появились ледяные нотки. — И мы не будем разговаривать на эту тему.
Ника почувствовала себя виноватой. Она прекрасно понимала его, у неё самой не было желания являться домой и быть с родными, хотя у неё есть для этого всё. Адриан говорил, что она может остаться там и дожидаться Ангела, быть даже в реальном мире, но ей этого не хотелось. В реальном мире в виде духа делать нечего, а увидеть то, что она прежде не видела можно и короткими путешествиями, вроде сегодняшнего.
Они дошли до костёла и остановились. Доминика видела, что её друг заметно погрустнел, и она стала винить себя за это. Она попыталась извиниться, но он лишь отмахнулся.
— Извини, если ты не возражаешь, то сегодня мы разойдёмся тут. Я бы хотел побыть один. Иди коротким путём и не вступай в разговор с мёртвыми, — сказав это, он забрался на забор и растворился во дворе костёла. Ника смотрела ему вслед и стояла на месте ещё несколько минут, прежде чем решилась уйти. Ей стало тоскливо.
Она ослушалась его и пошла длинной дорогой. Лишь спустя пару домов она поняла, почему он советовал ей сократить путь, на повороте во дворе одного дома было некое собрание мёртвых. Она заметила там Артура и Дениса, потом вдалеке показалась и Инга и ещё двое незнакомых парней. К счастью, они её не заметили, но она не спешила прятаться или убегать. Ей стало интересно, о чём разговаривают мёртвые и она обогнула дом, скрылась за деревом и подошла впритык к белому забору. Её закрывал огромный куст сирени, и отсюда ей было достаточно хорошо слышен разговор.
— Ходят вдвоём… — доносился голос Дениса.
— Она теперь с ним заодно, это точно. Решила бросить нашу компанию, — говорила Инга. — Она сразу его заметила.
— Да о чём мы говорим? Живой не место среди нас! Но её не так-то просто достать, с ней постоянно этот Изгой. А вечерами её защищает старик, вчера он прогнал меня. Он силён, — голос явно принадлежал Артуру. — Надо устранить Изгоя. Кто его защищает? Смерть? Нам не стоит её бояться, ведь мы уже мертвы!
— Да! Нападём на Изгоя! Я знаю…
Больше Ника не смогла слушать, в ней восстало чувство протеста, ей захотелось выйти и нагрубить им, но она вовремя остановилась, вспомнив о том, что ей нельзя умирать. Поднявшись, она забыла об осторожности и решила снова обогнуть дом, не заметив, что позади показался один из незнакомцев. Заметив её, он сразу позвал остальных, и за ней увязалась погоня.
Путь домой был отрезан, и она решила броситься к камню. Это единственное место, где она действительно могла укрыться от мёртвых, однако она не была уверена в том, что у неё хватит сил, чтобы убежать. К тому же один из незнакомцев явно преуспел в бегу и уже догонял её. Чувствуя, что она теряет силы, она завернула за угол, поняв, что обходным путём добралась до дома Адриана. На улице сидел мужчина, мучитель Изгоя. Заметив его, она испугалась, однако он тут же кивнул ей и запустил в дом. Они дождались, когда погоня скрылась (они не решились штурмовать дом).
— Умеешь ты заводить друзей. Теперь понятно, почему вы с Адрианом так тесно общаетесь, — усмехнулся мужчина. Он выглядел дружелюбным, что никак не укладывалось в её представление о человеке, который виноват в смерти ребёнка.
— Адриан уже дома? — отдышавшись, спросила она и получила отрицательный кивок. — Благодарю за помощь, но мне…
— Куда ты так спешишь? Он скоро придёт, ты можешь подождать его. Уверяю, тут ты в полной безопасности. А вдруг та компания ещё поджидает тебя?
Ника растерялась. С одной стороны она хотела остаться, дождаться Адриана и рассказать ему о бунте мёртвых, а с другой стороны она давала ему обещание держаться подальше от его дома. Но в тоже время она не ощущала исходящей опасности от мужчины и решила довериться ему. Он провёл её на кухню, и между ними завязалась пустая беседа о погоде, о том, какой у них хороший дом и предположения о будущей зиме. Они старательно избегали тем мёртвых, Доминика даже предположила, что они думают, будто она ещё «спит».
— Чаю? — вежливо поинтересовался мужчина и покинул стол. Его шаги были спокойные и размеренные, но Ника отказалась, она осталась с единственной целью — дождаться Изгоя. Мужчина снова начал рассказывать о том, как он хочет изменить отделку дома, он начал медленно обходить стол и отправился к цвету, расположенному за спиной Ники. Девушка не наблюдала за ним, она ушла в свои мысли, желая поскорее рассказать другу о том, что ему грозит опасность. Резкий удар лишил девушку сознания.