Глава 32.2
По пути к выходу из медкрыла я задержалась у приоткрытой палаты, где разместили Мина. Он заметил меня в дверях и позвал сам:
— Заходи, что топчешься на пороге?
— Привет, — я не стала отказываться от приглашения. — Как ты?
— Сказали, что после обеда могу быть свободен, — Мин полусидел на кровати поверх одеяла и уже полностью одетый.
— Отлично, я рада за тебя, — мне, как всегда, было неловко разговаривать с ним наедине.
— Наверное, я должен поблагодарить тебя и твою кузину за спасение, — то ли спросил, то ли рассудил Мин.
— Но ты первый начал, — я усмехнулась. — Спасать. И мне кажется, мы уже обменивались благодарностями.
— Действительно, формальности соблюдены и ладно, — он пожал плечами, а после все же улыбнулся.
— Ты изменился, Юнги, — вырвалось у меня само. А еще я впервые назвала его по имени. — Можно спросить, с чем это связано?
— В какую сторону? — Мин вопросительно изогнул бровь. — Надеюсь, в худшую?
— В лучшую, — поправила его я. — Ты иначе относишься ко мне и к другим… Да ты стал почти нормальным, с тобой ведь и поговорить можно, — в шутку добавила я.
— Может, дело в том, что мне заблокировали мою магию? — хмыкнул Мин. — И мне ничего не оставалось, как стать таким. Нормальным. Хотя, кто решает, что нормально, а что нет?
— Унижение слабых — точно ненормально, — ответила я уже серьезней.
— Ты хочешь поговорить об этом?
— Честно? Нет, — ответила я, возвращая усмешку на лицо.
— А если я из-за тебя изменился? — вдруг произнес Мин.
Сердце испуганно толкнулось, а щеки стали горячими. О чем это он?
— Нет, это не то, о чем ты подумала, — Мин снова улыбался и довольно гаденько. — Любовь оставлю для Чона. Уважение. Сам не могу вспомнить, когда это случилось и ты перестала меня бесить. Как и твой Чон. Может, когда вы начали встречаться… Или когда ты оказалась в Семерке и приняла вызов Хана… Или… Не знаю… Я вообще не люблю заниматься самоанализом.
Просто в какой-то момент признал, что и ты, и он… Вы вызываете уважение. Каждый сам по себе и вместе тоже. Это достаточная причина для того, чтобы измениться?
— Возможно, — такой ответ вызвал у меня растерянность.
— В таком случае давай прекратим эту философию. Мы все меняемся в течение жизни, кто-то больше, кто-то меньше… Ты, кстати, тоже изменилась. Та первокурсница, которая окатила меня водой и та девушка, что стоит передо мной сейчас — вы разные. Пусть это и не так заметно. И Чон изменился…
— Ты сам продолжаешь философствовать, — заметила я.
— Простите, больше не буду, — Мин развел руками. — Умолкаю.
— Я пойду, — сказала я, поворачивая к двери. — Увидимся…
После нашествия Нижних двор было не узнать: земля вздыблена, клумбы растоптаны, часть деревьев сломаны и повалены. Да уж, профессору Пак и ее студентам с бытового придется попотеть, чтобы вернуть все к прежнему виду.
У фонтана, который сегодня не работал, обнималась парочка. И только со второго взгляда я узнала в них Розэ и Мингю. Подходить к ним не стала, чтобы не смущать, но улыбка, вызванная этой картиной, не сходила с моего лица до самого общежития. Теперь можно было с уверенностью сказать, что болезненная любовь кузины к Мину ушла. Даже несмотря на эффектное спасение над пропастью.
Я столкнулась с Чимом, когда поднималась по лестнице к себе в комнату. Он спускался навстречу, и мы оба остановились, встретились взглядами. Я, наверное, должна была что-то сказать, особенно после случившегося ночью… И вообще, я не знала, как с ним теперь себя вести. Понятно, что дружбу нашу, в том виде, которая она была еще год назад, уже не вернуть ни при каких обстоятельствах. Однако…
Но Чимин опередил меня.
— Не говори ничего. Не надо. Обойдемся без натужных благодарностей и извинений, — и он прошел мимо, слегка задев меня плечом.
Сердце кольнуло печалью. Мне жаль, Чим, что у нас все так вышло… Но каждый сам выбирает свой путь, и ты свой выбор тоже сделал. Правда, зашел не туда, куда стремился…
Я наскоро переоделась, приняла ванну, забежала в столовую перекусить и вернулась в медкрыло.
У кабинета миссис Чхве я встретилась с Джином, точнее, Редклифом. Никак не могу привыкнуть к этому.
— Привет, — поздоровался он со мной.
— При… Добрый день, — я быстро исправилась.
— Слушай, Лиса, перестань, — он посмотрел на меня со своей неизменной улыбочкой. — Для тебя я по-прежнему Джин. Если, конечно, ты пожелаешь общаться со мной дальше. Но если нет — то никаких претензий. Я все понимаю…
— В любом случае, мне надо время, чтобы осмыслить все, — ответила я. — За последнюю неделю слишком много всего произошло…
— Конечно, — Редклиф кивнул. — Но в любом случае, я в долгу перед тобой и твоей семьей…
Просто знай это.
— Заг? — внезапно раздалось за его спиной.
Он резко обернулся, и я тоже в напряженном удивлении взглянула на профессора Хо. А он смотрел только на Джина:
— Теперь я понимаю, что мне не давало покоя все то время, пока учил тебя, — профессор неожиданно улыбнулся. — И события последних дней только подтверждают это. Ты вернулся…
Мы ведь можем поговорить?
И Редклиф улыбнулся ему в ответ, затем открыл дверь кабинета, приглашая его войти.
— Представляешь, профессор Хо узнал в Джине Редклифа. Оказывается, они знали друг друга, — поспешила поделиться я с Чонгуком, едва зайдя к нему в палату.
Но Гук никак не отреагировал. Он с озабоченным видом читал какую-то бумагу. Подойдя ближе, я заметила на ней королевское тиснение и печать.
— Что это? — спросила я. Сердце отчего-то замерло, будто предчувствия очередную неприятность.
— Меня просят явиться во дворец, как только буду чувствовать себя лучше, — ответил Чонгук.
— Это как-то связано со смертью принца? — я уже не находила себе места.
— Скорее, с королем. Кажется, его жизнь тоже вот-вот подойдет к концу…