Глава 20.2
Ох, Алвей, я уже мало что понимала, но не доверять Чонгуку не могла, а вот герцогине…
— Ты уверен, что Момо искренна в своем желание помочь? — спросила я. — Вдруг она ведет двойную игру?
— Я проверял ее своей магией, — ответил Гук. — Принудил говорить правду. Она даже сама согласилась на это. Момо действительно на нашей стороне, как бы это странно ни было.
— Но зачем ей это? — я все же не понимала.
— Вот увидишься с ней, и сама спросишь, — Чонгук усмехнулся.
— Когда ты так улыбаешься и говоришь о ней таким тоном, я снова начинаю ревновать, — я посмотрела на него искоса. — Вдруг она опоила тебя чем-то?
Приворожила…
— И поэтому я сижу здесь, с тобой? И собираюсь через несколько часов сделать своей женой? — Гук подвинулся ближе и провел ладонью по моей щеке, затем коснулся пальцем губ. — А если уж мы заговорили о ревности… У меня не меньше поводов ревновать тебя. Например, твой друг Чимин… Судя по тому, как вы сегодня танцевали, между вами снова мир? И что за новый преподаватель, который тоже пригласил тебя на танец? С чего он постоянно проявляет к тебе внимание? А Джин…С какой стати он хотел проводить тебя тем вечером? И потом, я как-то видел вас вдвоем…
— Ты следил за мной? — я прищурилась, пряча улыбку.
— А так как думала? Каждую минуту… Я даже видел, как ты пряталась за углом, когда мы с Момо исполняли свой спектакль перед Юнхо, — глаза Чонгука смеялись.
— Серьезно? — я от досады прикусила губу.
— И как ты бегаешь у пруда каждое утро с кузиной… — продолжал тихо Чонгук, но уже без улыбки. — Как идешь с занятий… Как гуляешь в компании Юнхо… Как гасишь свет в комнате, когда собираешься ложиться спать… И твоя эта дурацкая привычка перекусывать на ходу, пока бежишь на лекции… И одеваться теплее тоже забывала, а ведь уже середина осени… Даже сейчас вернулась без накидки, — его теплые ладони накрыли мои плечи, словно согревая.
— А я постоянно искала тебя, — мой голос неожиданно сорвался. — Хотела увидеть хотя бы на мгновение, а ты, оказывается, все время был рядом…
— Я всегда буду рядом, даже, если тебе будет казаться, что меня нет, — губы Чонгука нежно коснулись моих, и я поддалась им, закрывая глаза.
Этот поцелуй был неспешным, глубоким, чувственным, будто мы пытались как можно лучше узнать и запомнить вкус друг друга. В какой-то момент губы Чонгука скользнули по моей шее, обожгли впадинку у ключицы — и в груди стало еще теснее, дыхание сбилось, а по телу разлилось сладкое томление.
— Нет, — прошептала я, когда он вдруг остановился, уткнувшись носом мне в плечо и тяжело дыша, будто пытался взять себя в руки. — Не надо, не останавливайся… — и запустила пальцы ему в волосы, обняла крепче.
— Ты понимаешь, о чем просишь? — Гук поднял голову, посмотрел на меня в замешательстве. Его глаза в этот миг стали совсем черными, а в глубине их плясал огонь, с которым он никак не мог совладать.
— Понимаю, — если мне сейчас и было страшно, то только совсем чуть-чуть и скорее от собственной смелости, что сама предлагаю такое. — У нас ведь свадьба через несколько часов… Какая уже разница, когда это произойдет: до нее или позже?.. Да и кто знает, что будет после нее?.. Вдруг…
— Молчи, — Чонгук впился в мои губы, затем опрокинул меня на кровать. — Молчи… — он стал вновь осыпать поцелуями мое лицо, шею, ключицы, одновременно с этим его рука оказалась под моей спиной, и пальцы принялись ловко расстегивать крючки на моем платье. Тиски корсажа ослабли, и стараниями Чонгука он вместе с бельем сполз к талии, обнажая грудь, которую тоже тотчас стали покрывать поцелуи, жаркие, ненасытные и вместе с тем до одури нежные.
Не переставая целовать меня, Чонгука тоже начал избавляться от своей одежды, наконец и я смогла прикоснуться к его обнаженной коже губами, почувствовать ее жар под своими пальцами и ладонями. Вскоре и мое платье вместе с бельем оказались на полу, а между нашими телами не осталось больше никаких преград. Кроме одной.
— Я буду осторожен, не бойся, — шепнул мне на ухо Чонгук. Еще мгновение назад его руки и губы жадно ласкали меня, туманили голову, заставляли сладко вздрагивать, забыв о всяком стыде, выгибаться им навстречу и жаждать новых прикосновений, теперь же он нависал надо мной и с беспокойством заглядывал в глаза.
— С тобой я вообще ничего не боюсь, — улыбнувшись, я сама потянулась к его губам и поцеловала.
Он действительно был осторожным и как всегда беспредельно нежным, я почти не ощутила боли, которую быстро перекрыло счастье от долгожданного единения, и наслаждение, такое сладостное и безумное, что все вокруг на мгновения потеряло реальность.
— Ты все-таки заставила меня нарушить свое обещание, — усмехнулся Чонгук, не переставая осыпать мое лицо поцелуями. — Коварная соблазнительница…
— Но ты сделал все, чтобы я стала ею… — с ответной усмешкой отозвалась я, ловя его губы и целуя в ответ.
— Как твоя рана? — спросила после, осторожно прикасаясь к розовому шраму. Затем перевела взгляд на уже затянувшийся порез от кинжала принца. — А здесь?
— Там царапина, я же говорил. А рана благодаря твоей мази уже зажила и совсем не болит, — Гук с улыбкой накрыл мою руку своей и, поглаживая, переплел наши пальцы. — Спасибо тебе… За все.
— Позже сделаю еще одну, чтобы убрать шрам, — пообещала я.
— Лиса… — Чонгук уже серьезно посмотрел на меня. — Я никогда не говорил тебе этого… Вот так прямо… — его голос звучал совсем тихо.
— О чем? — я удивленно приподняла брови.
— О том, что я люблю тебя… Очень сильно люблю…
— Я тебя тоже… люблю, — прошептала я, чувствуя, как глаза наливаются слезами. — Очень люблю, Гук…
Он порывисто обнял меня, зарывшись лицом мне в волосы, я прижалась к нему в ответ, и мы так некоторое время лежали молча, наслаждаясь близостью друг друга.
— Пора собираться, — сказал Чонгук, целуя меня в макушку. — Вот-вот начнет светать…
Я кивнула и нехотя оторвалась от него:
— Пойду одеваться… Не думала, что платье для собственной свадьбы придется выбирать из своего небогатого на наряды гардероба, — я усмехнулась.
— Потом, когда все образуется, купим тебе самое красивое платье и отпразднуем нашу свадьбу с друзьями, — пообещал Чонгук с улыбкой. — А пока надевай, что удобней.
Я остановила выбор на кремовой блузке с кружевом и светло-серой юбке в крупную складку. Для красоты прикрепила к воротнику брошь с жемчугом, волосы распустила и только у висков приподняла с помощью перламутровых заколок.
— Готова? — Чонгук тоже успел одеться и ждал меня, присев на край туалетного столика.
— Да, — я накинула на плечи жакет и стала торопливо застегивать его на пуговицы..
— Идем…
— Я первый, — Чонгук не успел повернуть ключ в замке, как дверь внезапно с грохотом распахнулась сама, едва не сбив его с ног.
На пороге стояли два королевских гвардейца, за ними — несколько боевиков.
— Чон Чонгук, вы должны пройти с нами, — произнес один из гвардейцев.
— С какой стати? — Гук уже вернул на свое лицо маску холодности и невозмутимости.
— На Его Высочество только что было совершено покушение, — отозвался так же бесстрастно гвардеец. — Вы — главный подозреваемый в этом преступлении.