Солёная похоть

Утро.

От внезапно всплывшей мысли Нукс проснулся. Тело ощущалось тяжёлым, словно вата, пропитанная водой. От лёгкого жара пекло глаза. Тихо вздохнув, Нукс пошевелил пальцами ног. Вроде не связан. Но всё тело ощущалось настолько уставшим и тяжёлым, будто и не его вовсе.

Который час?

Нужно бы проверить время.

Тогда уж и решу, спать дальше или вставать.

Но двигаться не хотелось. Что за дилемма? Двигаться лень, а чтобы лениться дальше, нужно узнать время. Нукс простонал и снова закрыл глаза.

Пиздецки хочется спать.

Усилив смысл крепким словцом, Нукс перевернулся. Он планировал докатиться до края кровати. Но, несмотря на отчаянные полтора оборота, ноги так и не коснулись пола. Тут он наконец заметил неладное.

Моя кровать не может быть такой широкой.

Он протёр слипающиеся веки. Попытался сфокусировать мутный взгляд.

— ...Блядь, где это я?

Нукс сел. На кровати, запустив руку между ног, он оглядывался по сторонам. Где это он? Мысль дальше не шла. Клонило в сон, и Нукс, потерянный, тупо смотрел в угол комнаты. Поморгал и, на автомате, как заведённый, начал мять свой хер.

Мял не потому, что хотел, а просто потому, что рука там оказалась — как гора, на которую взбираются, потому что она есть. Да. Это было похоже на приветствие с собственным телом. Нукс помял свой сухой, мягкий и упругий баклажанчик, а потом замер. Странно, но там больно и ныло.

Потерев бровь той же рукой, что только что мяла член, Нукс простонал. И тут его внезапно осенило.

Лаборатория Оуэна.

Нукс на мгновение затаил дыхание. Досчитав до трёх, он приподнял штаны и заглянул внутрь. Всё было сухо, как и на ощупь. Ни следа слизи или чего-то подобного. Убедившись спереди, Нукс почувствовал новый приступ тревоги. Он поёрзал, пытаясь нащупать себя сзади, и тут заметил кое-кого, лежащего рядом с тем местом, где только что спал он сам.

Оуэн.

Тот не шевелился — видимо, крепко спал. Опасливо косясь на него, Нукс ощупал себя сзади.

Нормально... Вроде нормально? Вроде бы и больно, но внешних повреждений, судя по ощущениям, не было.

Зеркала не посмотреть.

— Блядь. Чёртова пальпация.

Убрав руку от зада, Нукс попытался выбраться из кровати. В глубине души ему хотелось пнуть спящего Оуэна. Но не только руки-ноги — всё тело отказывалось слушаться. Если Оуэн проснётся от удара и хоть рот откроет, Нукс понесёт не только физический, но и чудовищный моральный урон.

Я лучше свалю, чтобы не связываться.

Нукс осторожно пополз по кровати. Высокотехнологичное постельное бельё, созданное для максимального комфорта в любой позе, мешало продвижению, но Нукс, не терявший надежды даже в самых суровых обстоятельствах, наконец смог коснуться ногами пола.

— Ох...!

Он планировал аккуратно спуститься, но ноги подкосились. Приземлившись на колени, Нукс, испугавшись вырвавшегося наружу стона, тут же зажал рот рукой. Быстро потирая ушибленные колени, он снова пополз. Встать не было сил, так что это был лучший вариант.

Раз, два. Раз, два. Спокойно. Я не сдамся.

Он вспомнил то чувство отчаянной надежды, когда, начиная переворачиваться, учился ходить прямо. Было ли тогда так же трудно и больно, как сейчас? Нукс беззвучно заплакал. А когда прополз расстояние, равное его росту, он ощутил всю тщету и усталость этого мира. Тыльной стороной ладони он вытер пот со лба.

Так тяжко... Помру.

До двери было ещё далеко. Нукс попытался встать на четвереньки. В тот момент, когда он упёрся руками в пол, пытаясь поднять тяжёлое тело, сзади почувствовался чей-то взгляд.

Обернувшись, он увидел Оуэна, сидящего на кровати и смотрящего на него.

— ......

Нукс, шмыгнув носом, снова повернулся и пополз вперёд. Так быстрее. С такими темпами он мог бы добраться до двери ещё до вечера.

— ...Нукс.

Оуэн позвал его сиплым голосом. Но Нукс не ответил. С сегодняшнего дня Нукс решил с Оуэном не разговаривать. Если точнее — с восемнадцати секунд назад.

— ......

Ёбаный ублюдок.

Словно новорождённая черепашка, спасающаяся от хищника и отчаянно ползущая к воде, Нукс двигался к двери. Когда он был уже почти у цели, силы кончились, и он остановился перевести дух. Лёгкая испарина на лбу теперь собралась в крупные капли. Кое-как вытерев её воротником, Нукс, ухватившись за стену, попытался подняться.

Встать-то он встал, но ноги тряслись ходуном. Нукс поспешно открыл дверь. И тут же увидел Оуэна с платком на шее. Похоже, тот как раз собирался войти.

Или его кто-то позвал.

Нукс молча переводил взгляд с Оуэна на кровати на Оуэна с платком. Несмотря на свирепый взгляд, Оуэн с платком ничуть не смутился. Напротив, он поприветствовал его удивительно ласковым голосом:

— Хорошо спал? Я принёс завтрак, Нукс. Жидкая пища, легко усваивается.

Ёбаный ублюдок.

Нукс мысленно обругал Оуэна с платком и отвернулся. Он надеялся, что таким образом дал понять: есть он не будет. Попытался гордо пройти мимо него. Сделал три-четыре шага. И тут же, обессилев, упёрся в стену. Видя это, Оуэн с платком протянул ему руку.

— Куда ты? Я принесу вспомогательное устройство для передвижения, так что отдохни пока.

Нукс не ответил. Вместо ответа он нетерпеливо мотнул подбородком: мол, давай, тащи быстрее. Оуэн с платком поставил еду, которую держал в руках, на голову уборочному роботу. Пока робот заносил её в комнату, из стены выдвинулось устройство для ходьбы. Ловко достав его, Оуэн разложил кресло, чтобы Нукс мог сесть, и жестом пригласил.

Нукс оттолкнул протянутую для поддержки руку и осторожно опустился в кресло. Оуэн, словно и не видел отказа, принялся объяснять, как им управлять.

— Если нажать сюда, он едет прямо, это — задний ход. Для поворота налево и направо нужно нажимать вот здесь. Если задать пункт назначения, он поедет сам, так что знать управление необязательно. Ах да, пункт назначения задаётся вот здесь.

Нукс запоминал управление так, как объяснял ему Оуэн с платком. Когда он собрался вводить адрес, его вдруг отвлек взгляд Оуэна. Нукс слегка прикрылся рукой, и тот тихо усмехнулся.

— Я ввёл тебе немного миорелаксантов и транквилизаторов, Нукс, потому что твоё состояние было неважным. Сейчас двигаться полегче?

Ёбаный ублюдок.

Нукс вскинул глаза. Теперь он понял, почему злость не такая острая, как следовало, и почему тело такое ватное.

Стоп, ватность могла быть и по другой причине.

Он решил не углубляться. Потому что чем больше думаешь, тем больше вспоминаешь вчерашнее. Закончив ввод, Нукс поспешно нажал кнопку старта. Оуэн, поднявшийся с кровати, подошёл к двери и снова окликнул его.

— Мне кажется, идея ехать сейчас в общежитие не самая лучшая.

Я поеду, а ты тут никто.

Нукс фыркнул, игнорируя слова Оуэна. Тогда тот, сонно и устало прикрыв глаза, повертел головой и добавил:

— В общежитии, знаешь ли, звукоизоляция не очень.

Нукс хотел переспросить, что это значит. Уже открыл рот, чтобы рявкнуть, но снова закрыл. Транквилизаторы, которыми его уколол Оуэн, помогли удержать рассудок. Вместо слов Нукс попытался взглядом передать вопрос: «Это что ещё значит?»

— Ты так громко стонал, Нукс, что...

Врёт. Всё врёт. Нукс нахмурился, глядя на враждебные силы, плетущие против него заговор.

А сам-то!

Стоны Оуэна до сих пор звучали у него в ушах. Как тот кричал, что всё время кончает, и умолял перестать сжимать и сосать. Нукс схватился за голову, отгоняя ужасные воспоминания. Он замотал головой, не желая об этом думать.

— Мы там изрядно навели беспорядок, сейчас убирают. Кое-какую мебель придётся менять, она сломана. Ты же сам говорил, Нукс, что больше всего не любишь сплетен.

Отговорки Оуэна множились. Если обобщить, возвращаться сейчас в комнату в общежитии — идея так себе. Нукс посмотрел на Оуэна с платком. Тот, видимо, прочитав в его глазах немой вопрос «И что мне прикажешь делать?», заговорил:

— К каникулам все забудут. Кто-то разъедется по домам. В памяти останется разве что Нукс, который бурно провёл время в комнате общежития. За это время всем станет плевать, кто был тем партнёром. Здесь ты можешь и жить, и питаться, и прятаться от слухов. И пользоваться оборудованием и помещением без ограничений по времени, чтобы сосредоточиться на учёбе.

Нукс покачал головой. В этой идее таился один гигантский изъян. Заключался он в существовании Оуэна. Если бы не он, Нукс был бы обычным, тихим студентом, о котором никто бы и не судачил.

Ну подумаешь, перепихнулся разок. Кому какое дело?

Но тут его осенило, и он поднял голову. Встретившись взглядом с Оуэном с платком, он увидел, как уголки его губ поползли вверх.

— Не волнуйся. Мою личность не раскрыли. Всю прошлую ночь ты вместо имени «Оуэн» называл меня только «старший», «блядь» или «ёбаный ублюдок». Я контролировал окружающие экраны и пути, так что ни один инопланетянин меня не видел. Но, если говорить по-земному, найдутся крысы, которые учуют запах и будут рыскать вокруг. Поэтому я и предлагаю тебе остаться здесь.

Чушь собачья. Может, он специально разлил на полу сахарный сироп, чтобы натравить на него муравьёв, а потом шантажировать? Нукс старался мыслить максимально рационально.

— Я знаю, прошлой ночью тебе пришлось несладко. Я не буду тебя останавливать из уважения к твоим желаниям. Если бы я хотел удержать тебя силой, зачем бы я доставал это кресло? Я бы просто оставил тебя ползать, дождался, пока ты свалишься, и притащил бы обратно.

Последние слова прозвучали остро, но в них была логика. Действительно, Оуэн лишь наблюдал с кровати, но не мешал. Нукс напряг мозги. Но от напряжения хорошие мысли не приходят.

Логично.

С другой стороны, не исключено, что он просто наслаждался зрелищем его жалких попыток уползти. Но сейчас Нукс решил эту мысль отложить. Он посмотрел на Оуэна и постучал пальцем по запястью. Этот жест означал «Который час?». Оуэн, живо интересующийся земной культурой, отлично знал значение этого древнего невербального диалога. Он тут же понял мысль Нукса и назвал время.

А, блядь. Опоздал!

Он опаздывал на занятия. Нукс подскочил, и оба Оуэна переглянулись. Затем всё ещё сонный Оуэн, опершись на кресло Нукса, спросил:

— Нукс, ты со мной разговаривать не будешь?

Нукс кивнул с видом «а то как же».

— Тогда когда снова заговоришь? Когда поправишься?

Его шепчущая физиономия выглядела до отвращения нахальной. Нукс злобно уставился на Оуэна. Тот, в отличие от обычного, выглядел очень томным. Даже прижимаясь к нему вплотную, в нём не чувствовалось обычной нервозности. Нукс проанализировал ситуацию.

Поди вчера вдоволь накончался.

Как иногда бывает после мастурбации, когда вместе с эякуляцией выбрасываешь все эмоции, и в голове остаётся только голый рассудок, заставляющий задуматься о тщете бытия.

— Не бесите меня. Если бы мне не вкололи успокоительное, у вас бы сейчас давление подскочило. Вы же знаете, что бывает, когда после стимуляции всех нервов давление поднимается?

— ......

Оуэн лишь холодно зыркнул на Оуэна с платком, ничего не отвечая. Видимо, тот был прав. Нукс махнул рукой на обоих, дескать, отстаньте. Мол, сначала на учёбу. Оуэн с платком присел на корточки, чтобы встретиться с Нуксом взглядом. Не забыв при этом положить руку ему на бедро.

— Пары отменили из-за одной мелкой проблемки. Заменят на практику. Наверное, сегодня-завтра. Да и каникулы на носу, всё равно остались только консультации по заданиям?

Задания-то сдавать скоро, консультации как раз нужны. Нукс хотел было возразить, но оставшееся терпение помогло сдержаться.

— Помнишь вчерашние внезапные перебои с электричеством? Могло что-то сломаться, так что профессора и весь персонал сейчас проверяют материалы и оборудование, сохранённые на серверах. Только сегодня слышал, что в лаборатории что-то украли, и начали расследование, не связано ли это с тем отключением. Поэтому студенты работают над заданиями каждый в своём личном пространстве.

— Так что, может, и ты, Нукс, поработаешь над заданиями в личном пространстве? И самочувствие у тебя неважное. Конечно, если ты скажешь, что хочешь иначе, я мигом перевезу всё сюда.

Явно уже перевёз и говорит. Нукс посмотрел на Оуэна с недоверием, но кивнул. Просто сдался, потому что ничего другого не оставалось. Увидев это, Оуэн с платком просиял, сам развернул кресло Нукса и покатил его.

— Давай сначала поедим. У тебя, наверное, сил совсем не осталось.

А потом сделаем ещё укол.

Тихих слов, последовавших за этим, Нукс не расслышал. Потому что был слишком занят, отворачиваясь от Оуэна, который шёл рядом и, ухмыляясь, косился на него.

◇◇◇

Среди древних поговорок, дошедших до нас из глубины веков, есть одна: человек — животное, способное привыкнуть ко всему. Раньше Нукс считал, что эта поговорка игнорирует время и усилия, необходимые для привыкания, но сегодня она показалась ему не лишённой смысла.

Можно ли вообще так расслабленно себя чувствовать в подобной ситуации?

Нукс уже несколько дней, с самого утра после их связи, жил и питался в лаборатории Оуэна. Самочувствие было неважным, да и из-за кражи, случившейся одновременно с отключением электричества, ему требовалось личное пространство, где можно было бы собирать разные курсовые проекты. У Оуэна имелись всевозможные передовые устройства для сборки, и он предоставлял их бесплатно.

Больше всего Нуксу понравился ремонтный робот, которым можно управлять с помощью мозговых волн даже из помещения, отдельного от сборочного цеха. Работа с химикатами, как ни защищайся, всегда опасна. Лаборатории закрывались в три часа ночи в том числе и поэтому — для обслуживания систем безопасности и дезинфекции помещений. Ну и, конечно, чтобы студенты не сидели там ночами напролёт.

Но возможность собирать детали в отдельном помещении с помощью нейроинтерфейса ни с чем не сравнима. Благодаря этому Нукс мог в комфортной обстановке, в большей безопасности, сосредоточиться на создании робота для своего задания.

К тому же здесь имелись почти все нужные детали, а если чего-то не хватало, Оуэн в течение часа это добывал, так что проблем не возникало.

Если не считать того, что мы не разговариваем.

Нукс снял нейроинтерфейс и потянулся. Он уже привычным движением хотел повернуть вращающуюся подставку для защитных очков, но, вспомнив, что очков на нём нет, отдёрнул руку.

Последние несколько дней Нукс с Оуэном не разговаривал. Потому что боялся: стоит только заговорить, как он сам себе выроет могилу, да не просто заколотит крышку гроба, а ещё и запаяет, и землёй присыплет. Времени на что-то кроме учёбы, конечно, почти не было. Но, судя по прошлому опыту, Оуэн мог пристать к нему и в эти редкие минуты.

В последнее время он так не делает.

Вёл он себя совсем не как тот инопланетянин, который, по его же словам, кончал от одного только взгляда. Конечно, он всё ещё вздрагивал, но уже не ныл, что не может ходить.

Наверное, потихоньку привыкает.

— Хм...

Нукс вспомнил вчерашнего Оуэна. Как тот спросил, не устал ли он, и целый час массировал ему ноги.

В другое время непременно завёл бы шарманку про течку или ещё что, а тут правда только ноги мял.

Конечно, если бы у него опять началась течка и он полез бы к его ногам, Нукс первым делом отбил бы его руки. Но последние дни Оуэн действительно только делал массаж.

Понятия не имею, что у него на уме, но, по крайней мере, спать он не мешает.

Кровать Оуэна была такой широкой, что на ней свободно поместились бы трое таких, как он. Накануне Нукс, даже сделав полтора оборота, не мог свесить с неё ноги. Если Оуэн не приставал, можно было считать, что комната в общаге просто чуть тесновата. У Нукса хватало нервов на такое отношение.

Более того, он спокойно спал, даже если рядом кто-то возился, и не обращая ни на кого внимания, ворочался во сне. Такая хорошая адаптация к совместному проживанию была, можно сказать, его особым талантом. Жалко только того, с кем он живёт в одной комнате. Нукс заложил руки за голову, глубоко откинулся на спинку стула и, сидя на пятках, оттолкнулся ногой от стола. Когда он вытянул ноги и потянулся, позвонки громко хрустнули.

— Пожалуй, передохну.

Хотя он и так всё время отдыхал, Нукс подумал об отдыхе более основательном. Сборка ремонтного робота шла гладко, и он был уже почти готов. Что значит «почти»? Осталось только закрыть внешнюю обшивку. Остальные задания тоже продвигались без проблем, потому что Оуэн помогал с поиском материалов.

Хотя помогал он не только с поиском.

Он ещё и конспектировал. Нукс вспомнил, как вздыхал над огромным объёмом информации. После одного его вздоха Оуэн без единой жалобы выделил самое важное и нужное, а то, что он не понимал, объяснял ему, как на уроке. Где ещё найдёшь такого благодетеля во время сессии?

Нукс был землянином, который помнит добро и умеет мстить. Правда, добро он помнит и отдаёт один раз, зато мстит всю жизнь, пока память не сотрётся.

Что ж, с заданиями почти покончено, слухи, наверное, поутихли. Пора бы и выбираться отсюда.

Жить здесь, не разговаривая, объясняясь только жестами и вздохами, удобно. И работать удобно, и до сдачи проектов добираться легче, чем из общежития.

И кормят, и массаж делают. Да ещё и деньги исправно платят.

Оуэн высчитывал всё время, которое Нукс проводил в лаборатории, и переводил деньги на его счёт. Глядя на растущую с каждым днём сумму, Нукс постепенно переставал удивляться тому, как сильно был поражён в первый раз.

Говорят же: человека ненавидь, а денег не ненавидь.

Разве была такая поговорка? Если нет, то теперь будет.

И на работу ходить удобно.

Ходить на работу, положим, было необязательно: достаточно просто отметиться и уйти, но иногда он не поднимал задницу даже для этого. Кто-то мог бы сказать, что Нукс поступает непорядочно. Но Нукс был на своей стороне непоколебимо.

Разве я просил его об этом? Я просто посмотрел и один раз вздохнул, а он сам всё сделал. Значит, заслужил, раз делает. Для него это сущие пустяки. И что, я должен останавливать этого великого асангаина? Останавливать его? Я, который и в глаза-то ему посмел бы смотреть с трудом, до того он большая шишка.

Нукс уверял себя, что не в силах влиять на решения этого великого асангаина. Никто его не слышал, но это было нужно, чтобы заглушить протестующий писк крошечной, с просяное зёрнышко, совести, застрявшей где-то в душе.

Всё это потому, что я слишком добрый. Когда же я наконец научусь думать только о себе?

Нукс искренне вздохнул и потёр грудь. Сегодня днём, после сдачи последнего задания — ремонтного робота, — наступит полное окончание семестра.

Завтра надо сказать, что я ухожу.

Хотя бы на словах. Нукс пробормотал это про себя.

А если будет упрашивать остаться, то, так и быть, поживу ещё пару дней. Хотя, похоже, я слишком расслабился.

Нукс прищуренными глазами обвёл все углы комнаты. Искал камеры, которые, как ему казалось, здесь могли быть, хотя он их и не находил. Пошевелив пальцами ног, чтобы расслабить икроножные мышцы, Нукс закинул ноги на стол и подтянулся к себе. Оставшийся отдых можно было отложить и на потом, после того, как задание будет полностью готово и сдано.

Наконец-то. Наконец-то!

Радость и удовольствие от того, что он сможет стать «ленивым», велики, но и усталость накопилась чудовищная. Нукс надел нейроинтерфейс и мысленно попрощался с Дельтой 550. В тот момент, когда внешняя обшивка закрылась, его захлестнуло горячее чувство удовлетворения. Тщательно проверив последние штрихи, Нукс вскочил с места.

Он погрузил готовую Дельту 550 на кресло-помощник, которое одолжил у Оуэна накануне. Времени было достаточно, но не хотелось из-за своей нерасторопности опоздать.

Заодно и отчёт о работе сдам.

Хотя он направлялся делать свои дела сам впервые за долгое время, шаг был лёгким. Словно вырвали больной зуб. Нукс двигался по коридору, соединявшему лабораторию Оуэна с институтом. Ему пришлось бы самому отключать уборочных роботов на пути в лабораторию, но делать этого не потребовалось.

Потому что, зная, что он пойдёт, Оуэн вышел встречать, заранее всё уладив.

— На занятия?

— ......

Вместо ответа Нукс кивнул. Оуэн протянул руку, чтобы взять его за руку, но Нукс заметил это и, увернувшись, развернулся корпусом. Рука, рассекшая воздух, бессильно упала. Оуэн опустил глаза. Густые ресницы его дрожали, отбрасывая тени. Вид у него был довольно жалкий, но Нукс счёл это притворным прибеднением.

Он отряхнул руку, которую едва не схватили, и Оуэн тихо вздохнул. Соединив кончики указательного и большого пальцев левой руки в кольцо, он по очереди просунул в него пальцы правой — от указательного до мизинца.

И что? Чего это он?

Нукс злобно уставился на Оуэна, потом отвернулся. Пока он отвлёкся, драгоценное время ушло. Оуэн окликнул его сзади, но Нукс покачал головой, делая вид, что очень занят. Понял ли тот намёк? Оуэн не пошёл следом. Но когда Нукс обернулся, тот стоял с умоляющим лицом и протягивал к нему сжатый кулак.

— ...Блядь, этот ублюдок.

Что за невыносимо мерзкое чувство. Если бы не «старший», если бы он не шёл сдавать задание, он бы с радостью выбил из него дух, как выбивают зёрна из спелого кукурузного початка. Храбро говорил, но, боясь, как бы его не услышали, Нукс пробормотал это еле слышно. Решив, что лучше не смотреть, он резко отвернулся и зашагал прочь.

Сдал заранее написанный отчёт о работе и сразу направился в лабораторию сдавать проект. Робот был объёмным, поэтому сдать его в аудитории для лекций было нельзя. Нукс с гордостью смотрел на своего робота-ремонтника, который сильно отличался от первоначального замысла. Благодаря вложенным деньгам, он мог похвастаться несравненно лучшими характеристиками.

Он осторожно погладил корпус, покрытый новенькой краской, мысленно попрощался с ним в последний раз и отошёл.

Окончание семестра. Не означает ли это слово истинную свободу? Однако у студентов, вернувших себе свободу, лица были нерадостные. Хотя, конечно, они у них и так редко бывают радостными из-за недосыпа, недостатка движения, переутомления, стресса и всяких сопутствующих желудочно-кишечных расстройств, сегодня имелась особая причина.

И надо же было этой краже случиться именно во время отключения электричества.

Кражи случались всегда, но зачем надо было украсть именно тогда, когда погас свет, и именно такую крупную вещь?

На его месте я бы, конечно, сделал то же самое.

Быстро и тихо, чтобы правая рука не знала, что делает левая.

Просто не повезло.

Обычное дело, но почему школе вдруг понадобилось устраивать тотальные проверки? Впрочем, раз они там занимаются улучшением разных систем, это можно считать частью улучшений.

Проблема в том, что все тыкали друг в друга пальцем.

То, в чём раньше только подозревали, но не могли доказать за отсутствием улик, и то, что, найдя улики, не могли вернуть, потому что все клялись, что тоже купили такое же, теперь, как цепная реакция, выплыло наружу. Студенты не стесняясь доносили друг на друга и шантажировали. За пять дней недоверие между ними выросло до небес, пробивая искусственную атмосферу, и никто не хотел оставаться в лабораториях.

Как и говорил Оуэн.

— Хм.

Чёрная у него душа.

Нукс прищурился, вспоминая Оуэна. Гейл, приняв этот взгляд на свой счёт, незаметно приблизился и заговорил с ним.

— В том разговоре на днях... Ты это имел в виду?

Сказано тихо, почти про себя, но разобрать можно. Нукс повернул к нему голову и усмехнулся.

— Что именно?

— Не отпирайся.

— А чё, ты тоже в донесении поучаствовал?

Гейл фыркнул, словно услышал полную чушь. Он откинул со лба сальные волосы — похоже, немытые уже несколько дней.

— Я просто слышал такие разговоры, и тебе о них рассказал. И всё.

— То есть это не ты донёс?

Нукс кивнул. Для убедительности даже руки поднял, дескать, клянусь. Нукс правда не доносил. Просто несколько раз повторил Оуэну имя Гейла.

— Некогда было. Я ещё и болел всё это время.

— Чего болел-то?

— На лестнице поскользнулся, копчик отбил.

Ну, не поскользнулся, но что-то с копчиком и правда было. Типа той самой течки.

— Времени на работу всё меньше, а возни — прорва. Думал, совсем ничего не успею, и вбухал туда всё, что на подработке заработал. Новые детали купил.

— А меня вот подозревать стали, пришлось все запчасти, на которые документов нет, снять и новые поставить.

Гейл жаловался, что за это время чуть не умер от недосыпа, на что Нукс лишь посвистел в ответ.

— Слышь, но ты же жив. Живой. Дышишь ещё, и ладно.

Нукс незаметно огляделся. Кое-кто из студентов, сдавших задания, не в силах ждать, просто повалился на пол и спал мёртвым сном.

Эх, надо было и их так замучить.

Нукс с сожалением покачал головой. В прошлую сессию он сам смотрелся не лучше. Когда очнулся после такого же обморока, на лице у него появились нарисованы рожицы.

Почитая славные традиции Марсианского инженерного института, Нукс достал ручку. Приятно видеть, что нашлись и другие хранители традиций, так что на душе стало спокойно. Вспомнив о долге перед Гейлом, который он так и не вернул, Нукс в полной мере проявил свой художественный талант на чужом лице. Видимо, от усердия его разморило. Захотелось есть. Можно было бы вернуться в лабораторию Оуэна и поесть там, но сегодня ему этого не хотелось.

Как раз нашлась компания по душе, и Нукс отправился с ними за пределы института.

Раньше он и мечтать о таком не мог. Каникулы для Нукса были просто временем, чтобы заработать денег на следующий семестр. Ни мыслей о том, чтобы выпить, ни денег на это не оставалось. Сейчас же он решил наслаждаться жизнью по полной.

Но стоило ему настроиться на отдых, как выяснилось, что у остальных силы на исходе. Желание у них имелось не меньше, чем у Нукса, но переутомление взяло своё, и хмель ударил в голову слишком быстро. Предложили пойти в общагу и допить там, но, судя по всему, наступит это уже после того, как они выспятся.

— Как соберётесь, зовите, — бросил Нукс и вышел из компании.

Просто не хотелось возвращаться. Его так и распирало от смеха, и земля под ногами ходила ходуном. Далеко он не ушёл, присел на ближайшую скамейку, и тут перед ним закружилась голограмма-листовка. Нукс отмахнулся от надоедливой рекламы, заслонявшей обзор.

И вдруг одна листовка привлекла его внимание.

С чего бы это? Не порно же. Обычная реклама распродажи в универмаге по соседству. Обычно он на такое и не смотрел, но сейчас взгляд зацепился за нижнюю строчку: «Выразите свои чувства маленьким подарком». Там был изображён платок. Набор из трёх штук, и цена, даже в пьяном уме, смехотворно низкая.

Нукс на мгновение заглянул в свой счёт, вскочил и решительно зашагал.

Напевая что-то, слов он толком не знал, сунув руки в карманы, он направился в сторону универмага.