39. Небо в глазах.
Музыкальное сопровождение к главе:
- The Smiths - There Is a Light That Never Goes Out
- Arctic Monkeys - 505
- Lana Del Rey - Video Games
- My Chemical Romance - I Don't Love You
- Taylor Swift - Enchanted
- Полина Гагарина - небо в глазах
_______________________________________________
Семнадцатое декабря в Хогвартсе было похоже на гигантский котёл, готовый вот-вот взорваться от перенапряжения. Воздух в Большом зале за завтраком гудел от сплетен и нервного смеха. До бала оставалось чуть больше недели, и темпы этой социальной гонки достигли пика.
Эшли, сидевшая за слизеринским столом, с видом эксперта по катастрофам наблюдала, как первокурсник-пуффендуец, красный как варёный рак, пытался вручить замысловато сложенную записку когтевранке, которая смотрела на него с выражением вежливого недоумения.
- Смотри-ка, - толкнула её локтем Розетта, с жадностью уплетавшая оладьи с коричневым сахаром. - Кажется, наш милый Элвин снова вошёл в стадию отчаяния. Смотри, как он на тебя смотрит. Будто щенок, которого только что пнули. -
Эшли, не поворачивая головы, скользнула взглядом в сторону стола гриффиндорцев. Элвин Кигон сидел, уставившись в свою тарелку с овсянкой, словно надеясь в ней утонуть. Его плечи были ссутулены, а аура страдания была настолько густой, что, казалось, затмевала даже аромат жареного бекона.
- Его проблемы меня не волнуют, - буркнула Эшли, отпивая глоток кофе. - Он сам себя загнал в этот угол. -
- Ну, знаешь, - Розетта философски вздохнула, - с его-то уровнем подкатов, он либо станет великим комиком, либо умрёт в одиночестве. Пятьдесят на пятьдесят. -
Внезапно гул в зале стих, сменившись взрывом восхищённых возгласов и аплодисментов. Все головы повернулись к входу в зал. Там, на пороге, стояла Пандора Розье, когтевранская староста. Но не это привлекло всеобщее внимание.
Рядом с ней, держа её за руку, стоял Ксенофилиус Лавгуд, парень с седьмого курса когтеврана. Он был высоким, очень худым, с взъерошенными волосами цвета льна и странным, отрешённым взглядом. Но сейчас этот взгляд был прикован к Пандоре, и в нём светилось что-то невероятно тёплое и преданное. На его шее красовался огромный, нелепый, но сделанный явно с любовью кулон в виде радиолы, переливающийся всеми цветами радуги.
Они не просто вошли. Они парили. Казалось, они двигались в своём собственном, слегка замедленном и сияющем измерении, не замечая никого вокруг. Пандора, обычно такая сдержанная, сияла, как сотня свечей, а Ксенофилиус смотрел на неё так, будто она была самым невероятным существом во вселенной.
Они прошли к своему столу, и зал постепенно вернулся к привычному гулу, но теперь с новой темой для обсуждений.
- Вот чёрт, - прошептала Розетта, впечатлённо глядя им вслед. - Вот это да. Я думала, такие пары только в дурацких любовных романах бывают. Они же с другой планеты. -
- Выглядит болезненно, - фыркнула Эшли, но в глубине души её что-то кольнуло. В этой нелепой, наивной и такой искренней сцене была какая-то странная, необъяснимая магия. Та самая, которой так не хватало в её собственной, запутанной ситуации.
Её взгляд снова, помимо воли, нашёл Римуса за гриффиндорским столом. Он сидел, уставившись в свою тарелку, и его поза была удивительно похожа на позу Элвина Кигона - такая же сгорбленная, такая же полная молчаливого страдания. Разница была лишь в том, что страдание Элвина было громким и театральным, а римусово - тихим, глубоким и от этого ещё более невыносимым.
«Ну же, Люпин, - подумала Эшли с внезапной яростью. - Хватит уже пялиться в свою кашу. Сделай что-нибудь. Или дай мне знак, что я должна сделать это первой, потому что я, блять, уже устала ждать».
Но Римус не подавал никаких знаков. Он просто сидел, словно вкопанный, и его неподвижность была громче любого признания.
После завтрака, по пути на Трансфигурацию, они с Розеттой стали свидетелями ещё одной сцены. Возле статуи одноглазой ведьмы Джеймс Поттер, сцепив руки в замок, с преувеличенным пафосом декламировал Лили что-то про «её глаза - два изумруда в оправе из рыжих облаков».
Лили стояла, скрестив руки на груди, и её лицо выражало такую степень безразличия, что могло бы заморозить лаву.
- Поттер, - холодно прервала она его, - если ты не прекратишь нести этот бред в ближайшие пять секунд, я проверю, насколько хорошо твой язык переносит трансформацию в желе. И это будет необратимо. -
Джеймс, ни капли не смутившись, расплылся в ухмылке.
- Но это же романтично! Я ночь не спал, сочинял! -
- И зря потратил время, - Лили развернулась и пошла прочь, её рыжие волосы развевались как боевое знамя. - Выучи лучше заклинания для НЗТИ. Пригодится больше. -
Джеймс смотрел ей вслед с обожанием, смешанным с досадой.
- Ну ничего, - громко сказал он, обращаясь к пустому коридору. - Я её растоплю! Она не устоит перед моим шармом! -
Розетта, наблюдая за этим, покачала головой.
- Бедный Поттер. Он либо самый упёртый парень на свете, либо самый глупый. -
- И то, и другое, - безразлично бросила Эшли, проходя мимо. - В нём это сочетается в идеальной пропорции. -
Весь оставшийся день Эшли чувствовала себя как на иголках. Каждая случайная встреча с Римусом в библиотеке, каждый взгляд, брошенный через зал, каждый слух о том, что кто-то ещё собирается пригласить её (ходили упорные слухи, что Сэмюэль Эйвери уже разнюхал, что она «свободна», и обдумывает свой ход) - всё это закручивалось в тугой, нервный клубок у неё в груди.
Её демон, чувствуя её растущее раздражение и нетерпение, лениво ворочался на дне её сознания, и несколько раз стеклянные флаконы на полках в кабинете зельеварения звенели чуть громче обычного, когда она проходила мимо. Она сжимала кулаки, заставляя его успокоиться. Не сейчас. Только не сейчас.
Вечером она не пошла в библиотеку. Вместо этого она забралась на Астрономическую башню - своё излюбленное место для побега. Холодный ветер бил в лицо, срывая с губ невысказанные слова. Замок внизу сиял огнями, таким прочным и неизменным, в то время как внутри него кипели такие хрупкие и недолговечные человеческие драмы.
Она достала пачку «Галуаз», стащенную у Сириуса, и закурила. Дым, горький и знакомый, немного успокоил нервы. Она смотрела на звёзды и думала о Римусе. О его тихих улыбках. О его спокойном голосе, который мог объяснить самую сложную тему так, что всё становилось на свои места. О том, как он смотрел на неё в тот вечер после концерта, в купе поезда, - с таким пониманием, с такой теплотой, что у неё перехватывало дыхание.
И тогда она поняла. Поняла, что ждать больше не может. Что эта неопределённость съедает её изнутра. Что её гордость, её слизеринское высокомерие - ничто по сравнению с этим томительным ожиданием.
Она не знала, что его останавливает. Может, он просто стесняется. Может, он думает, что она откажет. Может, у него есть свои, сложные, римусовские причины молчать.
Но она - Эшли Блэк. И Блэки не ждут, пока судьба сама упадёт им в руки. Они берут то, что хотят. Или, по крайней мере, пытаются.
Она с силой раздавила окурок о камень парапета. Решение было принято. Если он не сделает шаг до конца недели, это сделает она. Чёрт с ним, с приличиями. Чёрт с ним, с его неуверенностью. Она даёт ему время до пятницы. А потом... потом она сама подойдёт и спросит. Прямо, без намёков и дурацких стихов.
С этим решением на душе стало легче. Ярость и нетерпение отступили, сменившись холодной, сосредоточенной решимостью. Она спустилась с башни и направилась в подземелье, чувствуя, как с каждым шагом её уверенность растёт. Пусть он боится. Пусть сомневается. Она - нет.
***
Восемнадцатое и девятнадцатое декабря прошли в мучительном, тягучем ожидании. Казалось, время замедлилось специально, чтобы продлить её агонию. Римус избегал её взгляда ещё усерднее, чем обычно. Он казался ещё более бледным и уставшим, будто ночи напролёт разгадывал какую-то неразрешимую задачу.
Эшли наблюдала за ним с противоположного конца библиотеки. Он сидел, сгорбившись над книгой, но его взгляд был пустым и отсутствующим. Он не переворачивал страницы, просто сидел и смотрел в одну точку, его пальцы нервно постукивали по столу.
«Ну же, - мысленно подгоняла она его. - Всего одно слово. Просто подойди и скажи».
Но он не подходил.
Наступило утро двадцатого декабря, пятница. Последний день её ультиматума. За завтраком напряжение достигло такого накала, что Эшли едва могла есть. Она чувствовала себя как струна, вот-вот готовая лопнуть.
Розетта, сидевшая рядом, что-то болтала о том, как Эван Розье подарил ей на пробу новое зелье для блеска волос, но Эшли почти не слышала её. Её взгляд был прикован к гриффиндорскому столу.
И тут она увидела это. Римус вдруг резко поднял голову. Его взгляд встретился с её взглядом через весь зал. И в его глазах она увидела не привычную неуверенность или страх, а что-то другое. Решимость. Хрупкую, едва заметную, но настоящую.
Он медленно кивнул. Совсем чуть-чуть. Но она поняла.
Сердце у неё в груди сделало кувырок. Он понял. Он принял решение.
Всё утро они двигались как в каком-то странном, замедленном танце. На истории магии он сел на два ряда позади неё, но она чувствовала его взгляд на своей спине. На зельеваровании их котлы стояли через проход, и когда она уронила щипцы, он первым потянулся, чтобы поднять их. Их пальцы едва коснулись, и она почувствовала, как по её руке пробежали мурашки.
После уроков она знала, куда он пойдёт. В их уголок в библиотеке. Она подождала пять минут, давая ему время устроиться, и затем направилась туда же.
Он сидел за их столом. Перед ним лежала открытая книга, но он не читал. Он ждал. Увидев её, он поднял на неё взгляд, и его лицо было серьёзным и сосредоточенным.
Эшли подошла и остановилась напротив, положив руки на спинку стула.
- Римус, - сказала она, и её голос прозвучал чуть хриплее, чем она хотела. - У меня к тебе вопрос. -
Он сглотнул, и его кадык нервно дёрнулся.
- Я слушаю, - тихо ответил он.
Она сделала глубокий вдох, собираясь с духом. Весь её план, все её приготовленные фразы - всё это вылетело из головы. Осталась только простая, прямая правда.
- Ты собираешься пригласить меня на этот дурацкий бал, или мне нужно уже начинать рассматривать кандидатуры вроде Элвина Кигона? -
В библиотеке повисла тишина. Казалось, даже пыль на полках замерла в ожидании. Римус смотрел на неё, и на его лице боролись самые разные эмоции - шок, страх, и что-то похожее на облегчение.
Он медленно поднялся из-за стола. Его движения были осторожными, будто он боялся спугнуть этот момент.
- Эшли, - начал он, и его голос был низким и немного дрожащим. - Я хотел... -
Он замолчал, снова сглотнув комок в горле. Он смотрел на неё - на её короткие, непослушные волосы, на её острый, решительный подбородок, на её глаза, в которых сейчас плескалась смесь нетерпения и уязвимости. И все его страхи, все его сомнения, вся та стена, которую он годами выстраивал между собой и миром, в этот момент показались ему такими хрупкими и ненужными.
Он сделал шаг вперёд.
- Эшли, - повторил он, и на этот раз его голос звучал твёрже. - Пойдёшь со мной на бал? -
Она смотрела на него, и медленная, настоящая улыбка начала растягивать её губы. Это была не её обычная язвительная усмешка, а что-то мягкое, тёплое и по-настоящему счастливое.
- Да, - просто сказала она. - Пойду. -
Они стояли друг напротив друга, и воздух между ними больше не был напряжённым. Он был наполнен тихим, спокойным пониманием. Всё сложное, всё невысказанное осталось позади. Остался только простой вопрос и простой ответ.
Римус улыбнулся в ответ. Это была редкая, немного неуверенная, но искренняя улыбка, которая на мгновение согнала тень усталости с его лица.
- Хорошо, - кивнул он. - Тогда... договорились. -
- Договорились, - подтвердила Эшли.
Она развернулась и пошла прочь, чувствуя, как лёгкость разливается по всему её телу. Она не оглядывалась, но знала, что он смотрит ей вслед. И впервые за долгое время её будущее не казалось ей битвой. Оно казалось... многообещающим.
***
В тот вечер гриффиндорская гостиная взорвалась. Джеймс Поттер, узнав новость от сияющего Римуса, подпрыгнул так высоко, что чуть не задел головой люстру.
- Он сделал это! - завопил он, хватая Сириуса за плечи и тряся его. - Лунатик сделал это! Наша малышка наконец-то повзрослела!* -
Сириус, отбиваясь от него, ухмыльнулся во всю ширину рта.
- О да! Моя сестрёнка и мой лучший друг! Теперь я буду вечно этим травить вас обоих! Это просто идеально! -
Марлин, сидевшая у него на коленях, рассмеялась и потрепала его по волосам.
- Успокойся, Сириус. А то сейчас лопнешь от гордости. -
Лили, вязавшая что-то зелёное в углу, смотрела на всю эту сцену с мягкой, одобрительной улыбкой. Она поймала взгляд Римуса и подмигнула ему. «Я же говорила».
Римус сидел в своём кресле и не мог сдержать улыбки. Тяжёлый камень наконец свалился с его души. Да, страх никуда не делся. Сомнения остались. Но сейчас, в этот момент, под оглушительный гам друзей, он чувствовал себя... счастливым. По-настоящему счастливым. И этот страх перед будущим, перед его собственной природой, отступил на второй план, побеждённый простым, ясным чувством, которое он наконец позволил себе признать.
А в слизеринском подземелье Эшли, лёжа в кровати и глядя в полог, думала о том, что, возможно, быть уязвимой - это не так уж и страшно. Особенно когда на другой стороне - кто-то, кто боится не меньше тебя. И улыбка не сходила с её лица до самого сна.
***
Двадцать первое декабря в Хогвартсе было отмечено особым, лихорадочным возбуждением. Снег падал за окнами густыми хлопьями, застилая замок белым покрывалом, но внутри царила атмосфера раскалённой добела энергии. До бала оставалось всего пять дней.
Эшли проснулась с непривычно лёгким сердцем. Решение было принято, неопределённость осталась позади. Теперь её мысли занимали более приземлённые, но оттого не менее важные вопросы. Например, что надеть на это дурацкое мероприятие.
Розетта, естественно, уже вовсю готовилась.
- Смотри! - она разложила на своей кровати целую коллекцию вырезок из модных журналов. - Я думаю, мне подойдёт что-то в стиле ампир. Или, может, более дерзкое? С открытой спиной? Эван обалдеет! -
Эшли, чистя зубы, с скептицизмом разглядывала разложенные картинки.
- Выглядит как наряд для жертвоприношения древнему богу, - пробормотала она сквозь пену.
- Фу, какая ты не романтичная! - Розетта швырнула в неё подушкой. - А ты уже думала о своём наряде? Тебе нужно что-то, что подчеркнёт твою... э-э-э... колючую элегантность. -
Эшли сплюнула пасту и вытерла лицо.
- У меня есть то самое платье, что ты заказывала. Цвета сапфировой ночи, кажется. -
- О, да! - Розетта всплеснула руками. - Оно должно быть уже здесь! Нужно срочно забрать его с совиной почты и примерить! -
После завтрака они направились в школьную почтовую службу. Воздух в помещении был густ от запаха перьев, пыли и волнения. Сотни студентов толпились у ячеек, получая посылки с нарядами и аксессуарами. Эшли с трудом пробилась к своей ячейке и достала большой, плоский свёрток.
Вернувшись в спальню, они развернули его. Платье лежало на тонкой шёлковой подкладке, переливаясь глубоким синим цветом. Оно было длинным, с одним открытым плечом и строгим силуэтом, который лишь намёком обрисовывал фигуру. Серебряная вышивка на ткани напоминала звёздные узоры.
- Боги, - выдохнула Розетта. - Это... это идеально. Примеряй. Немедленно. -
Эшли, немного поколебавшись, надела платье. Ткань оказалась прохладной и приятной на ощупь. Она подошла к зеркалу.
Отражение было поразительным. Платье сидело как влитое, подчёркивая её хрупкие, но чёткие линии. Синий цвет заставлял её серо-зелёные глаза казаться ярче, почти светящимися. Короткие волосы лишь добавляли образу дерзкой, современной элегантности. Она выглядела... не собой. Или, может, более собой, чем когда-либо.
- Чёрт возьми, Эш, - прошептала Розетта, обходя её вокруг. - Ты похожа на... на звёздную принцессу-воительницу. Или на богиню хаоса. Это невероятно. -
Эшли покрутилась перед зеркалом, изучая своё отражение. Ей нравилось. Чёрт возьми, как же нравилось. Это платье было не просто тряпкой. Оно было доспехами. Оружием. И она чувствовала себя в нём непобедимой.
- Да, - сказала она просто. - Сойдёт. -
- «Сойдёт»? - фыркнула Розетта. - Да Люпин упадёт в обморок, как только тебя увидит! Если, конечно, он вообще способен на такие яркие эмоции. -
Мысль о Римусе снова вызвала лёгкое волнение в груди Эшли. Как он будет выглядеть? Сможет ли он танцевать? Сможет ли она? Вопросов было больше, чем ответов.
Вечером того же дня компания собралась в гриффиндорской гостиной для «стратегического совещания». Джеймс, сияя как ёлочная игрушка, раздавал указания.
- Так, слушайте все! Бал - это не просто танцы и пунш. Это поле битвы! Поле битвы за сердца и умы! А точнее - за сердце и ум одной конкретной рыжей ведьмы! - он многозначительно посмотрел на Лили, которая, закатив глаза, углубилась в книгу.
- Твоя тактика, Поттер, пока что приносит результаты, сравнимые с попыткой тролля решить головоломку, - сухо заметил Сириус, развалившись на диване с Марлин.
- Заткнись, Бродяга! На этот раз у меня есть план! - Джеймс вытащил из кармана смятый листок. - Я выучил... несколько танцев. -
В гостиной воцарилась кратковременная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в камине.
- Ты... выучил? - недоверчиво переспросил Сириус. - Танцы? Добровольно? -
- Ну, да, - Джеймс покраснел. - Я заставил Лунатика меня научить. Ну, так, основы. -
Все взгляды переместились на Римуса. Тот сидел в своём кресле, слегка смущённый, но улыбающийся.
- Он... был весьма упорным учеником, - дипломатично заметил он.
- Упорным - это мягко сказано, - фыркнула Лили, не отрываясь от книги. - Я на прошлой неделе застала его в пустом классе заклинаний. Он пытался вальсировать со шваброй. Швабра, кажется, была более способной партнёршей. -
Джеймс возмущённо надулся, но тут же перевёл стрелки.
- Ладно, хватит обо мне! А что наш скромный герой? - он хлопнул Римуса по плечу. - Готов произвести впечатление на нашу колючую розу? -
Римус слегка покраснел, но улыбка не сходила с его лица.
- Я постараюсь не наступить ей на ноги, - сказал он тихо. -
- О, не скромничай! - вступила Марлин. - Мы все знаем, что ты скрываешь в себе грациозную лань... ну, или кого-то в этом роде. -
Эшли, сидевшая рядом с Розеттой, наблюдала за этой сценой с лёгкой улыбкой. Было странно и приятно видеть себя объектом таких лёгких, добрых подшучиваний. Не колких насмешек, не оценок, а именно дружеских подначек.
- Не переживай, Римус, - сказала она, встречаясь с ним взглядом. - Я, в отличие от Поттера, не стану сравнивать тебя со шваброй. Если, конечно, ты не проявишь чудеса неуклюжести. -
Римус улыбнулся в ответ, и в его глазах вспыхнули те самые тёплые искорки, которые заставляли её сердце биться чуть чаще.
- Постараюсь оправдать ожидания, - пообещал он.
Разговор плавно перетёк на обсуждение деталей. Кто с кем пойдёт, кто что наденет, какую музыку, по слухам, будут играть...
- Говорят, Дамблдор пригласил какую-то знаменитую группу пикси-певиц, - с важным видом сообщила Розетта.
- О, боги, - застонал Сириус. - Только не это. Их пение способно разбить стекло. И мозги. -
- А я слышала, что будет маггловский оркестр, - добавила Лили. - По инициативе профессора Дамблдора. Чтобы «расширить наши культурные горизонты». -
- Вот это уже интереснее, - оживился Сириус. - По крайней мере, будет под что по-настоящему оторваться. -
Эшли слушала их болтовню, и чувство лёгкого волнения в груди росло. Возможно, этот бал и правда мог быть... веселым. Не просто обязательным мероприятием, а настоящим событием.
Позже, когда компания начала расходиться, Римус задержался у выхода из гостиной, словно что-то выжидая. Эшли, проходя мимо, остановилась.
- Всё в порядке? - спросила она.
Он кивнул, немного нервно поправляя очки.
- Да, просто... хотел спросить. Ты не против, если мы... ну... встретимся перед входом в зал? Вместе зайдём? -
Эшли улыбнулась. Это было так на него похоже - галантно и немного старомодно.
- Конечно, не против, - сказала она. - Договорились. -
Он улыбнулся в ответ, и на его лице появилось выражение облегчения.
- Отлично. Тогда... до завтра. -
- До завтра, Римус. -
Она вышла в коридор, чувствуя, как по её щекам разливается лёгкий румянец. Эта простая договорённость казалась ей чем-то гораздо большим, чем просто практической деталью. Это было началом. Началом чего-то нового.
Розетта, поджидавшая её снаружи, тут же набросилась с расспросами.
- Ну? О чём это вы там шептались? Он уже признался тебе в любви? Предложил руку и сердце? -
- Заткнись, Роззи, - беззлобно огрызнулась Эшли. - Он просто спросил, не против ли я, если мы зайдём вместе. -
Розетта захлопала в ладоши.
- О, как мило! Как по-старомодному! Римус - настоящий джентльмен! В отличие от некоторых, - она многозначительно посмотрела в сторону гостиной, откуда доносился голос Джеймса, что-то доказывающего Сириусу.
Возвращаясь в подземелье, Эшли думала о том, что, возможно, Розетта была права. Иногда старомодность - это не так уж и плохо. Особенно когда она исходит от кого-то вроде Римуса Люпина.
***
Двадцать второе декабря принесло с собой новую порцию волнений. На этот раз - академических. Профессор МакГонагалл объявила о внезапной контрольной по Трансфигурации прямо перед каникулами.
- Но, профессор! - взмолился один из гриффиндорцев. - У нас же бал! -
- Миссис МакКиннон, - холодно парировала МакГонагалл, - магия не ждёт удобного момента. И, насколько мне известно, ваш мозг должен быть способен думать о нескольких вещах одновременно. Если, конечно, он вообще способен думать. -
Эшли, в отличие от многих, была почти рада контрольной. Это отвлекало от навязчивых мыслей о предстоящем мероприятии. Она с головой ушла в повторение сложных трансформационных формул, находя утешение в их чёткой, неоспоримой логике.
На самом экзамене ей досталось превращение совы в бинокль. Задача была не из лёгких, но Эшли справилась с ней почти машинально. Её бинокль получился идеальным - с гладкими линзами и чёткими механизмами настройки.
МакГонагалл, проверяя её работу, одобрительно кивнула.
- Безупречно, мисс Блэк. Десять баллов слизерину. -
Когда контрольная закончилась, и студенты стали расходиться, Эшли задержалась, чтобы собрать свои вещи. К ней подошла Лили.
- Отлично справилась, - сказала она с лёгкой улыбкой. - Моя сова почему-то получилась с перьями на одном из окуляров. -
- Спасибо, - кивнула Эшли. - Твоя, я уверена, была не хуже. -
Лили пожала плечами.
- Сносно. Но не так идеально, как твоя. - Она помолчала, затем добавила: - Рада, что вы с Римусом нашли общий язык. -
Эшли почувствовала лёгкое смущение.
- Пока что это всего лишь бал, - сказала она, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально.
- Всё с чего-то начинается, - улыбнулась Лили. - И, поверь, для Римуса это уже много значит. -
Они вышли из класса вместе и немного прошлись по коридору.
- Знаешь, - сказала Лили, понизив голос, - он очень переживает. Боится что-то испортить. Так что... будь к нему немного снисходительна. -
Эшли фыркнула.
- Я не собираюсь его съесть, Эванс. Пока что. -
Лили засмеялась.
- В этом я не сомневаюсь. Просто... он не такой, как все. В хорошем смысле. -
- Я заметила, - сухо ответила Эшли, но в её голосе не было насмешки.
Они дошли до развилки, где их пути разошлись. Лили направилась в гриффиндорскую башню, а Эшли - в подземелье.
Весь оставшийся день прошёл в привычном ритме: уроки, домашние задания, пересуды о бале. Но теперь, после разговора с Лили, Эшли смотрела на Римуса немного иначе. Она замечала, как он нервничает, когда их взгляды встречались, как он старается казаться спокойнее, чем был на самом деле.
Это странным образом успокаивало её собственные нервы. Осознание того, что он волнуется не меньше, делало её более уверенной. Сила, как всегда, была в её стихии.
Вечером, ложась спать, она думала о том, что Лили была права. Римус действительно был не таким, как все. И, возможно, именно это в нём и привлекало. В мире, полном громких, самоуверенных Джеймсов Поттеров и таких же громких, отчаянных Сириусов Блэков, его тихая, глубокая уверенность казалась чем-то особенным. Чем-то настоящим.
И, чёрт возьми, ей начинало это нравиться. Всё больше и больше.
***
Двадцать третье декабря. Предпраздничная суета в Хогвартсе достигла своего апогея. Замок был украшен с невероятной пышностью: гирлянды из омелы и падуба висели на каждой арке, волшебные снежинки танцевали в воздухе, не тая, а из Большого зала доносились звуки настраиваемых инструментов.
Эшли и Розетта провели утро в примерках и подготовке. Розетта перебрала все возможные варианты причёсок и аксессуаров, в то время как Эшли ограничилась тем, что просто убедилась в идеальной посадке своего платья.
- Ты просто невыносима, - ворчала Розетта, пытаясь закрепить в волосах очередную невидимку. - У тебя есть идеальный наряд, идеальный парень, и ты ведёшь себя так, будто всё это - обычный вторник.
- Потому что это и есть обычный вторник, - парировала Эшли, лёжа на кровати с книгой. - Только с большим количеством мишуры. -
- Иногда я думаю, что в тебе вообще нет романтической жилки, - вздохнула Розетта.
Эшли не ответила. Она просто прикрыла глаза, позволяя лёгкой улыбке играть на её губах. Может, романтическая жилка в ней и была. Просто она предпочитала не афишировать этого.
После обеда они с Розеттой решили прогуляться у озера. Воздух был морозным и свежим, снег хрустел под ногами. На берегу они столкнулись с Римусом и Джеймсом, которые, судя по всему, только что закончили тренировку по квиддичу.
Джеймс, увидев их, тут же принял героическую позу.
- А вот и наши дамы! Готовы к триумфу? -
- Готова к тому, чтобы не опозорить наш факультет, Поттер, - парировала Розетта.
Джеймс фыркнул, но его внимание уже переключилось на Лили, которая как раз выходила из замка.
Римус подошёл к Эшли. Его лицо было раскрасневшимся от холода и физической нагрузки, волосы растрёпаны ветром.
- Привет, - сказал он, и его дыхание застывало в воздухе белыми облачками.
- Привет, - ответила Эшли. - Успел промёрзнуть? -
- Не слишком, - он улыбнулся. - Тренировка хорошо разогревает. -
Они постояли в молчании, глядя на замёрзшую гладь озера. Воздух между ними снова был наполнен тем самым комфортным, тёплым пониманием.
- Я слышал, МакГонагалл устроила вам внезапную контрольную, - наконец сказал Римус.
- Ага, - кивнула Эшли. - Превращение совы в бинокль. Думаю, я справилась. -
- Не сомневаюсь, - он улыбнулся. - У тебя всегда всё получается идеально. -
- Не всегда, - возразила Эшли, глядя на него. - Но я стараюсь. -
Их взгляды встретились, и в этот момент что-то щёлкнуло. Какая-то невидимая стена между ними окончательно рухнула. Теперь они были не просто двумя людьми, которых свела together судьба и школьный бал. Они были... ими. Со всеми их странностями, страхами и надеждами.
_______________________________________________
Наша малышка наконец-то повзрослела!* - под «малышкой» имелся ввиду Римус (.❛ᴗ❛.)
Ура-ура! Глава, в которой наконец-то случилось то самое.
Прямо чувствую,как у всех читателей с лица не сходит улыбка (по крайней мере, я на это надеюсь).
Атмосфера бала и сами танцы - уже в следующей части, не переключайтесь! 🩵