24. Игра на чужом поле.
Музыкальное сопровождение к главе:
- Olivia Rodrigo - vampire
- Cassyette - Die Alonе
_______________________________________________
Спускаясь с астрономической башни, Эшли всё ещё чувствовала странную смесь тяжести и облегчения после разговора с Филлипом. Мысли о его истории были такими мрачными, что даже привычная сырость слизеринского подземелья показалась ей почти уютной. Она надеялась добраться до своей спальни, чтобы наконец остаться одной и переварить всё услышанное.
Но едва она переступила порог общей гостиной, как её планам пришёл конец.
Ансель Фенти стоял у камина в центре небольшой группы старшекурсников-слизеринцев, среди которых Эшли узнала Эвана Розье и пару других его приятелей. Он что-то рассказывал, жестикулируя, с той самой уверенной, слегка насмешливой улыбкой. Увидев Эшли, его рассказ оборвался на полуслове. Его голубые глаза, холодные и оценивающие секунду назад, вспыхнули знакомым хищным интересом.
- Ну, если это не моя пропавшая принцесса, - громко провозгласил он, заставляя замолчать своих друзей.
Эшли почувствовала, как всё внутри неё сжалось. «Только не это», - промелькнуло у неё в голове. Она попыталась было проскользнуть к женскому крылу, но Ансель уже пересёк комнату длинными, уверенными шагами, преградив ей путь.
- Ансель, - буркнула она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Прости, я очень устала. -
- Скучал по тебе, - проигнорировал он её слова, и прежде чем она успела отреагировать, он схватил её за подбородок, наклонился и поцеловал её прямо в губы.
Это был не нежный поцелуй, каким он пытался его представить. Это была властная, демонстративная метка. Улюлюканье и одобрительные смешки тут же раздались со стороны его друзей.
- Ах, Фенти, не теряешь времени! - крикнул Розье.
- Смотри, как растопил ледышку! - подхватил кто-то другой.
Эшли отшатнулась, как от ожога, её щёки пылали от ярости и унижения. Она вытерла губы тыльной стороной ладони.
- Ты совсем спятил? - прошипела она, оглядываясь на хихикающую публику.
Ансель лишь усмехнулся, совершенно невозмутимый. Ему, похоже, нравилось внимание.
- А что? Стесняешься? - он игриво щёлкнул её по носу, как ребёнка. Этот панибратский, снисходительный жест возмутил её ещё больше, чем поцелуй. - Я же сказал, скучал. А когда я по ком-то скучаю, я не люблю это скрывать. -
Он обнял её за плечи, притягивая к себе, и Эшли почувствовала, как по спине побежали противные мурашки. Его пальцы впились в её руку с такой силой, что обещали синяк.
- Отстань от меня, Фенти, - сквозь зубы процедила она, пытаясь вырваться, но он держал её с железной хваткой.
- Ой, да перестань дуться, - он наклонился к её уху, и его шёпот был сладким, как яд. - Все же видят, как ты вся вспыхнула. Нравится тебе внимание. Признавайся. -
В этот момент дверь в гостиную распахнулась, и на пороге появилась Розетта. Увидев сцену с Эшли и Анселем, она замерла с выражением полнейшего восторга на лице.
- О, боги! - воскликнула она, хлопая в ладоши. - Это официально? Вы теперь пара? Эш, ты что, не сказала? -
Ансель сиял, как кот, нашедший горшок со сливками.
- А мы ещё не объявляли, - сказал он, многозначительно глядя на Эшли. - Но, думаю, все и так всё поняли. -
Эшли смотрела на него, и ярость внутри неё закипала с такой силой, что воздух вокруг неё снова затрепетал. Стеклянная ваза с какими-то ядовитыми растениями на каминной полке зазвенела. Она чувствовала, как демон внутри шевелится, привлечённый её гневом. Нет. Только не здесь. Не из-за него.
Собрав всю свою волю, она глубоко вдохнула и выдохнула, заставляя вибрацию утихнуть. Она не даст ему этой власти. Не даст ему удовольствия увидеть, как она выходит из себя.
Она посмотрела на Анселя ледяным, безразличным взглядом, который она отточила за годы жизни с Вальбургой.
- Ты слишком многого о себе возомнил, Фенти, - сказала она ровным, чётким голосом, который был слышен даже через смех его друзей. - Этот цирк можешь оставить для тех, кого он впечатляет. -
Затем она резко дернулась, наступив ему на ногу каблуком. Он не ожидал этого и на мгновение ослабил хватку. Этого было достаточно. Она вырвалась, оттолкнула его и, не оглядываясь, пошла прочь, оставив его стоять с глупой улыбкой, которая понемногу сползала с его лица.
- Эш, подожди! - крикнула ему вслед Розетта, но Эшли уже скрылась в коридоре, ведущем в спальни.
Она заскочила в свою комнату, захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, тяжело дыша. Сердце колотилось, а по телу пробегала мелкая дрожь. Не от страха. От чистой, концентрированной ярости.
Он думал, что может владеть ею. Выставлять её на показ, как свою трофейную добычу. Щёлкать её по носу, как собачку.
«Ни за что, - поклялась она себе, сжимая кулаки. - Никогда».
Она подошла к умывальнику, плеснула себе в лицо холодной воды, пытаясь смыть ощущение его губ и его прикосновений. Отражение в зеркале было бледным, но решительным. Зелёные глаза горели холодным огнём.
Война с Анселем Фенти только что перешла на новый уровень. И на этот раз она была готова дать отпор.
Дверь в спальню с скрипом открылась, впуская взволнованную Розетту. Она влетела в комнату, словно ураган, и тут же устроилась на краю кровати Эшли, сверкая глазами.
- Ну, и что это было? - выпалила она без предисловий. - Ты и Фенти? Серьёзно? И почему я, твоя лучшая подруга, узнаю об этом последней, да ещё и в таком публичном формате? Он тебе что, мозги запудрил своими проделками? -
Эшли, всё ещё стоявшая у умывальника, тяжело вздохнула. Она знала, что от Розетты не скроешься.
- Роззи, это не то, о чём ты думаешь, - начала она, вытирая лицо полотенцем.
- А я о чём думаю? - подняла бровь Розетта. - О том, что ты тайком встречаешься с самым завидным женихом слизерина, а мне, как последней дуре, ничего не рассказываешь? Да, именно об этом! -
- Я не встречаюсь с ним! - резко оборвала её Эшли, бросая полотенце в корзину. - Он просто... Он сам всё придумал. И он пользуется тем, что я не могу ему публично дать по морде, не устроив скандал. -
Розетта прищурилась, изучая подругу.
- Ладно, допустим. Но я не слепая, Эш. Я вижу, как ты «колешься» на него. Когда он рядом, ты становишься... другой. То вся в иголки, то краснеешь, как первокурсница. Так что выкинь-ка из себя эту слизеринскую гордость и скажи мне прямо: он тебе нравится? Да или нет? -
Вопрос повис в воздухе, прямой и неудобный, как удар в солнечное сплетение. Эшли отвернулась, глядя на своё отражение в тёмном окне. Что она могла ответить? Сказать правду? Это было бы равносильно разоблачению.
Она думала о его уме, о том, как он смотрел на неё не как на Блэк или на сестру Сириуса, а как на равного. Думала о том, как её сердце предательски замирало, когда он улыбался своей хищной улыбкой. И тут же вспоминала его властные руки, его поцелуй на показ, его унизительный щелчок по носу.
- Merde alors, - тихо выругалась она, проводя рукой по волосам. - Да. Нравится. -
Розетта аж подпрыгнула на кровати.
- Я так и знала! -
- Но! - резко оборвала её Эшли, оборачиваясь. - Это не значит, что я собираюсь бросаться ему в объятия. Он... он непредсказуемый. Опасный. И он играет в какие-то свои игры, в которых я не хочу быть пешкой. -
Она села на свою кровать напротив Розетты, сжав руки в кулаки.
- Он мне нравится, - повторила она, уже тише, словно признаваясь в чём-то постыдном. - Но я не знаю, как правильно. Как... как вообще с этим быть. Я не хочу, чтобы меня видели его собственностью. Но и игнорировать то, что я чувствую, когда он рядом... тоже не получается. -
Она посмотрела на подругу с редкой для себя уязвимостью.
- Это ужасно запутанно, Роззи. И я была не готова об этом говорить. Потому что сама не понимаю, что это такое. -
Розетта слушала, и её восторженное выражение сменилось на более серьёзное. Она наклонилась вперёд.
- Слушай, - сказала она. - Он, конечно, стервец. Красивый, умный, но стервец. И да, он явно хочет, чтобы все знали, что ты «его». Но... - она сделала паузу, - если он тебе правда нравится, может, стоит дать ему шанс? Но на своих условиях. Чтоб он не забывал, кто тут на самом деле королева. -
Эшли горько усмехнулась.
- Легко сказать. Попробуй бы установить свои условия с Аннойлем Фенти. Он скорее весь замок на уши поставит. -
- Ну, а кто ты такая? - фыркнула Розетта. - Эшли Блэк! Та, которая сбежала из дома, потому что её хотели продать, как вещь! Ты справилась с матерью, а с этим красавчиком сладу не найдёшь? -
Эшли задумалась. В словах Розетты был смысл. Она всегда боролась - с семьёй, с проклятием, с самой собой. Почему бы не побороться за то, что она хочет, на своих условиях?
- Может быть, - нерешительно сказала она. - Но я не буду его игрушкой. Ни за что. -
- Вот и не будь, - поддержала её Розетта. - Дай ему понять, что с тобой так нельзя. Если он правда чего-то стоит, он поймёт. А если нет... - она многозначительно подмигнула, - ...то его всегда можно ославить на весь Хогвартс. У меня уже есть пара идей. -
Несмотря на всё своё смятение, Эшли не удержалась от улыбки. С Розеттой никогда не было скучно.
- Ладно, - вздохнула она. - Посмотрим. Но если он ещё раз щёлкнет меня по носу, я ему эту руку оторву. -
- Вот это наш девиз! - рассмеялась Розетта. - А теперь давай, рассказывай всё с самого начала! Как он тебя добивался? Дарил цветы? Пел серенады под окном? -
Эшли снова вздохнула, но на этот раз с лёгкостью. Возможно, поделиться этим с кем-то было не такой уж и плохой идеей. По крайней мере, она больше не была одна в этой странной, запутанной войне с самой собой и с самым неотразимым и опасным парнем в слизерине.
***
Суббота в Хогсмиде выдалась на удивление ясной и по-настоящему весенней. Солнце пригревало по-настоящему, с крыш свисали сосульки, звеня капелью, а воздух пах талым снегом, дымом из труб и сладкой ватой. Эшли, закутанная в тёплый шарф, шла рядом с Анселем по главной улице, и его пальцы были переплетены с её. Это чувство было одновременно странным и... приятным. Он не сжимал её руку с властной силой, как тогда в гостиной, а просто держал её, его большой палец время от времени лениво проводил по её костяшкам.
После их разговора с Розеттой что-то внутри Эшли смирилось с этой ситуацией. Да, он был стервецом. Но он был рядом. И в его присутствии была какая-то опасная, пьянящая уверенность, которая заставляла её забыть на время о письмах Вальбурги, о проклятии, о всём этом грузе.
- «Три мётлы» сегодня, наверное, забита под завязку, - заметил Ансель, кивая на шумную толпу у входа в паб. - Может, сходим в «Кабанью голову»? Там поспокойнее. -
- Только если ты хочешь, чтобы Хозяин подал нам пиво в грязных кружках и всё это пахло козлом, - фыркнула Эшли.
Ансель рассмеялся, и это был искренний, тёплый звук.
- Ну, для разнообразия. А то ты у меня слишком избалована, принцесса. -
Она собиралась огрызнуться, но в этот момент из-за угла показалась знакомая, шумная группа. Очень знакомая. Мародёры в полном составе - Джеймс, Сириус, Римус и Питер, - а с ними Лили, Марлин и Мэри. Они явно только что вышли из «Зоны запрещённых лесов» и о чём-то громко спорили.
Первой их заметила Марлин. Её глаза, всегда полные озорного огня, расширились при виде Эшли и Анселя, а точнее, их сплетённых рук.
- Ну что за?! - завопила она, стремительно преодолев расстояние между ними. - Эшли Блэк! Да ты, я смотрю, не теряла времени! -
Прежде чем Эшли успела среагировать, Марлин уже вцепилась в неё, безжалостно взъерошивая её каштановые волосы.
- Смотрите все! Наша слизеринская колючка нашла себе парочку! И кого! Ансель Фенти! - она свистнула, подмигивая Анселю. - Поздравляю, старина, ты смог приручить дикую кошку! -
Эшли, покраснев от ярости и смущения, пыталась отбиться.
- МакКиннон, отстань! Ты мне всю причёску испортила! -
- А какая у тебя там причёска? Вечный пучок! - парировала Марлин, но всё же отпустила её.
В этот момент Эшли встретилась взглядом с Сириусом. И всё веселье мгновенно улетучилось. Он стоял чуть поодаль, засунув руки в карманы, и смотрел на неё. Но это был не его обычный насмешливый, полный бравады взгляд. В его серых, таких похожих на её собственные, глазах читалось что-то сложное - недоумение, разочарование и... отдалённое осуждение. Он смотрел на Анселя, потом на их сплетённые руки, и его лицо стало каменным.
Джеймс, не чувствуя подвоха, подошёл ближе, ухмыляясь.
- Ну, Блэк, не ожидал от тебя! Фенти, старина, как ты умудрился? Она же, говорят, ядовитее, чем целый склад зелий Снейпа! -
Ансель, до этого момента наблюдавший за сценой со своей обычной снисходительной улыбкой, наконец, вступил в разговор. Его голос прозвучал ровно, но в нём послышались стальные нотки.
- Мы как раз гуляли, - сказал он, и его пальцы слегка сжали руку Эшли, будто обозначая собственность. - И у нас не так много свободного времени, чтобы тратить его на... - он сделал многозначительную паузу, окидывая взглядом Мародеров и их компанию, - ...на таких, как вы. -
Воздух мгновенно накалился. Улыбка Джеймса сползла с лица. Лили нахмурилась. Римус, стоявший сзади, испуганно откашлялся. Даже Марлин перестала ухмыляться.
Сириус не сказал ни слова. Он просто смотрел на Эшли. Его взгляд был тяжёлым и вопрошающим: «Ты серьёзно? С ним?»
Эшли почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Ярость закипела в ней с новой силой - и на Анселя за его высокомерие, и на Сириуса за его молчаливый укор. Но больше всего она злилась на саму себя за то, что оказалась в центре этого дурацкого противостояния.
- Ансель... - начала она, но он её перебил.
- Пойдём, Эшли, - он уже поворачивался, всем своим видом показывая, что разговор окончен. - Я обещал тебе показать кое-что интересное. -
Он попытался увести её, но она уперлась. Нет, чёрт возьми. Она не позволит ему так обращаться с её... с её чем? С её друзьями? Были ли они ими? Но Сириус... Сириус был её братом.
Она вырвала свою руку из его хватки.
- Подожди секунду, - сказала она твёрдо.
Ансель удивлённо поднял бровь, но остановился.
Эшли подошла к Сириусу. Он смотрел на неё с тем же каменным лицом. Она остановилась прямо перед ним, и на секунду они были просто братом и сестрой, отрезанными от всего шума Хогсмида и осуждающих взглядов.
Она потянулась к нему и аккуратно, почти нежно, поправила мятый воротник его мантии. Этот жест был таким неожиданным, таким домашним, что Сириус даже растерялся.
Затем она подняла на него глаза и тихо, так, чтобы слышал только он, сказала на беглом французском:
- On en parlera plus tard. Promis. -
Мы обсудим это позже. Обещаю.
Сириус замер. Глаза его на мгновение смягчились, в них мелькнуло понимание. Он кивнул, коротко, почти незаметно. Это было не прощение, но перемирие. Признание, что здесь и сейчас - не время и не место для выяснения отношений.
- Ладно, - буркнул он в ответ, уже по-английски. - Не задерживайся. -
Эшли кивнула, развернулась и снова пошла к Анселю, который наблюдал за этой сценой с плохо скрываемым раздражением.
- Всё? - спросил он холодно, когда она поравнялась с ним.
- Всё, - коротко бросила она, уже не предлагая ему руку. - Показывай своё «интересное». И поторапливайся. -
Она прошла мимо него, и на этот это была она, кто задавал темп. Ансель, слегка ошарашенный, был вынужден последовать за ней.
***
Они шли в напряжённом молчании, удаляясь от главной улицы. Эшли чувствовала, как гнев пульсирует у неё в висках. Она шла быстро, почти бежала, не глядя на Анселя.
- Эшли, - наконец сказал он, догоняя её. - Если бы я знал, что твой братец и его цирковая труппа вызовут у тебя такую реакцию... -
- Реакцию? - она резко остановилась и повернулась к нему. Её глаза горели. - Ты назвал их «такими, как они». Ты повёл себя как последний сноб. И ты сделал это на людях. -
Он улыбнулся, но в его улыбке не было тепла.
- А разве это не так? Они - сброд. Гриффиндорские выскочки, полукровки и предатели своего рода. Я просто констатировал факт. -
- Сириус мой брат! - выдохнула она. - И не важно, что ты о нём думаешь. Ты не имеешь права так с ним разговаривать в моём присутствии. -
Он изучающе посмотрел на неё, и его взгляд стал холодным и аналитическим.
- Я понял. Значит, это правило. Не трогать братца. Хорошо, буду знать. -
- Это правило уважать моих друзей! - поправила она.
- Друзей? - он рассмеялся. - Милая моя, у тебя нет друзей в гриффиндоре. У тебя есть брат, который сбежал из семьи, и его прихвостни, которые терпят тебя только из-за него. Не обманывай себя. -
Его слова ударили больно, потому что в них была горькая доля правды. Но она не собиралась сдаваться.
- Я сама решаю, кто мои друзья, а кто нет. И если ты хочешь со мной гулять, тебе придётся с этим смириться. -
Они стояли друг напротив друга на пустынной улочке, засыпанной снегом. Воздух трещал от напряжения. Ансель смотрел на неё, и в его глазах боролись раздражение и... что-то ещё, похожее на уважение.
- Ты не такая, как я думал, - наконец сказал он, и его голос снова стал бархатным. - Ты не просто красивая игрушка с острыми коготками. В тебе есть сталь. -
- Удивительное открытие, - съязвила она, но уже без прежней ярости.
Он сделал шаг вперёд, и на этот раз не для того, чтобы схватить её.
- Хорошо, - сказал он. - Я учту твои... правила. Но и ты пойми мою позицию. Мир, в котором мы живём, делится на своих и чужих. И твой брат со своей компанией - по ту сторону баррикады. -
- Я не выбираю стороны, Ансель. Я выбираю людей. -
- Это наивно, - покачал головой он. - Рано или поздно тебе придётся выбрать. -
Он снова протянул руку, но на этот раз не для того, чтобы взять её силой, а предлагая. Жест выбора.
Эшли посмотрела на его протянутую руку, потом на его лицо. Умное, красивое, опасное лицо человека, который видел в ней не просто Блэк, но и равную. Человека, который вызывал в ней странное, противоречивое чувство, в котором смешались влечение, раздражение и какая-то тёмная надежда.
Она медленно положила свою руку в его.
- Я уже сделала свой выбор, - тихо сказала она. - Я здесь. С тобой. Но на моих условиях. -
Он сжал её пальцы, и в его улыбке на этот раз появилась искренность.
- Как скажешь, принцесса. Как скажешь. -
Они снова пошли, но на этот раз молчание между ними было другим - не враждебным, а задумчивым. Они оба понимали, что только что заключили хрупкое перемирие. И что эта прогулка по Хогсмиду была лишь первым шагом в долгой и сложной игре, правила которой только предстояло определить.
***
Сириус ждал её в условленном месте - на том самом пустыре за «Кабаньей головой», где они в детстве, прячась от Вальбурги, делились украденными с кухни пирожными. Теперь здесь валялись битые бутылки и пахло мочой, но для них это место всё ещё хранило отголоски того, давнего, несуществующего больше братства.
Он прислонился к грубой кирпичной стене, куря. Дым вырывался из его губ кольцами и тут же разрывался резким ветром. Увидев Эшли, он не сказал ни слова, лишь молча протянул ей пачку. Она, после секундного колебания, взяла одну сигарету и позволила ему прикурить. Первая затяжка обожгла лёгкие, заставив закашляться.
- Ну что, - начал Сириус, его голос был хриплым от дыма и чего-то ещё. - Обсудим? -
Эшли прислонилась к стене рядом, глядя на грязный снег под ногами.
- Что именно? Тот факт, что ты смотрел на меня, как на предателя, при всех? Или то, что ты считаешь, будто имеешь право решать, с кем мне гулять? -
- О, прости, что я обеспокоен тем, что моя сестра водит компанию с будущим Пожирателем! - в его голосе прорвалось долго сдерживаемое раздражение. - Мелочь, а неприятно. -
- Он не Пожиратель! -
- Ещё нет! - Сириус резко выдохнул дым. - Но он на верном пути, Эш! Ты же не слепая! Он дружит с Розье, с Эйвери! Он разделяет все их «идеи»! Ты действительно думаешь, что для таких, как он, ты что-то большее, чем красивая трофейная чистокровка, которая к тому же сестра «предателя» рода? -
- Он не такой! - огрызнулась она, но в её голосе уже не было прежней уверенности. - Он... он уважает мой ум. Он разговаривает со мной, как с равной. -
Сириус горько рассмеялся.
- О, Мерлин! «Уважает твой ум»! - он передразнил её. - Знаешь, что он уважает? Твою фамилию! Твою кровь! А ты ведёшься на эту дешёвую лесть, как последняя дура! -
Эшли оттолкнулась от стены, её глаза вспыхнули зелёным огнём.
- А ты что предлагаешь, а? Сидеть одной и ждать, пока мать снова пришлёт сову с напоминанием о моём «долге»? Или, может, смотреть, как все парочки гуляют, а я буду вечно сидеть с книжкой в библиотеке с твоим Лунатиком? -
- Римус в сто раз лучше этого ублюдка! - зарычал Сириус.
- Это не соревнование! - крикнула она в ответ. Воздух вокруг них затрепетал, и битая бутылка у её ног с лёгким звоном покатилась по камням. Она замолчала, делая усилие, чтобы взять себя в руки. - Просто... он рядом. И мне с ним... интересно. И да, возможно, опасно. Но это мой выбор. -
Сириус с силой швырнул окурок о стену, и он рассыпался снопом искр.
- Твой выбор? - его голос внезапно стал тихим и усталым. - Эшли, послушай меня. Я знаю, каково это. Чувствовать себя одинокой. Чувствовать, что тебя никто не понимает. И когда появляется кто-то, кто смотрит на тебя так, будто ты - всё, чего он хотел... это кружит голову. Я это прошёл. -
Он посмотрел на неё, и в его глазах была не злость, а боль. Боль старшего брата, который не может уберечь сестру от ошибки, которую сам чуть не совершил.
- Но эти люди... они не те, за кого себя выдают. Для них мы - инструменты. Развлечение. Способ позлить наших родителей или подняться в глазах своих дружков. А когда мы становимся не нужны... - он не договорил, но она поняла.
Она молчала, глядя на него, и часть её ярости начала утихать, сменяясь тяжёлым, неприятным осознанием. Он не просто ревновал. Он боялся за неё.
- Я не дура, Сириус, - тихо сказала она. - Я вижу, кто он. Я вижу его высокомерие, его язвительность. Но я также вижу... что-то ещё. И я хочу сама в этом разобраться. -
- И какой будет цена этого «разбирательства»? - спросил он. - Твоя репутация? Твоя безопасность? Когда он поймёт, что ты не будешь слепо следовать за ним, что ты не станет очередной покорной Блэк... что он сделает тогда? -
Эшли снова глубоко затянулась, чувствуя, как никотин немного притупляет остроту эмоций.
- Я не позволю ему сделать со мной ничего, чего я не хочу, - сказала она с внезапной твёрдостью. - Я не та девочка, которой можно помыкать. Если он перейдёт черту... я сама разберусь с ним. -
Сириус смотрел на неё, и постепенно напряжение стало спадать с его плеч. Он видел в её глазах не слепое увлечение, а упрямую решимость. Опасную, возможно, глупую, но её.
- Ладно, - он тяжело вздохнул, сдаваясь. - Ладно. Ты взрослая. Делай что хочешь. Но... - он указал на неё пальцем, - ...если он хоть один раз... хоть раз, Эшли, тронет тебя против твоей воли, или нанесёт тебе вред... я лично превращу его в то самое пятно на асфальте. Поняла? -
В его голосе снова зазвучали стальные нотки, но на этот раз это была не злоба, а обещание. Обещание защиты.
Уголки губ Эшли дрогнули в слабой улыбке.
- Договорились. Но только если я не сделаю этого первая. -
Он хмыкнул, и тень улыбки мелькнула на его лице.
- Справедливо. - Он помолчал. - И... насчёт Римуса... я не это имел в виду. Он... он хороший парень. И он тебя действительно ценит. Просто... имей в виду. -
Эшли кивнула, туша сигарету о подошву.
- Я знаю. Но Римус... он как тихая гавань. А мне сейчас... - она посмотрела в сторону, где шумел Хогсмид, - ...хочется немного шторма. -
Сириус покачал головой, но уже без осуждения.
- Ну, с Фенти ты его точно получишь. - Он выпрямился. - Ладно, я пойду. Эти двое, наверное, уже подрались со Снейпом или устроили ещё какую-нибудь дурацкую дичь. - Он сделал несколько шагов, но обернулся.
Он кивнул и, засунув руки в карманы, зашагал прочь, его тёмный силуэт быстро растворился в зимних сумерках.
Эшли ещё несколько минут стояла у стены, вдыхая холодный воздух, смешанный с запахом табака и их ссоры. Разговор не принёс облегчения, но дал чёткое понимание: она была на тонком льду. И с одной стороны был опасный, но манящий омут в лице Анселя, а с другой - твёрдая, но беспокойная рука брата.
Она сделала свой выбор. Теперь предстояло жить с его последствиями.
_______________________________________________
Глава, в которой Эшли официально вступила в «Клуб сложных отношений». Сириус одобряет... нет, не одобряет.
Спасибо всем,кто остается с историей! 🩵