21. Последствия бравады.
Музыкальное сопровождение к главе:
- The Neighbourhood - Daddy Issues
- Weyes Blood - Andromeda
- Lana Del Rey - Ultraviolence
- TV Girl - Not Allowed
_______________________________________________
Следующее утро впилось в виски Эшли ледяными клещами. Она проснулась не от будильника, а от того, что мир решил провернуться вокруг её кровати с такой скоростью, что её чуть не вырвало прямо на подушку. Голова раскалывалась, рот пах так, будто в нём ночевала не просто кошка, а целый отряд гоблинской кавалерии.
- Merde alors... - прохрипела она, с трудом отрывая голову от подушки. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь толстые стёкла подземелья, резал глаза, как заточённое заклятие.
В памяти всплывали обрывки вчерашнего: огневиски, торжествующий взгляд Джеймса, её собственная дурацкая бравада... и та записка. Та самая, с двумя словами, которые она отправила с совой Анселю Фенти.
Эшли резко села на кровати, и комната заплясала вокруг неё с новой силой. Чёрт. Чёрт возьми. Что она наделала?
Она почти почувствовала вкус его поцелуя на своей щеке и с отвращением сморщилась. Алкоголь и самоуверенность - гремучая смесь, которая почти всегда приводит к идиотским поступкам.
Розетта, уже одетая и собранная, с интересом наблюдала за её мучениями.
- Ну что, героиня? - фыркнула она, нанося щёткой последние штрихи к своей безупречной причёске. - Понравилось быть «своей» в стае гриффиндорских клоунов? Надеюсь, игра стоила свеч. Ты выглядишь так, будто тебя переехал горный тролль, потом откачали, и он переехал тебя ещё раз для верности. -
- Закройся, Роззи, - простонала Эшли, нащупывая на тумбочке стакан с водой. - У меня голова трещит по швам. -
- Сама виновата, - без тени сочувствия заявила Розетта. - Кстати, пока ты вчера веселилась, твой братец тут рыскал. Спрашивал тебя. Выглядел озабоченным. Не иначе, как почуял, что ты творишь какую-то дичь. -
Эшли замерла со стаканом у губ. Регулус. Ему бы только почуять неладное. Он как кровная ищейка - всегда вынюхает, когда у неё проблемы.
- Что ему надо? - буркнула она, делая глоток. Вода была прохладной и немного успокоила пылающее горло.
- Не сказал. Промычал что-то про «нужно поговорить» и сбежал. А ещё... - Розетта сделала драматическую паузу, - тебя искал тот самый шестикурсник. Фенти. Проходил мимо общей гостиной, такой весь невозмутимый. Спросил у Селии Дэвис, не видели ли тебя. Улыбался так... знаешь, как кот, который только что съел канарейку и теперь думает, какую бы следующую сожрать. -
Эшли почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Не от страха, а от раздражения. Он уже давит. Уверенный в себе гад.
- Понятно, - коротко бросила она, отставляя стакан.
Привести себя в порядок было пыткой. Каждое движение отзывалось гулом в голове. Она оделась механически, стараясь не думать ни о Сириусе, ни об Анселе, ни о вчерашнем провале. Но мысли упрямо возвращались к тому, что она теперь связала себя этим согласием.
На завтраке она старалась быть невидимкой, но это не сработало. Едва она уселась за слизеринский стол и налила себе крепчайшего кофе, как сзади раздался знакомый голос.
- Выглядишь бодро, - произнёс Сириус, плюхаясь рядом на скамейку. Он пах ночным ветром и чем-то тревожным. - Вчерашние подвиги не прошли даром, я смотрю. -
- Отстань, Сириус, - буркнула Эшли, не глядя на него. - Не до тебя. -
- Мне тоже не до тебя, поверь, - парировал он. - Но, к сожалению, я твой брат, и у меня включился режим «защиты сестрёнки от её же собственной идиотии». - Он понизил голос. - Что случилось вчера? После того, как ты ушла? -
Эшли напряглась. Он что, видел, как она отправляла сову?
- Ничего не случилось. Пришла, вырубилась. Всё. -
- Врёшь, - Сириус отхлебнул из её кружки кофе и поморщился. - Отвратительно. И ты врёшь так же отвратительно. Я тебя знаю, Эш. У тебя на лице написано, когда ты накосячила. И прямо сейчас у тебя написано: «Я только что продала душу дьяволу, и теперь мне слегка не по себе». -
Она резко повернулась к нему, и её глаза, несмотря на похмелье, вспыхнули зелёным огнём.
- Может, хватит меня опекать? Я не маленькая девочка, чтобы ты бегал за мной и вынюхивал, что я там сделала или не сделала! -
- Ага, конечно, - он усмехнулся, но в его глазах не было веселья. - Ты большая. Настолько большая, что чуть не угробила себя в лесу, а теперь тайком переписываешься с каким-то старшекурсником-придурком. Да, очень взрослое поведение. -
Эшли похолодела. Откуда он знает про Фенти? Розетта? Нет, она бы не стала болтать. Регулус? Тоже маловероятно.
- Я не переписываюсь с ним, - солгала она, чувствуя, как краснеет.
- О, да? - Сириус наклонился ближе. - А почему тогда почтовая сова из нашего дома прилетела к нему сегодня в четыре утра? Я как раз возвращался с... прогулки. Увидел. И, знаешь, мне стало очень, очень интересно. -
Чёрт. Чёрт! Она и забыла, что у семьи Блэков есть свои, личные совы, которых можно отличить по особому оперению. И Сириус, конечно же, знал их в лицо.
- Это не твоё дело, - прошипела она, сжимая ложку так, что пальцы побелели.
- О, ещё как моё! - его голос стал тихим и опасным. - Ты в курсе, кто такой Ансель Фенти? С кем он водится? Это будущий Пожиратель, Эшли! Он уже почти им стал! Он дружит с Розье, с Эйвери, со всеми этими ублюдками! И ты, моя сестра, слизеринка и Блэк, решила с ним кокетничать? -
- Я не кокетничаю! - её голос дрогнул от ярости. Воздух вокруг неё снова затрепетал. Стеклянный графин с соком на столе зазвенел. - Мы... мы говорили о магии! О сложных заклинаниях! Он умный! Он видит во мне не просто фамилию или... или дефект! -
Сириус отпрянул, словно её слова были ударом. Его лицо на мгновение исказилось от боли.
- Дефект? - тихо переспросил он. - Это я тебя так называю? -
Эшли отвернулась. Глаза её предательски наполнились слезами. Не из-за него. Из-за всего. Из-за проклятия, из-за давления, из-за этого постоянного чувства, что она не такая, как все.
- Забудь, - прошептала она. - Просто оставь меня в покое. -
Он смотрел на неё несколько секунд, его серые глаза были полны какого-то сложного чувства - гнева, обиды и чего-то ещё, что она не могла разобрать.
- Хорошо, - наконец сказал он, поднимаясь. - Как скажешь. Но если этот ублюдок тебя хоть пальцем тронет... если он попытается втянуть тебя во что-то... - Он не договорил, но по его лицу было всё ясно. - Ты знаешь, что с ним будет. -
И он ушёл, оставив её сидеть одну с трясущимися руками и подступающей тошнотой. Завтрак был безнадёжно испорчен.
***
Весь день прошёл в каком-то тумане. Эшли механически отвечала на уроках, делала заметки, но её мысли были далеко. Она ловила на себе взгляды - любопытные, насмешливые, осуждающие. Слух о её «подвиге» с огневиски, должно быть, уже разнёсся по школе. А может, и о чём-то большем.
После обеда её наконец перехватил Ансель. Он поджидал её у выхода из Большого зала, прислонившись к стене с видом полнейшего спокойствия.
- Эшли, - кивнул он, и его улыбка была такой же уверенной, как и всегда. - Получил твоё сообщение. Очень... прямо. Мне нравится. -
Она почувствовала, как по щекам разливается жар. Глупая, глупая записка.
- Я была пьяна, - буркнула она, стараясь обойти его.
- О, не обесценивай свой порыв, - он легко встал на её пути. - Алкоголь просто снимает барьеры. Показывает истинные желания. И я рад, что твои желания совпадают с моими. -
Его слова были сладкими, как яд. Они ласкали слух и одновременно вызывали тревогу.
- Послушай, Ансель... - начала она, но он перебил.
- Вечером. В аудитории древних рун. Думаю, тебе будет интересно. - Он посмотрел на неё, и в его голубых глазах мелькнул тот самый хищный блеск. - Не подведи. -
Он ушёл, не дожидаясь ответа. Эшли стояла, чувствуя, как по спине бегут мурашки.
Она потрогала карман мантии. Чёрный камень был на месте. Тёплый, успокаивающий. Напоминание о том, что Ансель уже дал ей нечто ценное.
***
Эшли стояла перед массивной дубовой дверью аудитории древних рун, чувствуя, как под лёгкой тканью мантии выступает холодный пот. Рука сама потянулась к карману, нащупав гладкую, тёплую поверхность чёрного камня. Он снова принёс ей это дурацкое, обманчивое спокойствие.
«Поверь мне, просто расслабься», - звучал в голове бархатный голос Анселя.
Сжав кулаки, она резко толкнула дверь.
Ансель ждал её, прислонившись к преподавательскому столу. В этот раз аудитория была освещена чуть лучше - несколько шаров холодного света парили под потолком, отбрасывая резкие тени. Его улыбка, как всегда, была идеальной и бездонной.
- Я знал, что ты сделаешь правильный выбор, - произнёс он, не двигаясь с места.
Эшли не успела ничего ответить. Он закрыл расстояние между ними за два быстрых шага. Его руки схватили её за бока, развернули и с силой прижали к краю того самого стола, на котором лежал бронзовый диск. Спиной она чувствовала холодную деревянную столешницу.
- Ансель... - начала она, но его губы уже нашли её.
Этот поцелуй был совсем не таким, как в прошлый раз. Не исследующим, не нежным. Он был требовательным, почти грубым. Его язык немедленно проник в её рот, властный и уверенный. Одной рукой он продолжал держать её за талию, прижимая к столу, а другая запуталась в её каштановых волосах, оттягивая голову назад. Эшли застыла, парализованная неожиданностью и этой подавляющей силой. Внутри всё кричало, требовало оттолкнуть его, дать пощёчину, но тело не слушалось. Оцепенение, смешанное с каким-то тёмным, запретным любопытством, сковало её.
Он оторвался, его дыхание было чуть учащённым. Голубые глаза смотрели на неё с плохо скрываемым триумфом.
- Я так рад, что ты не стала усложнять, - прошептал он, его губы скользнули по её щеке к мочке уха. Он слегка прикусил её, и Эшли вздрогнула. - Умная девочка. Ты понимаешь, какие возможности перед тобой открываются. -
Его рука отпустила её волосы и скользнула вниз, по её плечу, затем по спине. Ладонь была тёплой и влажной даже через ткань мантии и блузки. Эшли почувствовала, как по коже побежали противные мурашки. Это было... неприятно. Но она не сопротивлялась, лишь сжала пальцы на краю стола, впиваясь в дерево ногтями.
- Я... я не... - она попыталась что-то сказать, но голос сорвался.
- Тихо, - он снова поцеловал её, короче, но так же властно. - Не надо лишних слов. Просто доверься. -
Его рука снова задвигалась. Теперь он провёл пальцами по её боку, чуть выше талии, затем опустился ниже, коснувшись бедра через мантию. Эшли напряглась. Её сердце колотилось где-то в горле, громко и тревожно. Она чувствовала себя как кролик перед удавом - загипнотизированной и беспомощной.
- Знаешь, - его губы снова оказались у её уха, дыхание обжигало кожу, - я, конечно, предполагал, что ты не неопытна. С твоей-то внешностью и фамилией жолжны же были найтись кавалеры, готовые на всё ради внимания Блэк. -
Эшли резко откинула голову, наконец-то встретив его взгляд. В её глазах вспыхнули зелёные искры.
- Ошибаешься, - выдохнула она, и её голос прозвучал хрипло, но твёрже, чем она ожидала. - Никаких кавалеров у меня не было. -
Рука Анселя, скользившая по её спине, замерла. Он отстранился всего на пару дюймов, изучая её лицо с искренним, неподдельным удивлением. Его брови поползли вверх.
- Не было? - он рассмеялся коротким, неверящим смешком. - Да брось. Ты говоришь, такая яркая, красивая девушка... и ни одного парня? Я поражён. Или слизеринские юноши совсем ослепли? -
Его удивление казалось настоящим. И в нём, чёрт возьми, снова прозвучал тот самый комплимент, от которого её предательски ёкало внутри. «Яркая. Красивая».
- Они или идиоты, или трусы, - пожал он плечами, и его рука снова ожила. На этот раз он обнял её за плечи, притягивая ближе, его пальцы принялись рисовать круги на её лопатке. - Боялись, что не справятся с такой? Или ты их просто не подпускала, моя колючая розочка? -
Его вторая рука опустилась на её талию, большой палец начал медленно водить по рёбрам. Каждое прикосновение было чересчур уверенным, чересчур властным. Он говорил, а его руки продолжали своё путешествие - то по спине, то по плечам, то снова по бокам. Эшли чувствовала, как её тошнит от этой ласки. Это было не приятно. Это было унизительно. Как будто он проверял товар.
- Ты просто не понимаешь, как ты уникальна, - продолжал он вешать ей лапшу на уши, его голос был низким и убедительным. - Сила, ум, эта дикая красота... Большинство девчонок в этом замке - пустышки по сравнению с тобой. Они думают о дурацких сплетнях и платьях. А ты... ты рождена для чего-то большего. И я рад, что первым это увидел. -
Он снова попытался поцеловать её, но Эшли наконец вышла из ступора. Она резко отвернула голову, и его губы коснулись её щеки.
- Ансель, хватит, - прошипела она, пытаясь отодвинуться, но стол и его тело держали её в ловушке.
Он на секунду замер, и в его глазах мелькнуло что-то твёрдое, холодное. Но тут же исчезло, сменясь всё той же сладкой улыбкой.
- Конечно, прости, - он отпустил её, сделав шаг назад и подняв руки в защите. - Я просто забываюсь, когда ты рядом. Не могу сдержаться. Ты действуешь на меня как наркотик, Эшли. -
Она выпрямилась, с силой проводя рукой по помятому рукаву мантии. Дрожь в коленях не проходила. Воздух в аудитории казался густым и спёртым.
Эшли стояла, прислонившись к столу, и чувствовала, как дрожь медленно отступает, сменяясь леденящим спокойствием. Воздух в аудитории, секунду назад густой и спёртый, теперь казался холодным и разреженным. Она смотрела на Анселя, и её взгляд был пустым, как у озёрной глади перед бурей.
Ансель, не получив ожидаемой реакции - ни испуга, ни слёз, ни даже гнева - на мгновение смутился. Его уверенная маска дрогнула, обнажив недоумение. Он привык, что его напористость либо смущает, либо пленяет. Молчаливое, почти безразличное противостояние было для него в новинку.
- Ну что, - его голос прозвучал чуть громче, чем нужно, пытаясь заполнить тягучую тишину. - Я, кажется, немного увлёкся. Но ты сама виновата - слишком уж заводишь. -
Его рука снова потянулась к её волосам, будто пытаясь восстановить утраченный контроль, вернуть её в роль смущённой первокурсницы.
В этот момент из-под одного из дальних стеллажей, заваленных пыльными фолиантами по маггловедению, послышался тихий, но отчётливый звук. Негромкое, гортанное урчание, похожее на ворчание старого двигателя.
Ансель замер, его рука зависла в воздухе.
- Что это? -
Эшли не ответила. Она знала это урчание.
Из тени выплыл Коготь. Огромный, полосатый, с одним ухом и взглядом старого циника, он подошёл и с невозмутимым видом начал тереться о ногу Эшли, оставляя на тёмной ткани мантии шерстинки. Потом он поднял свою крупную голову и уставился на Анселя. Его жёлтые глаза, узкие, как щёлочки, выражали такое немое, абсолютное презрение, что Ансель невольно отступил на шаг.
- Чёртов кот, - пробормотал он, пытаясь сохранить остатки достоинства. - Как он сюда пробрался? -
Коготь, игнорируя его, запрыгнул на стол рядом с Эшли и уселся, обернув хвост вокруг лап. Он продолжал смотреть на Анселя, словно на недоразумение, случайно занесённое в его владения.
Атмосфера в комнате переломилась. Всё, что Ансель пытался построить - эту иллюзию интимности, власти, контроля - развалилось в одно мгновение под жёлтым, безразличным взглядом кота. Он стоял, чувствуя себя идиотом, а Эшли, наконец, нашла в себе голос.
- Кажется, тебе пора, - сказала она ровно, без намёка на дрожь. Её пальцы невольно почесали Когтя за ухом, и кот издал довольное, громкое мурлыканье, контрастирующее с напряжённой тишиной.
Ансель попытался спасти ситуацию, натянув свою коронную ухмылку, но получилось криво.
- Ладно, ладно, не буду мешать вашему трогательному воссоединению, - он сделал шаг назад, к выходу. - Но это не конец, Эшли. Ты сама всё начала. -
- Я ничего не начинала, - холодно парировала она. - Я просто пришла поговорить о магии. Всё остальное - плод твоего воображения. -
Он задержался в дверном проёме, его взгляд скользнул с неё на кота и обратно.
- Увидимся, - бросил он напоследок и вышел, наконец, оставив её одну.
Дверь захлопнулась. Эшли глубоко вздохнула, чувствуя, как с плеч спадает тяжёлый груз. Она облокотилась на стол, и внезапная слабость подкосила ноги. Всё тело дрожало - не от страха, а от выброса адреналина и глубочайшего, всепоглощающего отвращения.
Коготь, словно чувствуя её состояние, тыкался мокрым носом в её руку, требуя продолжения ласк.
- Спасибо, старина, - прошептала она, царапая его за ухом. - Явление как нельзя кстати. -
Кот в ответ громко замурлыкал, словно говоря: «Без меня ты тут пропала бы».
Она собрала свои вещи с трясущимися руками. Мысль о том, чтобы оставаться здесь ещё секунду, вызывала тошноту. Воздух был пропитан его одеколоном и её собственным унижением.
- Пойдём, - сказала она Когтю, сдвигая его с стола. - Валим отсюда. -
Они вышли из аудитории. Коготь гордо шествовал впереди, помахивая хвостом, словно знаменосец, ведущий войско после победы. Эшли шла следом, чувствуя себя опустошённой, но чистой. Как после грозы, когда смывает всю грязь.
***
Войдя в свою спальню, Эшли с облегчением обнаружила, что Розетта уже там. Подруга сидела на своей кровати, разглядывая собственные ногти с видом полнейшего удовлетворения, и светилась так, что, казалось, могла бы заменить люстру.
- Ну наконец-то! - воскликнула она, увидев Эшли. - А я уж думала, ты снова закопала себя в библиотеке с этим занудой Люпином. -
Эшли, не отвечая, швырнула сумку в угол и плюхнулась на кровать лицом в подушку. Запах пыльного пергамента и старой магии с её одежды смешивался с духами Розетты.
- Эй, с тобой всё в порядке? - голос Розетты стал чуть менее восторженным и более внимательным.
- Просто прекрасно, - глухо прозвучало из подушки. - Очередной идиотский день в Хогвартсе. Ничего нового. -
Розетта фыркнула.
- Ну, раз уж ты в таком подходящем настроении, то у меня есть новости, которые точно поднимут тебе настроение! - она подпрыгнула на кровати, заставляя пружины скрипеть. - Представляешь, я сегодня начала встречаться! -
Эшли медленно перевернулась и уставилась на подругу.
- С кем на этот раз? С призраком Толстого Монаха? Он, кажется, единственный, кто ещё не успел от тебя сбежать. -
- Очень смешно, - скривилась Розетта. - Нет, с настоящим, живым парнем! Со слизеринцем! С пятого курса! -
Эшли приподняла бровь. Пятый курс - это уже серьёзнее, чем её обычные мимолётные увлечения третьекурсниками.
- И кто же этот смельчак? -
- Лестер Хиггс! - выпалила Розетта, сияя как новогодняя ёлка.
Эшли наморщила лоб, перебирая в памяти лица.
- Хиггс... Тот, что вечно ходит с таким видом, будто у него под мантией зашит секрет Министерства? -
- Он не ходит с таким видом! Он просто... сдержанный! - защитила его Розетта. - И он такой взрослый! И уверенный в себе! И... О, Эш, ты бы видела наше первое свидание! Это было просто идеально! -
Не дожидаясь ответа, Розетта пустилась в захлёбывающийся рассказ.
- Мы встретились после уроков у оранжереи. Он ждал меня с букетом сухоцветов - представляешь? Говорит, они не вянут, как живые, и символизируют вечную красоту. Немного вычурно, но мило! - она вздохнула, прижимая руки к груди. - Потом мы пошли на озеро. Было так холодно, что у меня зуб на зуб не попадал, но он такой джентльмен - предложил свою мантию! И мы сидели на камне, и он рассказывал о том, как его семья владеет сетью аптек в Лондоне! И о том, что он планирует после выпуска... -
Эшли слушала, полузакрыв глаза. Болтовня Розетты была как белый шум - назойливым, но привычным фоном, который помогал отогнать другие, более неприятные мысли. Она представляла эту картину: Розетта, краснеющая от холода и восторга, и какой-то Хиггс, разглагольствующий о семейном бизнесе на берегу замёрзшего озера. По-своему, это было даже мило. Гораздо безобиднее, чем тёмные аудитории и бронзовые диски.
- ...а потом он попытался поцеловать меня, - продолжала Розетта, понизив голос до драматического шёпота. - Но я его остановила! Сказала, что не так быстро! И знаешь, что он сделал? Он извинился! Представляешь? Не настаивал, не дулся, а просто сказал: «Конечно, Розетта, я понимаю». Какой воспитанный! -
- Удивительно, - сухо прокомментировала Эшли, переворачиваясь на спину и глядя в полог кровати. - Нашла себе парня с зачатками приличия. Поздравляю. -
- Да не дуйся ты! - Розетта швырнула в неё подушкой. - Это же романтика! Настоящая! А не твои бесконечные разговоры о заклинаниях и проклятиях с Люпином! Хотя... - она прищурилась, - ...может, вы там не только разговариваете? А? Признавайся! -
- Мы читаем книги, Роззи, - устало сказала Эшли. - Это то, чем обычно занимаются в библиотеке. -
- Скучища! - вынесла вердикт Розетта. - Ладно, не хочешь делиться - как хочешь. Завтра у меня с Лестером опять свидание. Он обещал показать мне секретную комнату на четвёртом этаже, где, по слухам, сам Златопуст Ланнер когда-то скрывался от авроров! Правда, романтично? -
- Если тебя там не убьёт какое-нибудь забытое защитное заклятие, то да, очень, - пробормотала Эшли, натягивая одеяло на голову.
- Опять ты за своё! - Розетта вздохнула с преувеличенной обидой, но тут же снова просияла. - Ой, а представляешь, какое лицо будет у Филлипа, когда он узнает? Он же просто с ума сойдёт от ревности! -
Эшли приподняла край одеяла.
- А ты ему обязательно расскажешь? -
- Ну а что? - глаза Розетты блеснули озорно. - Пусть знает, что я не вечно буду ждать, пока он наберётся смелости и пригласит меня на свидание как нормальный человек, а не будет ходить хвостом, как преданный пудель! -
Эшли снова накрылась с головой. Иногда мир Розетты, полный дурацких свиданий, сплетен и наивных интриг, казался ей другой планетой. Гораздо более простой и безопасной. Сегодня она бы с радостью оказалась на этой планете.
- Ладно, я спать, - объявила она. - Устала. -
- Спи, спи, бука, - снисходительно сказала Розетта и принялась напевать какую-то дурацкую мелодию, вероятно, представляя своё следующее свидание.
Эшли закрыла глаза. Перед ними снова встало лицо Анселя - сначала уверенное, потом удивлённое, потом раздражённое. И жёлтые глаза Когтя, полные немого презрения.
Она сжала в кармане пижамы чёрный камень. Он был холодным. Как и она сама.
«Никогда больше», - пообещала она себе. Больше никаких тёмных аудиторий, никаких секретных встреч, никаких Анселей Фенти. Её война была с другим противником - с самой собой. И тратить силы на подобные игры было роскошью, которую она не могла себе позволить.
Засыпая, она слышала, как Розетта что-то бормочет во сне, вероятно, планируя своё следующее дурацкое приключение. И впервые за долгое время Эшли почувствовала лёгкую, почти незаметную улыбку на своих губах. Мир продолжал вертеться. И в этом было что-то обнадёживающее.
_______________________________________________
Глава, после которой хочется помыть руки с мылом (и иметь такого же кота, как Коготь).
Спасибо всем,кто читает и оставляет отзывы! 🩵