{21}
Знаете, в положении умирающего есть свои преимущества. Когда нечего терять — не боишься риска.
Гай Монтэг
Мерлин, да ты настоящий дьявол.
Я снова и снова попадаю в ситуации, где мне требуется сделать моральный выбор. Поступить по зову сердца, героически пожертвовать собой, своим комфортом, своими чувствами и своими силами, чтобы что? Чтобы помочь? Чтобы быть спасателем? Или наконец прислушаться ко второй части себя, которая эгоистичная, думающая о себе. Это голос разума, который думает о перспективе. Он так и кричит: «Да ты навредишь себе!!! Потом же страдать будешь, потому что все эгоисты!!Никто не считается с твоими чувствами».
Но я буду не я, если последую голосу разума. Я никогда не была разумной. Ведь только так можно объяснить мой нынешний поступок.
Я подкрадываюсь настолько близко, насколько это вообще возможно.
— Война началась господа. Да прольется кровь ради нашего будущего.
Произнёс наставление Чон Джехён словно Люцифер своей армии. Так и знала, что этот говнюк что-то скрывает. Вестник фигов.
— Ублюдки, вы попали конкретно. Сейчас прийдет профессор Дамблдор, и мы посмотрим как вы запоете. — Чонгук как всегда пререкается, даже будучи подвешенным.
— Дружок, так как насчет ванной? — хихикнул Слизеринец.
— Хватит разглагольствовать, гриффиндорец прав. Хван, заткни ему рот и закрой в подвале.
— Ах, вы, ублюдки, только посмейте ....
Слизеринец заклинанием закрывает ему рот и волшебством начинает переносить.
— Минни, на тебе когтевранка. Доставь ее в наше место. И чтобы ни единая душа не узнала об этом.
Ублюдок! Я не позволю тебе причинить ей вред. Я сжимаю крепко палочку в руках.
— Но она же грязнокровка? Мы должны ...
— Минни, — угрожающи произнёс Чон.
— Я поняла, а ты куда?
— Я за Дженни.
Чего? Зачем она ему сдалась? У нее идеальная кровь, так что она не может стать предме.... Стоп....
Она предательница.
Меня покрыл холодный пот. Никогда не узнаешь, что у человека происходит в голове. Близкие люди могут предать. Союзники могут обмануть.
Хёнджин удалился с Чонгуком, Джехён повернул за угол. Идеальный момент. Я выскакиваю в коридор, чтобы вестница не успела исчезнуть с моей ... Джису.
— Инкарцеро
Девчонку связало веревками и повалило на землю.
— Левикорпус
Теперь она подвешена. Тут вам и место.
— Ах, ты, сучка!
Произношу заклинание, которое освобождает Ким. Я на секунду встретилась с ней взглядом. Недоверчивый. Шокирована, что я ее снова спасаю?
Она бежит за своей палочкой, пока я думаю как дальше поступить. Но мне не дают выбора.
— Империо
Непростительное заклятие. Меня покрывает испариной, когда я слышу обсуждения студентов насчет этих заклинаний. Ведь одно из них испортило мне жизнь. И теперь его используют на мне. Меня хотят подчинить, сделать тряпичной куклой.
— Протего хоррибилис
Одни из самых мощных защитных чар, которые способны спасти волшебника от темной магии. Это заклинание требует большой воли и силы колдующего.
Магия Джису борется с магией Джехёна. Борьба двух начал. Чистой крови волшебника и крови маглорожденного. Консерватор против Либерала. Желтый луч против синего создают невероятное сияние.
Ким подходит ближе ко мне.
Она меня спасла от непростительного заклинания Джехёна, который появился слишком рано.
Ударной волной нас отбросило в разные стороны.
Мы с Джису болезненно отлетели в стену, тогда как Джехён вместе с Дженни приземлились в сад, при этом разбив окно.
Лицемерная слизеринка. Мне казалось, что мы бы могли даже подружиться. Неудивительно. Обмана и предательства достаточно в моей жизни. Хотя Мерлин наверное так не считает.
Джису уже поднялась, тогда как я только пошевелилась. Она взяла меня за локоть и помогла подняться.
— Лиса, я прошу тебя как лидер и как ... подруга, если ты меня считаешь ею или когда-то считала.— такой встревоженный взгляд и такой волнующиеся голос. — Бежим к преподавателям. Мы не супер герои и не супер волшебники. Нам не победить вестников.
Я махнула головой в знак согласия. Джису крепко взяла мою ладонь и побежала.
Если ты меня считаешь ею или когда-то считала.
Нас чуть не прикончили вестники, мое тело разрывается от боли из-за удара в стену, но я ухватилась за эти слова. Я считаю тебя. Как бы я не злилась, я люблю и ценю
Джису.
Я слышу позади приближающиеся шаги, поэтому ускоряюсь. Магия летит в нашу сторону, но мы уворачиваемся словно ниндзя.
Впереди нас внезапно появляются профессор Дамблдор и профессор Северус Снегг. Первый выкрикивает:
— Флиппендо Триа
Магический луч пролетает мимо нас. Мы останавливаемся и разворачиваемся. Чон Джехён раскрыл свой плащ, который поглотил всю магию.
Четверка вестников стоит в нескольких метрах от нас.
— Дженни Ким, не ожидал вас здесь увидеть. — сочувственно и словно по-отцовски произносит Дамблдор.
Закрытый фасад. Она в своей излюбленной маске хладнокровной королевой. Так ведь ее называют?
— Профессор, вам отец просил передать привет, — улыбнулся Чон.
Раздаётся оглушающий взрыв. Вибрация прошлась по всей школе. Сквозь окна вижу, как огонь пожирает башню.
В следующую секунду вестники исчезают.
***
Война.
Одно слово.
Тысячи смертей.
Уже почти как месяц вестники объявили настоящую войну. Не просто какие-то внезапные нападения. А целая военная кампания. Теперь весь волшебный мир погрузился в сражения.
Мы продолжаем учиться и стараться жить нормальной жизнью. На нас лежит будущий мир, поэтому, как говорит профессура, мы обязаны хорошо выучиться, чтобы в дальнейшем защищать. Прошлая война в волшебном мире была несколько столетий назад и длилась целых двадцать семь лет. Мы закончим ее раньше.
Профессора усилили защиту, окружив академию дементорами и другими существами. Теперь за пределы школы мы выйти никак не можем. Чувствую себя как в какой-то клетке. Я привыкла на выходных гонять в ближайшую деревушку и выпивать сливочное пиво.
Тем более меня не устраивает тот факт, что мы сидим здесь запертыми и учимся, пока другие сражаются. Я понимаю, что многие сначала должны набраться знаний. Это актуально для неопытных младших студентов. Но не для нас.
На спортивной площадке я оттачиваю свои навыки, совмещая рукопашный бой и магию. Я буду полезна этому миру.
— Хей, воительница, передохни. — раздался родной голос позади меня.
Я поворачиваюсь и вижу приближающуюся фигуру. Мягкая улыбка касается его губ, по которым я безумно скучаю. Да, я сказала Чонгуку, что хочу остаться друзьями. Да, я нагло соврала. Ведь только так я могла его удержать рядом. Пусть меня уничтожает тот факт, что он не любит меня. Зато он рядом.
Я никак не хотела его подставлять с тем поцелуем. И я уничтожу ту гниду, которая распустила сплетни.
Я беру бутылку воды и жадно выпиваю. Чон подошел и взъерошил мне волосы. Как раньше. Сердце болезненно сжалось. Почему? Почему?
Мы друзья. Чертовы друзья. На век, черт возьми.
— Эй, не трогай мою челку! — я воскликнула.
Чонгук рассмеялся своими глубоким голосом, который всегда вызывал мурашки по всему телу. И этот случай не исключение. Гребанная реакция тела!
— Пора ужинать. Сегодня ребята решили собраться возле камина.
— Я хочу еще потренироваться.
— Лиса, ты и так много трудишься.
— Недостаточно.
Он вздохнул словно я маленький ребёнок, который не слушает мудрости взрослого.
— Никогда не будет достаточно. И так вся жизнь пройдёт в бесполезных попытках дотянуться до недостижимого. А его по сути не существует.
Он произнёс эту фразу с таким тоном.
Словно смирился.
— Ладно, идем, — я улыбнулась.
Половину нашего пути мы находились в молчании.
Я думала.
Его присутствие приносит хаос в мои мысли.
Так зачем же я себя мучаю?
Он как наркотик. Вредный, отравляющий мою душу.
Но также приносящий и кайф. Счастье, безопастность, дом. Проблема наркотика в том, что эффект имеет временный характер. И с каждой дозой его хочется все больше. Мое сердце хочет больше.
— Как дела с Розэ? Если тебе как-то неприятно, то не отвечай.
Мне неприятно.
— Ничего непонятно, — он пожал плечами.
— Ее же вроде сразу отец забрал из академии после нападения?
— Ага, и связаться я с ней никак не могу.
Розэ.
Моя лучшая подруга.
Была.
Дорогой и близкий человек в моей жизни.
Уже нет.
Она предала меня.
Я на нее так зла. Даже скорее не из-за предательства. Это тоже, но все же. Я готова была простить ее. Ее нож, который она вонзила мне в спину. Потому что она имеет большой смысл в моей жизни. Слишком много боли мы перенесли вместе. Вместе. Два сапога одной пары. Мы были неразлучны. Были.
Я зла на то, что она меня забыла! После того, как меня с позором выгнали из академии. Я зла на то, что она даже не попыталась извиниться за предательство. Словно так и должно было быть. Спать с моим парнем. Бывшим. Это норма?
Я также сержусь и на себя за то, что мое сердце продолжает любить человека, который променял меня. Который отпустил мою руку и забрал все свои клятвы о любви до гроба. Он обесценил все то, что мы так усердно строили. Он просто выбрал другую. И я простила.
— Лиса, — тихий голос Чонгука сливался с мелодией ночи.
— Хм-м-м
— А почему ты не выпила ту рюмку?
— Какую?
Я прекрасно поняла о чем он.
— Я уверен, что ты знаешь о чем я.
— Потому что я не изменяла тебе,— хмыкнула я.
— Тогда к чему был этот маскарад с Юнги?
Руки Чона сжалились в кулаки, хотя лицо не выражало никаких эмоций.
Звуки вокруг для меня стихли. Я слышала лишь гулкое биение собственного сердца.
— Чтобы защитить ребят.
— М-м-м, ясно.
Что тебе, черт возьми, ясно?
Мы зашли в нашу башню. Уже в коридоре слышен шум и возгласы ребят. Я люблю болтовню и крики друзей. Когда они что-то с энтузиазмом обсуждают, спорят. Я чувствую себя в своей тарелке. Сразу возникают тёплые воспоминания о семье и доме.
Наша гостиная выглядит волшебно. Вся комната украшена гирляндами и мишурой к предстоящему Рождеству и Новому году. Огромная Елка, которую мы всем женским коллективом украшали, величественно стоит возле стены по центру комнаты.
Сейчас возле камина собрались только старшекурсники, так как у младших гриффиндорцев ночной урок астрономии.
— Эх, у младшеньких сейчас занятие. Помню те времена, — мечтательно вздохнул Джейк.
— Ты старшекурсник только с этого года. — упрекнул Джин, подняв бровь.
— Эй, лидер, не будь душнилой.
Я рассмеялась и плюхнулась на мягкое кресло возле камина. Мне передали фирменную курочку и пиво.
Есть такие моменты, которые хочется запечатлеть. Записать на пленку и вечно пересматривать. Выгравировать в памяти, чтобы мозг легко мог воспроизводить это воспоминание. И это именно тот момент. Момент простого счастья, смеха и улыбок.
Я перевожу взгляд на Чонгука, который дурачится с Джейком. Они симулируют драку без палочек.
Мое сердце сжимается, в легких не хватает воздуха, но сделать новый глоток кислорода не могу.
Почему мне чертовски не все равно? Почему же так больно?
Нельзя так любить человека. Это нездоровая любовь. Жертвовать всем, мучать свое сердце, травить свою душу, позволять нарушать личные границы, позволять растоптать систему ценностей. Я заболела этой любовью. Каждое слово Чонгука я принимала за истину.
Я была готова сделать абсолютно все ради него.
— Лиса, тебе плохо? — тронула меня за плечо Йери.
— Я пойду на свежий воздух. Голова немного болит.
Я оставляю еду и быстро поднимаюсь, чтобы уйти без лишних допросов. Идя по коридору, я чувствую как горькие слезы стекают по моему лицу. Это слезы моих разбитых надежд. Слезы горя по свободолюбивой девочке, которая знала только о родительской любви, любви к друзьям.
Я выхожу на общий балкон и взбираюсь по лиане на крышу. Довольно опасно, но мне уже все равно.
Я легла на крышу и уставилась на небо. Слезы льются. Это те слезы, которые нужно выплакать в эту ночь. Выплакать боль, разочарование. Чтобы внутри наконец все перегорело.
Я сильно сжала ладони, оставляя на них следы от ногтей, а после начала тереть глаза.
— Слезы уходите! Сильные девочки не плачут! — яростно кричу.
— Все плачут. Даже мужчины.
Голос раздался снизу, а после по лиане начал карабкаться парень. Я села и попыталась вытереть слезы, но они размазывались по всему лицу вместе с соплями.
— Не нужно. Помнишь, что я твой Тэ-Тэ, который всегда будет на твоей стороне?
Тэхён залез на крышу и сел рядом.
Я обняла руками колени, так как все мое тело трясло, и посмотрела на Тэхёна.
— Я недавно нашла письма, ... который ты мне посылал во время моего изгнания .... Оказывается, что сова их кидала на задний двор ... И все они завалилась под качели. Почему ты мне сразу не сказал? — моя речь прерывалась попытками наладить дыхание и успокоиться.
— Я думал, что ты их видела, и тебе было все равно из-за обиды на нас, — он простодушно улыбнулся и коснулся своей копны волос. Привычка.
— Я даже не знала об их существовании в тот период. Я на тебя злилась только потому что думала, что ты меня забыл и вычеркнул из своей жизни.
«Лиса, привет, надеюсь ты в полном порядке. Кушай побольше и думай о здоровье. Тепло одевайся. .....»
« ....Сегодня я провалил контрольный тест. Моя матушка грозилась меня прибить веником ...»
« Лиса-а-а, мы очень скучаем по вас. Мы все ждём твоего и Юнги возвращения....»
« Прости меня, что я тебя не защитил. Я же рыцарь, который должен спасать свою принцессу. А в итоге принцесса спасла своего рыцаря. Твой Тэ-Тэ».
Я смотрю в эти сияющие глаза, которые блестят ярче звезд на небе, и начинаю плакать сильнее. Тэхён своими большими руками, которые могут обхватить весь мир, обнимает меня. Я нервно сжимаю его кофту на спине и горько плачу, упираясь лицом в его грудь.
Ему я могу доверить свою боль.
— Тэ, почему все так?
— Потому что жизнь конченая стерва.
Я отпустила кофту и отодвинулась, чтобы взглянуть на лицо моего рыцаря.
— Тэ-тэ, с каких это пор ты ругаешься? — я изогнула губы в подобии улыбки. На фоне соплей и слез выгляжу наверное отстойно.
Ким Тэхён всегда был солнцем в нашей компании. Он тот тип друга, который ярко улыбается своей квадратной улыбкой, шутит несмешные шутки и всегда поддерживает. Но именно такой тип друзей имеет самые глубокие раны, которые умело скрываются весёлым настроением.
— Поделись своим секретом. Потому что ты увидел мое самое уязвимое состояние. — я тыкнула пальцем ему прямо в грудь. — Что у тебя здесь?
— Сердце
— Очень смешно, Ким.— я закатила глаза.
— Я обязательно тебе расскажу, но позже. Секрет мой в том, что мне сейчас очень больно. — он растянул губы в такую фальшивую улыбку, что мне стало не по себе. Как часто за его улыбками стоит абсолютно другие чувства?
— Тебя предали?
— Обманули или предали, я, черт побрал бы Мерлина, не знаю. — он вздохнул.— Скорее это я идиот, который поверил, что сможет получить то, что ему никогда не могло принадлежать. Низкосортный посмел взглянуть на высшее общество.
Он рассмеялся так печально, что уровень моей ярости стал подниматься и вытеснять мою печаль. Я уничтожу любого, кто посмел обидеть моего доброго Тэ-Тэ.
Я руками обхватила его голову и прижала к плечу. Теперь моя очередь его утешать.
— Мы не отбросы, Тэ-Тэ. Мы всего добьемся и будем смеяться в лицо нашим обидчикам. Помнишь нашу с тобой фразу?
— Из-за которой Розэ и Хосок долго дулись, так как хотели с нами?
Я махнула головой в знак согласия. Им не понять истинный смысл, который так важен для нас с Тэ.
— Мы вместе против всего мира.
— Мы вместе против всего мира.
***
— Лиса, с каких это пор ты не прилежная ученица, которая никогда не посмеет нарушить устав? — тихо возмущался Хосок.
— С тех пор как отправилась в изгнание. — шепчу я.
— Манобан всегда была плохой девчонкой. Просто наказание раскрыло ее потенциал. — усмехнулся Юнги.
Я шикнула на них, так как нас могли услышать.
Сейчас мы лежим на чердаке и пытаемся сквозь щели подслушать разговор. Здесь очень тесно и пыльно. Мы частно бьем друг друга локтями и ногами.
Хосок неженка.
В кабинете Дамблдора помимо него самого находились Северус Снегг, а также три чиновника из министерства Магии Южной Кореи.
— Французский легион потерпел поражение в Париже. Магический мир на территории Франции теперь подконтролен вестникам. — сказал министр Чон. Папа Чонгука.
— Англия тоже проигрывает. Много простых волшебников перешли на сторону вестников из соображений безопасности. — хмыкнул другой мужчина. Вроде отец Ким Намджуна.
— Я не могу понять, что собирается делать Гриндевальд с людьми. Будет ли он вторгаться в мир маглов? — сказала женщина, которой я восхищаюсь. Мама Сокджина одна из немногих женщин-министров в этом патриархальном мире.
— Сначала ему нужно подчинить мир волшебников, а потом уже думать о маглах. — фыркнул министр Ким.
Ух, воздух прям накаляется.
— В орден Ястребов нужен один из ваших преподавателей в связи с недавним убийством одного из участника. — сказала миссис Ким.
— Кто погиб? — спросил Дамблдор.
— Секретная информация,— высокомерно ответил мистер Ким. — а также из числа студентов нам нужно сформировать новый отряд.
— Студенты не могут воевать,— монотонно произнёс профессор Снегг. В своем репертуаре.
— Старшекурсники могут. Чему вы их тут столько лет учите?
С одной стороны, меня жутко раздражает высокомерная морда этого сноба. Но, с другой стороны, я согласна с высказыванием министра Кима. Мы должны воевать.
— Скоро здесь будут серьезные битвы, которые предрешат исход. — отметил мистер Чон. — И наш легион и ордена могут не справится.
— Я уже знаю первых кандидатов. Ребята, вам хорошо нас слышно? — министр Ким повысил голос.
— Мы попали! Мы попали! — тихо восклицал Хосок.
В следующую секунду министр Ким направляет на нас палочку и произносит заклинание. Мы перемещаемся с чердака в кабинет.
Мерлиновы кальсоны! Неловко вышло.
— Какие очаровательные студенты у вас, Дамблдор!
Ублюдок.
Мы подставили директора.
— Профессор, мы ... — начала я, но он махнул рукой, чтобы я замолчала.
— Мы сформируем отряд из желающих студентов-старшекурсников. Настаивать не будем.
Все пары глаз посмотрели на нас.
— Я хочу участвовать, — твердо произнесла.
— Ну за золотые галлеоны я готов хоть с Гриндевальдом сразится, — непринужденно сказал чертов Мин, держа руки в карманах.
Никто кроме мистера Кима на иронию Юнги не отреагировал.
— Мальчик, ты сначала покажи себя в обычном сражении с последователями. А потом говори за оплату и битвы с черными магами.
— Я маглорожденный, так что ...
— Чон Хосоку лучше остаться в академии, — сказал Северус Снегг.
Я внутри чертыхнулась. Пугает меня этот дядька.
— Наоборот, можно использовать этот факт как оружие, — ухмыльнулся чиновник Ким.
Я собиралась вставить слово, когда друг перебил меня:
— Я буду воевать.
Рядом стоящий Юнги мягко пихнул Хосока. Это их способ показать другу другу, что они всегда будут рядом. Я горда за своего друга. Он очень сильный духом человек. Я знаю, что ему страшно. Но Хосок готов идти вместе со своими близкими людьми рядом. И я всегда поддержу его и буду рядом.
***
Я развалилась на большом черном диване, читая очередную книжку про черную магию.
— Какая же с-к-у-к-о-т-а, — пропела я. — Лучше бы мы практиковались.
— У нас и так отличные тренировки. Эти книги помогают нам понять все проявления черной магии, — с заумным видом произнёс Джин.
После разговора в кабинете Дамблдора мы создали отряд и отправились в конспиративную квартиру ордена Ястребов на острове Чеджу. Они курируют наш отряд, чтобы мы могли максимально впитать их личный опыт ведения войны. Отряд мы назвали «Свобода». Довольно заурядно и пафосно. Но мне нравится.
В этой комнате собрались все члены отряда: Сокджин писал какой-то бессмысленный конспект; продуманный Чонгук спал в кресле; Намджун разговаривал по телефону, так как мы находились в магловском мире; Юнги и Хосок делали усердный вид, что читают полезную информацию, хотя я знаю, что они играют в покер; Чимин пялился в телефон; Йери и Джинен спорили из-за какого-то заклинания; Сехун постоянно доставал Тэхёна, который читал газету про Гриндевальда. Команда мечты, черт возьми!
Я перевела взгляд на Чимина, который сидел напротив меня.Безэмоциональный фасад. От него веет холодом и бросает в дрожь. Обычно такие самые безжалостные на войне. Он первым выдвинулся в добровольцы. Наверное хочет поймать свою невесту и отомстить. Да уж, я бы тоже прикончила своего муженька, если бы он оказался предателем.
Я за спасение каждого. Но в этом случае всех жалеть нельзя. Эти последователи хотят уничтожить полмира, так что лучше первыми избавиться от них.
Это война будет кровавой.
Я готова.
Дверь открывается, и к нам входит мистер Пак.
— Идите в совещательную комнату. Мы все собираемся.
Я воскликнула от восторга. Долой скучные книжки!
Орден Ястребов возглавляет отец Розэ. Было довольно неожиданно, ведь большинство министров просиживают эту войну в своих шикарных кабинетах. Также в Орден входят три волшебницы из Англии и четыре волшебника из Франции и США и плюсом наш преподаватель. Все они являются лучшими и сильнейшими. И мы находимся под их крылом. Я так взволнована!
Убежище Ястребов было сетью подземных туннелей, проходящих по всему острову. Мы могли выйти в любую точку. Над совещательной комнатой находился пятизвездочный отель. Можно заскочить после собрания ненадолго.
Я чуть отстала от ребят, так как увлеклась катакомбами. Они уникальны.
Все уже повернули направо, но я замерла на распутье. Из туннеля напротив вышла она.
Бледное лицо, безжизненные взгляд, черная одежда покрывала все ее тело кроме лица и волос.
Я никогда не видела таких пустых глаз.
Мертвый человек выглядит живее чем она.
— Розэ, — раздался взволнованный голос позади меня.
Мистер Пак быстро преодолел расстояние и подошел к дочери. Оказывается не одна я отстала. Пак Чимин также остановился и уперся взглядом на Розэ.
— Пойдем, я тебя провожу до комнаты. А там мама скоро приедет. После собрания мы вместе покушаем жареной курочки, хочешь? — ласково и мягко разговаривал мистер Пак, поглаживая по голове Розэ.
Мне не нравится каким тоном он с ней разговаривает. Мистер Пак всегда был хорошим и добрым отцом. Но это поведение человека ... сострадающего, жалостливого, уязвимого.
— Идите в совещательную комнату! Я сейчас прийду.— жестко отчеканил министр Пак.
Чимин резко сорвался с места и оказался напротив Розанны. Я решила не упустить момент и подойти ближе.
— Я уйду только после разговора с тобой. Ты от меня не спрячешься, — он сверлил взглядом Розэ.
— Ты уйдешь сейчас же, а Розэ ...
— Пап, а можно мне посидеть с тобой на совещании? — она даже не взглянула на Чимина, продолжая смотреть на отца. — Просто мне уже невыносимо больно. А с тобой не так страшно.
Голос хриплый и умоляющий. У меня защемило сердце и перехватило дыхание от слов Розэ. Что же с тобой происходит?
« — Розэ, когда тебя обижают, то ты должна ему дать по голове! То что мы девочки не делает нас какими-то слабыми!
— Лиса, когда кто-то обижает, то это значит, что ему грустно и плохо. И он свою обиду распространяет на других. Ударом по голове он не перестанет быть озлобленным.
— Значит надо ударить второй раз и посильнее. Не все такие хорошие, как в твоем мире барби и розовых пони. Иногда задиры просто любят задирать. И их надо ставить на место!
— Эй! Я не играю в барби! У меня Братц! Твои миньоны не лучше.
— Ха-ха, меня даже мальчик похвалил, что мои миньоны крутые! — я показала язык»
— Куколка, пойдем на пляж? Я сообщу ястребам, чтобы они провели совещание без меня, — голос у мистера Пака дрожал.
— Что, черт возьми, происходит?! — воскликнул слизеринец.
— Я тоже должна знать! — повторила тон.
И тут происходит то, чего я боялась больше всего. Черные вены вздулись на лице Розэ.
Продолжение следует ...
Новая главушка вместе с Лисой! Я вернулась очень быстро:) дорогие читатели, я вас очень прошу просто насладится главой и погрузится в вселенную. Я вам хочу показать настоящих героев со своими чувствами, переживаниями, которые делают и правильные поступки, и совершают ошибки. Не картонные. В настоящей жизни мы совершаем абсолютно разные поступки. Поэтому осуждать никого никогда не стоит. Это с вашей системой ценностей вам кажется, что человек (герой) плохой, делает идиотские вещи и тд. Но другой посчитает совсем по-другому. Вы, конечно же, имеете право на мнение! И мне очень интересно почитать ваши прекрасные комментарии насчет героев. Но говорить, что есть верное решение, что есть неправильное, почему герой мудак и тд. Это только ваше мнение :) просто хочу сказать, чтобы вы не строили надежд. Финал мне давно известен. И я не буду его подстраивать под ваши иллюзии 🙃