Ключ от королевства

Из шатра к тому времени вынесли всю походную мебель, кроме нескольких грубо сколоченных кресел и узкого стола, прежде служившего, похоже, верстаком для какого-нибудь ремесленника. Стол был пуст, если не считать кувшина и пары глиняных кружек. Оберон наполнил обе, одну пододвинул мне:

- Теперь, когда принц наконец сознался... Ты расскажешь мне эту историю? В подробностях?

Говоря так, он коснулся посохом моего рукава, и от мокрой одежды сейчас же повалил пар.

- Времени у нас, как обычно, в обрез... Ну что же ты? Выпей воды.

Я отхлебнула из кружки. В жизни не пробовала ничего вкуснее. Пар от меня всё валил и валил, я стояла, окутанная облаком, - не то паровоз у перрона, не то призрак из бани. Мокрая одежда высыхала на глазах. Отваливались песчинки, падали на пол.

Оберон расхаживал по шатру туда-сюда. Глядя на его сапоги, я начала свой рассказ - от того момента, как принц разбудил меня среди ночи. Я рассказывала очень подробно, стараясь ничего не забыть, ничего не исказить и не перепутать; Оберон оставался совершенно бесстрастным, непонятно было, слушает он меня или нет. Только когда я дошла до заброшенного замка и падения с башни, он вдруг поднял голову:

- А теперь снимай штаны и ложись вот сюда.

И убрал со стола кувшин и кружки. Я обомлела:

- За... зачем?

Мой страх его развеселил.

- Затем, что ты же не собираешься хромать до старости, так? Что там у тебя с ногой? Давай-давай, я отвернулся...

Моя рубашка всё равно была длиннее самой длинной мини-юбки. Одёрнув подол пониже, я кое-как вскарабкалась на стол. Оберон подошёл, присвистнул и долго молчал, разглядывая мою ногу.

- Как ты падала? Спиной?

- Я толком не помню...

- Везучая, что не сломала позвоночник. Какого лешего ты вообще туда полезла?

- Выбрать направление. Я увидела море...

- Мда, нехороший был перелом... Да не дёргайся, это же не хирургия, больно не будет. Рассказывай дальше.

Моя нога онемела. Лёжа на спине, глядя в серый от дождей купол шатра, я рассказывала о сражении с туманной бабой, о том, как мы вышли к морю, и о том, как принц и Эльвира попытались основать своё Королевство.

- Я их женила. Это по правде? Они теперь в самом деле муж и жена?

- Они давно уже муж и жена, Лена, дело не в том, кто им устроил бракосочетание... Они любят друг друга и никогда не расстанутся. Во всяком случае, хочется верить.

- Ваше величество, - рискнула я спросить. - Если вы видите, что они... ну... зачем остальные пять невест? Это ведь всё случилось потому, что принц и Эльвира, ну... удрали от такой жизни. Им просто хотелось быть счастливыми.

Оберон отставил в сторону посох. Я снова начинала чувствовать ногу: она была покрыта «гусиной кожей». Я замёрзла, меня знобило.

- Ты думаешь, я всего этого не понимаю? - тихо спросил король.

Я молчала. Получилось, что я считаю Оберона глупее себя.

- Одевайся... Теперь я тебе расскажу. Когда мы тронулись в путь, ни о какой любви речь не шла - был принц, и были шесть принцесс-невест, каждая в тайной надежде. Эти шесть надежд поддерживали Королевство в пути, будто шесть маленьких крыльев. Но в пути все чувства обостряются - принц сделал свой выбор раньше времени. Я просил его держать себя в руках. Я объяснял ему, чем грозит Королевству его своеволие. Но он уже слушал только Эльвиру...

Я села на столе. Моя нога была покрыта пупырышками, но совершенно цела. Только маленький шрамик под коленом напоминал о прежнем уродстве. Может, Оберон его специально оставил - на память?

- Ваше величество, - я боялась того, что собираюсь сказать, но всё-таки говорила, - разве это так можно - использовать... надежду принцессы-невесты? Зная, что пять надежд из шести всё равно будут обмануты?

Оберон резко обернулся. Я засуетилась:

- Я понимаю... Королевство должно найти новое место, это нужно для общего блага, для всего мира... Но надежда на счастье - это ведь не дрова, чтобы ими топить костёр?

Оберон взял мои штаны, брошенные на спинку кресла. Штаны были совсем сухие, только задубели немного от морской соли.

- Возьми. - Он положил их мне на колени. - Лена, ты когда-нибудь мечтала выйти замуж за принца?

- Нет. То есть да... То есть все девочки мечтают, когда им лет двенадцать. Наверное. Но... - Я запнулась. У меня чуть было не вырвалось, мол, кто познакомится с принцами поближе - тот не станет о таких мечтать. - Ваше величество... отвернитесь, пожалуйста.

Оберон отвернулся. И так, стоя ко мне спиной, сказал:

- Давай-ка теперь я расскажу тебе, что стало с нами, когда вы исчезли. Эльвира... милая девушка, но, честно говоря, и без неё мы бы спокойно жили по-прежнему. Потеря мага дороги - тяжелейший удар, я не был уверен, что смогу теперь вывести Королевство из беды. Но самое страшное, Лена, не это. Помнишь, я рассказывал тебе, что в Королевстве у всякого есть своё место? Так вот: принцессы-невесты вдруг сделались лишними. Они перестали быть невестами. Они перестали надеяться, а стали обижаться, злиться и ненавидеть - друг друга, принца, меня, всех. Представляешь?

Я с трудом застегнула штаны.

- Это было похоже на нарыв. Идёт здоровый человек, сильный, и вдруг его будто взрывает изнутри, и он начинает рассыпаться на части. Так и наше Королевство. Я несколько дней не решался тронуться с места - ждал, что вы вернётесь, всё ждал, ждал...

- Но я же не знала! - вырвалось у меня. - Я не думала...

- Принц знал. Обязан был знать. Но он, как ты справедливо заметила, стремился к личному счастью, и не в будущем, а здесь и сейчас... Я что, тебя ругаю? Нет же. Я объясняю. Нужно было новое предназначение для принцесс, новая сила, которая вернула бы их в Королевство и переплавила раздражение во что-то более подходящее для путешествия... В идеале - снова в надежду.

Я вспомнила, что ни вчера, ни сегодня высочества мне не попадались.

- Вы их заколдовали?!

- Нет, ну что ты. Я... короче, теперь они члены Ордена сестёр-хранительниц Обещания.

- Монашки, что ли?

- Не совсем. Сёстры-хранительницы.

- Хранительницы чего?

- Обещания. - Оберон всё ещё стоял ко мне спиной.

- Какого?

- Моего обещания, Лена. Что каждая из них получит своего принца раньше, чем на висках у неё пробьётся первый седой волосок.

- О-о-о, - сказала я удивлённо. - Так ведь принц...

- Ничего не поделаешь, теперь у меня прибавится головная боль - выдавать их замуж. Пять принцев к сроку - что может быть проще? - В голосе у Оберона появился сарказм.

- И ваше обещание вернуло им надежду?

Оберон наконец-то обернулся. Он казался смущённым, это меня поразило.

- Да, Лена. Потому что это ведь обещание короля.

- А если, - я задержала дыхание, - вы не сумеете найти им принцев, пока они не начнут седеть?

За серыми стенками мелодично проиграла труба.

- Время шатёр сворачивать, - деловито сказал Оберон. - Твой Серый цел и невредим, иди к конюхам, скажи - я велел...

- Ваше величество! Что будет, если вы не найдёте принцев?!

Он улыбнулся:

- Да найду я. Не бойся.

И вот мы снова ехали рядом с Гарольдом в самой серёдке каравана - как будто ничего и не было. Мне всё время казалось, что вот-вот покажется Ланс, проедет мимо, приглядывая, всё ли в порядке, и заодно даст мне скучным голосом какой-нибудь совет.

Но Ланса не было.

Я повторяла свою историю - на этот раз для Гарольда. Теперь я рассказывала по-другому: в основном расписывала свои сражения и победы, а Гарольд по ходу дела объяснял, какого рода чудовище мне попалось, какие у него повадки и что оно обычно делает с жертвами.

- ...И тут оно поднимается на ноги - и это не пень вовсе! Это такая штука с глазами...

- Понятно. Пальцеед-пирожник. Месит добычу ложнокорнями, пока она не превратится в фарш, затем вытягивает соки хоботком, который расположен под корнями...

- Фу, Гарольд!

- Ты его завалила?

- Разумеется. Иначе где бы я сейчас была?

- Понятно где... Ну, что дальше?

Когда я дошла до поединка с туманной бабой, он округлил глаза и тихо охнул.

- Слушай... А я тебя неплохо выучил. Ну скажи - неплохо?

Я рассмеялась.

День сменялся вечером. Караван шёл теперь не по берегу - мы углубились в сосновый лес. Опасности не было - так говорил посох Гарольда. Мой посох остался у Оберона, и король пока не выказывал желания вернуть его.

Принцессы ехали в карете. Занавески на окнах были плотно опущены. Насколько мне было известно, ни одна из сестёр-хранительниц не снизошла до бесед с принцем или с Эльвирой; новобрачные плелись в хвосте каравана. На них никто не обращал внимания.

Теперь Гарольд рассказывал мне о том, что случилось с караваном в наше отсутствие. Оберону и магам дороги пришлось не легче, чем мне, а может, даже тяжелее - ведь на их попечении было столько людей! Подробный рассказ о гибели Ланса я выслушала, низко опустив голову.

- ...А теперь уже недолго. Нюхом чую - где-то тут будет наше новое Королевство. Может быть, сегодня туда придём. Ты представляешь, Лена, - сегодня!

- Гарольд, - сказала я тихо. - А что будет с королём, если он не сможет выполнить обещания?

Гарольд вскинул голову:

- Он тебе рассказал, да?

- А по-твоему, мне нельзя доверять?

- Я не в этом смысле. - Гарольд смутился.

- Я маг дороги!

- Хорошо, не злись. Сама подумай: он поклялся жизнью. Что с ним станет, если клятва будет нарушена?

- Он умрёт?!

Гарольд сопел.

- Но это же несправедливо!

Гарольд смотрел вдаль.

- Надо отыскать для него этих пятерых принцев, - сказала я твёрдо. - Хоть из-под земли.

Гарольд вздохнул:

- Если бы это было так просто...

Лес расступился. Караван вышел на высокий берег; море лежало далеко внизу. Террасами спускались вниз зелёные луга, а справа и слева горели в закатном солнце верхушки гор.

Трубач вдруг заиграл незнакомую мелодию, такую пронзительную и радостную, что у меня каждый волосок поднялся дыбом.

- Что он играет?

- Прибытие, - хрипло сказал Гарольд. - Он играет прибытие Королевства - и конец пути.