Глава 22
Что творилось в этот момент на поверхности, очевидцы никогда не забудут. Молнии лупили в верхушки высоток, смерчи шатались по улицам, срывая с парковок машины, подбрасывая и роняя на мостовую. Люди забивались под мосты и в подземные переходы, прятались в магазинах и кафе, закрывали окна коврами и одеялами. Витрины разлетались на куски, рекламные щиты валились, деревья, падая, выдергивали корни из земли, будто хотели убежать из взбесившегося города.
Все это время Лера, накрепко забывшая свою встречу с Тамарой и все, что за ней последовало, лежала дома, в съемной квартирке, и Миша был рядом с ней. Он, разумеется, не мог бросить человека в таком состоянии.
Погода начала портиться с вечера. Запасливый Миша сходил в магазин и принес молока, яиц, хлеба и овощей. Теперь, наглухо закрыв форточки, он слушал, как завывает ветер в щелях рам и как потрескивают стекла. В доме напротив ветер расколотил окно и вывернул раму; Миша раздумывал, не заложить ли окна на всякий случай матрасами.
Лера проснулась поздно, выпила чаю, съела яичницу, которую поджарил Миша, и снова задремала. То, что творилось снаружи, мало ее волновало: в конце концов, главней всего погода в доме. А Миша был рядом, внезапная буря отрезала ему пути к бегству, и Лера с легким сердцем могла смотреть сны о розовых пони.
Миша не разделял ее благодушия, но ничего не мог изменить. Телефоны его однокурсников не отвечали. Те, до кого он все-таки смог дозвониться, прятались в общежитии или по домам, многие паниковали, пытаясь разыскать родственников. МЧС призывало к спокойствию и дисциплине, над городом кружили вертолеты, их рокот добавлял колорита в общую атмосферу конца света.
Миша пытался дозвониться мне раз двести. Ответа, конечно, не получил. Интернета не было. Телевизор, на удивление, работал – единственный кабельный канал при полном отсутствии новостей. Шли старые программы в записи. Никто и словом не упоминал про катастрофу, в какой-то студии незнакомые люди о чем-то говорили – неслышно, потому что Лера спала, и Миша убрал звук.
Он сидел на старом скрипучем стуле и маялся, потому что чувствовал: надо быть не здесь. Он хотел действовать, ему надо было кому-то помогать, спасать, выводить из-под летящих обломков, но он не знал, куда бежать и где сейчас нужны волонтеры. А еще он боялся, что стоит ему открыть входную дверь – и Лера проснется, и Миша тогда не сможет уйти.
В этот момент на экране телевизора, среди беззвучно говорящих мужчин и женщин, появилась одна – лет пятидесяти, с простым круглым лицом, растерянная и бледная. Она долго шевелила губами, потом вынула фотографию – и Миша замер, глядя на нее.
Потому что это было фото Лизы, сделанное, по-видимому, несколько лет назад. Лиза была в школьном костюме и с лентой «Выпускник» через плечо.
Женщина говорила, вытирала слезы, а Миша искал и не мог найти пульт от телевизора. Лера спала. Пульт прятался у нее под рукой.
Миша осторожно вытащил его – в этот момент на все поле телеэкрана открылась фотография Лизы, и внизу побежали титры. Забыв обо всем, Миша смотрел на экран...
Потом отбросил пульт, осторожно закрыл дверь в комнату и уже через минуту выходил из подъезда – навстречу дикому ветру, летящим песку и мусору, смерчам, грозе и Апокалипсису.
* * *
Миллионы полиэтиленовых пакетов парили над городом. Связка воздушных шаров, сорванных вихрем со свадебной машины, вертелась на уровне десятого этажа и казалась издевательством среди всеобщего кошмара. Миша пробирался пригнувшись, кое-где на ощупь, потому что из-за летящей пыли невозможно было открыть глаза. Он замотал лицо шарфом и дышал, как ныряльщик, от случая к случаю. Он шел к нашей общаге, но не успел дойти.
– Васильев!
Миша обернулся. К нему, пригибаясь и замотав лицо, бежал человек в форме частного охранного предприятия – серые штаны, серая куртка с нашивками, надвинутый на лоб картуз с длинным козырьком. Миша напрягся, почуяв неладное.
Человек подбежал вплотную. Сдернул шарф, закрывающий лицо. Миша узнал его – они виделись, хотя и при очень неприятных обстоятельствах. Перед Мишей стоял Пипл в форме частного охранника.
– Как твоя приятельница? – он пытался перекричать ветер, раскаты грома и грохот жести на крыше соседней бензоколонки.
– Ничего не помнит! – прокричал в ответ Миша.
– У тебя телефон с собой?
Миша протянул ему телефонную трубку:
– Связь плохая! А где Ирина? Я не могу ей дозвониться!
Медленно подошли еще двое. Одного Миша видел впервые – это был человек лет сорока, округлый и мягкий и, по всей видимости, слепой – глаза его глядели сквозь предметы, болезненно щурясь от песка и пыли. Его держала за руку женщина, которую Миша узнал, – это была Крис.
– Он пойдет с нами, – сказал слепой.
– Ты уверен, Леша? – переспросила Кристина.
Слепой кивнул.
* * *
Здесь придется сделать еще одно отступление и объяснить, почему Леша, Крис и Пипл встретились с Мишей в это утро именно при таких обстоятельствах.
Колдун показал мне подлинные кадры захвата Кристины. Отчаявшись вызвонить Гришу и застряв в безнадежной пробке, она решилась бросить машину и добраться до портала пешком – она искала Инструктора, на него была ее последняя надежда. Когда четыре здоровенных амбала без предисловий напали на нее и попытались скрутить, Крис дала сдачи без жалости, но контролируя силу, чтобы по возможности никого не убить.
Дальше все пошло не так. Способность Кристины руками валить столбы и взглядом гнуть железо исчезла так же необъяснимо, как когда-то появилась, и Крис оказалась в положении танкиста, который вдруг обнаружил себя под огнем артиллерии без танка и даже без штанов. Впрочем, Кристину это не остановило: она была человеком тренированным и бесстрашным, и несколько минут ей удавалось сдерживать четверых нападающих.
Потом ее просто вырубили. Свалили на носилки «Скорой помощи», заранее заготовленные, и затащили в джип частной охранной фирмы.
В это же самое время Леша, сидя за компьютером, моделировал варианты будущего. О том, что надвигается катастрофа, он знал еще вчера. Теперь он пытался во множестве вероятностей отыскать хоть один сценарий, по которому город остался бы целым, а сотрудники Доставки – живыми.
Вариантов не было. Жизнь продвигалась вперед по множеству разбегающихся тропок, но событие-развилка оставалось неизменным: колдун открыл портал, Тени хлынули на город. Леша, как и Гриша, отлично понимал: первым делом Тени захотят поквитаться с нами, поэтому из офиса лучше уйти.
Кристина взяла телефон, чтобы сказать об этом Инструктору, но остановился. Телефон все еще был в его руках, Леша ощущал его тяжесть и гладкость экрана, но вокруг сгущалась темнота и скоро сгустилась совершенно. Леша ослеп по воле колдуна, дистанционно «вырубавшего» сотрудников Доставки.
В отличие от других посвященных, Леша не потерял свои способности полностью. У него сохранилась способность заглядывать в будущее, правда, всего на несколько секунд, максимум минуту. Зная, что в офисе скоро появится Пипл, он постарался без паники собраться и соорудить из подручных материалов «газовую маску».
Пипл жестоко страдал – единственным запахом, который он отныне мог ощутить, была вонь гнилого мяса, невыносимая, эпическая вонь. Пипла выворачивало наизнанку каждые несколько минут, хотя желудок его был совершенно пуст. Он успел вывести Лешу из офиса, но далеко уйти им не пришлось: люди колдуна схватили их и запихали в джип.
На дорогах уже начинался коллапс. Пробиваясь по тротуарам и газонам, сминая барьеры и наплевав на дорожную разметку, молчаливые люди в сером привезли Лешу и Пипла в помещение бывшего детского сада, оборудованного под мини-тюрьму.
В кирпичной клетушке с дверью-решеткой Леша и Пипл обнаружили Кристину, которая едва-едва пришла в себя – в наручниках. Все трое были ошеломлены легкостью, с которой колдун расправился с Доставкой.
Крис, не знавшая ничего о судьбе Гриши, сходила с ума. Пипл, борясь с тошнотой, предлагал варианты побега, а Леша оценивал их с точки зрения вероятности. Ничего не получалось до тех пор, пока Пипл от отчаяния не предложил совершенную глупость.
Глупость сработала. Пипл и Леша изобразили драку, Кристина принялась орать изо всех сил, и быковатый охранник, дежуривший снаружи, отпер дверь и вошел с дубинкой. Никакой особой надобности в этом не было – но быку нравилось избивать людей, и он не мог упустить удачный случай.
Но прежде, чем он обрушил свою дубину на спину Пипла, Кристина, подобравшись сзади, накинула скованные руки охраннику на шею и слегка придушила наручниками. Пипл выудил ключи у него из кармана, а дальше начался авантюрный боевик: слушая подсказки слепого поводыря о том, что случится через секунду, Пипл и Кристина выбрались наружу и угнали джип. В процессе Пиплу пришлось переодеться в серую форму охранника, а Кристине – отправить пару неудачников в нокаут.
Джип они бросили, отчаявшись обогнуть пробку, и добрались до университета на своих двоих. Здесь Леша сказал: «Сейчас ты увидишь этого парня». Пипл понял его только через несколько секунд, когда среди дыма и пыли разглядел бегущего по территории Мишу.
– Васильев!
Миша завертел головой.
– Он пойдет с нами, – сказал Леша, и никто не спорил. Ведь Леша в этот момент видел будущее.
* * *
Стены подземелья сотрясались, отовсюду сыпались песок и раскрошенный бетон. Мы с Гришей метались, как подопытные кролики в лабиринте, когда у меня зазвонил телефон. Связь!
– Ира! – закричала трубка, и я едва узнала искаженный помехами голос Пипла. – Ты где?
– Под землей! Иду к порталу!
– Подожди! Что значит...
Голос Пипла исчез, вместо него в трубку закричала Кристина:
– Ирина! Гриша с тобой? Отвечай, Гриша с тобой?!
– Да! – я протянула Грише трубку. Надо было видеть, как он ее схватил:
– Кристина? Кристина, ты цела?!
Он несколько секунд стоял, прижимая трубку к щеке, слушая. Потом вздрогнул, опустил телефон и посмотрел на меня:
– Леша говорит, портал откроется через шесть минут тридцать секунд.
– Откроется?!
– Они говорят, нам надо выбираться на поверхность.
Снова задрожали стены. Крохотные трещины поползли по бетону – на глазах темнея, расширяясь, откуда-то посыпался мусор, полилась грязная вода...
Откуда-то дохнуло холодом, я вспомнила, как Инструктор вел меня по этим коридорам к порталу, и точно поняла, в каком направлении надо идти.
* * *
Хранители лежали на полу без движения. Их стол был расколот, костяшки домино рассыпались по мокрому полу. Натужно гудел механизм – холодильная установка не справлялась. Лед таял, изморозь на стенах сменялась грязными потеками, с потолка капала вода. Весь огромный зал у портала был заполнен клубами холодного пара. Дядя Толя, Иван Иванович и Серго казались давно, безнадежно мертвыми, и я ничем не могла им помочь.
Я бросилась к порталу и чуть не споткнулась о тело Инструктора. Он лежал навзничь, лицо было разбито, глаза заведены под лоб, но пульс прощупывался.
– Велю, и владею, и устанавливаю власть мою, – донеслось ко мне от портала, сухо и буднично, без пафоса. Говорила Лиза – монотонно и ровно, как будто читала инструкцию к стиральной машине.
В зал вбежал Гриша. Остановился, в ужасе глядя на Инструктора и хранителей.
– Устанавливаю власть мою отпирающим заклятием...
– Хрен тебе, а не власть! – выкрикнула я. Лиза замолчала, не оборачиваясь. Я подобрала с пола тяжелый и ржавый обломок железной трубы.
– Ударь, – сказала Лиза, не оглядываясь. – Раскрои голову своей любимой... Или сперва поцелуешь?
– Отойди от портала, – сказала я.
– Если не хочешь умереть здесь и сейчас- беги – Лиза повернула голову, я увидела ее лицо – неподвижное лицо Лизы с глазами колдуна. – Сейчас здесь будет много Теней... Помнишь Германа? А Тамару? Они жаждут мести!
Я ничего не ответила. Она снова повернулась к порталу и завела свою песню:
– Устанавливаю власть мою отпирающим заклятием, власть над дверью и порогом, над светом и тенью, над всяким, кто войдет и кто выйдет. Снимаю печать и открываю запертое...
Мне не надо было особо напрягаться, чтобы увидеть мир глубинным взглядом. Иней таял на стене портала, сквозь него проступала темная бурлящая масса и с каждым словом колдуна становилась плотнее. Клокочущая, липкая, дрожжевая, она тянулась ко мне из дыры между мирами, портал заполнялся потусторонним тестом, а подземелье – потусторонним холодом. Гриша за моей спиной что-то прокричал – я не расслышала слов. Кажется, он умолял меня скорее уходить...
Лиза стояла между мной и тьмой. Как в тот раз, когда она оградила меня от бездны. А сейчас она притягивала беду, она заклинала смерть, и я поняла, что колдун на самом деле безумен: он не удержит власть над массой, готовой хлынуть из портала. Он будет их первой жертвой... Нет, не он! А Лиза, которую трусливый мерзавец подставил вместо себя!
– Лиза! – закричала я. – Лиза!
Она стояла в пяти шагах, но меня не слышала. Она была куклой, перчаткой на руке, или марионеткой на нитках, или даже пластиковым пупсом, совершенно покорной чужой воле. За кого я воюю, за кого собираюсь умереть – за куклу?!
– Лиза, посмотри на меня!
Она продолжала бормотать заклинание.
– Сопротивляйся! Сбрось его власть! Ты Сильная, давай!
Показалось мне или колдун на секунду запнулся?
– Избавься от него! Освободись! Пожалуйста! Будь собой! Лиза, я к тебе обращаюсь, Лиза!
Речь колдуна сделалась дерганой и отрывистой, но он продолжал говорить.
– Прекрати, Лиза! Замолчи! Пожалуйста! Лиза!
– Акула!В детстве ее прозвали Акулой! – сказали за моей спиной.
Посреди подземного зала, тускло освещенные аварийными лампами, стояли Кристина , Гриша, Леша и Пипл. А рядом с ними, тяжело дыша, стоял Миша и смотрел мне в глаза:
– Акула! А мама ее называла Акулëнок. - Говорил быстро, но четко Миша.