Свободные отношения

 Некоторые люди говорят, что довериться незнакомцам намного проще чем близким людям. Наверное, так и есть. Ни один человек не захочет нагружать любимых своими проблемами. Поэтому случается так, что дорогие нам люди порой даже не подозревают, что творится в нашей душе. Что-то такое происходило между мной и Мелиссой. Я так и не смогла рассказать всю правду о нас с Крисом. Мне совсем не хотелось, чтобы она беспокоилась обо мне, тратила на меня остатки своих душевных сил. Скорее всего когда-нибудь она все равно узнает обо всем и тогда будет очень сильно злиться. Но хотя бы сейчас пусть она останется в сладком неведении.

- Ты в последнее время выглядишь усталой, что-нибудь случилось? – обеспокоенно спрашивала сестра, после того как в очередной раз без приглашения заявилась в мою квартиру.

- Я бы выглядела лучше, если бы ты перестала так внезапно приходить, - возмущалась я.

Я, конечно, понимала, что Мелисса не прекратит так делать, но оставить свои попытки как-то это исправить не могла.

- Да, брось. Мы и так с тобой слишком редко видимся. В последнее время ты будто избегаешь меня, - сестра, как всегда, была на высоте, сразу смекала что к чему. Но я так просто сдаваться не буду. Пусть строит свои догадки, правду я все равно не расскажу. – И парня своего ты мне не показываешь. Неужели так его обожаешь, что и делиться не хочешь?

Мелисса состроила такой многозначительный взгляд, что я не решила, как мне на него вообще отвечать. Проще было вообще проигнорировать.

- Не переживай, у тебя будет сегодня такая возможность, - нехотя сообщила я, взглянув на часы. – Он должен уже скоро прийти.

- Оу, как интересно. И чем же вы таким собираетесь заниматься на ночь глядя?

- Не твоего ума дело! – не выдержала я. От взгляда Мелиссы мне было так стыдно, что я тут же ушла с кухни в гостиную.

Я села на диван и спрятала свое раскрасневшееся лицо в подушку. Нет, как эта женщина может быть моей сестрой? Сколько можно издеваться надо мной? Она ведь прекрасно знает, как такие разговоры меня смущают, но все равно продолжает их заводить.

- Прости, я не хотела тебя дразнить. Может, только чуть-чуть, - весело смеялась сестра, подсаживаясь ко мне. Она крепко-крепко обняла меня со спины, и продолжила. – Я так рада за тебя... мне бы очень хотелось, так сказать. Но я чувствую, что ты не все мне рассказываешь.

Так и знала. От Мелиссы ничего не скроешь. Я развернулась к ней лицом и обняла в ответ. В ее объятиях мне всегда было так спокойно. Казалось, что все печали уходят. Такие нежные, заботливые руки. Прямо как у мамы. Я мало, что помнила о ней, но была уверена, что в ее объятьях я чувствовала то же самое. Порой мне так сильно не хватает ее. Может потому, что я никогда не чувствовала родительского тепла, мне так необходимо кого-то любить, дарить кому-то радость, делать чью-то жизнь хоть капельку лучше, чтобы не чувствовать себя одиноко.

- Моя маленькая, бедная сестренка. Я так сильно хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Мне всегда казалось, что я могу справиться со всеми твоими печалями, что всегда смогу помочь тебе. Но ты уже совсем выросла, и теперь тебе нужны вовсе не мои объятья.

Если честно, это даже немного пугает – то, с какой точностью Мелисса угадывает все мои переживания. Она всегда относится к моим проблемам, как к своим собственным. Сестра в первую очередь думает об окружающих, поэтому порой совершенно забывает о себе. Но так продолжаться не может. Я хочу, чтобы она наконец жила для себя, чтобы смогла забыть обо мне и пойти искать свое счастье. После того случая на свадьбе мне начало казаться, что она потихоньку начинает отпускать свое прошлое. Она точно готова начать все заново. Поэтому, как бы больно мне не было, я должна ее отпустить.

Мы еще некоторое время сидели молча, обнимая друг друга. Потом я поняла, что еще чуть-чуть и расплачусь, потому пошла заваривать чай, тем более скоро придет Крис. Мелисса решила посмотреть телевизор, но внезапно подошла ко мне.

- Хо-хо, что я вижу? Завариваешь чай? Но ты же пьешь только кофе, - от этого замечания у меня даже уши покраснели. Ну почему она не можешь прекратить меня задирать! Всю атмосферу испортила. – Не переживай, я только одним глазком посмотрю на твоего возлюбленного и тут же уйду.

Сразу после ее слов, послышался звук открывающейся двери. Мелисса тут же помчалась в коридор.

- Лу, в магазине не было шоколадного чизкейка, поэтому я взял обычный.

Крис, ничего не подозревая, снимал обувь. Но стоило ему только повернуться, и он наткнулся на пристальный взгляд моей сестры. От внезапности он растерялся и далеко не сразу поздоровался. Он встал, как вкопанный, и не понимал, что делать. Мелисса по-прежнему совершенно бестактно пялилась на него. Она осмотрела его буквально с ног до головы.

- Понятно, - вынесла она своей вердикт, расплывшись в улыбке чеширского кота. Растерянный Кристофер бросил на меня умоляющий взгляд. Я не знаю, как мне еще описать эту ситуацию. Крис был в шоке, моя сестра – в восторге, а я про себя считала до десяти, иначе прибила бы на месте эту невоспитанную женщину.

- Что тебе там понятно? – возмущалась я, целуя Криса в щечку. Только после этого он немного пришел в себя. – У тебя что совсем стыда нет? Вместо того, чтобы пялится на кого-то, нужно для начала поздороваться.

Мелисса еще некоторое время смотрела на нас с Крисом таким взглядом, что мне самой стало неловко.

- Прошу прощения, - наконец успокоилась она. И я, и Крис одновременно облегченно выдохнули. – Меня зовут Мелисса, я сестра Луизы, приятно познакомиться.

Сестра протянула руку. Кристофер, не ожидавший ничего подобного, даже не сразу сообразил, что должен ее пожать.

- Взаимно, я Кристофер, очень рад встрече, - он вопросительно на меня посмотрел. Видимо моя сестренка произвела на него очень сильное впечатление. Ну и не удивительно. Это для близкий она милая и добрая Мелисса, а при первом знакомстве она скорее производит впечатление очень серьезной и даже слегка пугающей особы.

- Моя сестра очень долго работала личным помощником одного крупного бизнесмена, поэтому у нее остались некоторые деловые привычки, - поспешила я объяснить такое странное поведение.

- Ну ладно, не стану мешать влюбленным. Тем более мне уже давно пора идти, - сказала Мелисса, собирая свои вещи. Перед выходом она наклонилась ко мне и прошептала на ухо. – В этот раз я оставлю вас, но в следующий – устрою этому симпотяжке самый настоящий допрос, - сказав это, она весело вышла из квартиры, а у меня по спине пробежали мурашки. Она действительно может быть очень пугающей, если захочет.

- Знаешь, я совсем не так представлял себе твою сестру, - спустя какое-то время сказал Крис. Он только сейчас смог полностью расслабиться.

Я на его слова лишь покачала головой в знак согласия.

- Она умеет удивлять.

Я подошла к Крису и обхватила его руками, уткнувшись носом ему в грудь. Мы не виделись всего лишь день, а я так сильно по нему соскучилась. Когда мы расстаемся, пусть даже на несколько часов, в моей голове сразу начинают появляться страшные мысли. Если я не держу его за руку, если он меня не обнимает, мне начинает мерещиться, будто он ускользает от меня. Мне кажется, стоит лишь закрыть глаза, он снова исчезнет, и не понятно вернется ли вновь. Его сердце принадлежит мне лишь мгновение, но даже этот один-единственный миг доставляет мне неземное счастье.

- Эй, что такое? – послышался обеспокоенный голос. Крис попытался посмотреть на меня, но я продолжала прятать лицо у него на груди. – Лу, посмотри на меня, - он наклонился ко мне и изучающе посмотрел в мои глаза. Не знаю, что Крис в них увидел, но его взгляд тут же помрачнел.

Спокойно, Луиза! Что за драму ты тут устроила? Нужно срочно брать себя в руки.

- Все в порядке, я просто немного задумалась, - оправдывалась я, хотя по лицу Криса было понятно, что он мне совсем не верит.

- Понятно, - в его голосе промелькнул сарказм с легкими нотками злости, а на лице появилась усмешка. Я не поняла, почему у него была такая реакция, но решила ничего не спрашивать. Он тоже промолчал. Единственное, что было очевидно в данной ситуации, то, что Крис злился. Не на меня, а скорее на самого себя.

Чтобы уйти от этого принявшего неприятное направление разговора, я наконец забрала из рук парня торт, что он купил для меня, и направилась на кухню наливать чай. И зачем я вообще себя так веду? Я не хочу, чтобы Крис корил себя еще сильнее, тогда почему я все делаю наоборот. Нужно еще усерднее следить за собой. Заглушить в себе все негативные эмоции. Рядом со мной Крис должен чувствовать умиротворение и радость, и ради этого, я должна забыть об остатках собственной гордости. Возможно, кто-то скажет, что я полная дура. Но что поделать, это мой способ подарить самому дорогому человеку свою любовь.

Попив чай с тортиком, мы с Крисом взялись решать задачи по экономике. Точнее это я стала их решать, а Крис битый час пытался мне их объяснить. Я не понимаю, откуда студент третьего курса микробиологии знает, как решаются задачи по экономике? Он что всеведущий? Одаренный? Гений? Неограненный алмаз?

- Теперь дошло? – с невозмутимостью, уже не знаю в который раз, спрашивал Крис. Ну хоть бы разозлился на меня что ли. Может быть тогда эта пытка закончилась бы.

Я посмотрела на него взглядом, полным отчаяния, и упала к нему на колени.

- Все, больше не могу! – взвыла я, устраиваясь поудобнее. Кристофер скептически на меня посмотрел. - Знаю, я слабачка. Но что поделать, если я не понимаю.

Я тяжело вздохнула и уставилась на своего мучителя. Как он мог так подло со мной поступить? Пришел такой весь миленький, добренький, принес тортик, а потом – раз – и достал откуда-то из-под моей кровати учебник. Если бы я знала о такой подлости, то спрятала бы его подальше.

- Брось, у тебя же почти все получилось. Ты как вообще сессию собралась сдавать? – никак не успокаивался Кристофер.

Я стала злобно сверлить его взглядом. Он в ответ тоже уставился на меня, правда для этого ему пришлось слегка наклониться. Его лицо было спокойным, даже непроницаемый, но его глаза сияли. Такой прекрасный игривый блеск. Не зря говорят, что глаза – это зеркало души. Они никогда не солгут, откроют всю правду. И сейчас глаза Криса говорили мне только об одном... что он счастлив. Мне так редко удавалось увидеть этот удивительный блеск. Он появлялся только в особенные моменты, когда Кристофер абсолютно расслаблен. Только в этот удивительный, в этот неподражаемый миг он чувствовал себя свободным.

Поддавшись секундному желанию, я прикоснулась к губам Криса (хотя слово «впилась» было бы более точным). Он, не ожидая такого, упал на спину и полностью лег.

- Лу, что ты, - слегка сиплым голосом начал говорить он. Но полностью высказать свой вопрос я ему не дала, слегка прикусив его шею. Постепенно я спускалась к его ключицам, оставляя влажную дорожку от поцелуев. Потом я поцеловала Криса в щеку и слегка дотронулась языком до мочки его уха. Услышав тяжелый вдох, я, довольная собой, отстранилась.

Глаза Криса были наполнены энергией и желанием. Вот бы они всегда были такими яркими, такими радостными, такими живыми. Но завтра эти прекрасные изумрудные глаза снова потухнут, в них снова будут видны страдания и боль. Поэтому хотя бы сегодня, хотя бы на один миг дольше пусть мой любимый будет счастлив.

- Что же ты со мной делаешь, - прошептал Кристофер. Книга, которая каким-то образом все еще была в его руках, полетела куда подальше. Крис навис надо мной. Он, зажав мои запястья одной рукой и расположив их над моей головой, и невероятно соблазнительным голосом сказал. – Теперь моя очередь, – не успела я и слова пискнуть, как он начал покрывать все мое тело жаркими поцелуями.

В общем об экономике мы вспомнили только утром...

Утро воскресенья, что может быть прекрасней? Никуда не надо идти, ни о чем не надо думать. Идеальное время, чтобы уделить внимание себе и своим мыслям. Именно этим я и занималась. Крис удобно устроился на диване, взяв почитать какую-то научную книгу, название который приводило меня в ужас обилием сложных слов. Ну а я, села в его объятья и начала изучать каждую черту любимого лица. За чтением Крис всегда становился каким-то немного отстраненным. Не знаю, действительно ли он читал или же, как и я, о чем-то размышлял. Его глаза в такие моменты были слегка холодными, бесстрастными и печальными. О чем он думал? Что тревожило его? Какие мысли занимали его? Был ли он мечтами с Ребеккой, или он рассуждал о себе, а может хотя бы на секундочку причиной его тревог становилась я? Мне так сильно хотелось узнать о нем, как можно больше. Но его образ мыслей и он сам до сих пор оставались для меня загадкой. Когда мы с ним встретились, я думала, что ему очень одиноко. Он страдал от неразделенной любви, ему не хватало человека, который подарил бы ему свое тепло. Ну а сейчас изменилось ли что-то в его душе? Смогла ли я хоть чуть-чуть скрасить его одиночество? Однажды Крис сказал мне, что презирает себя за чувства к Ребекке. Если это не искреннее восхищение ей, тогда чем подпитывается его любовь? Почему он все время уходит к ней? Что на самом деле он находит рядом с ней? Признание? Прощение? Что заставляет его возвращаться к той, от которой он всеми силами пытается сбежать? Раньше я думала, что это искренняя любовь, такая же как у моей сестры к ее бывшему. Мне казалось, что Крис любит Ребекку, несмотря на боль, что она ему причиняет. Но так ли это на самом деле? Что такого в ней есть, чего нет у меня? Я считала, что нужна Крису, чтобы избавить его от печали. Наверное, изначально он действительно хотел от меня именно этого. Ну а сейчас? Что я должна делать сейчас? Я так сильно хочу осчастливить его, так почему же у меня ничего не выходит. Почему его взгляд по-прежнему такой печальный, почему он продолжает страдать?

Внешне Кристофер кажется крайне эмоционально устойчивым человеком. Многие из его окружения считают, что его вообще невозможно как-то разозлить или расстроить. Но никто и никогда не замечал, насколько он хрупкий. Любая мелочь может его расстроить. Один взгляд, одно слово, одно неверное движение, и он сразу погружается глубоко в свои мысли. О чем-то думает, переживает, пытается найти всему причину и оправдание. Крис очень чувствителен, он замечает то, что совершенно не видят другие. Иногда мне кажется, что он и вовсе читает все мои мысли. И как только он почувствует, что со мной что-то не так, сразу принимает это на свой счет и начинает обвинять себя во всех грехах. Однажды нечто подобное случилось, когда мы были в гостях у Питера. Там, как обычно, собралась компания из одногруппников Криса. В принципе вечер прошел очень весело, но был один странный и до сих пор непонятный мне момент. В тот день у меня было не очень хорошее настроение. Мелисса в очередной раз поссорилась с отцом, и я оказалась меж двух огней. Каждый из них пытался убедить меня в своей правоте, но я никак не могла принять чью-то сторону. Я считала, что они оба были в чем-то правы, поэтому хотела их каким-то образом помирить, но все мои попытки были безуспешны. В общем ситуация не из приятных. Вечер с друзьями Криса смог отвлечь меня от всего этого, поэтому со стороны я, наверное, выглядела вполне бодро. Но в какой-то момент мне пришла SMS-ка от отца. В ней он просил меня «вразумить» Мелиссу. Да и в принципе сам текст сообщения был не очень приятным, он затрагивал тему мамы (очень скользкую для нас всех), поэтому я снова расстроилась. Крис сразу заметил перемену во мне, и спросил, все ли в порядке. Я сразу начала оправдываться и уверять его, что ничего не случилось. Мне не хотелось сваливать на него свои проблемы, не хотелось расстраивать его еще сильнее. Но сколько бы я не пыталась выглядеть веселой, сколько бы раз не повторяла «все хорошо», Крис не верил мне. В итоге он отвел меня в отдельную комнату, чтобы мы смогли поговорить наедине.

- Что с тобой, может все-таки расскажешь? – взгляд у него был крайне обеспокоенный и даже немного испуганный. Я уже хотела снова начать его уверять, что со мной все нормально, но он прервал меня. – И не говори, что ничего не случилось, я же вижу, что это не так, - голос его сначала был немного резким, а потом стал совсем тихим и будто бы виноватым. - Почему ты всегда так поступаешь? – сказал он шепотом, а потом опустил голову мне на плечо и почему-то начал просить прощения.

Я совсем не понимала, почему он так себя ведет. Что я сделала, чтобы довести его до такого состояния? После этого случая я начала еще сильнее стараться всегда показывать себя с лучшей стороны. Делать все, чтобы Крис не видел меня грустной, не замечал моих слез. Я хотела дарить ему только радость, поэтому прятала все свои печали глубоко-глубоко внутри. Все, что угодно, лишь бы он, по совершенно непонятной мне причине, не чувствовал себя виноватым. Единственное, за что он мог себя корить, это встречи с Ребеккой, но в остальное время ему не за что было себя проклинать. Тогда почему в тот день он извинялся? Этот вопрос так и остается для меня загадкой. Такие случаи повторялись еще несколько раз, но я все равно не могла их объяснить.

Чтобы раскрыть характер Кристофера, стоит сказать и о его заботе обо мне. Он всегда беспокоился, чтобы я вовремя ела, не нагружала себя учебой, постоянно старался меня порадовать, покупая что-нибудь сладкое. Крис готов был выполнить любую мою глупую просьбу. Один раз я попросила его съездить в магазин на другом конце города, чтобы купить специи, которые продавались только там (сама я не могла, так как пересдавала экзамены, а Крис в отличии от меня, давно уже все сдал и теперь был полностью свободен). В тот день был сильный дождь, Кристофер весь вымок и проездил по пробкам полтора часа. Я думала, что он будет очень зол и вообще прибьет меня на месте, но вместо этого он только спросил, то ли купил. Эта забота была как раз в стиле Криса, поэтому, наверное, мне не стоит принимать это на свой счет. Но был еще один момент, над которым я не могла перестать ломать голову. Когда я была с Крисом, он всегда пытался как-то прикоснуться ко мне. Постоянно обнимал, держал за руку, гладил меня по щеку, трепел волосы... Сначала я очень смущалась и пыталась как-то отстраниться, но постепенно привыкла и позволила делать Крису то, что он хотел. Каждую минуту он старался быть, как можно ближе ко мне. Даже когда читал что-то или занимался какими-то другими делами, требующими сосредоточенности, он садил меня к себе на колени. Один раз, раздираемая любопытством я спросила, почему он так делает, и получила весьма смущающий ответ. «Я не могу успокоится, если не чувствую твоих прикосновений», — вот, что он мне сказал. Как у него только язык повернулся? Совсем совесть потерял? Как можно говорить мне такие слова, я ведь могу все не так понять... Если человек хочет ощущать твои прикосновения, то у меня находится только одно объяснение этому. Это значит, что он испытывает какие-то чувства, так? Неужели Крис может быть в меня влюблен? Но это ведь вообще бессмыслица какая-то. Будь это так, он бы не уходил к Ребекке. А если это любовь из жалости? Тогда она раздавит последние остатки моего самолюбия. Что может быть унизительнее такой любви. Но самое грустное то, что даже если Крис любит меня только из жалости, я буду рада этому.

Так странно рассуждать о чувствах любимого, находясь в его объятьях. Насколько бы близко он ко мне не находился, насколько бы сильно я не пыталась к нему приблизиться, он всегда кажется мне недосягаемым. Его сердце не принадлежит полностью мне. Но в нем ведь может быть кусочек, где и для меня найдется место? Что же еще мне сделать, чтобы сохранить за собой право претендовать на его любовь. Я отдала ему сердце и душу, ради него я уничтожила свою гордость, я душу́ в себе все негативные эмоции, чтобы дарить ему только счастье. Но даже так я ничего не добилась. Как мне заставить его выбрать меня? Или я не могу даже надеяться не это? Неужели такова моя судьба? Быть для него всегда второй и каждый день просыпаться с мыслью, что, возможно, сегодня он все-таки оставить меня... Если это действительно так, то все, что я могу, - с покорностью принять такую участь.