Часть 8
По песку бегали двое парней. С их мокрых волос стекали капли воды, видимо купались в реке. На гибриде гиены были надеты штаны, приятель его стоял в футболке, еле прикрывающей дрожащий олений хвост. Они крутились вокруг своей оси, наклонялись, смотрели друг на друга, заглядывали под скамейку и шарили руками в кустах, снова и снова что-то ища. Тэхён на секунду остановился, а потом резко свернул в сторону, вряд ли маленький заяц пойдёт на такую суету.
Дорожки парка были ярко освещены фонарями, они бросали круги жёлтого цвета, отодвигая темноту в кусты. Тэхён сантиметр за сантиметром проверял парк, заглядывая во все его закоулки. В душе зрело чувство, что Чонгука тут нет, но Тэхён упорно продолжал идти вперёд.
Звуки инструментальной музыки не сразу привлекли внимание, сосредоточенного на поисках тигра, но, по мере приближения к парковой беседке, она становилась всё громче, заполняя собой всё пространство. Разноцветные лампочки гирлянд создавали праздничное настроение, тягучие звуки джазовой композиции манили на танцпол, по которому лениво кружились несколько пар. Тэхён быстро окинул их взглядом и застыл с открытым ртом.
Тёмные ушки сливались чернотой с копной волос, обтягивающая, как вторая кожа, кремовая рубашка, расстёгнутая до середины груди, открывала вид на острые ключицы, брюки явно были велики и Чонгук периодически поддёргивал их рукой, что совсем не мешало ему плавно двигаться по середине площадки. Несколько гибридов завороженно следили за каждым движением преобразившегося зайца.
— Чонгук! — Тэхёна трясло от облегчения и подкатывающей ревности.
Чонгук медленно повернулся к нему и наклонил голову вбок, внимательно рассматривая, словно видел впервые. Его зелёные глаза медленно, словно лаская, опустились с лица по телу и вновь поднялись к лицу.
— Киса, — Чонгук ухмыльнулся и заинтересованно закусил нижнюю губу. — Потанцуем?
Тэхён рывком притянул к себе Чонгука, крепко ухватив за талию, заявляя на него свои права.
— Полегче, — горячее дыхание Чонгука опалило шею Тэхёна, вызвав мурашки по телу. — Мы с ног сбились разыскивая тебя. Волновались! — Тэхён медленно кружил Чонгука в танце. — Откуда у тебя эти вещи?
— Ммм, ты предпочёл, чтобы я разгуливал голым? — Чонгук подмигнул. — Плохая киса.
Чонгук медленно выскользнул из рук Тэхёна, отошёл на пару шагов и начал расстёгивать пуговку на рубашке, плавно двигаясь в ритме блюза. Тэхён хмуро наблюдал за его импровизированным стриптизом.
— Чонгуки, пойдём домой, — Тэхён предпринял ещё одну попытку.
Чонгук скривился и вздохнул, резко остановившись.
— Какая ж ты зануда, Тэхён.
Он не успел отвернуться, Тэхён перехватил его руку, вновь притянув к себе.
— Хочешь поиграть, Зайчонок? — тигр глубоко вдохнул запах волос Чонгука. От него пахло ночной прохладой и немножко детской капризностью. — Маэстро, сыграйте нам что-нибудь погорячее! — попросил он музыкантов.
Темнота вокруг беседки словно загустела, как свежий липовый мёд, отнятый у пчёл незаконно. Лишь редкие перемигивания гирлянд расцвечивали яркими пятнами напряжение на лицах невольных зрителей. Музыка вибрировала, будто второе сердце, нагнетая предвкушение. Тэхён немного постоял, всматриваясь в зажигающиеся интересом зелёные глаза, а затем начал плавно двигаться, как оживший миф.
Очерченные мышцы заиграли под тонкой тканью футболки. Тэхён двигался уверенно, уже не человек, но ещё не тигр, в нём чувствовалась сила и грация. Он медленно провёл ладонью по волосам, тонкими пальцами спустившись к губам, коснувшись их кончиком языка, с удовольствием отметив, что Чонгук отслеживает его движения. Каждое касание Тэхёна к себе это был вызов, провокация, обещание.
Покачиваясь в такт музыке, Тэхён медленно задрал вверх футболку. Ткань соскользнула с плеч, открывая вид на безупречный рельеф, вызвав тахикардию у наблюдателей и несдержанные взвизги особо впечатлительных. Пальцы осторожно, словно нерешительно, коснулись ремня на брюках, облегающих сильные бедра. Зрители замерли в предвкушении. Тэхён видел перед собой только пульсирующие зрачки Чонгука, которые всё расширялись, затопляя темнотой всю радужку. Аккорд и ремень полетел в толпу. Он — хищник и он знает, чего хочет. Он хочет забрать себе свою добычу, своего Зайчика, он имеет на это полное право.
Возбуждение, возникшее между ними, гудело словно натянутая струна. Чонгук, стрелой сорвавшись с места, крепко ухватил Тэхёна за руку и потащил его за собой, не давая возможности опомниться и забрать вещи, под разочарованный гул зрителей. Тэхён ещё никогда не видел такого решительного гибрида зайца.
Они остановились у раскидистой ивы. Чонгук встал напротив Тэхёна, упрямо скрестив на груди руки, плечи его чуть вздрагивали от сдерживаемой злости.
— Хотел разозлить меня? — вопрос больше был похож на сплошное шипение. — Тебе удалось.
Между клычков проскользнул раздвоенный язык. Тэхён видел, чувствовал, как чужая ревность поднимается волной, туманя разум. Чонгук не дал ему опомниться, впившись в его губы поцелуем.
Каждая клеточка тела тигра завибрировала от восторга, кровь готова была вскипеть в венах, разум помутнел от переизбытка чувств. Он прижимал к себе гибкое тело, горячие руки Чонгука шарили по обнажённому торсу Тэхёна, обжигая его не хуже раскалённых углей. И когда, наконец, поцелуй оборвался, оставляя после себя лишь пустоту и жажду, осталось лишь одно желание — повторять его снова и снова, пока не останется ни сил, ни дыхания, ни капли разума. Лишь пламя, вечное и неугасимое, горящее в самой глубине души.
— Чонгук, я не могу ни о чём думать, кроме тебя. Ты сводишь меня с ума, снишься по ночам, снится твой запах, твоё тело. Это доводит до безумия, я просыпаюсь по ночам и готов выть от одиночества. Что ты со мной делаешь?
Дыхание сбилось, превращаясь в хриплый шёпот, наполненный мольбой и отчаянием. Чонгук, как змея, выскользнул из его рук, опускаясь на колени. Тэхён помнил лишь ощущение кончика языка, прочерчивающего точно выверенную прямую по натянутой уздечке. Чонгука такого. С губами, плотно обнимающими его плоть. Влажную горячую узость и маленький белоснежный хвостик, который вздрагивал каждый раз при особенно резких толчках.
Он тонул в ощущении принятия, в понимании того, что Чонгук давно забрался к нему под кожу, стал нужным, необходимым, как воздух. Тонкая грань между болью и удовольствием становилась всё тоньше. Ему уже стала привычна эта вечная гонка, Тэхён был согласен на всё, лишь бы Чонгук, хоть изредка был с ним. Он чувствовал его острее. Каждую выпуклость и неровность, твёрдость и пульсацию крови в такт биению сердца, ячеистую гладкость кожи. Разум пытался понять, что это, но потом сдавался под напором новых ощущений.
Сучок или палочка больно впивалась в спину под лопаткой, но Тэхён терпел, чтобы не потревожить лежащего на его груди Чонгука. Его рука коснулась лица Зайки, нежно, словно опасаясь разрушить хрупкое волшебство момента. Пальцы медленно скользили по щекам, очерчивая контуры, запоминая каждый изгиб.
— Чонгук, — тихо позвал Тэхён. — Я люблю тебя. Чонгук замер. Тэхён физически ощущал его нарастающее напряжение, чувствуя, что заяц готов был сорваться в любую секунду и сильнее сжал кольцо рук, стараясь удержать.
— Любишь? — переспросил Чонгук, его голос дрожал, выдавая боль. — А такого?
Он немного повозился, освобождаясь от объятий тигра и поднялся во весь рост. Лунный луч, пробившийся сквозь листву, посеребрил кожу Чонгука, подчеркнув тёмные линии по телу гибрида. Они извивались по ногам, переплетаясь в замысловатые рисунки, поднимаясь выше, пока не растворялись у груди, исчезая.
— Можно? — тихо спросил тигр, нерешительно протягивая руку.
Чонгук закрыл глаза и кивнул. Невероятно тёплые, гладкие чешуйки чёрной змеиной кожи чередовались с человеческой, создавая свой уникальный танец природного художества.
— Вот они чулочки, — еле слышно прошептал Тэхён и осторожно прикоснулся губами к коленке Чонгука. — Ты само совершенство!
Они возвращались к общежитию медленно, постоянно целуясь в редких пятнах темноты, куда не доставали уличные фонари.
— Тэхён, ты меня раздавишь, — Чонгук тихо кряхтел в объятиях тигра с такой силой тот его сжимал.
Тэхён же гладил по, вновь ставшими белоснежными, ушкам своего зайчика и никак не мог поверить, что это не сон.
— Завтра же займусь вопросом по комнате, переедешь ко мне, — Тэхён потянулся за очередным поцелуем. — С песцом ты больше жить не будешь.
— Тэхён, — Чонгук возмущённо отстранился и сердито посмотрел на него. — Чимин мой друг и не заслуживает такого отношения!
— Торжественно клянусь полюбить его, как родного, — Тэхён сделал серьёзное лицо и скрестил два пальца за спиной. — При одном условии.
— Каком? — Чонгук недоверчиво посмотрел на тигра.
— Ты выкинешь эти вещи, — Тэхён показал на одежду Чонгука. — Где ты их вообще взял?
— Стащил на пляже, — Чонгук хихикнул. — Пока парни купались.
— Так ты не только похититель тигриных сердец, но и воришка чужих шмоток? — Тэхён громко рассмеялся, видя как покраснел Чонгук. — Нужно заняться твоим перевоспитанием.
Тэхён расцеловывал смущённое лицо Чонгука, не веря своему счастью.
— Луну готов для тебя достать, только попроси, — тихо мурлыкал тигр. Они никак не могли расстаться, стоя у дверей общежития.
— Зачем мне луна, — Чонгук вздохнул. — Вот мороженого бы сейчас, жаль, до утра ждать придётся.
— Жди тут, я быстро! — Тэхён клюнул поцелуем в висок Чонгука и сорвался с места. — Жди!
Что значит для счастливого тигра пробежаться до соседнего квартала в ночной магазинчик за мороженым для его Зайки, да хоть на Чеджу. Выбор мороженого был большой и поскольку Тэхён не знал предпочтений Чонгука, он набрал каждого по одному.
Нехорошее предчувствие начало вползать в душу ещё на подходе к общежитию. У дверей толпились знакомые фигуры. Хосок и Джин активно махали руками, явно о чем-то споря, Юнги стоял в стороне и рассматривал светлеющее на горизонте небо.
— Где Чонгук? — Тэхён переводил взгляд с одного на другого, по растерянным лицам друзей он понимал, что что-то явно произошло.
— Его нет, — тихо сказал Джин и опустил глаза.
— Как нет? Опять?
— Он уехал, — Джин посмотрел на Хосока. — Куда не знаем.
— Да что ты мямлишь?! — взорвался Хосок. — Его похитили!
— Чё? — пакет с мороженым выпал из руки Тэхёна.
Он почувствовал, как волоски на его теле зашевелились, превращаясь в шерсть, щёки зудели от проклюнувшихся усов, а клыки удлинились, царапая нижнюю губу.
— Всё совсем не так было, — внёс свою лепту Юнги. — Чонгук сам сел в машину.
— Ну может и сам, — не стал спорить Хосок. — Но явно под давлением. Он не хотел садиться в неё.
— В какую машину? — прорычал Тэхён.
— Давайте выдохнем и спокойно всё обсудим, — предложил Юнги.
Поздно. По асфальту, у входа в общежитие, метался разъярённый тигр.
Тигр мрачно жевал говяжью лопатку, стараясь дышать по квадрату, чтобы успокоиться и скорее прийти в себя. Получалось плохо. В звериной голове на репите крутился маленький зайчик в руках неизвестных злодеев. Только когда солнце перевалило за полдень, он успокоился настолько, что вернулся в человеческий облик.
— Быстро, чётко и по порядку, — рявкнул Тэхён, натягивая трусы. — С кем и куда уехал Чонгук.
— Это всё Джин, — Хосок сдал друга, ткнув в него пальцем.
— Почему я? — тут же возмутился гибрид пантеры.
— А кто сдал нас нагу? — Хосок прищу
рился. — А кто сдал Чонгука? — вернул укол Джин.
— Я щас вас сдам на органы! — зарычал Тэхён, натягивая штаны и ища футболку.
— Вообще-то, — начал Юнги.
— А ты вообще молчи! — взвились Джин с Хосоком одновременно. — Предатель!
— Если бы ты не притащил сюда Чимина, — возмущался Хосок.
— Он бы не притащил нага, — закончил Джин.
— Мне кто-нибудь объяснит, что произошло? — не выдержал Тэхён, он чувствовал, как опять зудят прорезающиеся клыки.
— Я ждал Чонгука в коридоре, чтобы наверняка, если он вернётся, — начал Хосок.
— А я искал его на улицах, — продолжи Джин.
— Смотрю, идёт Чимин, — Хосок поморщился. — А с ним этот мужик, который Чонгука тогда увозил от Универа. Ну я их и послал.
Тэхён глубоко начал дышать, чтобы не скатиться в ревность и вновь не обратиться.
— Послушай, Тэхён, — Джин встал. — Я не переношу змеюк. Они так смотрят, что у меня мурашки по коже.
— И поэтому он всё вывалил про Чонгука, — тут же выдал Хосок. — Что мы его морковкой накормили.
— Нагу всё рассказал Чимин, — внёс свою реплику Юнги.
— Воот, он всё знал и без меня, — возмутился пантера и зашипел.
— А ты заорал «Чонгук» едва его увидел.
— Я обрадовался, что с ним всё в порядке и он нашёлся, — оправдывался гепард.
— Хватит! — не выдержал Тэхён. — Где Чонгук?
— Наверное у нага, — ввернул Юнги.
На него уставились круглые глаза кошачьих.