Глава 21
Мои глаза привыкают к темноте. Единственный свет, проникающий в комнату - узкий луч из окна.
- Артур? - шепчу я.
Я слышу, как он чертыхается, споткнувшись обо что-то, и пытаюсь не рассмеяться.
- Я тут, - отвечает он, включив настольную лампу.
Я оглядываю просторную комнату, напоминающую номер в отеле. Кровать с балдахином и темным постельным бельем, придвинутая к дальней стене, выглядит по-королевски, на ней как минимум двадцать подушек; огромный стол вишневого дерева, на нем - компьютер с экраном, больше, чем телевизор в общежитии. Перед эркером встроена кушетка, другие окна плотно закрыты шторами, не пропускающими лунный свет.
- Это моя... комната, - говорит Артур, потирая шею.
Кажется, он чувствует себя здесь неуютно.
- Твоя? - спрашиваю я.
Конечно, его. Ведь это дом его отца, и здесь живет Олег. Олег упоминал, что Артур никогда тут не появляется, и поэтому комната выглядит как музей - нетронутая и безликая.
- Да. Правда, я тут ни разу не ночевал... до сегодняшнего дня.
Он садится на табуретку возле кровати и расшнуровывает ботинки. Затем стягивает носки и прячет их в ботинки. У меня перехватывает дыхание: этой ночью я останусь здесь с Артуром!
- Вот как? Почему? - допытываюсь я, пользуясь его пьяной откровенностью.
- Потому, что не хотел. Я ненавижу это место, - спокойно говорит он, расстегивая черные джинсы.
- Что ты делаешь?
- Раздеваюсь, - отвечает он невозмутимо.
- Я имею в виду зачем?
Хотя часть меня задыхается от желания снова почувствовать его руки, надеюсь, он не думает, что я собираюсь заниматься с ним сексом.
- Ну... не хочу спать в узких джинсах и ботинках, - с усмешкой говорит он.
Откидывает волосы со лба, и они встают торчком. Любое его движение заставляет меня трепетать.
- А-а...
Он стягивает рубашку через голову, и я не могу отвести от него взгляд. Его торс безупречен. Он кидает мне футболку, но я не ловлю ее, давая упасть на пол. Я выжидающе приподнимаю бровь, и он улыбается.
- Ты можешь спать в ней. Полагаю, ты не захочешь спать в нижнем белье. Хотя я буду не против.
Он подмигивает мне, и я смеюсь.
Почему я смеюсь в ответ? Я не могу спать в его футболке, я буду чувствовать себя слишком голой.
- Я буду спать одетой, - отвечаю я.
Он смотрит на меня. Он не сделал еще ни одного обидного замечания о моей длинной юбке и строгой синей блузке, и я надеюсь, что не сделает.
- Хорошо. Если хочешь, чтобы тебе было неудобно, пожалуйста.
Артур в одних трусах подходит к кровати и скидывает маленькие подушки на пол.
Я открываю комод. Как я и предполагала, тот пустой.
- Не бросай подушки на пол. Их нужно складывать сюда, - говорю я, но он только смеется и швыряет на пол еще одну подушечку.
Я со вздохом поднимаю подушки и засовываю их в комод. Он снова смеется и, отбросив одеяло, падает на кровать. Закинув руки за голову, он улыбается мне. Длинное, стройное тело выглядит очень изящно.
- Ты же не собираешься ныть из-за того, что придется спать со мной в одной кровати? - спрашивает Артур, и я закатываю глаза.
Я вовсе не собиралась ныть; знаю, это плохо, но больше всего на свете я хочу оказаться с ним в одной постели.
- Нет, кровать достаточно широка для нас двоих, - говорю я с улыбкой.
Не знаю, в чем причина - то ли в улыбке Артура, то ли в том, что на нем одни трусы, - но настроение мое улучшилось.
- Вот теперь это Аня, которую я люблю, - дразнит он, и мое сердце замирает.
Я знаю, он меня не любит и никогда не полюбит, но эти слова так прекрасны!
Забираюсь на самый край кровати, как можно дальше от Артура. Еще немного, и я упаду. Он хихикает, и я переворачиваюсь к нему лицом.
- Что смешного?
- Ничего.
Он лежит, закусив губу, пытаясь не ржать. Мне нравится, когда он в игривом расположении духа, его смех заразителен.
- Нет, скажи!
Я дуюсь и закусываю губу. Он смотрит прямо на мой рот, облизывает губы.
- Ты никогда раньше не спала с парнем? - Артур перекатывается на другой бок, приближаясь ко мне.
- Нет, - просто отвечаю я, и его улыбка становится шире.
Мы всего в полуметре друг от друга, и я, не осознавая, что делаю, протягиваю руку и тычу в ямочку на его щеке. Он удивленно на меня смотрит. Хочу убрать руку, но Артур хватает ее и снова кладет на щеку, медленно двигая вверх-вниз по своему лицу.
- Не знаю, почему до сих пор никто еще тебя не трахнул; все, что ты делаешь, отлично к этому располагает, - говорит он, и я вскакиваю.
- Я никогда особо не сопротивлялась, - признаюсь я.
Ребята в старших классах считали меня привлекательной и, в общем, вертелись вокруг меня, но ни один ни разу не попытался всерьез заняться со мной сексом. Все знали, что я с Пашей,мы были влюблены и каждый год выбирали друг друга на День святого Валентина.
- Это либо ложь, либо ты училась в школе для слепых. Одних твоих губ достаточно, чтобы мне стало жарко.
Я с ума схожу от этих слов, и он смеется. Подносит мою руку к своим влажным губам. Я чувствую пальцами его горячее дыхание и удивляюсь, когда он осторожно кусает подушечку моего указательного пальца так, что у меня мягко сосет под ложечкой. Он ведет моей рукой по своей шее. Он пристально смотрит на меня, но не останавливается.
- Тебе нравится то, что я говорю тебе, верно? - Его лицо - в тени, но от этого еще сексуальней. Мое дыхание замирает, и он снова улыбается. - Я вижу у тебя на щеках румянец, слышу, как меняется твое дыхание. Ответь мне, Аня, воспользуйся своими полными губками, - говорит он, и я хихикаю: не знаю, как реагировать. Я никогда не признаюсь, что его слова делают со мной.
Он отпускает мою руку, но берет за запястье, подвигаясь вплотную. Мне жарко, слишком жарко. Мне нужно остыть, иначе я вспотею.
- Ты можешь включить вентилятор? - спрашиваю я, и он морщит лоб. - Пожалуйста.
Он вздыхает, но поднимается с кровати.
- Если тебе жарко, почему бы тебе не снять что-нибудь из одежды; все равно юбка выглядит ужасно.
Я ожидала, что Артур начнет высмеивать мои вещи, поэтому только улыбаюсь, зная его истинные мотивы.
- Тебе надо одеваться так, чтобы подчеркивать тело, Аня. Одежда, которую ты носишь, скрывает твою фигуру. Если бы я не видел тебя в белье, то никогда не узнал, насколько у тебя сексуальное тело. Эта юбка выглядит буквально как мешок из-под картошки.
Я смеюсь, Артур хоть и оскорбляет меня, умудряется одновременно делать мне комплименты.
- А что ты предлагаешь мне надеть? Рыболовную сеть или трубу нацепить?
- Интересно было бы посмотреть, но нет. Ты можешь выбирать одежду сама, но подходящего размера. Эта блузка скрывает грудь, а твои сиськи ни в коем случае нельзя скрывать.
- Не мог бы ты не употреблять таких слов? - говорю я ему холодно, но он только улыбается.
Вернувшись в кровать, он прижимается ко мне своим практически голым телом. Мне по-прежнему жарко, но комплименты Артура странным образом заставили ему довериться. Я вылезаю из кровати.
- Ты куда? - произносит он невнятно, и в его голосе слышится тревога.
- Разденусь, - отвечаю я, поднимая с пола его футболку. - А теперь отвернись и не оглядывайся.
Я кладу руки на бедра.
- Нет.
- Что значит «нет»?
Как он может говорить мне «нет»?
- Я не буду отворачиваться. Хочу тебя видеть.
- Ну отлично, - улыбаюсь я, поворачиваюсь и гашу свет.
Артур стонет, а я, улыбаясь себе, расстегиваю юбку. Она уже лежит у моих ног, и тут внезапно вспыхивает другая лампа.
- Артур!
Я торопливо натягиваю юбку обратно. Артур поднимается на локтях и без стеснения шарит взглядом по мне. Он видел меня и менее одетой, и я знаю, что он все равно не послушается, и поэтому только вздыхаю и стягиваю рубашку. Не могу не признать, что эта игра мне приятна. В глубине души я хочу, чтобы он смотрел на меня, хочу, чтобы он хотел меня. На мне - простой белый лифчик и белые трусики, ничего особенного, но выражение лица Артура заставляет меня чувствовать себя сексуальной. Я надеваю его футболку, и она вкусно пахнет Артуром.
- Иди сюда, - шепчет он.
Я снова игнорирую внутренний голос, советующий мне бежать со всех ног, и иду к кровати.
Пылающий взор Артура направлен мимо меня. Ставлю колено на кровать и переношу на него вес, а Артур поднимается, опираясь на спинку кровати, и берет меня за руку. Моя маленькая рука лежит в его, он обхватывает ее пальцами и тянет меня к себе. Мои ноги обвивают его бедра, и я оказываюсь у него на коленях. Мы уже были в такой позе, но на мне не было так мало одежды. Я держу себя над ним, сдвинув бедра так, что мы не соприкасаемся, но Артур не хочет этого. Он кладет мне руки на бедра и мягко подталкивает вниз. Футболка приподнимается, обнажая бедра, и я рада, что сегодня утром побрила ноги. Когда наши тела соприкасаются, внизу моего живота что-то разливается. Я знаю, что ощущение счастья не будет долгим, и чувствую себя Золушкой, ожидающей удара часов.
- Так намного лучше, - говорит он, криво улыбаясь.
Я знаю, что он пьян и именно поэтому такой милый - ну то есть относительно милый, - но сейчас меня это устраивает. Если мы действительно последний раз вместе, то пусть он поймет, как я его хочу. Говорю себе: я проведу эту ночь с Артуром, потому что, когда придет день, я скажу ему, чтобы он больше не приближался ко мне, и он согласится. Так будет лучше, я знаю, он сам так захочет, когда протрезвеет. А сейчас я так же пьяна Артуром, как он - спиртным, которое выпил. Это я тоже себе повторяю.
Артур продолжает смотреть мне в глаза, и я волнуюсь. Что делать дальше? Я понятия не имею, чего он ждет, и я не собираюсь ставить себя в глупое положение, пытаясь начать что-нибудь самостоятельно.
Кажется, он заметил мое замешательство.
- Что случилось? - спрашивает он, поднося руку к моему лицу.
Пальцы скользят по моей скуле, и я невольно провожаю взглядом это удивительно нежное прикосновение.
- Ничего. Просто я не знаю, что делать, - признаюсь я, глядя вниз.
- Делай все, что хочешь, Ань. Не думай ни о чем.
Я немного откидываюсь и кладу руку на его обнаженную грудь. Смотрю на него, ожидая одобрения, и он кивает. Я кладу обе руки ему на грудь, и он закрывает глаза. Ресницы его дрожат, когда я провожу по ребрам. Лицо спокойно, но грудь поднимается и опускается все чаще. Не в силах сдерживаться, опускаю руку вниз и засовываю указательный палец под резинку его трусов. Глаза распахиваются, он кажется очень нервным. Неужели он способен нервничать?
- Я могу... хм... прикоснуться к тебе? - спрашиваю я в надежде, что он поймет все сам и мне не придется произносить это.
Я будто вижу себя со стороны. Кто эта девушка, что прижалась к мальчику-панку и просит разрешения поласкать его... внизу? Я вспоминаю слова Артура, что с ним я становлюсь самой собой. Наверное, он прав. Мне нравится то, что я сейчас чувствую. Мне нравится ток, пронзающий меня, когда мы вместе.
Он кивает.
- Да, пожалуйста.
Я опускаю руку вниз, поверх его трусов, медленно добираюсь до холмика на ткани. Он с шумом втягивает воздух, когда я кладу туда руку. Я не знаю, что делать, поэтому просто двигаю пальцами вверх и вниз. Я слишком нервничаю, чтобы смотреть ему в глаза, поэтому смотрю на его увеличивающийся в трусах член.
- Хочешь, покажу, что нужно делать? - тихо спрашивает он дрогнувшим голосом. Обычная его дерзость исчезла.
Я киваю, и он кладет свою руку на мою, снова прижимая к себе. Раскрывает мою ладонь, заставляя обхватить себя по всей длине. Воздух со свистом выходит из губ, и я тайком смотрю на него из-под опущенных ресниц. Он убирает свою руку, давая мне полный контроль.
- Черт, Аня, прекрати это, - рычит он.
Смущенная, хочу убрать руку, но он быстро бормочет:
- Нет-нет, не это. Продолжай, но не смотри на меня так.
- Как?
- Невинно - от такого взгляда мне хочется сделать с тобой что-нибудь неприличное.
Я хочу броситься на кровать и позволить делать со мной все, что он хочет. Я хочу быть его - стать на минуту свободной от того, что заставляет меня бояться. Слегка улыбаюсь и снова двигаю рукой. Мне хочется сорвать с него трусы, но я боюсь. С губ его срывается стон, и я обхватываю его крепче; я хочу снова услышать этот стон. Не знаю, должна ли я двигать рукой быстрее, поэтому продолжаю медленно и держу его плотно, и кажется, ему нравится. Я наклоняюсь и прижимаюсь губами к липкой коже его шеи, и он снова стонет.
- Черт, Нюта, ты так приятно обхватываешь меня. - Я немного сжимаю его член, и он вздрагивает. - Полегче, малышка, - говорит он так нежно, что кажется, что это не может быть тот же Артур, который обманывал меня.
- Прости, - говорю я, снова целуя его в шею.
Мой язык пробегает по коже за его ухом, и он вздрагивает всем телом. Его руки находят мою грудь, и он складывает ладони чашками под ней.
- Можно. Я. Сниму. Твой... бюстгальтер?
Голос настолько хриплый и дикий, что я поражена эффектом, который могу на него оказывать. Я киваю, и его глаза загораются от волнения. Дрожащими руками он тянется под футболку. Лишь только пальцы нащупывают пряжку, он расстегивает лифчик с ловкостью, заставляющей меня задуматься о том, сколько раз он проделывал это раньше. Прогоняю эту мысль. Руки Артура скользят вниз и отпускают меня. Он отбрасывает лифчик в сторону и возвращается под футболку на мою грудь. Когда он наклоняется, чтобы меня поцеловать, пальцами слегка сжимает мне соски. Я громко выдыхаю и снова опускаю руку вниз, хватая его.
- О, Аня, я скоро кончу, - говорит он, и я чувствую, что в трусах мокро, хотя он только касается моей груди.
Чувствую, что могу кончить только от его стонов и нежных поглаживаний. Ноги его напрягаются, а поцелуи становятся дольше. Он опускает руки к бедрам, и я чувствую, как что-то мокрое пропитывает его трусы и оказывается на моей ладони. Я никогда раньше не доводила никого до оргазма. В груди разливается тепло, заполняя меня странным чувством, что я еще на шаг приблизилась к тому, чтобы стать женщиной. Глядя вниз, на мокрое пятно на трусах Артура, я чувствую, что мне нравится им управлять. Мне нравится, что я могу доставить ему такое же удовольствие, что и он мне.
Голова Артура откидывается, он глубоко дышит, а я сижу у него на коленях, не зная, что делать. Через некоторое время его глаза открываются, и он поднимает голову, глядя на меня. На лице его появляется расслабленная улыбка, и он наклоняется вперед, чтобы поцеловать меня в лоб.
- Я никогда так не кончал, - говорит он, и я краснею.
- Все так плохо? - спрашиваю я, пытаясь встать на ноги, но он останавливает меня.
- Что? Нет, все хорошо. Просто обычно бывает нечто большее.
Чувствую укол ревности. Не хочу думать о девушках, что доставляли Артуру удовольствие. Почувствовав причину моего молчания, он проводит пальцем по моей шее и кладет ладонь мне на щеку. Я утешаюсь мыслью, что хотя они сделали с Артуром больше, чем я, среди них не было таких, как я. Не знаю, почему я так думаю; мы с Артуром еще не вместе. Мы не собираемся встречаться или что-то типа того, но сейчас я просто хочу жить настоящим вместе с ним. От этой мысли мне смешно. Ведь я совсем не из тех людей, что живут настоящим.
- О чем ты думаешь? - спрашивает он, но я качаю головой.
Не хочу рассказывать о ревности. Это глупо, и я не хочу об этом говорить.
- Ну же, давай, Аня, расскажи, - говорит он, но я снова молчу.
В совсем не свойственной ему манере Артур хватает меня за бедра и начинает щекотать. Я хохочу, спрыгиваю с него и падаю на мягкую кровать. Он щекочет меня до тех пор, пока я уже не могу смеяться. Его смех заполняет комнату - и это самый красивый звук, который я когда-либо слышала. Я никогда такого не слышала. Несмотря на все недостатки, массу недостатков, я считаю, что мне повезло увидеть Артура в такой момент.
- Хорошо, хорошо! Я расскажу! - визжу я, и он останавливается.
- Правильное решение, - говорит он. Но взглянув вниз, добавляет: - Погоди немного. Мне надо поменять трусы.
Я краснею.