17 глава
Лиана почти не появлялась в раздевалке.
Если раньше она могла с ходу влететь с фразой вроде «Ну что, живые?» или принести кому-то кофе с подколкой, то теперь — просто сухое «Доброе утро» и дальше по работе.
Никаких лишних разговоров.
Никаких улыбок.
Никаких «ребятки».
Гави заметил это первым.
— Кто-нибудь понял, куда делась старая Лиана? — спросил он однажды на тренировке, когда они делали растяжку.
— Может, устала, — пожал плечами Ферран.
— Она не устает, — отрезал Балде. — Она притворяется, что всё ок.
— С чего ты взял? — подал голос Иньиго.
— Потому что я вижу, — сказал Балде. — Мы для неё всегда были как младшие братья. А теперь — просто игроки клуба.
— Может, кто-то причастен к этому, — ехидно добавил Гави, глядя на Ламина.
Тот молчал.
Он тоже чувствовал это.
Лиана словно поставила стекло между собой и всеми остальными.
Даже между ним и собой.
Особенно — между ними.
---
После тренировки Гави не выдержал. Он зашёл в зону штаба и постучал в её кабинет.
— Свободно, — отозвалась она, не отрываясь от экрана.
Он зашёл. Закрыл дверь.
— У тебя всё в порядке?
— Всё отлично, — коротко ответила она.
— Прекрати.
Гави присел на край стола.
— Мы же видим. Ты от нас прячешься. С нами больше не болтаешь, не смеёшься. Где та Лиана, которая нас шпыняла, как братьев?
Она на секунду отвела взгляд от экрана.
В глазах мелькнуло что-то. Грусть?
— Люди меняются, Гави.
— Нет. Люди либо сдаются, либо борются. Ты сдалась?
Она сжала губы.
— Я просто не хочу всё усложнять. Меньше эмоций — меньше боли.
Он посмотрел на неё.
— А ты спросила нас? Может, нам больно, когда ты вот так от нас уходишь?
Лиана отвернулась.
— Ты не понимаешь.
— Да, не понимаю, — честно признался он. — Но вижу, как Ламин каждый день смотрит на тебя, как будто ты — всё, что у него осталось. И вижу тебя, убегающую от него.
Она замерла.
— Ты сама не своя. Холодная, как лёд. Даже Балде сегодня сказал, что у тебя «мёртвые глаза». Знаешь, как это звучит?
— Прекрати, — прошептала она. — Пожалуйста.
— Не могу. Потому что ты нам не чужая. Ты — часть нас.
Он встал.
— Если ты хочешь быть несчастной — это твой выбор. Но, чёрт возьми, ты не имеешь права от нас отгораживаться.
Он вышел, оставив её в тишине.
А Лиана сидела, глядя в пустой экран, и в голове стучало только одно:
“Ты — часть нас.”
---
Позже вечером она шла по парковке — медленно, не торопясь.
И вдруг увидела его.
Ламин стоял, прислонившись к стене рядом с её машиной.
Молчал.
Она остановилась.
— Ты специально? — спросила она.
— Да.
— Что-то случилось?
— Я хочу поговорить. И мне всё равно, сколько раз ты попытаешься от меня отгородиться.
Она вздохнула.
Подошла ближе.
— Команда переживает, — сказал он. — Потому что ты исчезаешь, хотя стоишь перед ними.
— Я не хотела… — начала она, но он перебил.
— Не надо «не хотела». Я понимаю. Ты боишься, что всё рухнет. Что я не справлюсь. Что ты всё испортишь.
Она посмотрела на него.
— Но ты ошибаешься, — сказал он твёрдо. — Я справлюсь. И я сказал об этом тренеру.
— Ты… что?
— Я поговорил с ним. Сказал, что не отступлю. И что могу совмещать и любовь, и игру.
Он подошёл ближе.
— Но без тебя — ничего не будет.
Тишина.
— Мне кажется, ты забыла, что ты тоже кому-то нужна, Лиана.
И вдруг она, впервые за долгое время, — не отвернулась.
Только выдохнула.
Глухо, с горечью, но с живым светом в глазах.
— Я просто не знала, что мне разрешено быть счастливой, — прошептала она.
Ламин взял её за руку.
— Я разрешаю.