Любовь по Фрейду

Воскресенье, девять утра. Казалось бы, спите себе спокойно, пеките оладушки, уйдите в сериальный запой, но нет же! Особо влюблённые (читайте: обезумевшие) парочки решили, что это прекрасное время для прогулки по городскому парку. Действительно, всего лишь середина марта.

- Да старый извращенец, вот он кто! – прикрикнула Яна на шедшего под руку Даниила Игоревича, который с пеной у рта доказывал ей, что Фрейд – это лучшее, что случалось с психологией.

- Он просто говорил то, о чём все молчат, - устало выдохнул Игловский.

- Он только и говорил, что о сексе. Нормальные люди столько о нём не думают.

Игловский резко дёрнул Яну за руку, и она, по сути, врезалась в него. Он обхватил девушку в кольцо своих рук, и склонился к её уху. Его губы медленно прошептали:

- А сейчас ты о чём думаешь?

Яна раскраснелась, но нашла в себе силы вернуть пионерское расстояние.

- О том, что очень сложно соблазнить человека в пуховике.

- Доброе утро, молодые люди, - их идиллию нарушил женский голос. Сердце пустило удар. Яна развернулась, но увидела перед собой абсолютно незнакомую женщину в пёстрой одежде. Не успев ничего понять, Яна обнаружила свою руку в руке незнакомки. – Ай, милая, давай я тебе погадаю. Вижу, влюблённая ты, но, знаешь, что?

- Что? – как заворожённая повторила Яна. Где-то на фоне презрительно фыркнул Игловский.

- Соперница у тебя есть. Молодая такая. Вижу, вижу, - гадалка начала эзотерично махать рукой перед лицом у Игловского, - только эта девчонка его мысли и занимает.

Игловский взбесился. Он выдернул застывшую Яну из рук гадалки, заталкивая её себе за спину.

- А Вы старшая в семье. Денег не хватает. Среднее образование получили, но всегда мечтали о большем, - с напускной мистичностью затараторил Даниил, – устали сильно. Вижу...

- Что? – чуть ли не хором спросили и гадалка, и Яна.

- Муж от Вас ушёл.

- Ушёл, ушёл, – гадалка прикрыла рот ладонями, - к Томке, змее этой проклятой.

- Вот видите, это не последнее зло, которое она хочет Вам причинить, - загадочно ответил Игловский, наощупь хватая Яну за руку, чтобы поскорее пойти дальше. Яна послушно сделала к нему шаг, крепко обхватив руку. Косясь то на Даниила, то на озадаченную гадалку, Яна последовала за Даниилом.

- Что же мне делать? – всплеснула руками гадалка, глядя на удаляющиеся фигуры.

- Это карма. Поэтому надо лишь перестать дурить людям головы, и устроиться на нормальную работу, - бросил Игловский, даже не развернувшись к женщине.

- Откуда Вы узнали? Ну, про мою судьбу? – крикнула вслед гадалка.

- Окончил психфак с красным дипломом! – в той же манере крикнул Игловский.

- Тьфу на тебя, - плюнула гадалка, бормоча себе под нос, - ходят тут всякие, работать мешают.

- А действительно, - немного погодя, спросила Яна, - как ты узнал?

- Холодное чтение. Завтра на паре узнаешь, – ответил Игловский, ища глазами будку с чаем. Утро сегодня выдалось морозным.

Социальная психология, как заверил препод, не потребует ни тетрадей, ни учебников. Но вот про нервы и слёзы уговора не было, поэтому Игловский продолжал истязать своих студентов бесконечными практическими, тестами и колкими замечаниями.

- Прежде чем мы перейдём к основной теме нашей лекции, я кое-что вам продемонстрирую, - без лишних приветствий начал Даниил Игоревич, ворвавшись в аудиторию.

Он принялся раздавать всем студентам бумажки. Яна встретилась взглядом с Даниилом, когда он передавал ей лист, но он буквально тут же отвернулся и пошёл дальше по рядам. Яну это задело. Да, у них тайные отношения, но можно же добавить хоть каплю теплоты во взгляд.

- Не переворачивайте листы, не переговаривайтесь и не задавайте вопросы. Когда я скажу: начали, каждый читает то, что написано на листе один раз и опять кладёт его текстом вниз на парту. Каждому я раздал характеристику его личности, которую я заключил за полгода преподавания в вашей группе. Начали! – объяснил Даниил Игоревич, и коротко хлопнул в ладоши. Студенты зашуршали бумагой.

Яна перевернула свой лист, ожидая увидеть романтичную характеристику, но буквы сложились в короткий абзац:

«Вы обладаете огромным потенциалом, который ещё в себе не раскрыли. Временами Вы дружелюбны, открыты и веселы, но иногда на Вас находит грусть, апатия и лень. Вам хочется, чтобы Вами восхищались люди. Вы чувствительны к критике. У Вас много желаний и амбиций, которые Вы стремитесь реализовать как можно скорее».

Как и было заявлено в инструкции, Яна прочитала всего один раз и перевернула лист, но поднявшееся внутри негодование и ревность нашёптывали: прочти ещё раз, вдруг ты упустила что-то важное.

Королькова резко подняла голову, ища глазами преподавателя. Он же самодовольно рассматривал польщённые лица студентов. Но вот лицо Яны выражало явно что-то другое. Даниил вопросительно повёл бровью, на что Яна тут же отправила ему СМС: «Это всё, что ты можешь сказать о своей любимой девушке?». Для демонстрации пущего негодования, Королькова добавила эмодзи злого чертёнка.

Игловский прочитал сообщение, но ничего на него не ответил, а лишь ухмыльнулся.

- Ну что? Как впечатления? – отчеканил Игловский, засовывая мобильный в карман брюк.

- Всё прямо про меня, - лаконично ответил Городецкий.

- Неужели Вы, и правда, так хорошо читаете людей? – с лёгкой подозрительностью отнеслась Воронец.

- Круче, чем Шерлок, - присвистнул Лукашин, в очередной раз восхитившись Игловским, которого он негласно назначил своим сенсеем.

- Все присутствующие согласны, что написанное в точности совпадает с реальностью? – Игловский прошёлся впитывающим взглядом по рядам. Он уже заметил, как Королькова пытается поднять руку, но Даниил Игоревич лишь мотнул головой. Яна тут же опустила руку.

- Поразительно, как одни и те же слова описывают абсолютно непохожих друг на друга тридцать человек, - выдал Даниил после небольшой театральной паузы. Эффект был достигнут – все студенты опешили. - Везде была написана одна и та же характеристика.

Студенты начали крутиться, переглядываться, обмениваться листами и сравнивать написанное.

- У всех был один и тот же текст. Но из-за того, что он был написан общими и абстрактными фразами, каждый принял его на себя. Вы подумали, что характеристика подобрана к вам индивидуально, - разложил по полочкам Даниил Игоревич, - на самом деле – это не больше чем копипаст.

Студенты устало хмыкнули. В очередной раз они попались на уловку от преподавателя. Да, с его вечными экспериментами есть наглядность, но всё же тяжело постоянно чувствовать себя подопытными кроликами.

- Это называется эффект Барнума, - подытожил Даниил Игоревич, начиная записывать на доске название темы, - им пользуются гадалки, астрологи, да и куча других шарлатанов.

Студентка Жанна, услышав преподавателя, стыдливо закрыла вкладку с ежедневным гороскопом.

- Нас ждёт большая тема «Социальная перцепция», но сегодня мы поговорим только про один из её аспектов, - нудил Даниил Игоревич, усаживаясь на своём рабочем столе, - а именно, про первое впечатление.

Он всплеснул руками, приковывая к себе взгляды.

- Кто готов поделиться своим первым впечатлением обо мне? – хитро прищурился Даниил, задумчиво проведя пальцами по отросшей щетине.

- Ну, я когда Вас впервые увидел, подумал, Вы – клёвый тип, - начал Лукашин, не желая упускать возможность восхититься любимым преподом, - тачка у Вас крутая, раскидываете по фактам.

- Спасибо, Чайник, я понял, - жестом остановил его Даниил. – Нам ясно, что первое впечатление у тебя обо мне хорошее. Теперь расскажи-ка о моих положительных и отрицательных качествах.

Лукашин почесал затылок.

- С положительными проще: образованный, уверенный, умный, решительный, остроумный, - перечислял студент. Королькова закатила глаза от такой хвалебной оды Даниилу Игоревичу. Да, она с ним согласна, но всё равно что-то её раздражало в этой показухе. – А отрицательные... У Вас их либо нет, либо я не разглядел ещё.

- И не разглядишь, - ухмыльнулся Игловский, на что Яна едва слышно цокнула. – То, что вы все сейчас наблюдали, называется эффект ореола. Общее впечатление о человеке при первой встрече отражается на дальнейшем вашем впечатлении об этом человеке, его чертах характера и поведении. У Чайника сложилось благоприятное первое впечатление обо мне. И не важно, как я буду вести себя дальше, что буду говорить и делать – Чайник будет интерпретировать это со знаком плюс. Ясно?

Студенты кивнули, будто под гипнозом.

- Всегда старайтесь запомнить своё первое впечатление о другом человеке. Оно может со временем измениться, но запомните - оно всегда правдиво. Если вас что-то напрягло в человеке - рано или поздно это выстрелит, - Игловский закончил лекцию этими словами, после чего отпустил студентов на все четыре стороны.

- Ян, идём? – спросила одногруппница Кристина, глядя на то, как Королькова медленно застёгивает рюкзак.

- Иди, Кристинка, - тряхнула волосами Яна, - я хочу поговорить с Даниилом Игоревичем про курсовую.

- Окей, - студентка направилась к выходу, встретившись взглядом с Лукашиным, который почему-то покраснел как рак.

Когда двери закрылись за последними студентами, Игловский запер кабинет, оставаясь с Корольковой наедине. Яна принялась помогать Даниилу сортировать бумажки с лекциями.

- Ты сегодня какой-то холодный, на меня внимания не обращаешь, - обижено надулась Яна, расставляя разбросанные ручки и карандаши обратно в стаканчик.

- Мне трахнуть тебя на виду у всех? – ехидно спросил Даниил, надевая снятый во время пары пиджак.

Яна насупилась, но ничего не ответила.

- О чём думаешь? – снова нарушил молчание Даниил Игоревич.

- Ты сегодня говорил о первом впечатлении. И я вспомнила... – осеклась Яна.

- Что? – она опустила голову, но Игловский намеренно поднял её подбородок.

- Я думала, что ты...

- М? – Даниил искал её взгляд.

- Мудак, - выдохнула Яна, наконец, пересекаясь глазами с Игловским.

- Резонно, - как ни в чём не бывало, подметил препод, по-свойски обхватив девушку за талию.

- Но я в тебя влюбилась. И сейчас ты мне нравишься. Ты хороший, - Королькова прошлась пальцами по колючей щеке. Игловский улыбнулся уголком губ. - Значит, первое впечатление обманчиво.

- Первое впечатление не бывает обманчивым. Я действительно мудак, - Даниил отнял руку Яны от своего лица. Он обхватил её пальцы своими и поставил короткий поцелуй на выступающих костяшках. - А то, что ты в меня влюбилась, это не удивительно.

- Ты настолько в себе уверен? – хмыкнула Яна, которую сегодня уже изрядно взбесила его заносчивость и самолюбование.

- Дело не в этом, - он помолчал, и после продолжил, - такие девушки как ты часто влюбляются в таких, как я.

- Какие – «такие девушки»? – Яна отстранилась.

- Идеалистки, склонные всё романтизировать, - Игловский сделал жест, что им пора.

- Это плохо? – последовала за ним Королькова.

- А сама как думаешь? Любить человека, который в любой момент может сделать тебе больно, - Игловский галантно распахнул перед Яной дверь, выпуская студентку.

- Ты не сделаешь мне больно, - слишком уверенно заявила Яна, выходя в коридор.

- Откуда ты знаешь? – Игловский повернул ключ в замочной скважине.

- Ты хороший, - тихо хихикнула Королькова. Даниил огляделся по сторонам – никого.

- А ты наивная, - шепнул Даниил Игоревич, коротко поцеловал Яну в губы, после чего отстранился и довольно громко сказал, - жду Вас, мадам Королькова на сдачи курсовой через неделю.

Он снова нагнулся к Яне, добавив зловещим шёпотом:

- Там я тебе уделю должное внимание.

У Яны подкосились ноги. Ещё минуту она стояла на месте, провожая взглядом удаляющуюся фигуру преподавателя.

С самого первого рабочего дня в университете Игловский себя уговаривал – скоро это всё закончится, и можно будет полностью отдаться только работе в психологическом центре. С Корольковой преподавательские будни заиграли новыми красками, но работы от этого всё равно не убавлялось. После занятий – в офис, где всё расписано сложными клиентами. Даниил посмотрел на дисплей телефона. Через полчаса сеанс с постоянным клиентом.

- Даниил Игоревич, мы с Вами давно знаем друг друга. Так сказать, вместе пережили два моих развода, фобию и зависимость, - устраивался поудобнее на диване постоянный клиент Игловского. Мужчина уже в возрасте, но довольно подтянутый. В молодости его точно можно было бы назвать первым красавцем. Однако сейчас лицо подустало, а по волосам прошлась лёгкая седина. - Но в этот раз я к Вам с более деликатной проблемой.

- Не стоит? – прищурил глаза Игловский, беря в руку свой блокнот. Однако он перепутал, и случайно взял не рабочий блокнот, а университетский. Не заметив своей ошибки, Даниил приготовился внимать.

- Нет, нет! Что Вы! – нервно усмехнулся клиент, потирая вспотевшие ладони о свои брюки. – Здесь другое. Как бы сказать-то...

- Как есть.

- Эх, хрен с ним. Вы ж не мент, в конце концов. Полгода назад познакомился с девушкой. Оно там как-то закрутилось... В общем, только спустя три месяца нашей регулярной половой... ну Вы поняли. Выяснилось, что ей и шестнадцати нет. Знаете, они ж сейчас зреют раньше, чем мы тогда... И грудь уже третьего размера, и опытная, главное, такая – бёдрами туда-сюда...

Клиент оживился, ёрзая на диване.

- Я понял, понял, - кивнул Игловский, заставляя его продолжить, не отклоняясь от проблемы.

- Мне ж тогда так, клубнички захотелось, а девчонка влюбилась. И уже планы строит: дом, совместный отпуск, хомяки, дети, - клиент устало провёл по слегка поседевшим волосам.

- А Вы? – Игловский приподнял бровь.

- Да какие дети! У меня все дети её лет на десять старше! – встрепенулся мужчина, после чего снова вернулся в спокойное состояние. - Простите, нервы. В общем, кинуть мне девочку надо. Но аккуратненько, чтоб не обиделась. А то либо ментам сдаст, либо таблеток наглотается, либо жене раскроет. А я уже и не знаю, что из этого самое худшее.

Игловский задумался на минуту, переваривая полученную информацию. По сути, преступление. Но и правило неразглашения тоже давит. Игловский фыркнул, отмахивая от себя ненужное.

- Я подумаю, что можно сделать, и как появятся мысли – сразу Вам наберу, - отрезал Игловский, поднимаясь со своего кресла.

- Спасибо, Даниил Игоревич, - клиент также поднялся с дивана, правда, более нервно. - Знал, что Вы поймёте.

Игловский замер.

- В каком смысле? – покосился Даниил.

- Ну, не сдадите, выслушаете, и поможете, - объяснил клиент, дёргано отряхнув пальто.

- Самособой, Борис Никифорович, - кивнул Игловский, открыв дверь в приёмную и помогаяклиенту покинуть кабинет. Захлопнув за мужчиной дверь, Даниил устало взвыл,подняв глаза к потолку.