3
Данил
Первый день подходил к концу, и я был доволен итогами. Оставалось два дела: зайти в деканат и встретиться с Полиной. Полина обещала ждать в кафе рядом, но написала, что опаздывает, поэтому и я не спешил.
В деканате меня приветствовал декан. Задал пару вопросов о том, как прошел первый день, как приняли студенты, как возвращение в альма-матер. Затем словно между прочим очертил, что в курсе, как и на каких условиях меня брал ректор, и лично выбирал для меня курсы, на которых я буду читать лекции. Я поблагодарил его за это. Тут правда есть за что. Что ни поток — ребята одаренные. Первый курс еще зеленые, но тут уже от меня зависит, какими они станут. Это еще вчерашние птенцы.
— Осталось обсудить лишь один вопрос. Что насчет кураторства? — посмотрел испытующе.
Ага, хорошая попытка.
— Я оговаривал этот вопрос с ректором сразу.
Не хватало мне только за студентами бегать и приглядывать, чтоб не пили и лица на дискотеках не были. Спасибо, но нет, спасибо.
— Ага… Тогда последний момент. Конференция будет научная, в ноябре. В отборе четверокурсники, работы нужно готовить. Список тем я дам, а вы, Данил Вячеславович, уж отберите ответственных ребят, которые нас не опозорят.
Я едва подавил усмешку. Этот черт на своем месте. Не получилось прогнуть в одном направлении, он тут же нагнул в другом. С одной стороны — уважаю. С другой — одни эпитеты.
Чертова конференция. Я надеялся напрячься ближе к сессии и экзаменам, а не так рано. А это серьезно, и подход нужен серьезный. И с моей стороны, и со стороны студентов. Которых я еще совсем не знаю.
Среди четвертого курса на практической отметил пару незаурядных умов.
Сестры-брюнеточки, от которых я вообще не ожидал ничего дельного услышать, отжигали одна другой краше. Парни тоже не молчали, рассуждали, предлагали идеи, и идеи хорошие. Им бы стартовый капитал — и вперед в бизнес. Да, может не с первой попытки. Но с такими мозгами и таким подходом, пусть не сразу, но что-то получится.
А еще красавица-зеленоглазка. Всю пару почти молчала, как воды в рот набрала. А под конец как выдала, что я был впечатлен. Я уж было подумал, что на красоте создатель остановился, но нет.
Отпахал полноценно, дав девчонке все — и ум, и внешность, и деньги, судя по ее машине.
Что ж… Выбор есть, это радует. Только вот ты еще их, и без того загруженных, замотивируй время на подготовку тратить. И выступление не нужно забывать. Многие в малых группках рассуждать могут, а выйти и рассказать в большую аудиторию, да еще с хмурыми учеными умами в первых рядах — это совсем другая сказка. Я себя помню, сам такое в университете не любил. Вот Кирилл, дружище, обожал стать павлином, распушить хвост и нести свои идеи в массы, а потом собирать овации и аплодисменты.
Мне же было проще перед одногодками выступать.
— Что-нибудь придумаем, — ответил декану в конце концов.
— Работы предстоит много, Данил Вячеславович, врать вам не буду. Но и премии за это не жалею. А если ваши подопечные еще и места в тройке лучших работ возьмут — зарплата вас точно порадует.
Вот это уже приятно слышать. Люблю, когда все условия звучат конкретно и оговариваются заранее. И если декан не лукавит, то есть ради чего заморочиться.
Осталось решить главный вопрос — как юные таланты завлечь выступить.
***
Юлия
Я уже подъезжала к университету, когда начал разрываться мой телефон, который, как назло, валялся в сумочке на заднем сидении. Раздраженная ситуацией, дала по газам, быстро и неудачно припарковалась, заняв слишком много места. Разозлилась сама на себя. Но прежде, чем перепарковаться, достала телефон. Увидела несколько пропущенных от Лены, и моментально набрала ее номер. Злая. С запалом высказать ей все, что думаю о таком поведении и обрывании мобильного, когда я за рулем и она прекрасно об этом знает.
Правда, как только она ответила, запал сразу пропал. Я услышала в трубке рыдания.
— Ты где? — спросила тут же, без приветствия.
— В парке, за курилкой, — разобрала сквозь всхлипы и без раздумья помчалась туда.
Лену я увидела сразу. А вот поверила в то, что вижу не сразу. Моя подружка, положив голову на колени, публично рыдает. Нет, сюр какой-то, не может быть.
Я моментально опустилась на скамейку рядом, положила ладонь на вздрагивающие плечи и погладила ее спину.
— Чшш, — прошептала на автомате. — Все хорошо будет.
— Не будет, — рыкнула она сквозь слезы, — ничего не будет, — икнула и стала рыдать пуще прежнего.
Я обняла ее крепче, нагнувшись и закрыв собой, почувствовав, как вибрирует от слез ее худая спина.
— Я смогу помочь, если ты расскажешь мне, что случилось, — шепчу, поглаживая ее, растерянная, потому что не знаю, как быть.
Я знаю этих сестричек с детства. Ну не рыдают они. Ссорятся — да, орут — да, скандалят — о боже, да! Но не плачут. Ни одна, ни вторая.
— С Лерой все хорошо?
Пальцем в небо. Но мне кажется только если что-то случится с Лерой, Лена может так сломаться. И мне немного страшно услышать ответ.
— Что? — поднимает заплаканный взгляд на меня, наконец фокусируя на моем взволнованном лице свое внимание.
— Да, она в порядке, — кивает, вытирает злые слезы. — И она была права. Все время. А я не слушала…
Новый поток слез градом катится из голубых глаз подружки, а я судорожно соображаю. Права, права… В чем Лера была права?
Лисички-сестрички часто ссорятся по мелочам, но в важном всегда сходятся, а еще стоят горой друг за друга.
Мой мозг вовремя приходит на выручку, подкинув воспоминание, относительно свежее. Брезгливый взгляд и презрительную ухмылку Леры, когда к нам подошел Богдан в кафе. Как демонстративно она поднялась из-за стола и ушла.
— Богдан?
Плач усилился. И я увидела кивок.
— Что случилось? С ним все в порядке?
— О, более чем, — выпалила так ядовито, что мне аж стало некомфортно. — Я видела его. В его машине. И Софью на нем.
Я выровнялась, с сомнением глядя на подружку.
— Ты уверена?
— Я может и дура, но не слепая, — огрызнулась, вновь выпустив свои коготки и попытавшись кусать руку, которая ее гладит. Но я не обижаюсь, я понимаю, что она не может справиться с эмоциями.
— Где ты их видела, Лен?
— Прям здесь. На парковке. Он делал это прямо под универом на парковке.
Лена вновь зарывается в свои руки, и ее плечи вздрагивают. Мое сердце болит за нее.
— Может, это было не то, чем казалось? Может?… — я делаю героические попытки обелить гада, но Лена меня прерывает.
— На ней не было одежды, Юля. Это было то, чем казалось. Он изменял мне с моей главной соперницей прямо на парковке.
Я поджала губы, ощутив горечь её фразы. Вот же подонок!
— Скажи, то, что хочешь, — вдруг бросила подружка мне.
— О чем ты? — не поняла.
— Скажи, что Лера была права. Что он заносчивый, гадкий, и мне не стоило встречаться с ним изначально. Скажи.
— У меня нет привычки добивать лежачего ударом ноги, Лен. Давай, поднимайся, на тебе лица нет. Нам нужно в туалет.
— Да плевать мне на мое лицо! Я не пойду на пары. Не могу смотреть ни на него, ни на неё.
— Мы не пойдем на пары, — соглашаюсь с ней моментально.
Выбора нет. Ей нужно успокоиться, ей нужна помощь. Жаль, что этот слизняк выбрал именно сегодняшнее утро для своего прелюбодеяния, потому что сегодня нельзя прогуливать, одна лекция и остальные практические, почти все отработки платные. Но как есть.
— Мы пойдем в туалет, смоем размазавшуюся косметику, купим тебе воды и уедем отсюда, хорошо? Ко мне? Тебе не придется смотреть ни на него, ни на неё. А завтра мы что-нибудь придумаем, ладно? Он еще пожалеет обо всем. Мы заставим его пожалеть.
— К черту, — буркнула раздраженно Лена и протянула мне руку. — Пошел он к черту. Если у человека нет вкуса, это его проблемы.
— Вот, — улыбнулась я, прижав к себе подругу, — это моя девочка. Давай, пойдем.
Пара уже началась, нарваться на любого из участников конфликта риск минимальный. А привести ее в порядок нужно. Как минимум умыть прохладной водой не помешает.
Мы спокойно миновали коридор и уже были почти у цели, когда за нашими спинами раздалось угрожающее:
— Гаврилина!
Я вздрогнула, услышав ее голос и свою фамилию. Глубоко вдохнула и обреченно оглянулась.
— Высоцкая! Вы почему не на лекции?!
— Говорила тебе, плохая это была идея, — шепнула Лена, спешно пытаясь вытереть слезы.
— Не говорила, — шепнула я в ответ. — Справимся.
Хотя это маловероятно. Варвара Эдуардовна, подменный куратор нашей группы, была страшным кошмаром всего курса. Стоило тебе где-то хоть немного косякнуть, она считала, что имеет священное право тебя за это поиметь, да так, что потом весь день голова болеть будет. И вот сейчас, по ее мнению, мы не косякнули, а совершили полноправный проступок — прогуляли лекцию. А значит это одно — она перейдет на ультразвук. И нашим перепонкам крышка.
______________________________________
Звездочки)
Люблю ❤️