🔥Глава 16.🏆
В этот момент дверь резко распахнулась, будто её пнули, и в комнату влетел Соджун – растрёпанный, в футболке с забавным принтом и с широко раскрытыми глазами.
— Вы слышали?! Тренировки нет! Это судьба! Это… это знак!
— Отдохнули, кажется… — сказал Джисон недовольно.
И Чонин рассмеялся.
— Соджун, ты как будто только что узнал, что поступил в Хогвартс, — подал голос Чонин, приподнимаясь на локтях.
— Почти! — выпалил тот, энергично размахивая руками. — Я знал, что если сегодня дадут отдых, то мы обязаны выйти куда-нибудь. Просто обязаны! Я уже всех обзвонил. Тэджун согласен. Дэхо – как всегда в деле. Минхо, конечно, молчал, но он тоже придёт, сто процентов. А вы двое – со мной!
— В бар? — догадался Джисон.
— В бар. Наш. Так что, вы идёте или мне звать вас по очереди с плакатом? — Соджун подошёл к их кроватям, сложил руки на груди и выдал драматично: — Братья. Это наш шанс. Мы живы. У нас нет тренировки. У нас есть деньги. У нас есть свободный вечер. Мы заслужили.
Чонин поднял руку:
— Я за. Джисон?
Джисон колебался всего секунду. Было странное, но приятное чувство – быть званым не из вежливости, а потому что тебя действительно хотят видеть рядом. Он посмотрел на двоих парней: один сиял как лампочка, второй уже тянулся к кроссовкам.
— Я с вами, — кивнул он. — Только… мне надо переодеться.
— Тогда десять минут, и встречаемся у входа! — объявил Соджун и выпорхнул из комнаты так же стремительно, как и влетел.
Чонин поднялся, размял плечи и заглянул в сумку.
— Ты понял, да? — сказал он, улыбаясь. — Первый вечер как сосед – и уже в тусовке. Добро пожаловать по-настоящему.
— Спасибо, — ответил Джисон, чувствуя, как внутри расцветает что-то светлое. — Я и правда рад, что теперь здесь.
Бар был шумным, но уютным. Небольшое помещение с деревянной стойкой, мягким светом от ламп под потолком и гирляндами, вьющимися по стенам.
Команда села и заказала напитки.
Хан замечает, что Чан и Минхо не зашли.
— Парни, а где Хо и Чан?
— Разговаривают снаружи, скоро зайдут.
— Отношения выясняют, — сказал Тэджун, отпивая из бокала.
Соджун ухмыльнулся:
— Ну да, как всегда: сначала обсуждают стратегию, потом – кто кого прикрыл на тренировке, а заканчивают тем, где вкуснее кимчи.
— Стабильность – признак мастерства, — заметил Дэхо.
— Я вообще думаю, они просто не могут зайти одновременно с нами, — добавил Соджун. — Боятся затмить всех своим дуэтом мечты.
— Слишком мощная аура, — поддержал Чонин, смеясь.
В этот момент дверь открылась, и внутрь вошли Минхо с Чаном – спокойно, как будто действительно закончили важный тактический разговор.
— Видите? — прошептал Соджун, кивая на них. — Прямо как айдолы на фанмитинге: один взгляд – и зал взрывается.
Минхо окинул всех взглядом, подозрительно прищурился:
— Опять про нас что-то?
Соджун, не теряя ни секунды, вскинул руки:
— Только хорошее. Как вы – красивая пара! В смысле напарники. Товарищи. Боевое братство!
— Прекрати, — буркнул Минхо.
— Мы десять минут были снаружи. А вы уже успели придумать сюжет для дорамы?
— Нет-нет. Уже целый сезон, — с гордостью уточнил Соджун. — Название: «Два форварда и одно сердце».
Все рассмеялись. Даже Джисон, ещё не привыкший к разухабистым шуткам Соджуна, не смог сдержать улыбку. Чонин хлопнул ладонью по столу:
— Чёрт, Соджун, тебе надо в актёры.
— Да я уже почти подписал контракт, — не моргнув глазом заявил тот. — Правда, это был сон. Но я проснулся с чувством признания!
— С чувством, что у тебя есть талант к драме, — кивнул Дэхо. — Или хотя бы к пантомиме.
— Может прекратите?
— Да ладно, Хо, не будь занудой, а.
— Не занудничаю.
— Кстати, а тренер же не знает, что мы ушли?
— Нет, конечно.
— Он нам не нянька.
— Правильно, наша нянька Хо, — ответил Соджун.
— Ага, конечно.
— Слушайте… — начал Джисон и все переключили свои взгляды на него. — Я с вами почти незнаком. Можете рассказать про себя, пожалуйста.
— У-у, тогда готовься. Что ж, я начну. Я родился в многолюдной семье, где все говорили одновременно, и каждый хотел внимания. Трое старших братьев, шумная сестра, вечные перебранки на кухне – я научился проскальзывать между конфликтами, как тень.
Сначала играл на улице, в дешёвых кедах, среди скрипучих турников и стёртого асфальта. Был юрким и меня не воспринимали всерьёз из-за роста. Именно этим я и пользовался. Пока другие думали, я уже перехватывал мяч.
С детства нравится очень баскетбол. Вот так. Продолжайте, — Соджун указал ладонью на Тэджуна.
— Кхм… я рос в тихом пригороде, где всё было упорядочено: ровные улицы, одинаковые дома, стабильность – и пустота. Мать работала медсестрой, отец – автомехаником. Они были добрые, но всегда заняты. Я рано понял, что должен справляться сам.
В детстве почти не говорил. Учителя считали меня замкнутым, одноклассники – странным. Лишь один учитель физкультуры увидел во мне концентрацию, которую редко встречал в подростках. Однажды он поставил меня к кольцу и сказал:
— Просто бросай. Всё остальное потом.
Так и началась моя внутренняя система: ритм, дисциплина, повторение. Тогда он меня и познакомил с баскетболом. Предложил именно этот спорт, так как сам его любил.
Мяч стал для меня не просто инструментом – он стал единственным, что можно было контролировать. Отсюда и привычка: три удара мяча – три сигнала самому себе, что всё идёт по плану.
В команду я пришёл не ради побед, а потому что впервые почувствовал: кто-то смотрит на меня не как на «тихого странного», а как на игрока.
— Я родился в семье художника и преподавательницы литературы, — начал Дэхо. — В моём доме не было телевизора, зато были книги, музыка и разговоры. Я рос тихим ребёнком, тонко чувствующим чужие эмоции. Вместо того чтобы спорить, я молчал. Вместо того чтобы кричать – слушал.
Мой рост стал заметен рано. К восьмому классу я уже возвышался над всеми в классе, но не кичился этим. Другие подростки часто чувствуют в себе силу и начинают ею пользоваться. Я же наоборот. Мне не хотелось давить, хотелось защищать.
В спорт пришёл случайно – заменил друга на тренировке, потому что «просто нужно было закрыть позицию». Но стоя под кольцом, впервые почувствовал, что моё тело – не просто оболочка. Оно может быть мощью. Поддержкой. Стеной.
Вошёл в команду позже остальных, но сразу занял место в центре. Потому что именно туда я и принадлежал – в само сердце команды.
— Ой, ой, великан ты наш, как и Хёнджи, — улыбнулся Тэджун.
Джисон продолжал внимательно слушать.