Глава 9
— Он что, собирается...
— Вот придурок!
Мы дружно замерли на подходе к шале, не веря глазам. Фигуру, балансирующую на крыше дома, мы заметили еще издалека, но поначалу списали на глюк или странную тень, создаваемую фонарями. Но, чем ближе подходили, тем отчетливее становилась картина. И ни черта это была не тень. Это был человек. Если точнее – тощий парень, облаченный в клетчатые штаны и футболку.
— Что он на крыше делает? — ахнула я.
— Наглеет окончательно и бесповоротно.
Ладно, похоже, не верила глазам лишь я одна. Когда пригляделась к Саше, поняла, что он удивленным не выглядел, скорее уж крайне недовольным.
— А ну-ка стоять! — рявкнул он в сторону крыши. — Стоять, я сказал! Это мое желание. Стой и не двигайся! — и, бросив сноуборд в снег, помчался в сторону дома, оставив меня недоумевать. Что происходит?!
— Ничего не слышно, здесь ветер. У-у-у! — провыл сверху Киселев. Через пару секунд спросил уже тише: — Псс, Новенькая, ты там одна?
— Ну... да.
— Саныч где? Ко мне побежал?
— Хмм...
— Новенькая! — перебил, явно углядев ответ в моем сомнительном «хмм...». — Лови! — и покатился вниз, словно на ледянке во дворе.
В панике, я побежала вперед, спрыгнула с дорожки и оказалась в снегу едва ли не по пояс. Не знаю точно, что собиралась сделать: поймать Киселева налету? Повезло тогда, что не успела... Тим с веселым воплем пролетел прямо передо мной и исчез в пушистом сугробе. Кое-как прорубив тропу, я оказалась рядом с парнем.
— Спятил?! — рявкнула я в ужасе. — Да я... да ты...! Как... с крыши!
— Богатый у тебя словарный запас, однако, — иронично заметил Киселев. Выглядел он так, будто прилег отдохнуть на диване, а не съехал с крыши двухэтажного шале вниз. Даже руки за голову закинул для полной картины. Отмороженный по самые кудри человек.
— А чего глаза какие большие сделала? — изобразил он удивление. — Неужели ни разу с крыши не прыгала вниз?
— Нет!
— Даже в детстве?
— Я всегда была нормальной.
— Ну и жизнь у тебя, Новенькая! Повезло, что на нас наехала. Интересно, это судьба или чья-то ловкая рука? Впрочем, не об этом сейчас... предлагаю тебе игру: ты поднимаешься на второй этаж, выходишь на крышу и прыгаешь вниз – не бойся, тут мягко и безопасно, это наше ежегодное развлечение. А я взамен отвечаю на любой твой вопрос. Вообще на любой.
— Ежегодное развлечение? С крыши прыгать?!
— Ну да. Только не всегда на Новый Год получается, для прыжка снег нужен, сама понимаешь. В этом году повезло. Ну так что насчет игры? Предложение разовое и доступное лишь тебе одной, хватайся за него руками и ногами.
— Считаешь себя необычайно интересной личностью, да?
— Да. Итак?
— Что за мания все превращать в игру?
— Игра сразу дает представление о человеке. Быстро обнажает суть. Например, ты: не отказалась сыграть сразу, еще в баре. О чем это нам сразу говорит? Ты азартная и любопытная. Не слишком скованная, раз не стала вопить, что это все фигня для детей и выспрашивать, а что там за желания будут и вообще... может, лучше обойтись без них. Да-да, это живой пример о-очень многих людей, такие, как правило, моментально мой интерес теряют. О чем с ними вообще говорить можно? А с тобой как минимум можно провести вечер. Поиграть. А подстраиваешься ты хорошо, кстати, мне понравилось.
— Ты... опасен, — пробормотала я. Тимур Киселев – это настоящие американские горки. То милый и наблюдательный, готовый пойти навстречу, увидеть чужую тоску и развеселить, то... такой. Людьми играющий.
На мое замечание он расхохотался:
— Новенькая, ну что ты такая серьезная?! Не смотри на меня так, лучше вон Сан Саныча лови! — и неожиданно: — Нравится он тебе, да?
— Да.
— Сашка у нас такой... всем всегда нравится. Пока не сваливает подальше на всю зиму. О! А вот и наш разъяренный герой.
На крыше и в самом деле показался Сашка. А за ним и вся остальная компания. Оказалось, Киселев не врал и прыжки с крыши – нормальное для них развлечение зимой. Даже для Ромы с Алиной, а ведь они выглядели такими взрослыми и нормальными! Прикидывались, короче.
Всей ватагой они высказались про Тима, кричали прямо сверху. Для первого прыжка у них тоже есть какая-то очередная – кто бы вообще черт возьми сомневался – игра! А он взял и сиганул, никого не спросив. Наглый и бесцеремонный тип, короче говоря. А потом меня уговорили подняться тоже. И я настолько пребывала в шоке, что согласилась. И смеялась еще, как ненормальная.
— На счет три-и!
Прыгали все вместе, держась за руки. Крыша исчезла у меня из под ног и с головы тоже слетела. Еще в момент знакомства с Маней, подозреваю. Помнится, тогда я мечтала о полетах. Бойся своих желаний, как говорится!
Несколько секунд, и ноги ушли в мягкий снег. И все тело туда же, как будто на перину пуховую падаешь. Но как же хорошо, а! Захватывающее чувство.
— Может, еще разок? — предложила я, сходя с ума с остальными.
Мы прыгнули еще раза три. Потом снег примялся, уже не то.
И все вновь собрались в гостиной. А никудышный бармен Леха взялся варить глинтвейн. И тут всегда был камин? Не замечала его раньше. Уютно.
— Аня! — позвал меня Рафаэль. Я даже головой повертела в поисках еще одной Ани, по имени он ко мне еще не обращался. — Ну что, как сгоняли на склон?
— О! Кажется, ты прав, и я больше не лыжница, — объявила я, слегка краснея от воспоминаний. За прыжками с крыши я ненадолго отвлеклась, а теперь вот вспомнила о покатушках.
— Сашка у нас профи!
— Точно-точно. Девчонок своих мигом на путь истинный наставляет.
— А ты шустрый, приятель!
Смешки о лыжниках посыпались со всех сторон. Уже классика, но в каждом чувствовалась подоплека. Конечно. Кто бы сомневался! Мне не почудилось: все смотрели на меня так, точно все прекрасно понимали. Знали, куда и зачем Саша потащил Новенькую. Это не оригинальный сценарий, старая схема. Накатанная колея.
— Заткнитесь, — зашипел Саша.
— А что я такого сказал? — принял Рафаэль шипение на свой счет. — Ты ж все правильно сделал! Лыжи лучше сразу забыть.
— Глинтвейн готов! — оповестил Леша, появляясь на пороге с половником в руках. — Кто первый налетает?
В гостиной повисла тишина.
— Предлагаю разыграть партию «Лунохода». — Первым ожил Киселев. — Кто смеется – пьет Лехино варево. Лех, ты только стаканы поменьше найди, боюсь, неотложка в новогоднюю ночь и так загружена сверх меры...