Глава 43
— Ммм, что это? — с предвкушением Ира взяла из рук Лизы длинную коробку в форме тубуса.
На сковороде как раз жарился бекон, чайник вот-вот готовился известить о том, что закипел, пока Акула в ожидании наблюдала за тем, как догадка формируется на лице любимой. Девушка поправила за ухо волосы, неверяще стрельнув в Лизу глазами. Неужели это?
Отец покупал себе когда-то похожий тубус. Конечно, далеко не такой, как этот. Крокодиловую кожу позволить себе их семья не могла, но самым простеньким все же Лазутчиков старший себя порадовал. Носил потом лет шесть, пока тот не потрепался на краях.
Потянула собачку на замке и откинула крышку назад. Сердце встрепенулось, обрадованное тому, что угадало содержимое.
— Я подумал, что разного рода побрякушки тебя не особо порадуют, а вот кий должна оценить, — мягко сказала Лиза, с неописуемым удовольствием смотря на то, как Ира осторожно достает сначала одну часть кия, трепетно проводит по ней подушечками пальцев и возводит на неё глаза.
— Боже, какой материал! Что это? Палисандр.
— Специально отобранная древесина. Сделан на заказ. Эксклюзив. Такой теперь только у тебя.
Иру захлестнуло восторгом. Она пробежалась пальцами по выгравированному рисунку ярко желтого цвета, служащему переходом от темной к широкой части кия к светлому наконечнику. Резкие полосы, как будто ножом разрезали его напополам. Рисунок точно выполнен по заказу Лизы. В нем словно читался её характер. Резкий, пронзительный.
— Он прекрасен, — прошептала Ира, всматриваясь в рукоятку турняка. В жизни таких никогда не видела. С торца она была обтянута кожей и закреплена изящным кольцом.
— Это серебро, — подсказала девушка и обошла любимую, чтобы обнять со спины и взять вместе с ней кий, наклонить и раздвинуть ноги своим коленом, пробуждая поставить их на ширину плеч.
— Теперь тебе проигрывать нельзя, Игоревна!
Лазутчикова прикусила губу, чувствуя, как Лиза трется о её плечо подбородком.
— Я никогда не проигрываю, Лиза. Ну почти.
Хриплый смех понес табун мурашек по коже. Ира развернулась в крепких руках и посмотрела на Лизу.
— Спасибо, это просто какой-то прям королевский подарок, — даже слова признательности подобрать было сложно, чтобы описать происходящее внутри.
Ей никогда еще не дарили что-тонастолько обдуманное, особенное и индивидуальное. Не безликое колье или сережки, а то, что подходит только ей одной. Лиза учла её предпочтения, выделила время на заказ, скорее всего потратила баснословную сумму ленег. Сердце девушки щемило от благодарности и любви.
— Это минимум, чего ты достойна, — провела по щеке большим пальцем, а потом, задрав бровь, добавила, — Но от щедрого «спасибо» я не откажусь.
Ира рассмеялась и приподнялась на носочках, чтобы подарить в ответ то, что Дизе нравилось. Да и ей самой, чего уж тут скрывать. Лиза нащупала ручку панели управления на плите и отключила конфорку. Бекон подождет.
Спустя двадцать минут они все же позавтракали пересушенным беконом и остатками вчерашнего ужина, приготовленного вдвоем. Точнее готовила Ира, а Лиза ей мешала, но факт остается фактом. Голодными они не остались.
В один момент мобильный девушки зазвонил мелодией, установленной на Таню.
— Черт, я же забыла поздравить её, — спохватившись, Лазутчикова вернула чашку на блюдце и приняла вызов. — С Днём рождения, Танюш, — виновато зажмурилась, ожидая тирады напускного недовольства. Лиза ухмыльнулась.
— Скажи ей, что ты была занята кое-чем более важным, чем телефонные звонки. Думаю, она поймет и простит, — с усмешкой подсказала Акула, даже не думая понизить тон.
— Так вот почему ты не звонишь, — услышала проныра.
Ира одарила Андрияненко строгим взглядом, от которого бабочки снова оживились. Ну, вот сама ведь напрашивается.
— Танюш, я бы позвонила!
— Ну-ну. Но я тебя понимаю. Рядом с той красавицей я бы тоже забыла, — мда, подруга уже все прекрасно поняла, и объяснять ей не надо. Главное, чтобы общим знакомым не проболталась, хотя это вряд ли. Привычки трепать языком за ней не водилось. — Я почему звоню? Сегодня хочу собрать вас в клубе одном. Говорят, место отличное. Столик я зарезервировала. Отметим день рождения как следует. Я еще и Фарида пригласила. Помнишь, я рассказывала о мужике, которого отхватила. Познакомлю вас. Как смотришь?
Конечно Ира помнила. Таня ей все уши прожужжала о ходячей сбывшейся мечте внушительной суммой на счету и не менее выдающимся «агрегатом между ног».
— Хорошо, я приду. Разве могу пропустить такое событие?
— Отлично, я скину название и адрес. В десять подъезжай.
— Договорились. Люблю тебя.
— Пока-пока. Люблю.
Лиза исподлобья взглянула на Игоревну, ожидая пояснений. В принципе разговор она и так слышала, но отпускать её куда-либо намерений не появилось. Рывком втянул носом воздух.
Девушка отложила телефон и встретилась с глазами - хамелеонами, ставшими на тон темнее.
— Сегодня у Тани день рождения. Зовёт в клуб, я схожу ненадолго.
— И кто будет в том клубе?
Как ответ на её вопрос белый смарт Иры брякнул сообщением. А через секунду ожил пронзительным пиканьем оповещения в программе её собственный. Черт, забыла отключить звук. Хорошо хоть на звонки реагирует только иконкой входящего на экране. Пробежавшись по сообщению глазами, Ира озвучила:
— Я, Ник и молодой человек Тани, с которым она познакомилась не так давно.
— То есть двойное свидание? — сделала свой вывод Акула.
— Лиза, какое свидание?
Дзынькнуло следующее сообщение с адресом клуба, и предательский смарт Андрияненко тоже засигналил. Да твою ж мать. Стараясь не выдать себя, как можно безразличнее взяла с подоконника телефон и отключила звук.
— Нам даже пишут в одно время, — улыбнулась девушка, неверно растолковывая звуки сигналов.
— Не съезжай с темы, Ир. Я давненько не бывала в клубах, с удовольствием составлю тебе компанию.
— Лиза, мы, кажется, уже обсуждали эту тему. Ты мне не доверяешь?
Не то чтобы она не хотела идти с Лизой. Наоборот. Просто именно Никита не должен ничего знать о её отношениях со студенткой. Друг ей весь мозг выклюет наставлениями, а проблем и без того достаточно. Эти прятки по углам порядком достали, и девушка прекрасно понимала, что не её одну, но таковы реалии. Нужно быть осторожными, мало ли на кого можно наткнуться в том же клубе. Будет очень странно увидеть преподавателя в компании со своей студенткой.
Лизу начало стремительно нагребать. Особенно после произнесенного блядского имени "Ник". Что это вообще за манера называть взрослого мужика Ником? Так пацанов зовут семилетних. А мужик должен быть мужиком, а не этим слащавым щенком пекинеса.
— Я доверяю тебе, Ир. Я не доверяю придуркам вокруг тебя!
Девушка улыбнулась. Что ни говори, а ревность любимой девушки всегда топит кровь как шоколад.
— Лиза, я уже не маленькая и могу за себя постоять. Давай мы закроем на этом разговор. Заедешь за мной в двенадцать?
Ха. В двенадцать. Да она будет там намного раньше. Знала Акула таких вот друзей. Они с виду как мармелад в сахаре, а на деле только и ждут момента, чтобы залезть бабе между ног. Ира, конечно, не из тех, кто способен на измену, и, скорее всего, действительно считает кобеля своим другом, но все же проконтролировать стоит.
Поэтому вечером примерно в пол-одиннадцатого, когда Ира уже полчаса как находилась в элитном клубе в центре столицы, ракета Андрияненко затормозила у входа. Огромная вереница желающих попасть внутрь растянулась на добрую сотню метров. Лиза слышала про это место. Клуб «Индиго» открылся совсем недавно, но побывать пока возможности не выдавалось, так что сейчас подходящий случай исправить оплошность.
Пройдя мимо раззяв, Акула подошла к амбалу у входа и пожала ему руку, передавая крупную купюру в благодарность за компетентность сотрудника заведения. Мужик ростом с детеныша жирафа оценил пожертвование и, учтиво кивнув, пропустил девушку внутрь.
— Эй, какого хрена? — в спину Андрияненко полетел недовольный гомон, но она уже не слушала. Спустилась по ступеням вниз, откуда глухими битами вибрировала музыка. Народу не очень много, но все же, чтобы найти её Игоревну пришлось хорошенько осмотреться.
Бабы, вертя своими задницами, закрывали весь обзор. Остановите кто-нибудь этих дергающихся. В глазах мерцал свет от стробоскопа, пол пульсировал. Стараясь придерживаться более темных мест, куда не доходил свет от скользящих по залу прожекторов, Лиза прошла вглубь и, наконец, нашла кого искала. Ира сидела за столом с Таней и двумя мужиками. Прищурилась, выцепляя всю картину. Вроде ничего криминального. По памяти узнала Ника.
Естественно где ему еще сидеть? Конечно рядом с Ирой. Не с мужиком же подружки. Мужская рука около женской кисти на столе. Настолько близко, что у Лизы молнией возникает желание сломать придурку пальцы, изредка касающиеся запястья любимой. Стол не меньше метра в диаметре, а ему места мало. Что-то кричит ей на ухо. Ира улыбается и тактично отодвигает руку. Умница!
Выдохнув, Акула села за дальним столом, откуда открывался обзор на четверку, и заказала стакан коньяка.
— Что-нибудь еще? — поинтересовалась официантка, глупо заправляя локон волос за ухо и надеясь, что этот жест привлечет внимание клиента.
От Лизы разило не привычной богатенькой папенькиной доченькой, коих в заведении за вечер насчитывались сотни. В новом клиенте читалась скрытая опасность, ощутимые волны тестостерона и абсолютная уверенность в себе.
Девушка вальяжно откинулась на кожаном диване, даже не одарив взглядом тщетно облизывающую губы девицу.
— Бензопилу. Снимем ремейк известного фильма, — хриплый голос произнес на полном серьезе.
— Что простите? — озадаченно переспросила блондинка.
Лиза мазнула по ней взглядом, проезжаясь глазами по намеренно выставленной груди, и безразлично отвернулась.
— Ничего. Только коньяк.
Девчонка исчезла, явно расстроенная тем, что, скорее всего, щедрых чаевых ей не видать, и оставляя Лизу один на один с её растущим раздражением. В грудь словно кипяток заливали тонкой струйкой. Каждый раз, когда пекинес опускал свою слюнявую морду к лицу Иры, Лиза на шаг приближалась к тому, что на переломе пальцев не остановится.
Спустя какое-то время подруги отправились танцевать. Под клейкими взглядами некоторых особей прошли в центр танцпола и начали двигаться. Бля, дайте ей сил это выдержать. В списке уже как минимум трое на кастрацию. На Игоревне черное платье с неглубоким декольте, сидящее на ней как влитое и подчеркивающее манящие изгибы, на стройных ногах - туфли-лодочки. Выглядит охуенно. Не то, что остальная часть доступных шлюх в вопящих платьях, из-под юбок которых видны трусы. Разительная разница. Таня эта тоже на дешевку не похожа, просто более отвязная, но призывно задом не вертит. Знает себе цену, и это радует. Все же не зря о человеке судят по его друзьям. Лиза резко втянула носом воздух, когда заметила, какими глазами смотрит этот мнимый друг на ЕЁ Иру. Оооо, она хорошо знала этот взгляд. Полный прикрытой похоти вперемешку с мечтанием и восхищением. Друзья так не смотрят. Спустя несколько минут к блондинке присоединяется ее спутник, оплетая руками за талию, а Ира уходит обратно за стол. Лиза резко опирается локтями на столешницу, выжигая глазами придурка, подвигающего свой зад по дивану, чтобы девушка села аккурат вплотную к нему. Индюк подвигает к ней коктейль и, стукнувшись своим, отпивает. Тянет свою клешню и, мать вашу, заправляет волос ей за ухо, на пару секунд зависая около ее лица. Ира заметно отодвигается, а у Андрияненко в этот момент с грохотом валится шлагбаум. ПИЗД*ЕЦ ТЕБЕ, МУДАК! Не понимаешь намеков, значит надо объяснить по-другому! Прости, любимая, но смотреть на то, как тебя откровенно клеят, я не буду. Встает и тяжелым шагом пересекает зал, расталкивая плечами всех, кто попадается на пути. Подходит и с громким хлопком ставит ладони на стол, оскаливаясь в угрожающей улыбке.
— Вечер добрый, Ира Игоревна.
Девушка вскидывает удивленный взгляд. Мужик теряется, пытаясь сообразить, кто так нагло вторгается в их пространство.
— Лиза? — Удивление на лице любимой сменяется неверием, и, в конце концов, гневом.
— Какая встреча, — цедит сквозь зубы Акула. — Я студентка Ирины Игоревны, а вы.. — склоняет голову, предлагая Нику самому ответить.
Ни протянутой руки, ни вежливости в интонации. Мужской вызов, от которого растерянность придурка становится еще более осязаемой.
— А я - друг.
— Да?
— Извини, Никит, я отойду, — сдержанно ставит в известность Ира. Встает и, взяв свою сумочку, указывает Андрияненко глазами на выход.
Лиза, прищурившись, отрывает глаза от обнаглевшего кретина и идет следом за фигурой, чеканившей пол каблуками. Хватит. Отдохнула. Домой.
— Лиза, это как понимать? — оказавшись на улице и отойдя на противоположную сторону от толпы, разворачивается разозленная девушка. Акула пожимает плечами.
— Я не стану смотреть на то, как мудак лезет к тебе.
— Я не об этом. А о том, что тебя здесь не должно быть. Ты должна была приехать только в двенадцать. — В глазах упрек, недовольство и злость.
Андрияненко шумно выдыхает.
— Ир, в такие места не ходят сами. Здесь либо ты уже со спутником, либо цепляешь кого-то. Знаешь, сколько на тебя мудаков пялилось, пока ты танцевала? Глаза бы нахрен всем повырывала.
— Господи, причем здесь это? Ты не послушала меня! Поступила, как считаешь нужным, как будто мое мнение совершенно не имеет значения!
— Имеет! Всегда имеет! Но не в случае, когда ты в клубе с так называемым другом, мысленно отымевшем тебя уже во всех позах, пока ты танцевала.
Ира шокировано качает головой.
— Сколько ты здесь уже?
— Не знаю. Минут десять.
— Десять? Почему я тебе не верю, Лиза?
Потому что это неправда, но об этом Акула решает умолчать. Телефон Иры брынькает сообщением, внедряясь в плотный слой гнева, и вот уже который раз за день из кармана Лизы доносится характерный писк. Бляяяя! Да что ж за хрень такая? В последнее время программа лагает и вылетает с беззвучного режима, как нарочно подставляя Андрияненко. Она рывком достает смарт и собирается отрубить звук, как возлюбленной в самый неподходящий момент снова приходит сообщение, эхом отдающееся во втором гаджете.
— Да что это такое? — психует девушка, раздраженно вырывая из ладони мажорки телефон, и утыкается глазами в экран.
— Дай сюда, Ир! — тянется Лиза, чувствуя, как угроза приставляет к виску дуло невидимого смертоносного оружия, но Ира вовремя отворачивается. На экране черными буквами предстоящим апокалипсисом высвечивается имя Гриша и текст двух сообщений:
"Ир, хочу тебя увидеть перед отъездом"
"Давай завтра посидим где-нибудь?"
И тут же на её глазах высвечивается третье:
«В нашем месте»
Сердце замедляется, словно после быстрого бега. Акулу распирает, и дышать становиться невозможно.
Расширенные глаза, как в замедленной съёмке, поднимаются на Лизу:
— Что это?
————
Не кажется ли вам, что попахивает ссорой?
Порог 40 🌟
2181