Это было в Китае [РЕДАКТИРУЕТСЯ]

Четыре часа утра, дикий сушняк и жуткое желание проблеваться. Вот так, резюмируя, начался мой новый день.

Я кое-как разлепил свои бедные глаза, словно кто-то услужливо смазал мне веки суперклеем, пока я так беспечно и убито спал, и насилу перевернулся на спину, чувствуя, что ещё совсем чуть-чуть, и спать мне больше будет негде: неконтролируемый порыв извержения приближался к горлу всё ближе. Так что я сразу очень резко подскочил, зажмурившись от болезненной темноты в глазах, и, крепко зажав ладонью рот, сломя голову драпанул прямо в ванную. Там я тут же припал к белоснежному фаянсовому другу, как падает раб к ногам своего господина, поделившись с ним тем, что я на голодный желудок вылакал на днюхе Люка.

Простонав и закончив прочищать себя от лишнего зла, я поковылял теперь к зеркалу и тут же охренел. Вздрогнув, я поскорее отвёл глаза от опухшего, крайне устрашающего кошмара в отражении, который, похоже, тоже меня до смерти боялся, открыл воду и долго стоял, наклонившись под краном и вслух балдея оттого, как потрясающе приятно мою гудящую голову освежала спасительная водичка.

Я едва не отключился, пока так стоял, поэтому, наспех вытеревшись и почистив зубы, я ещё раз постарался продрать глаза и снова глянул в зеркало. Как я заметил, на мне были надеты только чёрные трусы, и того, как я снимал с себя шмотки, я совершенно не помнил. Это означало, что раздел меня Стив, за что ему отдельное спасибо, уж он-то знает лучше всех, как я злюсь, когда просыпаюсь в помятой одежде.

Я снова покосился на чувака в зеркале уже более осмысленным взглядом, и теперь, после основных водных процедур, он всё равно мне нравился больше, даже несмотря на мокрую чёрную и крайне неживописную паклю на голове. Присмотревшись, я даже попробовал ему улыбнуться, чтобы это чудовище как-то задобрить, но получилось что-то не особо, так что, плюнув на это бессмысленное дело, я уже захотел было вернуться в комнату, чтобы тупо спать дальше, как случайно заметил одну странную, нет, чрезвычайно странную деталь.

Я мгновенно рванул обратно к зеркалу, задрал голову и просто охерел, после чего ещё раз недоверчиво протёр фары, надеясь, что это просто пелена на глазах меня так бессовестно обманывала, и я снова вперил их в своё отражение. Но я не ошибался: на моей шее прелестно красовалась буквально на самом видном месте яркая багровая отметина.

Перед глазами отрывистыми, быстро сменяющимися картинками лихо пролетел весь предшествующий вечер. С вопиющим восторгом я припомнил, как мы целовались с Сарой, и просто чертовски обрадовался такому потрясающему повороту событий, но вот только безумно хорошо мне было ровно до тех пор, пока кружащиеся воспоминания не показали мне ванную комнату, а потом и то, с кем я случайно там оказался..

Дёрнувшись, я тут же испуганно ахнул и резко отскочил от зеркала, едва не убившись об унитаз, так невыгодно оказавшийся рядом со мною.

— Су-ука! Да ёбаный ты извращенец! — я поражённо взвизгнул и снова накрепко уставился в зеркало, неуверенно дотрагиваясь подрагивающими от резкого нервного срыва пальцами до шеи, на которой с левой стороны виднелся свеженький засос. Шумно, истерично дыша, я даже попытался отскрести его с кожи ногтями, но тот, естественно, не собирался так легко поддаваться. — Бля-ядь!

— Би-илл, — из комнаты вдруг прохрипел сонный голос Стива, но мне сейчас было явно не до него. — Чё там у тебя?

Я был на грани срыва. Отвечать я, конечно же, не стал, неотрывно уставившись с шокированно разинутым ртом на чёртов засос в своём отражении, и, нервно захихикав, медленно опустился на холодный плиточный пол, а уже в следующий миг остервенело схватился за влажные волосы и с воплями несколько раз их дёрнул, неверяще простонав в завершение открывшегося пиздеца.

— Ну нет, да быть того не может! Какого вообще хуя?!

Вскоре отворилась дверь, и в ванную, где я продолжал биться в мучительной агонии, заглянул Браун, с любопытством уставившийся на меня своими узкими, опухшими глазами.

— Коулман, чё ты вопишь? — друг беспечно усмехнулся и запёрся внутрь, но когда увидел мои обезумевшие глаза, даже на мгновение трусливо вздрогнул, но, придя в себя, быстро принялся поднимать меня с пола. — Чего страдаешь, будто в первый раз? — он снова начал ржать, а меня теперь уже финишно накрыло волной окончательного осознания и ошеломительного стыда.

— Стив! — всхлипнув от переполняющих меня эмоций, я даже отшатнулся к раковине назад. — Стив! Блин, это пиздец! — обречённо схватившись за голову, кричал я, бегая по его лицу лихорадочным, не знающим покоя взглядом, а мне самому хотелось провалиться к самому ядру земли и желательно побыстрее.

— Да что случилось? Объясни ты мне, наконец! — Браун резко схватил меня за плечи и с силой тряхнул несколько раз, попытавшись привести в чувство и освободить от сковавшей меня истерики.

Я лишь больно укусил губу, бессмысленно глядя куда-то в ключицы друга взглядом, полным неуёмного смятения.

— Й.. Да я его зашибу! — покачав головой, гневно заорал я и, дёрнувшись, яростно уставился на Стива.

«Ну нет, такая хренотень не должна оставаться безнаказанной!».

— Кого? Зачем? Блин, Би Эр, объясни уже, а! — друг уже стал раздражаться вслед за мной, так и не въезжая, что происходит, а меня тяжело задавило лавиной беспрерывного гнева. — Кого его? Тома? Аллё! — меня встряхнули снова, и я лишь покорно колебался от каждого такого взбадривающего движения.

— Он.. Он же.. Этот пидор облапал меня! — визгливо воскликнул я, а Стив вконец нахмурился, пытаясь сопоставить всю информацию, а вскоре хохотнул и даже как-то странно и облегчённо заулыбался.

— Хе, Билл! Так это когда было-то! Белочка таки посетила, ага?

Я одарил Стива убийственным взглядом, и то, что я не поддержал его лёгкий смех, его, похоже, всё же насторожило, или хотя бы должно было это сделать.

— Не смешно, блядь! Он вчера приставал ко мне в ванной. Вче-ра! — я недовольно оттолкнул Брауна с силой и, шумно выдохнув жгущий лёгкие и нос воздух, снова крутанулся к зеркалу.

Когда я увидел отвратный засос, то сразу криво сморщился, словно меня заставляли сожрать уже двадцатый по счёту лимон без передыху, и поскорее развернулся обратно с убитым лицом. Какой стыд.. Он слюнявил мою шею и оставил засос! И самое страшное и бесконечно постыдное здесь было в том, что это на какую-то жалкую, ничтожную секунду мне даже понравилось!

Мне снова захотелось безвозвратно исчезнуть куда-то, просто взять и отчаянно утопиться в дырке для слива в полу под душем, чтобы не чувствовать этого липкого, обволакивающего с головы до ног позора, который с меня так просто теперь не отмоется, но предварительно надо было явно вломить тому занюханному ублюдку! Да и я вчера от шока просто-напросто на миг позабыл, с кем там вообще находился!

Пока Стив молчал, я уже хотел идти поднимать эту дрянь из постели, ибо нехрен тут спать, когда чертовщина такая творится, но Браун тут же одёрнул меня и нагло вернул на место.

— Ты это куда?!

— Пусти, я разобью ему харю! — зашипел я питоном-мутантом, но Стив только оборонительно прижал своей спиной дверь, сурово глядя на меня, будто это я был опасным преступником.

— Ты хоть уверен вообще, что тебе не приглючило?! Ты же был в доску бухой! — громко возразил он, а я недовольно полоснул по нему режущим, болезненным взглядом и сложил руки на голой груди, показательно хмыкнув и стиснув до скрежета зубы.

Рад бы я тоже так подумать, пусть бы мне и правда это всё так жёстко померещилось, да только я прекрасно всё вспомнил, и улики говорили абсолютно о другом!

— А ты вот сюда, блин, посмотри! — я резко откинул голову чуть в сторону, показывая другу при ярком свете своё унизительное клеймо позора, и уже вскоре отметил, как картинно вытянулось в сумасшедшем изумлении лицо Брауна.

— Ээ.. чё, это реально.. Фостер тебе поставил? — поражённо выдохнул Стив, шокированно рассматривая синяк, а я пренебрежительно скорчился при нервной мысли о том, какой же он был всё-таки догадливый. — Бли-ин, я.. чёрт, всерьёз никогда не думал даже, что он.. ну, из этих! — Стив откровенно обалдел от моих сногсшибательных утренних новостей и теперь постепенно приходил в подобный моему шок от всей этой жести.

Обдумав его слова, я удивлённо вскинул брови, а потом просто громко и издевательски заржал, даже схватившись за живот, скрюченный в резком спазме. Я уж всерьёз было думал, что меня тупо разорвёт от угорания над этой хернёй, но уже через несколько коротких секунд я снова выпрямился и тут же стал опасно недовольным.

— Да этот драный чмошник меня с Энн перепутал! В темноте. Ты прикинь? — добавил я, сразу заметив, как Браун недоумённо захлопал своими всё ещё сонными глазами, а потом, как припудренный, заулыбался и вовсе разразился в новой волне истерического хохота, заставляя меня только фыркнуть и закатить глаза. — Так что уйди с дороги, — озлобленно выплюнул я и всё же покинул ванную, уже на полном ходу направляясь к входной двери.

— Стой ты, дебил! — со смешком прилетело мне в спину, и я всё же недовольно обернулся на друга, который с широченной, раздражающей до накала лыбой вышел из ванной и по-прежнему ржал, глядя на меня и откровенно нервируя. — А ты так в одних трусах к нему и пойдёшь отношения выяснять? — друг в порыве хлопнул себя по бедру и, покачивая головой, продолжил хохотать надо мной, отчего мне стало вконец стрёмно и жуть как неловко. «Точно..». — А то так и на какое-нибудь продолжение нарвёшься! — плоско пошутил он, а я от негодования сжал руки в кулаки. Даже ногти до болезненных, глубоких вмятин впились мне в ладони, и я шумно выпустил пар из лёгких, словно бык на арене. «Я уж и правда совсем, надо штаны хоть напялить, а потом только идти и мочить козла-ушлёпка!». — И вообще.. неужели вы вчера ничего сразу не выяснили?

— Да он даже не извинился передо мной! — оскорблённо ахнул я и вдруг случайно заметил на столе крайне привлекательную бутылку с водой. Тогда, мгновенно позабыв обо всём на свете, я лишь уверенно навострился к ней с пугающим взглядом умалишённого.

— А за что? — снова удивился Браун.

— Ты тупой? Как это за что?! За домогательства! — всплеснув рукой, воскликнул я и случайно облился из-за этого манёвра, выполненного дрожащими, как у реального алкаша, руками.

— Пфф.. да это же нелепая случайность! — не унимался тот. — Коулман, ну ошибся чувак, с кем не бывает.. вот смотри, он тебе чё, больно тогда сделал? Ударил? Избил тебя? — друг опять блаженно улёгся на свою расправленную кровать и, с задумчивой улыбкой глядя в потолок, начал рассуждать, дёшево строя из себя великого умника. А в моих мыслях сразу же новым дублем пронеслась вся вчерашняя ненормальная сцена в той ванной.

— Нет, — хмуро глядя на Стива, ответил уверенно я, потому что меня он реально не бил, так что однозначно боли не было. — Да просто не успел!

— Ну, а приятно было? — внезапно задал новый вопрос Браун гипнотизирующим голосом психолога, и я ощутимо вздрогнул, снова возвращаясь в те события и словно переживая их вновь с помощью своей памяти.

— Да.. — словно на автомате брякнул я и резко исправился. — Ээ, в смысле, нет! К чему это ты клонишь вообще?!

Я снова начинал невольно нервничать и даже позорно краснеть, да и отвечал я как-то совершенно невпопад, поэтому, с трудом взяв себя в руки, нарочито беззаботно выбросил пустую бутылку в корзину для мусора и задом наперёд уселся на стул, опёршись на спинку обеими руками.

«Да ну, это дерьмо не может нравиться. Это я должен так себя с девушками вести, а не он — со мной! Я же парень.. Вот и тогда нехер!».

— А хули ты на меня так подозрительно смотришь?! Я пьяный был и всё равно обалдел, когда он там меня зажал!

— Ну и в чём, блин, проблема тогда? Все по пьяни творят иногда чёрт-те что! Ладно ещё, если бы вы трахнулись, то..

— Что-о?! — я даже воздухом поперхнулся и договорить ему не дал. — Ты совсем уж сбрендил, Браун?! — снова позволяя истерике нахлынуть на меня, полушёпотом выпалил я и негодующе дёрнул рукой. — Да я никогда..

— Да всё, всё! Успокойся, я ж пошутил..

Как же меня бесили порой его дебильные, тупорылые шутки! Трахнулись! Совсем уже?!

В итоге слегка сконфузившийся после моей реакции Стив лишь широко и очень заразительно зевнул, из-за чего и меня тут же в сон потянуло.

— И что ты предлагаешь? — постаравшись выбросить из головы его недавние бредовые слова, всё же спросил я. — Всё забыть?

— Ну а чё? — хмыкнул он. — Или хочешь, чтоб опять вас вся общага обсуждала?

— Не хочу, — негромко и предельно искренне буркнул я и снова посмотрел на свою не заправленную, так и манящую в свои объятия кровать. Может быть, и правда, просто лечь и дальше спать?

— Просто внимания не обращай или даже сделай вид, что не помнишь, и всё! Игнор — лучшая защита! Да и всё равно он скоро у тебя сойдёт! — рассудительно выложил Браун, и я, хмыкнув, задумался, после чего всё же смог вымученно улыбнуться, но заметно легче всё равно мне практически не стало.

— А я ему по яйцам ещё, кстати, зарядил.. — стиснув зубы и криво изогнув губы в непонятном, неловком полуоскале, поделился я.

Стив даже выдохнул изумлённо:

— Ооо! И извинений ещё хочет.. — он тут же приподнялся на локтях, внимательно уставившись на меня со странной улыбкой. — А как же мужская солидарность?

Я недовольно закатил глаза.

— Пришлось.. Я едва на ногах, блин, стоял, а иначе-то я б с ним не справился!

— Ладно, всё, спокуха, короче, Коул. Давай уже спать, а? Не ходи никуда, не позорься! У тебя же по любой сейчас раскалывается башка! — вполне разумно отметил мой умный и такой замечательный Браун, зевая, а я сразу поднял руку и, слегка задумавшись, зажал ею место с мерзкой отметиной, будто бы чтобы никто ненароком её не увидел. Хоть и видеть её тут даже было некому, кроме Стива.

Может быть, он и прав. Не стоит продолжать этот конфликт, а нужно просто сделать вид, что с утра я ничего тупо не помню.. хотя вспомнил я уже почти что всё, включая и то, что, кажется, ещё и обидел Сару своими наглыми приставаниями.. В общем, замажу тоналкой засос и обязательно перед ней извинюсь, а пока что можно ещё поваляться, опять глаза закрываться стали сами собой, и я даже по итогу устал от своих же собственных пылких эмоций.

Стив уже полминуты как безмятежно дрых, и я решил последовать его крайне заразительному примеру, не то ошеломлённый этой внезапной гулянкой организм толком даже не успел восстановиться.

Я запрыгнул на кровать, тут же с удовольствием зарываясь под одеяло, но проснулся снова я как-то слишком уж быстро, как будто и вовсе не спал, и я с трудом на всякий случай поглядел на часы на экране через щёлочки глаз.

— Стив, сука, мы проебали учёбу! — прохрипел я, закинув телефон обратно под подушку, и широко зевнул, протерев снова слипшиеся глаза обеими руками.

— Сколько времени? — сонно и риторически пробурчал Браун и, даже не интересуясь моим ответом, тупо закрыл голову подушкой.

— Одиннадцать почти! Через час обед!

Приехали, называется, на учёбу. Заплатили этим преподавателям, значит, а сами никуда не ходим уж который раз.. Я кое-как встал и поплёлся принимать душ, на что мне не хватило сил и душевного равновесия тогда, рано утром, а после этого приятного, успокаивающего ритуала я, щедро и бесконечно матеря на все лады противного Чмостера, принялся замазывать его стрёмный засос, который предательски не собирался скрываться за слоями тонального крема и всё равно оставался заметным!

— Надо было, блин, лучше учиться у Джесс..

Плюнув тогда на это дело, я просто попёрся в столовку, где мне действительно немного полегчало, а по возвращении в общагу, терпеливо выждав минут тридцать, я уверенно направился на четвёртый этаж.

Я жутко волновался и на сто рядов прокручивал в голове слова, что скажу Саре, уже истеребил свою белую футболку, которая из-за этого скоро будет больше походить на половую тряпку, но всё равно упрямо шёл к своей цели. Возле самой двери я нервно потёр виски несколько раз, поправил причесон, злосчастный край футболки и наконец постучался.

Долго я ждал, бесконечно волнуясь и трясясь, но никто мне так и не открыл. В итоге, убедившись, что внутри и правда нет никого, с тяжёлым вздохом разочарования я отправился обратно, не забыв хмуро покоситься на закрытую дверь в комнату чмыря.

Тогда, от нечего делать, взяв с собой куртку, мобильник и кошелёк, я двинул на одиночную разведку окрестностей. Хотелось погулять и с кем-нибудь пообщаться из китайцев, да и вообще проветрить бедные похмельные мозги. Что-то я успевал фотографировать на телефон, делал селфи на фоне разных скульптур, интересных вывесок, зданий; кто-то из местных подходил ко мне сам, чтобы поболтать или сфоткаться вместе со мной.

В общем, прошлялся я так где-то прямо до пяти часов и жутко уставший приплёлся в общагу, после чего тут же решил проверить наличие там Сары. Больно прихрамывая, я медленно поднимался по лестнице к заветной комнате, а когда почти дошёл до третьего этажа, вдруг услышал приглушённые голоса, невнятно с эхом доносившиеся откуда-то сверху. Затаив дыхание, я ещё больше замедлился и прислушался. Судя по голосу, говорила Сара:

— Я не виновата, что.. Ну Том! .. Нет! Стой!

Хмуро сведя брови на переносице, я будто очнулся и, несмотря на ноющую ногу, поспешил подняться выше, чтобы выяснить наверняка, что же там такое происходит, ещё и в присутствии противного козла. Оставалось совсем немного ступенек до последнего пролёта, как я оторопело застыл около окна, поражённо глядя снизу вверх: моя Сара в мерзких руках Фостера, они стоят так близко и.. целуются.

Внутри меня будто что-то в один миг перевернулось. Я до боли зажмурился и, даже выронив куртку, снова распахнул глаза, чтобы убедиться, что мне лишь показалось, и это просто было всё неправдой.. но моё наивное предположение оправдаться не смогло. Отшатнувшись к подоконнику, я с трудом сглотнул удушливый ком в горле, и мне было до того в тот момент неприятно и мерзко от увиденного, что плотная, непробиваемая пелена стала буквально застилать глаза.

Ярость. Вот, что я сильнее всего ощутил, пока стоял как вкопанный и мысленно расчленял самыми изощрёнными и мучительными способами мудилу, который, сука, лезет ко всем подряд со своими домогательствами! Да даже ко мне! Но к Саре-то зачем?! Ну почему же он такой потаскун, что позарился ещё и на мою милую девочку?!

Вдруг он быстро отстранился от неё первым и как-то слишком уж резко втолкнул за приоткрытую дверь её комнаты:

— Я всё тебе, блядь, сказал! — нервно рыкнул он ей вслед и оглушительно хлопнул дверью, а я, закипев к той секунде окончательно, в обжигающем бешенстве стиснул кулаки и задышал ещё чаще, чувствуя, как сердце буквально ударяется о грудную клетку, принося моему телу страдания и неуёмный жар. В сильнейшем намерении его выплеснуть, я тут же взлетел по лестнице к нему, не обращая внимания на боль в ноге и только что покалеченном сердце, и, не дав ему уйти, просто с силой вжал собой в стену. — Твою ж мать! А тебе-то чё от меня надо? — удивлённо выдохнул чмырь, громко ударившись лопатками, и вдруг странно заулыбался, увидев адское бешенство в моих ослеплённых гневом глазах. «Убью». — А.. Ну да.

Я тут же схватил его за чёрные косы и молниеносно впечатал кулак в левый бок, с удовольствием ловя слухом его шумный выдох, потом ударил ещё и ещё, выплёскивая на него свою силу и ярость. Козёл стойко стиснул зубы, но всё равно в итоге слабо от этих атак простонал, вдруг с такой же силой ударяя меня в ответ и одним буквально толчком отталкивая к противоположной стенке. Зашипев, я неудачно приземлился на больную ногу и, не удержавшись, завалился на пол, отчего и без того уставшая после долгой ходьбы лодыжка снова отозвалась ощутимой, самой пронзительной болью.

— Какого хера ты лезешь именно к ней?! — задыхаясь от своего негодования и обиды, надрывно возмутился я. — Ты издеваешься? Специально, мне назло? Да?! — я с трудом всё же поднялся, отчаянно держась за стену рукой, и, плевав на всё, снова кинулся к нему.

Он пытался вывернуть мне руки, а я пинал его по ногам, получая ответные беспорядочные удары, такие же сильные и болезненные. Кряхтя и охая, мы так и продолжали толкаться и бороться посреди коридора, и было крайне странным то, что ещё никто не вышел из комнат на нашу внеплановую возню.

— Идиот! Да она мне нахуй не нужна! — возбухал он мне прямо в лицо, больно стиснув запястье, пока я, сдерживая стон, лупил его второй, свободной рукой.

— Я в..видел вас! Только что! — я продолжал дёргаться и вдруг сумел освободить свою руку, тут же наступая кроссовкой на его ногу, обутую лишь в шлёпанцы, и его громкая, недовольная реакция снова усладила мне слух. — Хочешь сказать, она всё сама?!

— Да! — рявкнул он со злостью, толкнув меня и снова опасно надвигаясь, уж явно чтобы наградить только новыми ударами.

Он до того разозлился, что с гортанным рыком гневно скрежетал зубами; его расстёгнутая рубаха сползла с одного плеча, когда я хватал его за неё и дёрнул, и теперь я видел, как высоко вздымается его грудь от частых, жадных вдохов, и чмо, откровенно говоря, был в просто страшном бешенстве.

«То есть, это Сара его бросилась целовать? Да ну! Она же не такая! Она скромная, приличная и воспитанная девушка, именно такая, что не могла бы так просто вешаться на шею этому развязному кобелю, как та же шлюховатая Роуз!».

Вдруг обозлённый мудило оказался совсем близко, и я, всё ещё пылая жгучим негодованием, яростно толкнул его от себя что было сил, а от того, что случилось потом, тут же испуганно вскрикнул, впадая в оцепенение. В страхе зажав ладонью рот, я видел, как Фостер стремительно полетел по лестнице вниз, собой пересчитывая ступени, и в итоге оказался в том самом пролёте между этажами.

Господи..! Я и не заметил ведь совсем, что лестница близко..

Я резко отлип от стены и скорее подбежал к крайней ступеньке, а когда увидел, что он лежал на спине на полу возле окна и совершенно неподвижен, моё вздрогнувшее в ужасе сердце пропустило удар. Меня мгновенно накрыла безумная паника от осознания страшнейшего поступка, всего стало неистово трясти, а я всё шокированно смотрел и смотрел, как Чмостер лежит там, внизу, похоже, без сознания. И в какой-то момент мне даже показалось, что он мёртв.

«Нет.. Я не мог же убить человека!».

— Эй, — осторожно окликнул я и на негнущихся и вмиг ослабевших ногах стал спускаться к нему медленно по лестнице.

Ответа не последовало, и я испуганно ахнул, снова крепко прижав ладонь ко рту. Выпучившись, я с ужасом глядел на Фостера, который так и не двигался, и от этого мой беспощадный страх становился всё сильнее, не щадя, раздирая изнутри всё в клочья. Запинаясь через шаг, я наконец спустился и неуверенно к нему подошёл, тут же чуть толкнув ногой его ногу.

— Э-эй! — вновь повторил я уже настойчивее, но тело лишь слегка содрогнулось от моего толчка и снова замерло. «О нет.. Он, наверно, себе шею свернул..». — Мамочки.. Блядь, Фостер, очнись! — истерические нотки, уже не скрываясь, громко звучали в моих словах, а я до боли закусил губу, продолжая всё яростнее впиваться в неё зубами.

Упав около него на колени, я схватил трясущимися, похолодевшими от страха пальцами его запястье, но меня до того колотило крупной дрожью, что я даже не понимал, есть у него пульс или нет. Всхлипнув и часто дыша от накатывающей истерики, я подполз ещё ближе и с тревогой заглянул в его лицо. Он лежал, запрокинув вбок голову, губы были приоткрыты, бесстрастное лицо — расслаблено, и надежда на то, что он ещё очухается, во мне только гасла и гасла.

— Бли-ин, Том! — я стал нетерпеливо бить его по щекам, пытаясь привести в чувство, но тот, будто меня не слыша и не чувствуя, так и не открывал глаза и не двигался. У меня окончательно сбилось дыхание, пульс яростно зашкаливал, и я сейчас больше всего на свете хотел, чтобы он так лучше зашкаливал у него. — Открывай глаза! — отчаянно взревел я, снова его дёрнув за плечи. — Давай же! — я всхлипнул от беспомощности, а ужас уже окутал меня настолько, что, казалось, я и сам сейчас свалюсь рядом с ним без сознания. «Я попал, если он не очнётся..». — Не-ет, а-ха-ха, Том, ты же не умер?! Сука! Вставай! — я с силой тряс его и бил ладонями по груди, как только мог, и когда, уже опомнившись, я ахнул и подскочил, чтобы скорей бежать за помощью к мистеру Уайту, меня вдруг что-то рывком потянуло за футболку назад, и я тут же повалился спиной на пол, сильно ударившись при этом головой, поскольку сгруппироваться от неожиданности я просто не успел.

Я болезненно застонал, даже сомкнув веки от лёгких искр перед ними, а открыв глаза, я вдруг увидел нависшего прямо надо мной.. живого и ухмыляющегося козла, который тут же прижал мои неподвижные руки к полу по обе стороны от головы и тяжёлым грузом навалился прямо сверху.

— Попался, засранец! — прошипел он, яростно сверкая глазами, а я замер, будто неживой.

Я с испугом смотрел на него, как на привидение, и просто безмолвно открывал и закрывал рот от сумасшедшего шока. «Он.. притворялся? Так жестоко развёл меня?!».

— Ты.. — выдохнул я, беглым, мечущимся взглядом осматривая перед собой его лицо, и нервно засмеялся, откинув назад голову и упираясь ушибленным затылком в твёрдый пол.

Нет, я просто дьявольски хохотал, закатываясь в истерическом припадке нереального облегчения, а все нещадно намотанные нервы сейчас постепенно и так охерительно разматывались обратно. И я мысленно обозвал себя полнейшим дураком, который повёлся на такой безжалостный развод и искренне испугался за этого кабана.. «Как здесь можно было не поверить?!».

Перестав наконец ржать, я снова вылупился на чмошника, теперь внимательно разглядывающего меня, а он был так непозволительно близко, что я даже чувствовал, как воняло от него мятной жвачкой.

— Сука! — огрызнулся я громким, дрожащим голосом. — Ты меня до смерти напугал! Знаешь? Идиот! — кряхтя под его телом, я стал резко дёргаться, пытаясь освободить хотя бы руки, но Фостер продолжал крепко держать и вдруг как-то странно заулыбался, всё ещё в молчании уставившись на меня. «Он меня теперь убьёт? Раз я его не убил..». — Слезь с меня, — серьёзным тоном сказал я, всё ещё подрагивая после психопатического смеха и стресса, но хмырь совершенно не сдвинулся, только нахмурил брови и, шумно выдохнув, сжал губы.

— Нет, — коротко ответил он и лишь сильнее стиснул свои пальцы на моих запястьях, отчего я сморщился и снова дёрнулся всем телом. Выбраться пока мне так и не удалось, ведь почти все силы из меня вынесло после того больного гогота при осознании, что мне не придётся отвечать за говнюка за решёткой.

— Слезь, я сказал!

— Заткнись! — рявкнул он, испугав меня резким голосом, и ещё сильнее вжался в меня тяжёлым своим телом, отчего я с трудом даже вдохнул.

— Ты как бы не пушинка! Свали! Мне тяжело!

— Тяжело-о? — протянул Фостер издевательским тоном и противно усмехнулся, скользя липким, неприятным взглядом по моему лицу и медленно спускаясь им на шею. — Ты! — резко сказал он, заставив взглянуть ему прямо в глаза. — Спустил меня с лестницы! И это тебе тяжело?!

Я вымученно простонал и повернул голову вбок, чтобы только на него не смотреть, поскольку выносить его пронзительный взгляд, особенно после случившегося, было крайне уж трудно. Хоть он меня и бесил, но из-за него у меня могли быть огромные проблемы. А ещё было просто до невозможности стыдно..

— Нефиг было меня злить, — глухо ответил я, но в то же время всё равно прекрасно понимал, что для оправдания сего ужасного поступка этого крайне недостаточно.

— Чё, сгорела жопа, да? — едко усмехнулся он, сделав резкий, странный вдох. — А если бы я получил серьёзные травмы? А?! В тюряге бы всех развлекал!

Меня мгновенно покоробило после его слов, и я даже не знал, что теперь было ужаснее всего.

— Какой же ты.. — надувшись и не совсем понимая, что он имел в виду под «развлекал», недовольно прошипел я, так и не подобрав для такого отборного козла подходящее определение. — Да пошёл ты, знаешь, куда?!

— А не пойду, — он отрицательно помотал головой и взметнул вверх брови. — Во-первых, не хочу. Во-вторых, я не обязан тебя слушаться, — его голос больно бил по моей нервной системе, и без того получившей ощутимую встряску, а я снова повертелся, попытавшись столкнуть тело Чмостера с себя, и с тяжким выдохом безнадёжно и расслабленно в итоге растянулся под ним на полу. «Тяжёлый гад».

— Так и будешь на мне лежать?! — язвительно рыкнул я, поскольку становилось конкретно уже неловко находиться с ним в таком дурацком положении.

Сразу в голову лезли противные мысли ещё и о том, что он вчера позволял себе со мной делать, хоть и в пьяном угаре, и от этого у меня даже начал дёргаться глаз. И мне однозначно пора было руки активнее освобождать и скорее уматывать от этого извращенца!

— Да. Так ты дёргаешься меньше и слушаешь внимательно, — твёрдо сказал он, а я злобно фыркнул.

— У меня ж футболка белая! — опомнившись, я с тревогой тут же попытался выдвинуть новый аргумент, который мог бы меня вытащить из незавидного положения, и резко вспомнил про свою брошенную где-то здесь куртку, принимаясь по возможности вертеть головой в её поиске.

«А если кто-нибудь выйдет сейчас? Может, покричать о помощи? Нет, это слишком унизительно..».

— Уже нет, — говнюк ядовито усмехнулся и чуть приподнялся на мне, нахмурив на миг брови, а затем снова устроился обратно, не дав даже шанса попытаться свалить. — Начнём с того, что я жутко хочу тебя прибить за то, что ты сделал и чуть не сделал, — спокойным, дипломатическим тоном начал он, а я, шумно сглотнув, насторожился и снова принялся за свои бесполезные шевеления. — Но я, заметь, проявляю исключительную выдержку, и ты до сих пор не пострадал.. как минимум от моей руки, — продолжил он, повторив медленный шумный вдох и прикрыв ненадолго глаза, а я уже стал мысленно прикидывать, что же тогда являлось максимумом.

— Ой ну спасибо, блядь, — таки не удержавшись, всё же съязвил я в ответ, за что каменные пальцы на моих запястьях сжались в разы сильнее, и я громко айкнул от боли.

— Не беси меня, сука!

Я вздрогнул от его резкого тона и с каким-то странным внутренним трепетом закрыл глаза, поджимая губы в ожидании удара после такой-то агрессии. «А я ещё боялся за эту тварь..».

— Ещё мне очень любопытно, а из-за неё, — он, похоже, кивнул в сторону, где находилась лестница на четвёртый этаж, — ты реально пошёл бы на убийство? Думаешь, стоит? — он удивлённо хмыкнул, а я снова распахнул глаза и встретился с тем же внимательным, неотрывным взглядом карих глаз напротив, которые сейчас были так близко, что я отчётливо видел радужку.

— Я не хотел тебя убивать!

— О, я польщён, — с издёвкой протянул он и шумно выдохнул мне в лицо, опаляя своим мятным дыханием.

Облизнувшись, я вновь прикрыл глаза и захотел отодвинуться подальше, но мы по-прежнему лежали на грязном полу, так что дальше него-то было некуда. Сопротивляться, как я понял, было тоже бесполезно, и я пока спокойно лежал, хоть сердце по-прежнему и билось слишком часто после пережитого стресса.

— А чего тогда хотел?!

— Просто.. скотина ты, Фостер! Мне нравится Сара, и я.. Слышишь, не позволю тебе и пальцем её тронуть! — уверенно выпалил я и невольно перевёл взгляд на его растерянно приоткрывшиеся пухлые губы, которые вскоре снова изогнулись в оборонительной усмешке.

— Хочешь секрет, Билл? — вдруг изменив интонацию, проговорил он и поудобнее устроился между моих чуть разведённых ног.

«Ой.. я сегодня, похоже, в состоянии аффекта впервые назвал его тоже по имени. Томом. Целых два раза..».

Я вдруг снова заёрзал, но выбраться не смог всё равно, и мне оставалось лишь устало вздохнуть и отмалчиваться.

— Я «уже» её трогал.. и не только пальцем, — поиграв бровями, чмырь ехидно засмеялся, отчего автоматически слегка затрясся и я, а мне стало чертовски противно и гадко, стоило только всё это представить. Я был просто напрочь ошеломлён неприятным открытием, что между ними уже что-то было..

— Ты.. ты просто отвратителен, — оскорблённо выплюнул я, скривившись от удушливого негодования. — Ты.. Убери руки от меня, тварь!

— Да успокойся ты, давно это было, — беспечно усмехнулся он и быстро облизнулся, мельком взглянув на мою шею, где был поставлен так меня позорящий засос.

От этого я безумно напрягся, ощутив лёгкую волну мурашек на коже, стоило лишь вспомнить опять вчерашний вечер в ванной. Я шумно сглотнул скопившиеся слюнки и, нахмурившись, сжал пальцы в кулаки, что было сил.

— И с тех пор я, блядь, полгода не могу от неё отделаться! Ты бы знал, как она меня уже заебала!

— Я не верю тебе, — нервно и упрямо бросил я и запрокинул голову назад, потому что тяжело уже было держать её в одном неудобном положении. Вообще пол был не самым удобным и мягким местом, и мне было больно отбитый затылок и лопатки, но сейчас особого выбора не было.

— А ей? А ты вот прямо у неё спроси, почему она с тобой не хочет встречаться и косит под дурочку, — всё та же победная усмешка, без которой мне было уже трудно его физиономию представить, и за что-то отрицательное её принимать я практически перестал, считая её, скорее, чем-то вроде персональной Фостеровской фишки.

Вдруг я почувствовал, что чмырь уже несколько секунд как просто придерживал мои руки, даже не применяя прежней силы, и тогда, окрылённый надеждой и новым азартом, я снова попытался сбежать, даже пихнув его ногой, попав куда-то по голени.

— Тихо, блядь! Я не закончил, — от его властного, командного голоса у меня даже скрючило что-то в животе, поскольку всё равно мне было как-то страшно после этого несостоявшегося убийства.

И да, я чётко ощущал свою вину, и если Чмостер решит меня наказывать за это, то делать он это будет с особой жестокостью. Я замечал также и то, с каким самодовольством он глядел на им же поставленную отметину, и мне становилось ещё более тошно. Он однозначно всё помнил.. Так почему тогда мне было стыдно, а ему — нет?! Возможно, боялся, что я буду над ним насмехаться? Да мне самому-то становилось худо, стоило только подумать об этом, так как я мог на этой почве стебать ещё и его?! Особенно когда он, в отличие от меня, не строил из случившегося трагедии!

— Знаешь, до того я сейчас хочу спихнуть тебя с этой же лестницы для ускорения к третьему этажу, прям руки так и чешутся! — прошипел он и резко отпустил мою правую руку, но освободившуюся свою, стиснув зубы, мгновенно сомкнул на моей шее, пока отчего-то не сдавливая, а лишь предостерегающе проводя большим пальцем по коже прямо со стороны плохо замазанного синяка, окончательно стирая с него неважную маскировку, и по взволнованно дёрнувшемуся кадыку.

Однако, почувствовав долгожданную свободу, я сразу же принялся отпихивать козла за плечо, за что тут же получил очень колючий, предупреждающий взгляд, так и говорящий, что мне точно конец, если я рыпнусь снова. Но не мог же я просто лежать и подчиняться.. какому-то Фостеру!

— Да вот только ты точно свернёшь себе башку, а мне отвечать! Знакомое чувство, Билл? — он откровенно издевался, явно припоминал все мои слова, которые я, переволновавшись, ему говорил.. — И если я тебя толкну, ты точно не очнёшься, как бы испуганно я над тобой потом ни причитал.

Он вдруг снова зашевелился и, как-то болезненно кряхтя и даже покачнувшись, наконец поднялся с пола, зачем-то утягивая за собой и меня. Поравнявшись с Чмостером, я крайне удивлённо уставился на него, тут же отмечая, как напряжённо он свёл густые брови на переносице и стиснул зубы на какие-то несколько секунд.

Мне стало невероятно неловко, и я стыдливо опустил взгляд, который сперва быстро проехался вдоль его расстёгнутой рубашки и по серым штанам Аладдина, и лишь тогда сумел добраться до пыльного пола. «Да с какой это стати мне стыдно? Пусть у него всё болит! Этот гад явно заслужил такое к себе отношение!».

Или нет.. Если то, что он сказал мне — правда, то мы, выходит, подрались просто так. А Чмостер всё равно больно расшибся, пока вниз летал, но в то же время я уже верил ему прежде, а он меня гнусно обманывал!

— И ещё, — чмырь вдруг крепко схватил меня за волосы и резко дёрнул, после чего с силой отшвырнул к стене.

Такой неожиданно резкой жестокостью, которая за все наши напольные переговоры ни разу ко мне толком и не проявлялась, я был безумно ошарашен, а боль в спине и потревоженных корнях волос пока не могла пробить шок, оберегающий меня от всей насыщенности болевых ощущений. Чмище оказался возле меня и снова недовольно прорычал:

— За твой вчерашний удар у меня с тобой отдельная беседа.

Я резко согнулся пополам от точного удара под дых, беспомощно ловя губами воздух, который мгновенно вышибло из груди, и проникать внутрь он теперь не имел никакой возможности. Крепкие пальцы остервенело схватили меня за подбородок и заставили смотреть на их обладателя, но я с силой зажмурился, не смея простонать при нём от мучительной боли.

— Не стыдно такими приёмами подлыми действовать?! — он несколько секунд ждал от меня ответа, но я не мог и слова вымолвить, сконцентрировавшись только на отрывистом, болезненном дыхании, и всё же распахнул глаза, взглянув на хмурое лицо Фостера. — Слабак, — презрительно выплюнул он и, рывком отпустив меня, медленно поковылял на свой этаж, сильно прихрамывая на одну ногу и потирая левое плечо.

Чувствовал я себя просто отвратительно. Хуже, наверное, быть уже просто не могло. Во мне бушевало столько разнообразных эмоций и чувств, что я безвозвратно в них терялся, а мысли в тотальную осаду взяли бедный, всё ещё похмельный мозг. Тысяча вопросов мгновенно кружились в голове, а ответами служили либо догадки, либо непроверенные данные.

«А дальше-то чё? Мне идти теперь к Саре и всё у неё спрашивать? А ответит ли? Да кто я тут вообще такой, чтобы лезть в её личные дела? Мы ведь с ней даже не встречаемся, а я навыдумывал спьяну себе чёрт-те что».

О Фостере я всячески пытался не думать, но как бы я ни старался, он всё равно настырно не выходил из головы, мелькая в каждой мысли и воспоминании. С одной стороны, я был искренне счастлив, что он жив, а с другой..

Насилу придя в себя после его удара, я с пола забрал и надел свою куртку, медленно поднялся по лестнице и неуверенно замер около двери в комнату Сары.

— И что я вообще ей скажу?

«Я забыл уже все слова извинений, и всё из-за чмища! Какого хрена он вообще себя так ведёт?! И от его жутких взглядов иногда мороз просто по коже..».

Прочистив горло кашлем, я твёрдо постучал в дверь, и когда мне далеко не с первого стука открыли, я увидел перед собой мокрую Лиз в полотенце, которая, быстро сказав «привет» и махнув мне рукой, столь же стремительно удалилась назад в ванную. Я хмыкнул, удивившись, что Сара не пошла открывать. Войдя, я увидел её сидящей на кровати в больших наушниках спиной к дверям, и вопрос сам собой ликвидировался.

Я сконфуженно застыл в метре от кровати Сары и, в итоге слегка тронув её за плечо, привлёк к себе внимание. Выглядела она, если честно, бесконечно оскорблённой, обиженной, даже злой.. и заплаканной. Увидев меня, она как будто ещё больше нахмурилась и снова расстроилась, да и вовсе, похоже, ждала увидеть она всё-таки и правда.. не меня. «Фостер прав? Она полгода по нему уж сохнет?».

— Привет, — брякнул я, когда она медленно стянула с головы наушники, из которых даже мне было чётко слышно звучащую музыку, и неуверенно опустился на край кровати рядом с ней.

— Привет, Билл, — она всё же ответила с улыбкой, и моё трепетное, уже натерпевшееся сердце дрогнуло от сладости с надеждой.

Я искренне не понимал, что же Фостера в ней не устраивало.. Что же в ней было плохого? Особенно когда она открыто заявляла ему о своих чувствах..

— Я.. извиниться за вчерашнее хотел. Я.. слишком пьян был и не соображал, что делаю, да и.. прости меня, в общем.

— Ничего, всё в порядке, я не сержусь на тебя, — прямо заверила она, и после этих слов мне вообще полегчало окончательно.

— Ох, — я широко заулыбался, совершенно теперь не контролируя свои щёки, самовольно окрашенные улыбкой. — Тогда мир? Может, с тобой в кафешку какую-нибудь сходим, чтобы я.. ну, мог загладить вину? — только я успел это сказать, как из ванной раздалось очень громкое покашливание Лиз, и Сара тут же перевела в ту сторону странный вопросительный взгляд.

— Д..да, давай, было бы здорово сходить куда-нибудь.. вдвоём, — девушка скромно опустила глаза и очаровательно поджала после слёз припухшие губы, тоже дрогнувшие в улыбке, а я уже окончательно поплыл.

В тот самый момент я для себя решил твёрдо уже наверняка: если уж Чмостер не хочет быть с ней, то с ней буду я и теперь точно сделаю так, что она его позабудет!

— Супер! А когда тебе удобно? Тут уж скоро ужин.. А давай.. вместо него куда-нибудь и пойдём? Может, хого[?] поедим?

Я так загорелся весь этой прекрасной идеей, что не чувствовал уже почти почвы никакой под ногами. Я был просто обязан выбрать какое-то самое потрясающее место, и для этого необходимо было срочно наводить справки.

— А давай! — радостно воскликнула она, хлопнув в ладоши, и тут из ванной послышался уже какой-то грохот, а потом и громкий голос Лиз:

— Сара! Можно тебя на минуту? Тут.. это.. ЧП.

Мы синхронно встрепенулись, переглянувшись в непонимании.

— Может, я смогу помочь? — осторожно спросил я, но в ответ мне лишь поспешно и отрицательно помотали головой.

— Ээ.. Я сама сейчас сначала посмотрю, окей? Ну, там же моется Лиз, извини.. — кашлянув, Сара быстро поднялась с кровати и направилась к нужной двери, тут же заглядывая внутрь. — Ну что? — после этого та и вовсе вскоре закрылась за ней, и я лишь непонимающе вскинул брови: странными иногда бывают эти девушки..

Невольно уже ломая голову вопросом, что же там у них произошло или сломалось, вскоре я, устав в неизвестности сидеть, решил-таки подойти на всякий случай поближе и при необходимости посильную помощь оказать, ведь плеска воды со своего местоположения слышно мне не было. Так что, даже несмотря на не проходящую боль в солнечном сплетении, я встал и пошагал в сторону ванной, но когда это сделал, то невольно услышал приглушённые голоса, с этого расстояния вполне себе разборчивые:

— ..а вот и буду с ним специально, и увидишь, что Том меня начнёт ревновать! Он уже ведь ревновал, когда мы с Биллом целовались!

— Да сдался тебе этот Фостер! Сколько ты его уже пытаешься вернуть, а ему хоть бы хны!

Я хотел было уже отойти, чтоб не подслушивать чужие разговоры, но теперь уже не смог так просто отодрать свои одеревеневшие ноги от пола и вернуться обратно к кровати. Я только растерянно взглянул на закрытую тёмно-коричневую дверь и нахмурился при неприятном осознании, резко, наотмашь полоснувшем по сжавшемуся сердцу.

— А Бет.. Она же.. Блин, ну зачем? Тебе-то ведь Билл не нужен! — снова проговорил голос Лиз с нескрываемым упрёком, и я, укусив себя за губу, нахмурился ещё больше, особенно когда в ответ прозвучало безнадёжно-холодное: «Ну и что».

Горько усмехнувшись, что не было здесь вовсе никакого ЧП, я с силой сжал кулаки и обречённо шагнул в сторону выхода, с ужасно неприятным жаром в груди прокручивая в мыслях все эти случайно услышанные фразы. «Меня хотят использовать всего-то для глупой мести? Встречаться со мной, чтобы Чмостер заревновал Сару?!».

— Да вы охренели уже все с этим конченым козлом! — себе под нос обиженно зашипел я и, оскорблённо пыхтя, ещё раз недовольно и яростно взглянул на дверь ванной, откуда раздавался сдавленный и теперь уже неразборчивый шёпот. Гневно всплеснув руками, я сразу же вышел из комнаты, стараясь негромко защёлкнуть за собой входную дверь, а хотел ведь показательно ёбнуть ею так, чтоб вся общага содрогалась!

«Нет, неужели для неё так просто использовать одного человека, чтобы заполучить другого? Вот так безжалостно наплевав на все мои чувства?!». Я всерьёз себя теперь чувствовал самым настоящим, полнейшим ничтожеством, способным только на роль несчастного козла отпущения..

Стало до ужаса мерзко на душе, и лёгкая, нежная симпатия к Саре, которая давно зажглась уже во мне прекрасным огоньком, постепенно стала скалиться бешеным волком, собираясь полноценно превратиться в отвращение.

— Вот же двуличная сучка!

«Я ж из-за неё чуть на тот свет живого человека не отправил..».

Я тут же скосил виновато глаза в сторону комнаты Чмостера. Я был в сильнейшем обтекании теперь уже вправду вдвойне, ведь мощно же он из-за меня там, похоже, ушибся, полетай-ка с лестницы вот так.. Огромным счастьем стало то, что она была не слишком высокой, иначе бы насмерть разбился!

От страшных этих воспоминаний меня с силой всего передёрнуло, и я, тяжело вздохнув, уверенно направился к его двери, ведомый непонятными силами, и всё же негромко постучался. Пока ждал, я уже раза на четыре успел пожалеть, что вообще здесь стоял, и собрался уже побыстрее свалить, как дверь распахнулась, и я увидел полураздетого Фостера. Тот непроницаемым, цепким взглядом уставился на меня, а я тупо молчал, будто язык проглотил и утратил дар речи так мгновенно. «Какого хера он вообще в одних трусах опять по комнате шляется? И тем более кому-то открывает в таком вот нецензурном виде дверь!».

— Ээ.. — протянул я и плотно закусил губу, не зная, что ему сказать, и просто тупо смотрел на чётко выделяющиеся кубики пресса и красивые рельефные мышцы, которые ещё неделю назад успели сподвигнуть меня на воистину героический поход в качалку после возвращения на родину. — В общем, прав ты был. Насчёт Сары, — с сожалением пожав плечами, я поднял взгляд теперь уже на него, и чмище мне в ответ лишь как-то горько усмехнулся, а потом вдруг высунул голову в коридор, едва не столкнувшись со мной.

Слева от меня раздался стремительный скрежет открывающегося замка, а в следующую секунду меня прямо за шкварник затащили внутрь комнаты.

— Э-э! — возмутился было я, а Фостер быстро закрыл за мной дверь.

— Да нахер она нам нужна! Легче Уайта в обезьяну переодеть и скакать заставить, чем от дуры вот этой избавиться!

Сказал он это таким недовольным и будто обречённым голосом, что я даже невольно хохотнул. Потом, застыв на месте и тупо хлопая глазами, я и вовсе начал откровенно ржать, когда до меня окончательно дошло, что речь была о Саре, а затем, собственно, представил в упомянутом виде и Уайта. Похоже, та, составив свой хитрый, подлый план, вернулась из ванной, заметила, что я сбежал, и решила возвращать меня обратно. Вот только не нужны мне теперь никакие объяснения, и играть моими чувствами я не позволю никому!

Я наклонился спиной на входную дверь, продолжая сдавленно хохотать дальше, а чмище, лишь коротко улыбнувшись и небрежно махнув рукой, уже зашёл в ванную, где, кстати говоря, был включён свет. Насилу отсмеявшись, я смахнул выступившие слезинки и перевёл взгляд теперь в его сторону: Фостер, развернувшись спиной к зеркалу, через плечо заглядывал в своё отражение.

Я в искреннем недоумении выгнул бровь и хотел уже было как-то колко подстебнуть его насчёт этого, да вдруг с холодом, больно прошедшим в больших железных сапогах по моему позвоночнику, вспомнил про его ушибы и заткнулся. На дрогнувших ногах я подошёл теперь к двери в ванную и наклонился плечом на косяк, невольно закусив губу от охватившей меня неловкости: подрались из-за Сары.. а она, оказалось, вон какая..

— Почему ты с ней не хочешь встречаться, раз у неё такие чувства к тебе? — вдруг задал прямо я вопрос, который теперь совершенно не давал мне покоя, и Фостер почти сразу взглянул на меня.

— Но у меня же их к ней нет, — он просто пожал плечами и слегка поморщился, коснувшись рукой где-то в районе лопатки.

— Хмпф.. то есть, ты просто с ней разово трахнулся, и всё?

— Ты чё ко мне пристал, я не пойму.. — недовольно спросил он и снова вперил в меня яростный прищур, но сейчас я совсем уже не опасался, что он как-то мне вмажет или сделает больно.

— Спрашиваю, значит надо. Чё с ней не так? — настойчивее проговорил я и уж теперь наверняка собирался выбить из него всю правду: раз уж в этот раз он не нагнал, то и послушать его версию мне тоже не мешало, чтобы ситуацию переоценить.

Хотя.. после всего услышанного.. мне ли не знать, что может быть с ней не так..

— Не знаю, не зацепила. Зато она, вон, до сих пор под впечатлением: ежедневно тут меня достаёт, — чмо самодовольно хохотнул и вновь от меня отвернулся, что-то шаря на полочке с ванными принадлежностями, а я пренебрежительно закатил глаза и цокнул языком.

— Тоже мне, блин, донжуан, — негромко брякнул я с осуждением, но тот ничего не ответил.

Вообще я ещё прямо с порога отметил, что говнюк этот заметно прихрамывал, и от этого мне впрямь становилось жутко не по себе. За нечаянно, конечно, и бьют отчаянно, но блин!

Фостер вдруг себе под нос сматерился, а потом, злобно швырнув что-то обратно на полку, просто махнул рукой и собрался на выход мимо меня.

— Чё это ты там всё высматриваешь? — с прищуром поинтересовался я и, отстранившись от дверного косяка, преградил собой ему дорогу, при этом вопросительно заглядывая в его недовольное лицо.

— Тебе какое дело? — только ядовито и бросил он, но я лишь сжал губы в ответ, снова с неприкрытой завистью уставившись на его подтянутый живот: я ужасно хотел себе такой же.

— Дай я посмотрю, — выпалил я слишком быстро и, опомнившись, сразу мысленно дал себе мощный подзатыльник за такую дурацкую идею. Чего таить, мне даже захотелось поскорей забрать свои слова обратно и в свою комнату удрать, где я точно не смогу тотально так косячить, но было уже поздно.

— Чё, совесть оклемалась? — как-то глумливо усмехнулся он в ответ, чуть склонив вбок голову. Чёрные косы, лежащие на его широких обнажённых плечах, от этого движения чуть качнулись и повисли вдоль груди, а я снова поднял взгляд и, выдохнув, всё же шагнул ему навстречу: теперь придётся уходить только с позором, если сейчас я откажусь от своих слов.

Отвечать я не стал, а просто обошёл его и неуверенно взглянул на мускулистую загорелую спину, а потом шумно сглотнул, только лишь представив, что теперь мне придётся дотронуться до неё. Если честно, что-то не хотелось..

— Да ничего у тебя здесь нет. Рядом только, так, по мелочи на боках покраснения, — хрипло резюмировал я, как-то заворожённо разглядывая тропу маленьких родинок, рассыпанных по коже, лопатки, глубокую ложбинку между ними, спускающуюся всё ниже по спине и исчезающую за единственной надетой на нём тканью.

Фостер ничего не говорил, а просто стоял, и по итогу оставалось только догадываться, что этот болван обо мне сейчас думал. В итоге я всё же занёс руку и осторожно дотронулся одними лишь пальцами до тёплой, гладкой кожи, практически сразу начиная осознавать, что это оказалось даже приятным. Хмыкнув, я надавил увереннее, плавно прикасаясь уже всей ладонью, чуть провёл влево, затем выше, и лишь тогда раздался сдавленный стон, и Чмостер едва заметно вздрогнул. Тогда, закусив губу, я коварно оскалился и специально надавил сильнее в той же точке, слыша ответное шипение, и расплылся шире в ядовитой улыбке: мелочь, а приятно.

— Здесь? — для вида невинно уточнил я, прекрасно зная ответ.

— Да, — низко выдохнул он, а я уже в следующую секунду нахмурился, размышляя.

Внешне в том месте всё было в порядке, даже не было красноты, не считая боков и другого плеча, и что, собственно, делать с этой информацией дальше, я вообще не представлял.

— Блин, — только лишь прошептал я и, задумавшись, слегка помассировал ему больное место. Сам я ни разу так с лестниц не летал и не расшибался, поэтому и свой так сейчас необходимый опыт самолечения у меня, к сожалению, отсутствовал.

Вскоре я снова вернулся в реальность, заскользив всё ещё тормознутым взглядом по широкой, пережаренной солнцем спине. Чмище шумно выдыхал в ответ, иногда как будто даже урча, но тут я опомнился и, вспыхнув, резко отдёрнул от него руку.

— Ээ.. Мазь надо, наверно, какую-то брать, хер его знает.. Может.. может, растяжение просто, — смущённо пробормотал я, чувствуя, как к щекам приливает непонятный румянец, и сжал потеплевшую руку, которой прикасался к нему, в кулак.

Фостер лишь разочарованно хмыкнул и, не оборачиваясь, неустойчивой походкой зашагал в саму комнату, а я всё никак не мог понять того, почему же я так сильно сожалел о случившемся. Он же так мощно бесил меня поначалу! А потом.. потом я просто с ним побольше пообщался, и иногда, только изредка, но он может быть нормальным, хотя Уайту всё равно иногда откровенно хамит. И сколько раз за эти две недели этот придурошный Иксзибит меня выручал, а я ведь даже ничего не просил, потому что мне впадлу у него что-то попросить..

Я так и стоял в ванной один, искусывая губу, а он чем-то шуршал уже в комнате. Надо уже было, наверное, сваливать. Врач из меня хреновый всё равно, и впрямь целее будешь, если решишь держаться от меня подальше, нежели позволишь мне себя от чего-то лечить.

Тогда я, став нарочито серьёзным, быстрым шагом двинулся за ним и увидел, что тот стоял уже в своих низко сидящих аладдинских портках и что-то шарил в телефоне, держа во второй руке хрустящую пачку с китайскими чипсами.

— А о чём.. — звонко проговорил я, опять привлекая к себе внимание. Он оглянулся на меня сразу, а я в это время уже взялся за ручку двери, собираясь уматывать. — Она говорила тебе.. когда я.. ну, вас увидел?

Фостер одарил меня своим неизменно внимательным взглядом и вдруг привычно ухмыльнулся.

— Про тебя, в частности про твою вчерашнюю выходку, а я опять её послал, — самодовольно ответил он и небрежно грохнулся спиной на кровать, тут же поморщившись и тихо простонав сквозь отборные, грязные маты, заставив меня понимающе усмехнуться: я тоже сразу забываю об ушибах. — А она потом как накинется!

Только услышав ответ, я сразу попытался сопоставить факты, интонацию Сары, прокрутил в голове и их противный поцелуй, и вывод всё же у меня сложился. Она и впрямь была намного активнее, а сам он даже первым её оттолкнул. Вот чёрт.. Вроде, сходилось..

— Я, блин, подумал, что ты к ней пристаёшь! Ну пиздец, — я поражённо покачал головой и тупо сразу вышел за дверь, не собираясь дальше с ним разговаривать. Лучшим решением сейчас мне казалось просто вернуться в свою комнату, полежать и тупо повтыкать в телевизор, ведь на ужин отправляться предстояло ещё как минимум через час.

По лестнице этой, словом, мне теперь было до жути противно идти, поэтому я поскорей её преодолел, стараясь не думать о том, что там совсем недавно случилось, и максимально быстрым в моём случае шагом добрался до комнаты, тут же принимаясь стучать: мы так до сих пор и не сделали со Стивом дубликаты ключей.

— Ты где это шлялся?! К тебе Сара приходила, — тут же налетел на меня он, но я лишь пренебрежительно махнул рукой, обошёл его и приземлился на свою кровать, даже не потрудившись сбросить куртку и кроссы. А в мыслях в тот момент было только одно: Чмостер живой, и сейчас это самое главное.

Примечания:

1. Может, хого поедим? — 火锅 — национальное китайское горячее блюдо из очень тонко нарезанного мяса, овощей, морепродуктов и т.д., а также сам способ его приготовления. Это блюдо интересно тем, что его нужно готовить самому, выбирать на свой вкус ингредиенты, быстро отваривать их в том или ином бульоне в специальном котелке с секциями на небольшой плите прямо за трапезным столом. И сразу же есть :)