Bonus Chapter. Holiday.
Не могла я просто так попрощаться с этой работой.
Скажем спасибо за вдохновение вот этому тиктоку: https://vm.tiktok.com/ZMY3KW27J/
Не забывайте подписываться на мой тг-канал с визуализациями и анонсами глав/работ: https://t.me/+5yVVDxya0Pw4ZDAy
Обложка: https://i.pinimg.com/originals/07/32/99/0732999c3031b7a2e8f23d29da05685a.png
___________
Спустя год отношений, Тэхен не переставал удивлять, особенно сейчас, когда он внезапно предложил съездить за город, в густой лес, в небольшой, уютный домик у озера, чтобы провести целую неделю отпуска вдвоем. Они никогда не выбирались на природу, даже в соседний город не ездили на выходные, ведь обычно свободное время они тратили либо на искусство, либо на... безумный и чертовски грязный секс.
Но всегда нужно менять обстановку! Особенно им, творцам. Нужно искать вдохновение в любых пейзажах, и Миён будет всеми руками "за" нарисовать обнаженного Тэхена с мокрыми волосами, как он выбирается из воды и смотрит в сторону, демонстрируя точенный профиль. Можно добавить светлых красок, сказочных, что-то вроде светло-желтого, зеленого, небесно-голубого и атласно-белого.
— Ты слышишь меня?
— А? Прости. Задумалась немного, — Миён мягко улыбается и смотрит на профессора Кима, который закатывает глаза и крепче сжимает руль одной рукой. Да уж, Тэхен-водитель – та еще пытка. — Ты что-то говорил?
— Ты когда-нибудь ездила верхом?
Миён сглатывает, сжимает челюсти и медленно выдыхает. Он ведь не зря выбрал такую формулировку?
— Только на тебе.
Тэхен ухмыляется.
— Я и не сомневался, — он тянется пальцами к чужой щеке, мягко проводит, и у Миён нервно дергается кадык. — Но я о другом, котенок.
Прошел целый, мать его, год, а профессор Ким всё еще способен заставить дрожать одним лишь взглядом. Сколько бы она ни смотрела в его кофейные глаза, ни любовалась родинками на лице, ни рисовала мягкие линии губ – всё, как в первый день, когда она уронила сигарету.
Миён обрывисто вздыхает, вновь смотрит на дорогу и немного расслабляется на сиденьи. Светлые, свободные шорты немного помялись, а темно-зеленая, летняя рубашка хоть и позволяла ветерку щекотать кожу, но не освобождала от солнечной жары. Завязанные в тугую косу волосы открывали шею, где совсем недавно сошли следы от тугой цепи. Хотелось разуться, скинуть белые кеды и остудить ноги в холодной воде.
Разговоры с Тэхеном чаще всего заставляют задыхаться из-за бушующего внутри пекла. Он всё еще ассоциируется с красным, черным и белым, теми цветами, от которых что-то пробуждается.
— Миён? Ты опять меня не услышала? — слегка раздраженно спрашивает профессор Ким.
— Душно. Можно мне попить?
— Давай остановимся, купим что-то, — кивает Тэхен. — Покурим?
— Конечно.
Ближайшая заправка была в десяти километрах, где можно отдохнуть, выпить холодный латте и пропустить сигаретку.
— Я никогда не каталась на лошадях, — жмет плечами и смотрит на проезжающие мимо машины.
Они сидят за столиком, остужаются с помощью лимонада, курят и выглядят, как давно женатая пара. Возможно, они действительно слишком спокойно себя ведут, не держатся за ручки на публике, не обнимаются, не целуются, только если кому-то из них не приспичит показать своё животное желание срочно уединиться.
Миён нравится. Спокойные отношения, которые за закрытыми дверьми превращаются в резкий звук удара плетки и сдержанные, мужские стоны.
— Ты не хочешь говорить об этом?
Он слишком хорошо знает её, слишком хорошо может понять, что в её голове, а ведь она просто не отвечала.
Миён тяжело вздыхает, тушит сигарету и смотрит на Тэхена. За год, он должен был хоть немного измениться, стать нежнее или добрее не только по отношению к своей девушке... то есть, женщине, но и к окружающим его людям, в том числе студентам. Но, увы, некоторые группы, зная об отношениях двух преподавателей, часто жалуются на профессора Кима учителю Кан, надеясь, что она хоть как-то повлияет.
Она может повлиять. Миён говорила с Тэхеном, спрашивая, когда бесконечные жалобы со стороны бедных студентов прекратятся, и ответом было: "Когда эти безмозглые идиоты научаться выполнять всё в указанный срок". Если бы она хотела, она бы попросила его быть мягче, но...
Конечно, жалко бедняг, но Миён сложно их понять. Она готова отдать всё, лишь бы оказаться на их месте и... столько времени прошло, а Тэхен всё еще не соглашается на игру преподаватель/студентка. Видимо, для него это травмирующий опыт.
— Миён? — он хмурится, наклоняется чуть вперед и ловит взгляд художницы.
— Может, у меня солнечный удар? — хватается за голову, думая, как бы правильно ответить. — Извини.
Тэхен вздыхает. Забирает пустые стаканы, выкидывает вместе с бычками, затем возвращается и подает руку, чтобы помочь Миён встать. У него очень холодные пальцы, и хотелось бы ощутить их на горячей спине.
Садятся в машину, пристегиваются, Тэхен заводит машину.
— Мой... первый дом владел конным клубом. Любил лошадей, бесконечно мог говорить о породах, — выдыхает Миён, и профессор Ким застывает, не выезжая с парковки. — Он никогда не приглашал меня покататься или... на конную прогулку? Так это называется? В общем, держал меня как можно дальше. Поэтому... прости. Я помню, что обещала тебе, что не буду больше его вспоминать, но...
— Одно время, я занимался конным спортом, как хобби, — говорит Тэхен и всё еще, неотрывно, смотрит на Миён. — Хочешь, я научу тебя? М? Как нужно правильно ездить верхом? — краткая ухмылка, еле заметная, но от которой что-то сжимается внутри.
— Да, хочу.
— Поверь, — он наклоняется к Миён, насколько позволяет ремень безопасности, — после моих уроков, ты даже не посмеешь говорить о своем первом доме в моем присутствии.
Глаза у Тэхена темные, опасные, большие. Четкие линии скул создают угрозу. Густые, черные брови не двигаются, а во взгляде лишь одно – была бы возможность, он бы убил, уничтожил.
Миён сглатывает, и профессор Ким замечает, как меняется настроение. Ухмыляется, вновь переключает внимание на машину и сдает назад, выезжая из парковочного места.
Черт. Как же хочется отсосать ему.
— Нам... еще долго?
— Часа три, — отвечает Тэхен, проверяя боковые зеркала, чтобы выехать на главную трассу.
— Надеюсь, ты не будешь слишком уставшим, — вздыхает Миён и смотрит в окошко, чувствуя взгляд профессора Кима.
Он ничего не отвечает и просто включает местное радио, разбавляя тишину в салоне ненавязчивой попсой.
Не то чтобы Миён чувствовала себя конченной на голову извращенкой и нимфоманкой... хотя, иногда так и есть, и благодаря Тэхену нет никаких осуждений, разве что наоборот – поощрение. Он такой же, как и она, и не трудно догадаться, что всплыло в его голове после краткого диалога.
У них ни разу не было обыкновенного, стандартного секса, где нет никакого физического насилия, грязных слов или морального унижения. Каждый раз у них присутствуют игрушки, происходят целые сессии, сопровождающиеся самыми разными экспериментами, и... если она сейчас попросит притормозить у обочины и наклонится к его паху – Тэхен не будет против.
Останавливает только техника безопасности. Не очень хочется разбиться и умереть по такой глупой причине.
Но возможность поиздеваться есть не только у профессора Кима.
Миён медленно расстегивает темно-зеленую блузку, делая вид, будто ей слишком жарко. Спускает по самые локти, оставаясь в одном кружевном, черном лифчике.
Тэхен ёрзает. Сжимает челюсти, кидает взгляд на открытое тело и очень недовольно сжимает руль второй рукой.
— Что ты делаешь?
— Я же говорила. Мне очень душно, а так... кожа немного дышит, — невинно жмет плечами, пытаясь сдержать улыбку.
Тэхен закатывает глаза. Его всегда бесило, когда Миён строила из себя дурочку. К тому же, он привык быть главным, привык управлять и указывать, и в такие моменты ему стоит многого не схватить бедную жертву за глотку и не задушить, сидя за рулем.
— Миён. Ты же понимаешь, что там, где мы будем жить ближайшую неделю – мы будем одни?
— Да, и что? — улыбается и, хлопая глазками, смотрит на Тэхена, который глубоко вздыхает и кидает на неё полный ненависти взгляд.
— Это значит, что как бы ты громко не кричала – тебя никто не услышит.
Будь они незнакомы, она бы испугалась. Блин, да Тэхен звучит, как сумасшедший убийца, который везет свою жертву в какую-нибудь заброшенную хижину в лесу. Но... с другой стороны... Тэхен звучит, как сумасшедший убийца, который везет свою жертву в какую-нибудь заброшенную хижину в лесу.
Миён возбуждается, трется коленками и надеется, очень надеется, что её действительно никто не услышит.
~~~
Каким образом Тэхен смог снять такой милый домик – неизвестно. Рассказывать он отказывается и требует не задавать больше глупых вопросов.
Маленький, с одной комнаткой, небольшой кухней, раздельным туалетом с ванной, деревянный и до ужаса уютный. На веранде круглый столик с двумя стульчиками и чудесный вид на озеро. Узкий мостик на воде, чтобы можно было помочить ножки или просто полюбоваться живым пейзажем. Вокруг густая, зеленая листва, высокие деревья, запах свежей травы и пение птиц.
Невероятная красота.
Такое ощущение, что Миён оказалась в сказке, где отыскала убежище то ли лесного друида, то ли одинокого целителя. Удивительно, что Тэхен выбрал именно этот домик, а не какую-нибудь хижину у моря или дорогостоящий курортный отель. На самом деле, так даже лучше.
Закинув чемоданы в комнату, они вышли к пирсу, взявшись за руки. Миён всё еще не может вдоволь насладиться длинными пальцами Тэхена... чтобы это ни значило, и каждый раз, когда она касается его большой ладони, то будто запускает в себе вечный двигатель, который питается безумной любовью к профессору Киму.
— В десяти минутах отсюда конный клуб. Пойдем туда завтра, — говорит Тэхен и останавливается у самого края мостика.
— Мне очень любопытно, как ты будешь смотреться на лошади.
Профессор Ким ухмыляется и притягивает Миён ближе. Обхватывает подбородок, большим пальцем проводит по нижней губе, пока облизывает собственную нижнюю. Рассматривает лицо, слегка прикрыв глаза. Аромат сигарет и одеколона всегда возбуждал, всегда покорял, и даже сейчас, несмотря на запахи дикой природы, Миён хочется дышать только лишь Тэхеном.
— Я хочу, чтобы ты искупалась.
— В озере?
— Мг. В одежде. Я хочу, чтобы ты надела то легкое, белое платье, что я тебе подарил, и вошла в воду, как нимфа, — шепчет, целует щеки, опускается ниже, к шее. — Я буду смотреть на тебя, буду любоваться твоим телом, твоими движениями. И как только ты выйдешь из воды, вся мокрая, с прилипшей к телу одеждой, — пальцы опускаются к шее, сжимают лишь слегка, заставляя сглотнуть, — я возьму тебя прямо здесь, на мостике, и сорву твой волшебный голос.
Господи, как же, черт возьми, Миён хочет, блять, отсосать Тэхену.
Рвано выдыхает, когда он отпускает. Они ведь уставшие после дороги, и сон привлекает намного больше, чем плаванье в не самом теплом озере, но... Миён готова сделать всё, что попросит её любимый дом.
Слишком быстро переодевается, распускает косу, расчесывается. Под платьем одни лишь черные трусики, которые очень выделяются под полупрозрачной тканью. Тело покрывается мурашками, когда Миён выходит к воде, а когда замечает на себе жадный взгляд профессора Кима, то сжимает ладошки в кулаки, чтобы хоть как-то не сорваться.
Вода не такая уж и холодная. Солнце успело подарить последние лучи, и, на самом деле, плавать посреди леса, в одном лишь платье, когда из пирса смотрит Ким Тэхен – волшебно.
Миён купается то на спине, то на животе, несколько раз ныряет и медленно зачесывает длинные, намокшие волосы назад. Пытается не поглядывать на профессора Кима, ибо если она столкнется с его глазами, то не вообще уверена, что всё еще будет желание просто плавать.
Но ей и не приходится ничего делать.
— Ко мне.
Миён сглатывает. Подплывает к Тэхену, опирается руками о деревянный выступ и смотрит на снизу вверх. Он ухмыляется, помогает подняться и сразу же обнимает за талию, не обращая внимания на то, как его собственная одежда слишком быстро намокает.
Он опускает взгляд на ключицу, грудь, выпирающие бугорки. Закусывает щеку изнутри, дергает бровью и наклоняется к самым губам.
Миён не выдержала, застонала слишком рано. Они не целовались с самого утра, с тех пор, как проснулись, и так хотелось заново почувствовать его губы, его язык, его дыхание. Тэхен прекрасно знает, как она любит целоваться, и пользуется этим в своих садистских манипуляциях слишком хорошо.
Улыбается, отодвигается и отпускает своего саба. Убирает руки, смотрит лишь в глаза и...
Черт.
— Будет тебе уроком. Если еще раз попробуешь поиздеваться надо мной, зная, что я ничего не могу с тобой сделать, — наклоняется к губам, смеется и щурится, — то очень сильно пожалеешь.
Блядство.
Глубоко вдыхает, закрывает глаза, чтобы не сойти с ума. Как же она, блин, раньше не догадалась, что он просто мстит? Такой, как Тэхен, не может просто так дать то, что хочет Миён, поэтому стоило быть менее взбудораженной.
Но мазохисткое нутро ликует. Придется мучиться столько, сколько захочет профессор Ким.
— Уяснила?
— Да, хозяин.
— Хорошо. Я приготовлю ужин. Иди в душ и приведи себя в порядок, — он разворачивается и просто уходит в дом, оставляя Миён в мокром платье, возбужденную и до ужаса текущую везде, где только можно.
Если он узнает, что она дрочила себе в ванной, то может еще больше наказать. С одной стороны, хочется, но с другой... она не переживет, если они за всю неделю ни разу не переспят. Пытки – это, конечно, хорошо, но у Миён тоже есть предел терпения.
Тэхен компенсирует отсутствие любого физического контакта невообразимо вкусным ужином: запеченной скумбрией под соевым соусом и с дольками лимона. Белое вино, фрукты, вечерние разговоры о доме, природе и планах на завтра отвлекают, но сам профессор Ким сидит прямо перед Миён, весь такой красивый, по-домашнему очаровательный... такого Тэхена никто больше видеть не может, кроме неё.
Хорошо, что она прихватила с собой мольберт, полотна и краски.
~~~
Большие конюшни, огражденные деревянным забором зеленые поля, несколько площадок для верховой езды с препятствиями и без, место для отдыха и, конечно же, лошади.
Тэхен забронировал двух лошадок. Им предоставили всю нужную экипировку, профессиональную и элегантную. Специальные бриджи из особой ткани, перчатки, гольфы, сапоги, краги (о которых Миён слышала впервые, но которые являются отличной защитой для голени), шлем и защитный жилет. Всё удивительно хорошо подходило по размеру. Местами немного непривычно, но... как и в БДСМ-практиках, безопасность – превыше всего.
Выйдя к конюшне, куда инструктор сказала подойти после того, как они сменят одежду, Миён не заметила Тэхена. Неужели он переодевается дольше неё?
— Вы тут впервые? — решив скрасить одиночество, спрашивает девушка.
— Да. Мг. Да и вообще впервые так близко к лошадям.
— Вы только не пугайтесь, — с улыбкой, говорит инструктор. — Ваш муж, как я поняла, уже ни раз был верхом?
Ха. Что-что?
Миён даже не знает, что заставляет её вздрогнуть: то, что Тэхена назвали её мужем или то, что он уже много раз был верхом?!
Такое ощущение, что у неё спермотоксикоз, который физически не может быть у женщин.
Чертова зависимость от Тэхена.
— М-м... мы не женатая пара и... да, у моего молодого человека уже есть опыт.
— Простите! Так неудобно, — инструктор виновато кланяется и неловко потирает руки. — Вы просто так хорошо смотритесь и... в общем, простите.
— Всё в порядке. Не переживайте, — вежливо улыбается Миён.
Нет, даже приятно, что их считают женатыми. То есть, не посмотрели на наличие колец, а уже утверждают, что у них нечто большее, чем просто отношения.
В любом случае, Миён не волнует то, что они не торопятся расписаться. Им и так хорошо. Почему она вообще должна думать о свадьбе? Пф, выйти замуж за профессора и стать учителем Ким? Ким Миён. Красиво звучит.
Так, стоп! Какого черта?! Совсем сдурела?!
— А-а! Мистер Ким! Вы отлично выглядите! — говорит инструктор, смотря куда-то за спину, и Миён разворачивается.
О. Боже. Мой.
Долбанный Ким Тэхен решил окончательно убить Миён.
Черные сапоги, темно-коричневые бриджи, светло-серая жилетка, под которой скрывается белая рубашка и кофейный галстук. Голубые перчатки и сюртук цвета ультрамарина. Тэхен приехал сюда с укладкой, и теперь понятно с какой целью.
Вот почему он так долго переодевался. Вот почему он вообще решил сюда приехать. Потому что, блять, он выглядит, как произведение искусства, как принц, который сошел со страниц волшебных сказок, как Афродита в мужском воплощении, знающая собственную силу красоты.
Боже мой. Какого хера?! Какого хера у Миён нет с собой хотя бы смятого листка с поломанным карандашом?!
Профессор Ким видит, какое производит впечатление на свою женщину, и лишь ухмыляется, когда подходит ближе. Поправляет перчатки, дергает бровями и смотрит на инструктора.
— Мы готовы.
— Отлично! Пошли за мной! Познакомлю вас с Галактикой и Мечтателем.
Миён бы удивилась необычным кличкам, но она взгляда не может оторвать от Тэхена. С трудом заставляет себя отвернуться, ибо не очень хорошо пялиться вот так напрямую, когда они не одни дома. Профессор Ким прекрасно знает, как Миён восхищается им, и пользуется, как оружием, чтобы выстрелить в самое сердце.
Он ступает величественно, выглядит статно, изыскано, как будто родился в семье богатых лордов и получил известность благодаря победам на скачках.
Лучше не увлекаться. Нужно держать себя в руках.
— Мечтатель у нас очень послушный, воспитанный, — говорит инструктор и подходит к коню с пятнистым, бело-коричневым окрасом. — Мы его обычно даем новичкам. Он любит публику, когда его хвалят, так что... мисс Кан? Возьмете?
— Да. Думаю, я справлюсь, — кивает Миён, выдыхает и протягивает руку любопытному Мечтателю, который почти сразу же подставляет морду.
— Так... а вот Галактика – та еще актриса, — ухмыляется девушка и ведет Тэхена к стойлу напротив. — Раз уж Вы опытный наездник, то не должно быть проблем. Если у неё хорошее настроение, то возьмете её, если нет, то у нас есть и другие лошади.
Профессор Ким внимательно смотрит на черную Галактику, которая недовольно фыркает, как только замечает Тэхена. Видимо, она чувствует, что от него не стоит ожидать легкого партнерства.
Лошадь отходит, ржет, стучит копытом и не хочет даже дать себя потрогать.
— Ну, вот... давайте тогда...
— Нет-нет, — говорит профессор Ким. — Я возьму её.
Инструктор не сразу поняла, шутит он или нет, но, всё же, согласилась.
— Только будьте осторожны. Если она вас скинет, то есть большой шанс, что еще и копытом ударит, — предупреждает девушка и заходит к Галактике с поводьями и седлом. — Учтите, что я остановлю Вас, если увижу, что она не слушается.
— Поверьте. Послушается.
Ох. Если ему еще и конскую плетку дадут в руки, то Миён за себя не отвечает.
После того, как Галактику и Мечтателя снарядили всем необходимым для прогулки, инструктор вывела их из стойл. Лошадь Тэхена заметно нервничала, пока конь Миён спокойно себе стоял, осматриваясь вокруг.
Девушка провела полный инструктаж по правилам безопасности, десять раз пыталась отговорить профессора Кима от его не самой лучшей затеи и, конечно же, помогла Миён усесться на Мечтателя.
Удивительные ощущения – держать кого-то за поводья. Тэхен тоже это чувствует каждый раз, когда тянет своего саба за ремень?
Инструктор позвала помощника – молодого парня, не больше восемнадцати лет, который помогал Миён. Он вел Мечтателя по определенной дорожке, рассказывая, как нужно правильно сидеть и общаться с животным. Оказывается, нельзя просто так оседлать и пуститься в галоп. Нужно установить связь с лошадью, познакомиться, показать, что нет никакой опасности, но и слишком многого позволять тоже не стоит. Дисциплина невероятно важна.
Тэхен прекрасно это знает.
Миён смотрит на то, как Галактика пытается вырваться из-под профессора Кима. Инструктор отошла в сторону, видимо, по просьбе наездника. Хотя, зная его, он, скорее всего, не выдержал, и сказал что-то либо очень грубое, либо очень убедительное. Скорее, второе, иначе бы девушка не так переживала за него.
Хотя... за кого она переживает больше? За наездника или за лошадь?
— Успокоилась. Хватит своевольничать, — рычит Тэхен и дергает за поводья так, что Галактика практически становится на дыбы. — Тебе не нравится, что ты должна слушаться, а не наоборот? — ухмыляется и накручивает ремни на ладони, чтобы крепче ухватиться. — Не заставляй воспитывать тебя так, как я могу.
Пиздец. Почему это так горячо?
— Мисс, осторожно! Тяните влево!
В последний момент, Миён уводит Мечтателя от забора, в который они чуть не врезались. Теперь понятно, откуда у него такая кличка. В принципе, то же самое можно сказать и о наезднице.
Если она будет слишком много пялиться на Тэхена, то совсем не прочувствует момент от конной прогулки, а ведь смысл же в этом! Да. Пусть профессор Ким страдает с Галактикой, у Миён отличный конь, с которым она хорошо подружилась, и езда на котором вполне себе вдохновляющая...
...пока Миён не видит, как Тэхен проносится на Галактике галопом по открытой территории.
Просто. Ахуеть.
С открытым ртом смотрит на то, как профессор Ким мчится, оставляя за собой пыль. Лошадь громко стучит копытами, тяжело дышит и будто бы смирилась с собственным положением. Больше не возникает, не перечит – полностью подчинилась. Везет Тэхена туда, куда он укажет, и...
Нет ничего прекраснее.
Как же Миён хочет нарисовать профессора Кима на Галактике, как он скачет на ней, смотрится невероятно красиво, завораживающее. В его взгляде столько необузданной силы, могущества, власти, что в какой раз хочется лечь и стать ковриком у двери его квартиры.
В очередной раз чуть не врезается. Извиняется как перед парнем, так и перед Мечтателем, который не особо-то и обиделся. Он всего лишь встряхнул гривой и продолжил путь, медленно ступая.
Через некоторое время, помощник инструктора уходит, оставляя Миён наедине с конем, но Тэхен оказывается рядом почти сразу, всё еще на Галактике. Дыхание слегка сбито, но в глазах свежий адреналин, который он уж очень сильно хочет выплеснуть.
Миён позволит ему выплеснуть всё, что он хочет, как только они вернуться домой.
— Ты в порядке? — спрашивает и с легкой ухмылкой смотрит на то, как осторожно его девушка ведет Мечтателя.
— Всё отлично. Но... я бы уже слезла.
— С чего вдруг? Не привыкла так широко ноги раздвигать?
Он же не просто так спрашивает, да?
— Не привыкла так долго быть сверху.
Тэхен дергает бровями.
— Проверим дома, как ты усвоила сегодняшний урок, — говорит Тэхен и смотрит перед собой.
— Я уж точно буду послушнее Галактики.
— Верно, — он фыркает и кидает снисходительный взгляд на Миён. — Ведь я тебя воспитывал.
Нет, всё, пора прекращать! На её бриджах могут быть пятна, и лучше бы их не было, потому что будет слишком неловко перед работниками конного клуба.
Тэхен слишком сильно возбуждает, и отсутствие какого-либо контакта со вчерашнего утра дает о себе знать.
Миён крепче сжимает поводья, практически до хруста.
— Я просто слишком хорошо подчиняюсь Вам... хозяин, — шепчет и смотрит так, что у профессора Кима дергается кадык. — Хотя... я была бы не против, если бы Вы стянули на моей шее жгут так же, как Вы управляете лошадью.
Да. Теперь он её ненавидит. Теперь он сам хочет слезть и утащить Миён туда, где их никто не увидит. У Тэхена по глазам видно, как он заводится. Челюсти сжимаются, голова дергается, а взгляд темнеет.
— Я бы тебя еще и плеткой отодрал.
— Можете просто отодрать. На столе.
— Ну как вам прогулка?
Миён с Тэхеном вздрагивают и резко выпрямляются. Инструктор не слышала их разговора, выглядела очень довольной и лишь слегка напуганной тем, как Галактика слушается профессора Кима.
— Всё отлично! — улыбается Миён. — Не могли бы Вы помочь мне слезть?
— Я еще проедусь, — холодно говорит Тэхен, разворачивает лошадь и исчезает.
Инструктор помогла завести Мечтателя в стойло, позволила покормить и дать попить. Миён еще немного пообщалась с конем, погладила, расчесала и осталась довольной. Голова была забита совершенно другим, конечно, но общение с животным тоже привносит нечто необычное и новое.
Выходит с конюшни, снимает шлем и вешает на забор. Спрашивает, можно ли тут курить, на что помощник инструктора утвердительно кивает, но просит не разбрасывать мусор по территории. Миён облокачивается об ограждение, делает затяжку и наблюдает за тем, как Тэхен заставляет Галактику бежать рысью.
Поразительно. Как у него это получается? В нем так много власти, что абсолютно любое существо будет слушаться и кланяться?
Да. Ким Тэхен точно прирожденный дом. Лучший дом.
— Миён? Кан Миён?
Хмурится, не сразу узнавая голос, и поворачивается лицом к мужчине, который стоял в форме для верховой езды и держал шлем. Из-за ярких лучей солнца, Миён пришлось прищурится и прикрыть глаза ладошкой, чтобы создать тень.
Лучше бы она не пыталась так сильно понять, кто перед ней стоит.
— Поверить не могу, что мы вновь встретились.
Нет... быть... не может.
Быть того не может.
Просто невозможно.
— М-Минсу?
— Так ты помнишь меня, — ухмыляется блондин, зачесывает волосы и подходит слишком близко. Миён вздрагивает, когда чувствует знакомый аромат. Boss. Она очень хорошо помнит этот одеколон. — Только я не думал, что ты помнишь моё имя. Ты ведь больше всего обращалась ко мне, как...
— Что ты тут делаешь?
Минсу вопросительно поднимает брови. Оглядывается, разводит руками, смотрит на конюшню и на посетителей.
Казалось, что перед Миён очень старая фотография, которую она пыталась сжечь всеми силами, и ведь практически получилось! Она черная, местами с прожженными дырками, и на месте лица Минсу ничего, а сейчас он стоит перед ней и заставляет вспоминать то, что очень не хочется.
— Я владею этим клубом, милая.
Где Тэхен? Где, черт возьми, Тэхен?
В поиске какой-либо защиты, она смотрит на поле, но не видит профессора Кима. Неужели, он так далеко убежал, что теперь его не видно отсюда? Оставил её здесь, наедине с тем, кто... кто...
— Так ты тут одна?
— Нет. Я тут со своим... мужчиной.
— Мужчиной? — издевательски ухмыляется Минсу. — Как звучит. У вас что-то серьезное?
— Да какая тебе вообще разница? — Миён отходит на шаг назад, напрочь забывая о дымящейся сигарете. — Мне надо идти.
Разворачивается, надеясь, что она очень быстро убежит. Меньше всего хочется ворошить прошлое, то прошлое, которое, как оказалось, сделало из неё не просто любителя боли, но и морально убило.
Тэхен показал, что она не просто способ удовлетворить его хотелки, не просто подушка для избиения. Тэхен показал совершенно другой мир, а сейчас перед ней появился Минсу, и перед глазами слишком много черного, грязно-черного, серого. Так много тусклых красок, и от них становится не по себе.
Но как только Миён делает шаг, её хватают за руку.
Как и раньше. Сжимает так же, как и раньше. Больно. Властно. Грубо.
Только вот... она не ощущает никакого удовольствия. Нет. Её касается совсем не Тэхен, а другой, чужой человек. Сильный и жестокий.
— Брось, милая, — ухмыляется Минсу и смотрит в глаза. — Разве не хочешь остаться? Пообщаться? Вспомнить былое? М?
Миён сглатывает, предательски дрожит, но затем...
На них чуть не налетает Галактика.
Она встает на дыбы перед Минсу, заставляя его отпустить Миён и поднять руки. Он пугается, хмурится, матерится и отходит, наблюдая, как лошадь недовольно фыркает, ржет и чуть ли не валит деревянное ограждение.
— Прошу прощения. Она очень своевольная, — хладнокровно говорит Тэхен и смотрит на Минсу так, как...
Миён еще никогда не видела, чтобы профессор Ким так смотрел на других. Так... кровожадно, бездушно и свирепо. Хватало одного лишь взгляда, чтобы внутри всё застыло.
Но не у Минсу. Он лишь презрительно фыркнул и поправил перчатки.
— Знаю.
Профессор Ким слазит с Галактики. Инструктор сразу же забирает ворчливую лошадь, оставляя троицу наедине.
— Миён. Кто это?
— А. Так Вы тот самый мужчина, с которым Миён сюда приехала? — приторно улыбается Минсу. Он окидывает Тэхена оценивающим взглядом, задумчиво хмыкает, а затем вежливо кланяется в знак приветствия. — Пак Минсу. У нас когда-то с Миён были... особые отношения. Она разве не рассказывала?
Каким подонком был, таким и остался. Если бы Тэхен не был знаком с БДСМ, то он бы явно задался вопросами, а после у них бы был ужасный скандал. Вдруг Миён решила всё скрыть, Минсу ведь ничего не знает, но ему будто хочется насолить, хотя... он первый бросил её.
— Рассказывала, — всё так же жутко и раздраженно отвечает профессор Ким и подходит максимально близко к Миён. Он становится так, будто пытается загородить её, защитить, и это... удивляет. — Только вот я не понимаю, какое право ты имеешь к ней прикасаться.
Минсу вскидывает брови, от удивления даже рот открывает. Он не ожидал напора, прямого, грубого, не думал, что новый мужчина Миён будет столь прямолинейным и беспардонным. Даже сама Миён не ожидала. Просто она вспоминает, как Тэхен вел себя с очень милым и вежливым Намджуном, а сейчас он буквально готов выдрать Минсу глаза за то, что он посмел посмотреть на своего бывшего саба.
Если честно, она была уверена, что Тэхен ничего не сделает.
— То есть... ты её дом, верно?
— Меньше всего хочу с тобой беседовать, — раздраженно поправляет пиджак, берет Миён за руку и уводит обратно в конюшни, чтобы сменить одежду.
Тэхен молчал. Он просто указывал, куда идти, выглядел лишь слегка взбешенным, но все равно чудом удерживал маску безразличия и омерзения в одно и то же время. Миён и сама не была в восторге, но реакция профессора Кима заставляла вспомнить, почему она выбрала его, а не Минсу.
Их не трогают аж до самой машины, где, всё-таки, владелец конного клуба решил догнать и, видимо, окончательно вывести из себя.
— Я прошу прощения, если показался грубым. Мне просто было интересно, как у Миён сложилась жизнь.
Тэхен смотрит на Минсу, как на кусок дерьма, и тому это не нравится. Вспоминая, каким жестоким домом он был, как любил унижать и класть огромный болт на удовольствие своего саба, то сейчас ему явно хотелось либо заехать профессору Киму в лицо, либо хоть как-то показать свой статус в обществе. Минсу хотелось победить.
— М. И что? — с абсолютным неуважением спрашивает Тэхен, облокачиваясь рукой о дверь своей машины и вальяжно закуривая.
Да уж.
У Минсу дрогнула улыбка и дернулся глаз.
— Я уверен, нам есть о чем поговорить, — отвечает, пытаясь оставаться максимально спокойным. — Как я могу... судить, то вы тоже состоите в тех же отношениях, что и мы когда-то.
Тэхен фыркает, унизительно, насмешливо.
— Я не спрашивал твоего мнения. В целом, мне вообще поебать, кто ты и в каких отношениях был с Миён, — низким басом атакует профессор Ким, заставляя не только Минсу пребывать в глубоком шоке. — Знаю, что ты был её домом. Но, судя по всему, очень хуевым. Нам есть о чем поговорить? Прошу, — Тэхен смеется, как злодей, который решает уничтожить главного героя обыкновенными словами. — Я не говорю с отребьем.
И он просто открывает дверь, говорит Миён немедленно сесть в машину прежде, чем сам опускается и заводит мотор. Выкидывает окурок через открытое окно прямо к ногам обалдевшего и потерявшего дар речи Минсу, у которого, кажется, не только гордость упала, но и поднялась животная ярость.
Вишенкой на торте была песочная пыль, которую Тэхен, благодаря умением резко давить в газ, пустил в лицо владельцу клуба, как только выехал с парковочного места.
Миён приходит в себя не сразу. Понимает, что всё время пялилась на профессора Кима, пожирала его глазами, впитывала его злость, ревность, наслаждалась его грубостями и... бесстыдно быстро возбуждалась.
Он же просто невероятный. То, как он унизил Минсу – надолго засядет в памяти Миён. Как он смотрел на него, как говорил с ним, как выглядел... как у него вздулись вены и сжались челюсти, как он держал сигарету в зубах и пускал дым, практически не слушая бывшего дома Миён.
Бесподобно.
— Хватит пускать на меня слюни, псина.
О, Господи.
Миён сглатывает, нервно ёрзает, сводит коленки и облизывает губы. Сердце так громко стучит, в салоне так жарко, они едут так быстро. Раздражение Тэхена всё еще витает в воздухе, от которого хочется задыхаться.
— Мы... возвращаемся?
— Да. Домой, — отвечает профессор Ким и кидает взгляд на Миён. — Как больно он схватил тебя?
— Не сильно. То есть... ты хватал и сильнее, но... мне больше было неприятно и противно, — сглатывает, отвечает честно и пальцами трет кисть, где совсем недавно были огромные пальцы Минсу.
Тэхен медленно вдыхает, как будто пытается успокоиться. Новость о том, что Миён касался её же бывший дом сводит с ума. Нет, правда, она ведь сколько раз обнималась с Чимином или фоткалась с Намджуном на фронталку – Тэхен ни разу не реагировал так, как сейчас. Он вообще всегда держал лицо, какое-то безразличие, ведь знал, что Миён всегда будет у его ног.
Так почему же он на взводе только сейчас?
— Я ненавижу его, — говорит, чтобы привести Тэхена в чувство. — Я не хочу, чтобы ты думал, что я была рада его видеть.
— Еще бы, — фыркает профессор Ким. — Дело не в этом, Миён. Он больше не твой, блять, дом, так какого хера он позволил себе касаться тебя так, будто вы всё еще проводите сессии?
— Потому что он идиот.
Тэхен ухмыляется. Кажется, он даже засмеялся.
Они подъезжают к дому, Тэхен останавливает мотор и вынимает ключи. Дергает ручник и отстегивает ремень безопасности.
— В дом. Сейчас же, — холодно командует и выходит из машины.
Ох. Ясно. У Тэхена срывает крышу.
Ничего лучше быть не может.
Миён, пытаясь сдержать улыбку, быстренько выскакивает и бежит за профессором Кимом. Интересно, что у него в голове? Что вообще от него можно ожидать? От предвкушения покусывает губы и хрустит пальцами. То, что он на взводе из-за Минсу – кристально ясно, но вот что он предпримет дальше?
Заходят в дом, но Миён не успевает даже отпустить ручку – Тэхен хватает за шею, сжимает и толкает вперед, заставляя спиной закрыть дверь, которая невозможно громко хлопает, практически ломаясь.
Господи. Перед глазами вспышки красного и черного, как будто кто-то взмахнул кистью, оставляя большие пятна.
— Ты должна хотеть лишь меня, — шипит сквозь зубы и смотрит прямо в глаза. — Ты должна думать лишь обо мне. Ты не ляжешь спать, пока я не выбью из тебя всю дурь, уяснила? — сглатывает, быстро кивает и нервно переступает с ноги на ногу. Тэхен сдавливает сильнее, перекрывая воздух, но затем отпускает, позволяя дышать. — Молись, чтобы я был к тебе добрым, котенок.
~~~
— Ты точно нормально себя чувствуешь? — спрашивает профессор Ким и ставит чашку горячего чая на маленький столик на веранде.
— Лучше не бывает, — мечтательно улыбается Миён.
Он ухмыляется, садится на соседний стульчик и закуривает. Они приняли душ, обработали все повреждения, убрали и помыли игрушки, проверили, чтобы ничего не сломалось в доме, поужинали и переоделись в домашние футболки и шорты.
На шее у Миён остались синие следы от ремня и рук Тэхена. Ягодицы окрашены в тонкие, фиолетовые полоски. Кое-где есть порезы, но у них с собой так много мазей, что через пару дней там уже ничего не будет, только вот способность спокойно сидеть вернется не скоро.
Хорошо, что они катались на лошадях до сессии, а не после.
Тэхен протягивает зажженную сигарету, подпаливает еще одну, а затем просто смотрит на ночное небо и озеро, на котором сияют отблески полной луны. Глубоко вдыхает свежий воздух, делает затяжки и о чем-то думает.
— Твой первый дом такое посмешище, — внезапно ухмыляется и кидает взгляд на Миён.
— Я знаю. Я же говорила, что он конченный, — курит, стряхивает пепел и жмет плечами. — Я всегда надеялась, что ты с ним не встретишься никогда, но... что-то пошло не так.
— Ты чего-то боялась?
— Мг. Что ты ему шею свернешь.
Тэхен фыркает, но не отрицает.
— Надо было руку, — раздраженно тушит бычок и выдыхает остатки табачного дыма. — Я когда увидел, как он тебя взял, я думал, что натравлю на него Галактику. Была бы здесь моя Руби, она по одной бы команде уже откусила ему яйца, — он говорит так спокойно, будто читает рецепт недели на сайте, а не рассказывает планы по убийству.
— Тэхен, он не достоин твоего внимания.
— Знаю. Только ты достойна, — смотрит на Миён, вообще не шутит, даже не улыбается. — Меня также вывело из себя то, что он всё испортил.
— То есть... если бы не Минсу, мы были бы...
— Если ты еще раз скажешь его имя, Миён..., — говорит Тэхен, хмурится и тянется за своей чашкой чая.
— Да. Прости, — мотает головой, тушит бычок и прочищает горло. — То есть, если бы мы его не встретили, то мы бы и дальше катались?
— Может быть. Может, не только, — Тэхен отворачивается и вызывает слишком много вопросов.
У него были еще какие-то планы? Разве, та сессия, которая у них только что была, не была главной причиной поездки сюда?
— Вставай, — командует и сам поднимается со стула, оставляя чашку с чаем.
А затем просто берет и стягивает футболку.
Что за...?
Миён встает и наблюдает, как Тэхен в одних шортах идет к мостику, оглядывается, хмурится и всем видом показывает, что если Миён не подойдет к нему, то он сам притащит за шкирку.
— Что ты задумал? Ты не старый для купания по ночам?
— Мне тридцать два года, Миён, — раздраженно вздыхает и смотрит на неё. — Раздевайся.
Окей. Купание голыми в озере посреди леса в глубокую ночь – что-то странное. У Тэхена, на самом деле, всегда много идей, что показывают его книги, но он очень редко позволяет проникнуть настоящей, сказочной романтике в их отношения. Миён никогда не жаловалась, ей и так всё безумно нравится, просто немного непривычно видеть и слышать от профессора Кима такие вещи.
Тэхен не сразу стягивает шорты. Он слишком долго смотрит на Миён, когда та стоит обнаженной и пытается завязать волосы в гульку. Они ведь только с душа, потом опять придется шампунем вымывать?
Но мысли улетучиваются, когда профессор Ким притягивает к себе, очень близко, обнимает слишком ласково, аккуратно, зная, что Миён не полностью восстановилась.
Тэхен смотрит на неё так, как обычно смотрит на её картины. Любуется, о чем-то думает, рассматривает каждый изгиб и мазок, а после опускается и нежно целует в щечку, в подбородок, в плечо...
Если бы у Миён остались силы, она бы завелась, но сейчас единственное, что чувствует – любовь к своему невероятному дому.
— Я уже говорил, что мне очень жаль, что ты не рисуешь автопортреты? — спрашивает и ведет носом по щеке.
—Д-да... что-то такое помню.
— Я бы очень хотел, чтобы у меня в кабинете висела картина с тобой. Где ты стоишь на мостике, завязываешь себе волосы, со следами, оставленными мной, обнаженная и прекрасная под светом луны, — шепчет Тэхен, вызывая столько немыслимых чувств, что Миён хмурится, не зная, как реагировать.
Она сглатывает, понимая, что пульс ускорился в разы, а по спине пошли мурашки не от ночного холода, а от Тэхена, который смотрел прямо в глаза, прикрывая темноту густыми ресницами.
— Я... не уверена, что смогу такое нарисовать.
Профессор Ким ухмыляется.
— А меня сможешь?
— Что?
— Ты глухая?
— Н-нет, просто... как? Как ты хочешь, чтобы я тебя нарисовала? — облизывает губы, обнимает за шею и ноготками проходится по спине.
— А ты? Как бы ты хотела меня нарисовать?
Миён опускает взгляд на ключицу Тэхена, думая. У неё безумно много вариантов, и сложно выбрать один.
— Я никогда не рисовала тебя с мокрыми, зачесанными назад волосами, — говорит и смотрит на профессора Кима, который ухмыляется. — Главной темой картины, конечно же, был бы твой взгляд. Ты бы смотрел на зрителя так, как обычно смотришь на меня во время сессии. Я бы добавила немного капель на теле, и выделила бы V-образную мышцу. А еще...
Тэхен ухмыляется.
— Как бы ты нарисовала пальцы?
— Пальцы? Эм... как и всегда. Я бы уделила особое внимание твоим пальцам, — улыбается, берет ладонь Тэхена и с улыбкой рассматривает.
— И что было бы на безымянном?
Миён застывает. Хмурится и поднимает растерянный взгляд на Тэхена, который в секунду стал слишком серьезным. Он смотрел неотрывно, не двигался, будто пытался что-то сказать.
— Безымянном? Ты обычно не носишь колец, так что...
— А если буду носить? Если я надену кольцо на тебя, а ты – на меня, ты будешь их рисовать?
Что...
Что...?
Что происходит?
Что Тэхен вообще мелет?
У него переутомление? Что?
А?
— Тэхен, о чем...
— Ты думала, я просто так привез тебя сюда? — дергает бровью, смотрит, как на глупенькую, но настроя не меняет. — Если бы не тот выродок, то всё было бы по-другому. Я бы посадил тебя на Галактику, повел бы на прогулку и..., — он вздыхает, мотает головой и будто бы сам на себя злится.
Миён догадывается, о чем он, но просто не может в это поверить. На её лице четко видно шок и осознание, из-за чего Тэхен начинает бесится и уже хочет отпустить, но она хватается за него как можно крепче и притягивает к себе.
— Продолжай.
— Разве не я здесь должен отдавать прика...?
— Продолжай, Тэхен.
Он тяжело вздыхает. Поразительно! Как такое вообще возможно?! Ким Тэхен, который никогда в жизни не смущался и не краснел... да Миён и подумать не могла, что он может испытывать нечто подобное! Единственное, от чего он краснел – жара. Но... прямо сейчас перед ней стоит тот самый профессор Ким, которого ненавидят и боятся все студенты в университете, и не может задать один единственный вопрос.
Миён точно не потеряла сознание во время сессии? Всё это точно взаправду?
— Кан Миён, — резко говорит Тэхен, отходит и опускается на одно колено. — Ты станешь моей женой?
Молчит.
Она молчит, потому что всё еще не может поверить.
Перед ней, на одном колене, сидит Ким Тэхен, держит за ладонь и предлагает выйти за него замуж, предлагает связать их жизни навсегда, взять его фамилию, стать семьей, быть вместе и в горе, и в радости... Тэхен, который, казалось, вообще не умеет испытывать к человеку нечто большее, чем просто желание унизить и раздавить!
Не знает, сколько простояла истуканом. Позже, она будет себя очень сильно ненавидеть за то, что пялилась и не отвечала, но сейчас она видит, как в глазах у Тэхена проскакивает еле заметный страх, словно от застывшей Миён можно ожидать лишь отказа.
Но... нет. Он ошибается.
— Только если ты пообещаешь, что продолжишь хуярить меня с такой силой, чтобы я плакала и молила остановиться...
Тэхен ухмыляется, тихо, кратко смеется, затем встает и целует.
— Можешь даже в этом не сомневаться, котенок.
И они падают в воду, холодную, бодрящую воду, где чувства Миён достигают апогея.
Смеется, потому что счастливая. Обнимает мокрого Тэхена, зачесывает его волосы назад, целует так, как никогда. Они плавают, плескаются, ласкают друг друга и не могут оторваться, словно они в последний раз вместе, хотя всё ведь наоборот.
Миён не знает, за что ей достался Ким Тэхен, но она обещает, что никогда не отпустит его и всегда будет верна одному лишь профессору Киму.
____
Дорогие читатели, если Вы хотите прочитать пропущенную сцену 18+ – подписывайтесь на мой патреон и становитесь зеленым чаем для меня: https://www.patreon.com/teapurple ❤️ Я буду благодарна, если Вы решите поддержать автора финансово.
Я знаю, что у многих всё еще проблемы с доступом на Патреон, и я не могу найти альтернатив (предложения с Бусти не принимаются по понятным причинам).
Все новости проверяйте в моем тг-канале, я надеюсь, что смогу найти способы оплаты и получения доступа к эксплозивному контенту.
Всем патронам, которые у меня есть – огромное спасибо!!!