Глава 18
Это утро показалось нашим героям удивительным и прекрасным. Такое впечатления у них сложилось не только потому, что была весна и светило солнце, не потому, что были счастливы в отношениях, или получили роли в театрах, а потому, что уже сегодня вечером, студенты всех курсов собирались на «яме», где можно было наконец-то расслабиться и, как говорится, оторваться на полную катушку.
Группа, в которой учились девочки, как раз сидели в аудитории и обсуждали, каким будет этот вечер. За пару минут до начала пары, как обычно галопом, ворвались Аглая и Адой.
- Ну что, «народ для разврата собрался»,- с порога, весёлым голосом заявила Аглая.
- Не, ну вы посмотрите на неё, я всю дорогу пытаюсь донести, что гуляние вечером, а сейчас о парах нужно думать, а она о вечере. Знаете, я тоже хочу о гулянии думать, но в начале пары!
- Это, Ада говорит или нам её подменили? – сказала Василиса
- Ада, у нас заучкой стала, но это ненадолго, буквально до сессии, да Адусь!- с достаточно добрым подколом и не в обиду говорила Аглая.
- Знаешь, я посмотрю на тебя, через пару дней. Первая с текстами в руках ходить будешь.
- Так я и не отрицаю, но об этом завтра, а сейчас давайте лучше о вечере, пока Смирнова не пришла.
Девочки, за исключением Лили и Нины, которые очень редко появлялись на парах, учились на двойки и в подобных мероприятиях никогда не участвовали, сели за одну парту и принялись обсуждать детали вечера. Вскоре пришёл Влад, которого, не спрашивая, присоединили к обсуждению. И казалось, всё складыватся хорошо, и вечер должен точно быть весёлым и незабываемым, но вдруг дверь аудитории отворилась и в неё зашёл Тарамиров. В начале все просто не обратили на него внимания, в надежде, что он просто пойдёт в конец аудитории, как обычно, ни с кем не поздоровавшись, и будет дожидаться пары, чтобы трендеть очередную ересь и выносить мозг одногруппникам и преподам. Но Олег подошел ко всем сидящим и заявил:
- Так, я не понял о чём вы тут языками чешете, а ну быстро выкладывайте. - У всех после его слов случился шок и ступор.- Так Вад, ты мне говорить собираешься или как?-продолжал он.
С достаточно большой паузой, Варя сказала:
- Вряд ли тебе будет интересна наша беседа, мы осуждаем сегодняшний вечер.
- А что сегодня вечером?- продолжал Тарамиров
- Сегодня студенты собираются на «яме», и мы тоже хотим туда пойти, так сказать культурно отдохнуть.- отвечал Влад
- Так, я короче с вами, давайте рассказываете, что вы тут мутите.
Каждое следующие слово Таромирова резко меняло выражения лица всех сидящих, причём в негативную сторону. Они его были вынуждены терпеть во время учебного процесса, но уж не как не хотели видеть в личное время. Вскоре Аглая не выдержала, и, встав, произнесла следующее:
- Олег, ты же понимаешь, что, мягко говоря, ты не совсем приятен нашей группе, и разговаривать с тобой дискомфортно. Поэтому, можно тебя попросить, ты конечно свободный человек и можешь идти куда хочешь, но пожалуйста отдельно от нас.
- Что? Да ты кто вообще такая? Недоделанная актриска, посмотри на себя. Да с тобой и поговорить не о чём, кобыла крашенная. Что встала, глазами хлопаешь, без твоих идиотских советов разберусь. И знаешь...
- Олег, - попыталась прекратить этот абсурд Тоня
- А ты вообще, пасть закрой, не с тобой беседу правлю. Так вот, как там тебя, ну впрочем не суть, если б не эта старая маразматичка Воронцова, то тебе не то, что театр, а и....- дверь открылась и вошла Смирнова Дарья Васильевна:
- Хорошо, смотрю монологи выучили, профессионально, как настоящие актёры, раз шум на весь институт подняли, особенно Вы Олег! Давайте, отрывок с Островского «Гроза»
- «Гроза»?
- Олег, не нужно повторять мне то, что я только что озвучила, я хочу услышать от Вас выученный на память отрывок данного произведения!
- Постойте, я не стал его учить, потому что, этого автора давно нужно было казнить, а все его рукописи уничтожить, ибо он в Первую мировую был на стороне Англии, которая являлась инициатором войны.- от услышанного у присутствующих случился ступор.
- Олег, Вы хоть отдаёте отчёт своим словам? – спросила Смирнова.
- А по Вашему я от фонаря сейчас говорю?- с удивлением продолжал он.
Аглая, не выдерживая всего этого бреда, подняла руку и сказала:
- Дарья Васильевна, можно?- преподаватель в ответ кивнула,- В первую очередь я категорически не согласна с Олегом, потому что в Первую мировую Англия не была инициатором, да и вообще оказалась там случайно. Ибо изначально, Германия напала на Францию, а та, не выдерживав такого нападения, обратилась за помощью к Англии и Росси. В результате чего эти три страны образовали Антанту и вместе боролись против нападения Германии. И по итогу эта война закончилась Брестским договором. Второе, первая мировая была с 1914 по 1918, а Николай Островский родился 29 сентября 1904, а свои произведения публиковал, лишь с 1927, исходя из всего выше сказанного мной, он даже чисто гипотетически не мог участвовать в этой войне. Теперь, можно отрывок?
- Нет, ты говоришь бред сивой кобылы,- продолжал Таромиров.
- Так, мне это надоело, если Вы господин Олег, сейчас же не прекратите, я Вас просто выгоню с аудитории, ибо Вы срываете пару.
Нормально, прочитать отрывок студентам так и не удалось, потому что для Таромирова слова преподавателя оказались пустыми. Дарья Васильевна была вынуждена просить студентов подготовить это же на следующий раз, при этом предупредив Таромирова, что в следующий раз при таком раскладе пригласит декана.
После этого, так называемого циркового представления, прошло ещё две пары. Студенты на перемене успели сходить в любимую блинную и отведать там самых вкусных и свежих блинов стоимостью в четыре копейки, которая была через дорогу от института. Зайти в аудиторию со сценой и на ходу посочинять коротенькие сценки, и, что довольно редко бывает, услышать похвалу от Воронцовой. Только вот не за само исполнение, а за то, что в свободное время полезным делом занимаются и тренируются.
Тем временем вечер всё больше входил в свои владения, а с ним и неофициальная атмосфера. «Яма» к вечеру была уставлена большим количеством керосиновых ламп, что создавало хоть какое-то освещения местности, пластинка на патефоне всё больше набирала оборотов, а студенты всё больше создавали толпу в поиски своих. Группа ребят- первокурсников, театрального факультета наконец собралась в единное целое и была готова к хорошему времяпровождению. Они всё больше шутили и рассказывали анекдоты, ставили вымышленные пантомимы и с некой иронией пытались читать классические отрывки, сами смеясь с этого. Вспоминали все неловкие моменты за этот период, смеясь с них, и конечно же, строили планы на будущее. Вскоре под звуки патефона они не выдержали и пустились в пляс. Словом всё шло так, как и полагалось на подобных мероприятиях. К началу двенадцатого темень полностью поглотила пространство и освещения от ламп ставало всё более заметной. В это самое время на данное мероприятия явился зачем-то Таромиров и мерзким противным голосом стал кричать, где группа актёрского мастерства первого курса. Когда всё-таки нашёл «своих», он попытался заговорить с кем-то, но в ответ, не получив ни слова, ибо все внимательно слушали рассказ Тони. Затем он стал уж больно пристально присматриваться к сидящим и его глаз пал на Аглаю. Девушка сидела на каком-то бревне, сложив нога на ногу, расклешённый коротенький сарафан предавал изящности её фигуры, наброшенная на плече шерстяная кофта с завязанными рукавами и небрежно разлетающиеся от ветра светлые локоны придавая некого шарму её образу. Её глаза буквально сияли от счастья, а ямочки на щеках никак не могли сойти. И за-за того, что было достаточно шумно, он наклонился к ней, шершавой лапой отодвинул разлетающиеся блондинистые локоны, и на ухо сказал:
- Мы не могли бы выйти на пару минут, я тебе хочу кой-что сказать, а здесь достаточно шумно.- девушка кивнула и начала вставать.
- Эй, ты это куда? Сейчас на гитаре будем играть и костёр разжигать.
- Я на минуту, Влад.
- Куда это ты, Аглаш? – спросила Ада.
- Сейчас буду, минуту. Без меня костёр не разжигайте, дождитесь пожалуйста!
- Так давай быстрее, а то пропустишь всё.- продолжала Тоня.
Со смехом, отходя от своих сокурсников, она пошла вслед за Таромировым, в надежде, что это не надолго. Они прошли одну толпу, вторую, и Аглая поняла, что он её практически уводит от места, где сидели все.
-Таромиров, куда мы идём? Давай здесь говори, что хотел и я пойду!- но на слова девушки он не реагировал, лишь своей потной вонючей лапой взял её за руку и стал тащить в неизвестном направлении. – Отпусти меня пожалуйста, мне больно, и мы ушли слишком далеко уже. Что тебе нужно?
Вскоре он дотащил её на берег реки, повернул к себе лицом и проклятыми лапами ухватился за изящные плечи. Так страшно Аглае ещё в жизни не было:
-Отпусти меня, пожалуйста!
Но слушать он её не стал, и весь настоящий кошмар был впереди. Незадолго после этой фразы, он сжал её в своих ручищах ещё сильнее и против воли юной особы стал целовать её. А вскоре, разодрав платье, просто использовав девушку так, как только ему этого хотелось. После утоления своего животного желания, он отбросил её на землю, как мешок с какой-то дранью и ушёл своей дорогой. У Аглаи случился шок, задыхаясь, в слезах, в изодранном платье, она не могла уложить в голове всё то, что произошло. Она смотрела на воду и в её мыслях было лишь одно: «Лишь бы хватило сил доползти до обрыва». Судорожно ползя по земле, она чувствовала такую опустошенность и ненависть к себе самой, что после всего дальнейшей жизни она просто не видела. Да и после всего произошедшего смотреть в глаза и находиться с тем, кого она любит, как ей, на тот момент, казалось, просто не имела права.