Глава 8
Около десяти утра, Ада с Аглаей выходили из общежития. Сегодня был выходной, и они решили прогуляться по осенней Москве. Они обе были одеты в плащи, из которых выглядывали у одной кусочек бордового вельветового сарафана, у второй темно-синего, розовый и зелёный береты, шарфы такого же цвета. Аглая имела ещё перчатки, которые просто обожала. Доходя до ворот, они услышали чей-то голос:
-Глаша!
Девушка обернула голову и увидела перед собой знакомый образ своей матери. Аврора Львовна была очень красива и далеко небедной женщиной. Зачастую ей приписывали статус Аглаиной сестры и напрочь отказывались верить, что она её мать. После смерти своего мужа Петра, ей с дочерью досталось всё имущество. Чтобы заглушить утрату супруга, она спряталась за спины своих ухажёров, которых никогда не любила. Лишь жила за их счёт, которых, кстати говоря, меняла как перчатки. Кстати о перчатках и шляпках: это были её любимые аксессуары и их у неё было много. Её изящную фигуру подчёркивал серенький осенний шёлковый плащ, который заканчивался на уровне колен, высокий каблук придавал грациозности этой леди. В зелёных глазах, можно было увидеть столько глубины и загадки, что невозможно было отвести взгляд. Благодаря своей идеальной фигуре, она могла позволить любые платья и роскошные наряды. Её вкусу очень часто завидовали окружающие, а свою дочь она с ранних лет учила тому же.
Единственный мужчина, которого она любила, после смерти супруга, по-настоящему, был её йоркширский терьер Диор,- она считала его своим вторым ребёнком и этого милого пёсика с рук не спускала.
-Мама!
-Здравствуй, моя дорогая! Как ты?
-Мамочка, я хорошо, спасибо, ты как? Я так за тобой соскучилась.
-Я тоже хорошо, вот с Диор приехали тебя навестить. А это что за милая особа?
-Мам, это Ада, моя лучшая подруга!
-Здравствуйте, Аврора Львовна, - сказала Ада. - Вы давно не виделись, я не буду вам мешать, пойду.
-Ад, ты нам не мешаешь, чего ты?- сказала Аглая.
-Да, чего вы, оставайтесь, тем более я ненадолго.
Ада подошла к Аглае, и на ухо сказала:
-Аглай, раз уж к тебе приехала мама, то не хочу Вам мешать. Давай я лучше к Владу тогда схожу?
Аглая на ухо так же ответила:
-Конечно беги, я же всё понимаю. Так бы сразу и сказала!
Ада попрощалась с подругой и Авророй Львовной и галопом побежала в метро, к Владу.
-Дочь, твоя подруга не подумала, что я её выгнала?
-Нет, мам, ты что? Она просто поехала по своим делам. Как ты доехала? Как Диор дорогу перенёс?
-Спасибо, хорошо доехали, Диор, спал на руках всю дорогу.
-Хочешь, здесь недалеко есть очень красивый парк, пойдём прогуляемся или на Красную площадь поедем?
-Что я площади не видела? Пойдём лучше в парк.
По осеннему городу они дошли в парк, осень всё чаще клала им под ноги жёлтые листья, а деревья пошатывали своими золотыми гривами. Они поговорили о делах Авроры Львовны, о её очередном ухажёре и недавно купленных обновках, о состоянии Диор. Затем мать всё же осмелилась спросить у дочери:
-Я, надеюсь, ты тут в Москве уже нашла себе достойную партию?
-Мам, снова ты о своём, мы уже сто раз говорили, что мне нужно стать актрисой, и я ней стану. Всё остальное меня не интересует.
Аглая и в правду долгое время так считала и отношения, как таковые, даже не хотела рассматривать. Она встречала много парней, но ей на них было откровенно плевать, и, кстати, об этом она им говорила в открытую и бесцеремонно. Все эти её установки накрылись с головой, когда она познакомилась с Ваней, своим куратором. Но матери она об этом говорить не хотела и гордо продолжала держать при ней свою позицию.
-Аглая, ты с детства была упёртая, стояла до конца на своём, ладно, пошли дальше гулять, погода осенняя хорошая!
В это время, Ада как раз поднималась по лестнице к Владу. Он жил на последнем этаже, и вид на город при любой погоде был просто великолепен. Открыв входную дверь, первое, что он сказал:
-Почему не предупредила, что придёшь?
-Разве должна была? Кажется, ты мне сказал, что рад видеть меня в любое время, или я ошибаюсь? Мне уйти?- с упрёком и достаточно высокомерно сказала Ада.
-Да, не то чтобы... впрочем, ладно, оставайся.
-Ты знаешь, твой тон меня абсолютно не устраивает, и я пожалуй пойду!
-Нет, нет, постой пожалуйста, я так сказал сонный, не подумал, хочешь, на крышу дома поднимемся, там вид на город очень красивый?
-Ты говорил, что твой отец работает в галереи?
-Да, а что?
-Он у тебя картины пишет же?
-Да, у него есть мастерская, можешь посмотреть.
-Отлично, тогда возьмём всё необходимое и пойдём на крышу писать осенний город с натуры!
-Ада...,- что-то ещё хотел сказать Влад, но Ада уже собирала всё необходимое в мастерской.
Они выбрались на крышу, вид и правда открывался просто необычайный, Ада разложила мольберт с холстом, взяла в руки кисть и масляными красками стала передавать на полотне все краски осени. Влад ходил по крыше рядом и пытался запечатлеть какой-то удивительный кадр. Вскоре у Ады, случайно, из рук выпала кисточка в жёлтой краске, он поднял её, но вместо того, чтобы отдать в руки, провёл по пальто девушки.
-Ага, значит так, тога получай,- Ада провела рукой по всей палитре и затем вытерла о Влада. Началась настоящая живопись, они уже, не думая, обрисовывали друг друга краской, по лицу, одежде, рукам. Это действие сопровождалось звонким смехом, и искренним горением глаз у обоих. Да, они вели себя как дети, но были откровенно счастливы. Когда закончилась краска на палитре, в ход пошли тюбики и всё баночки, которые попадались под руку. И хоть осеннюю картину Аде и не удалось закончить. Холстом в виде разукрашенного Влада, она была вполне довольна. Напоследок Влад запечатлел Аду в данном амплуа, сказав, что когда сделает эту фотографию, то поставит у себя в рамке на рабочем столе.