6
5 глава.
Зевая во весь рот, Фёст коротко объяснял в перерывах свою позицию по поводу того или иного вопроса в кабинете директора. Пока шло хорошо, и преподаватель по психологии одобрила их всех, отдавая их на суд директору.
— Наш проект называется «улучшение жизни студентов», но никак, не «сорок причин пройти психотерапию», — возмутился директор. — И ты, нонг, почему постоянно зеваешь?
— Простите, — извинился Фёст, торопливо докладывая. — Всю ночь дописывал курсовую работу.
— Ночью надо спать, молодой человек. — по-отцовски произнес директор и углубился в тест. — Мне нравится, что вы раскрываете за счет этого теста все проблемы студентов, но я не уверен, что заниматься их психическим здоровьем должны мы.
— На выводах этих тестов, мы можем вести лекции, разъясняя каждому студенту, как будет лучше для них, — добавила уточнения преподаватель по психологии, — Вы должны понимать, что, если студентов не слушают, значит, не слушают везде. И думаю, будет лучше, если наши выпускники, которые работают по профессии, смогут посвящать им свое время для помощи. — И поспешно добавила, — только в экстренных случаях.
— Думаю, привлечение других, будет означать, что мы не можем этим справиться, — отрезал директор. — Вы сможете проводить им сеансы психотерапии после лекций?
— Только за разумную оплату, — согласилась преподаватель и посмотрела на Фёста, — ты молодец, нонг.
— Да, нонг, размножь и разнеси по кабинетам, чтобы преподаватели смогли провести опрос прямо сегодня. Обработка всех этих тестов ложиться на третий курс психологии, правильно я понимаю?
— Да, — с готовностью кивнула преподаватель, передавая бумажку с точным количеством студентов. — После первого внедрения и анализа мы введем это во всех корпусах. Думаю, это будет более эффективно, чем мотивационные речи.
— Спасибо, — гордо произнес Фёст и попрощался со всеми, поспешно выходя из кабинета.
Его сердце так сильно билось и радость накатывала волной. Его труд оценили! Он создал что-то важное для общества! Фёст даже немного подпрыгнул, размахивая рукой от переизбытка чувств.
Ночи размышлений, тысяча и один раз начинать все сначала, изнурительный труд, на который он поставил все свое время, сейчас разлетится по всему университету. Он быстро забежал в копировальный отдел и принялся печатать, смотря, как листы обретают слова, попутно их скрепляя степлером. Фёст обожал этот день недели – среда, лучший день.
Он радовался первых полчаса, смотря на кипу бумаг. И как он должен это все нести? Коробка, которую ему подкинул преподаватель химии, уже была полна листков, и еще пачка у него в руках, что чувствовалась достаточно тяжелой.
— Тебе помочь? — спросил внезапно Кхао, заходя в копировальную комнату, — у меня окно.
— Да, — кивнул Фёст, смотря на парня и чувствуя, что его щеки пылают. — Буду благодарен, а то Эйджей сегодня не пришел.
Они шли по молчаливым, пока, коридорам, останавливаясь у каждого кабинета, чтобы передать преподавателю нужное количество, и молчали. Фёст стучался, отсчитывал бумаги и извиняясь покидал аудиторию, пребывая в волнении. Спускаясь на следующий этаж, все повторялось вновь.
Он не стал задавать вопросы про сообщения Кхао, и про его молчаливую помощь, лишь выполнял свое дело. Его сердце билось чаще от каждого взгляда этого парня, и становилось сложно не улыбаться весь путь.
На дне коробки оставалась маленькая партия листков, и Фёст был почти уверен, что сможет донести и раздать все сам. Ему было немного неловко, то, что он пользовался помощью Кхао в его законный час отдыха, поэтому сказал это:
— Дальше я сам, спасибо Кхао, ты меня выручил.
— Фёст? — тихо сказал Кхаотан, оставляя коробку на полу, и выпрямляясь. — Я...
Фёст резко повернулся, смотря на него с ожиданием. Он созрел? Он сейчас это скажет? Фёст почти ничего не слышал, но и Кхаотан ничего не говорил. Лишь смотрел ему в глаза, кусая нижнюю губу.
— Ты что-то хотел...
Кхао вмиг поднялся на носочки и прикоснулся к его губам в детском поцелуе, и сразу же убежал в сторону лестницы.
Фёст застыл, все еще ощущая жар в том месте, где коснулся Кхао и медленно потянулся за коробкой, заходя в последний кабинет.
А после, одной рукой держа пустую коробку, он прижал ладонь к своим губам, чувствуя, как быстро бьется его сердце.
***
— Здравствуйте, вы позвонили в службу «Я тебя выслушаю», и с вами на связи Кан, — Фёст все еще трогал свои губы, удивляясь собственному поведению.
— Я... мне надо поговорить. — голос молодой девушки был таким мягким, обволакивающим, что Фёст невольно потерялся в ответе на секунду.
— Я здесь именно для того, чтобы выслушать вас.
— Знаете, я ходила когда-то к психологу, — начала отдаленно девушка. — Не люблю, когда капаются в мозгах, пытаются что-то изменить во мне. Это ужасно неприятно. Поэтому, можно я просто расскажу, что со мной произошло, а дальше мы об этом забудем, как страшный сон?
— Поверьте, здесь не работают профессионалы, — спокойно сказал Фёст, слыша ехидное замечание в ответ:
— Ну, разумеется, раз у вас настолько большой рейтинг, то вы не профессионал, ага. — протянула девушка более грубо.
— Я просто умею слушать, — тихо рассмеялся Фёст, беря себя в руки окончательно. — С вами что-то произошло?
— И да, и нет, — девушка сомневалась рассказывать обо всем, поэтому начала сумбурно. — Я, короче, бывает. Ладно-ладно, что-то пошло не так. Я на прошлых выходных напилась, и... вытворила некоторую глупость, из-за чего мне сейчас очень стыдно.
— Вы убили кого-то? – спросил самый худший вариант после этих слов Фёст.
— Нет-нет, просто... мой парень мне изменил с моей подругой, — она разозлилась и принялась выговариваться так активно, что Фёст замер, боясь шелохнуться. — Даже не особо скрываясь! В кабинете клуба, представляешь? Я в таком шоке была, когда решила принести им напитки, прогуливая занятия, и увидела весь процесс в воочию. Нет, я конечно не стала врываться или еще что-то, сохраняя полностью вид «незнания». Мне хотелось посмотреть, к чему эти люди ведут.
— И на выходных, у вас не получилось сдержаться, верно?
— Именно. Я оттаскала ее за волосы, а ему вылила красное вино на белую рубашку с джинсами, — она не звучала расстроенной, когда это говорила. — Но, я все еще чувствую себя преданной.
— Вы же понимаете, что вы не виноваты в этом? — девушка на этих словах затихла. —Вашей вины в их поступках нет. Все хорошо, вы слышите?
— Мне этого не надо.
— Вы не виноваты в том, что он вам изменил, а подруга предала. — Фёст звучал более настойчивым. — Вы не ви-но-ва-ты.
— Я... — девушка внезапно зашелестела пакетом. — Я, правда же, никак не виновата?
— Вы не можете контролировать поступки других людей, как бы вы не пытались. — быстро сказал Фёст, — И вы не виноваты в том, что люди так поступают. Все будет у вас хорошо, только дайте жизни немного времени расставить все по местам.
— Но я его любила...
— Вы да, но он нет. — Фёст внезапно откинул всю эту браваду психолога и сказал на полном серьезе. — Этот ваш парень, если бы любил, то никогда бы не посмотрел на другую, даже если бы она танцевала голой на перед ним ночью в постели. Я вам это как мужчина говорю.
— Моя вина в том...
— Вашей вины здесь нет, еще раз повторяю, — Фёст старался говорить грубо, чтобы дошло до клиента, что он пытается донести. — Я бы никогда не посмотрел на другую, если бы любил. Мы, мужчины, выбираем себе пару, допускаем ее в жизнь и бдим за всем, что происходит с выбранным нами человеком. Никто в здравом уме не пойдет изменять любимой, потому что это признание ошибки выбора. Не мне вам говорить, насколько мы не любим ошибаться.
— Но, она-то его увела. — девушка слышала его и раздумывала, судя по тому, что говорила с явным сомнением.
— Значит, он признался всем, что ошибся.
Девушка затихла, обдумывая все сказанное и облегченно вздохнула.
— Знаете, а и черт с ними, — будто махнув на все сразу, ответила девушка, — если он так поступил, значит идиот, а она дура, раз считает отношения превыше друзей.
— Верно! Она осталась без подруги, а он еще к вам придет.
— Да сдались мне они! — громко сказала девушка и засмеялась, — спасибо, Кан, я прям почувствовала справедливость.
— Не за что, буду всегда рад вас услышать.
Абонент отключился, позволяя Фёсту улыбнутся. Иногда надо говорить только от сердца. Она эту ситуацию вскоре забудет, но урок с нее пронесет через года. В этом мире не все встречаются ради жизни вместе. Многие, как оказалось, считают, что отношения – это путь к стабильному социуму, и выбирают не тех. Это действительно звучало грустно.
Фёст лично считал, что с таким человеком как Кхаотан, он готов идти до самой смерти плечом к плечу. И было бы очень здорово, если бы их мысли друг о друге совпадали. Он снова коснулся губ, улыбаясь так довольно, испытывая все еще то ощущение в коридоре кампуса.
Он влюблен. И это так... классно.
— Здравствуйте, вы позвонили в службу «Я тебя выслушаю», и с вами на связи Кан, — проговорил Фёст, пребывая в эйфории чувств.
— Здравствуйте.
— У вас что-то произошло? — Фёст махнул головой, едва успевая словить наушник, который опасно выскочил из уха.
— М-мм, — парень на другом конце линии застенчиво поинтересовался. — О чем с вами можно разговаривать?
— О чем хотите, — отреагировал Фёст, интуицией чувствуя, что сейчас будет не самая позитивная история, услышанная в жизни. — Я здесь для того, чтобы выслушать вас и по мере возможности помочь.
— О как, — парень снова замолк, будто молчать ему легче чем говорить. — Меня сегодня избили мои друзья.
— О-оу. — Интуиция его не подвела.
— Да, и отобрали телефон, теперь вот опять со старым, — пожаловался парень дрожащим голосом.
— Вы сообщили об этом в полицию? — спросил Фёст, прикусывая губу от поспешности вопроса.
— Не могу. Они же мои друзья. — парень вновь начал закрываться от него.
— Тогда, какая была причина? — Фёст на секунду замер и спросил увереннее, — как вы себя чувствуете?
— Я? Ну, нормально. Голова болит, — ответ последовал незамедлительно и парень собравшись с духом принялся рассказывать. — Мы собирали деньги на поездку. Я должен был как самый ответственный снять на бунгало на компанию, а мой друг купить на оставшиеся деньги билеты. Мы все сложились, и я пошел домой, чтобы позвонить хозяину бунгало. Но, меня обокрали.
— Что? — Фёст удивленно распахнул глаза, слушая его рассказ.
— В общаге у нас живет один из компании, которая это сделала. — парень говорил уже увереннее, не страшась правды. — Они стояли возле входа, отобрав мою сумку так быстро, что я не успел ничего предпринять. И бросили ее, забрав бумажник. Когда я пришел, чтобы рассказать об этом парням, то они не захотели меня слушать, сразу налетев на меня.
— У вас есть общий чат? — поинтересовался Фёст, понимая, что в этой ситуации, парню нужна поддержка и весомые доказательства.
— Да, наверное, они меня еще не исключили оттуда. — пробормотал парень.
— Значит, сейчас идите на пост охраны или к администратору и просите видео с камеры, — серьезно произнес Фёст, смотря на блокнот перед собой. — Дальше, берите это видео и посылайте в чат с друзьями. Позже, когда они придут, идите в полицию все вместе.
— Вы думаете, они будут меня поддерживать?
— Я понимаю, что вы побоялись им сказать о том, что у вас отобрали сумку, — сказал Фёст, слыша напряженный вздох, — и поэтому они подумали, что вы вор. Вам нужно просто сделать, так как я вам сказал, и все будет хорошо.
— А если мне видео не дадут?
— Вам могут его не дать, но заснять даже на старый телефон с монитора вы сможете.
— Пойду, попробую, — торопливо сказал парень и засмущавшись протянул, — спасибо большое!
— Не за что, обращайтесь.
Фёст вытащил наушники с ушей и положил их в коробку. Впервые за долгое время, у него все сделано и не надо волноваться по пустякам. Это даже звучало круто! Фёст потянулся, обращая внимание на баночку зеленного газированного чая, и потянулся за ней, в надежде утолить голод.
— Здравствуйте, вы позвонили в службу «Я тебя выслушаю», и с вами на связи Кан — поднося трубку к уху, и все так же стараясь подхватить баночку не вставая с места, пробурчал Фёст.
— Привет! Это Ай! — снова громкие звуки от стадиона, но у Фёста четко сложилось впечатление, что тренировка там заканчивается.
Потому что звучал свисток и громкий голос одного человека, и смех. Громкий, достаточно звонкий. Интересно, а на каком стадионе проводят тренировки в восемь вечера? Любопытный факт, Фёст никогда не интересовался подобными вопросами.
— Рад тебя слышать! — Фёст постарался перестать так уж откровенно улыбаться ему в трубку. — Как у тебя дела?
Он так хотел ему прям сейчас рассказать, что это он, но тут же его остановила мысль: Кхао звонит в психологическую помощь не для этого. Может, позже, Фёсту выпадет шанс сказать ему об этом. Хотя... нет, он должен об этом молчать и спокойно развивать отношения в реальной жизни. Потому что будущий врач, и должен уметь хоть как-то разделять важное и личное.
— Да уж, дела у меня и вправду так себе, — усмехнулся Кхао, — Я, значит, все это время пытаюсь пригласить его на свидание. Во вторник увидев, насколько он много работает и учится, я струсил. Блин, привел в медпункт, смотрел на него целый час, и пока меня не выгнали на пары, пускал на него слюни. Отвратительно, правда?
— Нет.
— Врешь, — хохотнул Фёст, и громко цокнув продолжил. — Второй раз попытка была сегодня. И знаешь, что я сделал? Я его поцеловал! Черт, какой же я неудачник, раз вместо того чтобы открыть рот, решил это совершить! Это же не нормально, Кан!
— Думаю, тебе пора с ним поговорить серьезно, — успокоил прилив ругательств Фёст. —Он же не догадывается, что происходит между вами. Представляешь, о чем он сейчас думает?
— Ненавидит меня, да? — Кхао нервно рассмеялся, протягивая «М-мм». — Точно ненавидит.
— Не думаю, что это так, К... Ай, вы просто должны поговорить, и если тебе не влепили пощечину, значит есть шанс на взаимность. — Фёст откровенно уже хотел сказать: да иди ко мне зайди и мы поговорим как люди! Но, его что-то беспокоило, что-то что было в тоне Кхаотана, в его сегодняшнем настроении.
— Взаимность, ха, — судорожный вздох и Фёст распахнул глаза от осознания, что Кхао плачет. — Он и я? Да как я мог даже на мгновение поверить? Я за ним тянусь как за чертовой звездой, которая непостижима для меня. Как я могу быть рядом? Низкий, глупый, еще в добавок бедный. Я не могу ничего сделать, как и тогда. Я штудировал учебники почти до того, что могу наизусть рассказать темы, пытался все время доказать – я достоин быть рядом.
— Ай, ты в порядке? — прервал поток слов Фёст, вставая со стула.
— Конечно я в порядке. Что с дураком случится? Ну, плачу, да, — звон раздался в динамике, — Бывает и такое.
— Ты можешь себя просто принять таким, какой ты есть и начать этим гордиться? — Фёст встал возле своих тапочек, думая над тем, чтобы прийти прямо сейчас к Кхао, дойти до него и заставить выкинуть всю эту чушь из головы.
— А чем гордиться? — Фёст на этих словах решительно обулся и схватив ключи, вышел из своей комнаты, спускаясь по лестнице общежития. — В начале, я думал, что я классный. Каждый раз замечая его взгляд, я мечтал ему сказать все как на духу. Но... знаешь ощущение, будто он самый чистый человек, которого я знаю. Меня ужас пробирает, когда я представляю, что такая грязь как я его коснется.
— Ты не грязь, — Фёст засомневался по дороге, вслушиваясь в монолог Кхао, и спросил, — ты сейчас где-то в шумном месте, да?
— Да, прости, мне до сих пор стремно говорить в комнате, ощущения будто подслушивают. — Кхао высморкался, — извини, я сейчас на университетском стадионе. Опять же смотрю, как я просто теряю свою мечту.
— Он там? — глупо спросил Фёст, быстрыми шагами стараясь дойти до кампуса, благо общежитие находилось в десяти минутах ходьбы от него.
— Нет, тут другое, — Кхао внезапно затих, — вот знаешь, я сегодня же его поставил в самую глупую ситуацию на свете. Он же, добрый, мне кажется даже мухи не убил за всю жизнь, выгоняя ее с помощью разговора. А тут я, внезапный как слон, взял и поцеловал его. Конечно, его реакция, останься я там, была бы адекватной. Он бы точно завел со мной долгий разговор... хотя, опять я мечтаю. Не стал бы он долго говорить со мной, только бы принял слова извинения.
— Ты хочешь перед ним извиниться? — Фёст уже видел корпус, а за ним открытый стадион, замедляя шаг.
— Да, за то, что действую как дурак. — Кхао тихо усмехнулся, — но за поцелуй никогда не извинюсь. Надо было его еще обнять, чтобы не жалеть.
— Эй. К...Ай, ты хочешь быть с ним?
— Очень. Так же, как и не хочу. Я боюсь его красоты, но так люблю его, что это мешает дышать. — Кхао говорил тихо, заставляя Фёста останавливаться вовсе, чтобы вслушаться в слова. — Я не могу быть с ним. Даже если я решусь, и он согласится, то все к чему бы мы не пришли, будет только боль. Я приношу неприятности, и этими отношениями я навлеку на него их. Ему лучше быть с Эйджеем, нежели со мной.
Фёст остановился, прижимая телефон к уху посреди улицы. Рано. Черт, почему он так поспешен в своих выводах и желаниях? Почему он надеялся, что с Кхао будет все и сразу? Он такой наивный. Развернувшись на пятках, он медленным шагом пошел обратно, слушая как Кхао снова плачет, выдавливая из себя слова.
— Представь, вот что я ему могу дать?
— А ты не думал, что ты боготворишь его? — Фёст медленно переставляя ноги, пытался привести его в чувство. — Он же простой человек, который тоже, наверняка, хочет вторую половинку, заботиться о ней и быть с ней рядом.
— Никогда такой человек как он, не сделает выбор в мою сторону Кан, — Фёст зашел за поворот, продолжая ход под слова Кхао. — Тысячи людей в сотню раз лучше меня, и я никогда их не догоню. Не существует что-то такого, что его бы привлекло. Просто фантазии, попытки совсем не отчаяться.
— Ай, все же может быть не так.
— Все так. — голос был полон уверенности. — Когда мама мне сказала, что в доме нет ничего моего, есть только общее, я это принял. И сейчас принимаю как данность. Нельзя быть эгоистом, считая, что весь мир крутиться вокруг моей персоны.
Зато мир Фёста медленно закручивался на Кхаотане. Нормально быть эгоистом и жить для себя. Нормально любить человека и надеяться на взаимность. Почему, Кхао? Ты можешь быть чертовым эгоистом, слышишь? Можешь!
— Ты ошибаешься, — сказал Фёст, проглатывая все эмоции, все слова, и всю свою внутреннюю борьбу, шагая до общаги. — Есть твое, а есть чужое. Общее, это значит воздух, земля, море.
— Если ты не заработал на это, значит это не твое, — побил его аргумент Кхао. — А человек вообще не может быть в собственности. Я это понимаю, но я хочу обладать одним единственным. Но, это ненормальное чувство. Я не могу любить его, пока не могу любить себя.
— Ай, — Фёст встал около входа в общагу и проговорил с полной серьезностью, — если тебя закинуть на необитаемый остров, что у тебя останется?
— Ничего.
— Неверно. — Фёст вдохнул ночной воздух и почувствовал, как дрожат его руки, — Ты. Только ты останешься у себя. А какой ты, Ай?
— Ха. Больной я, — горько рассмеялся Кхао. — Я ничто. Умею просто прожигать дни и ни-че-го.
— А теперь без критики в свою сторону. — остановил поток отчаяния Кхао, Фёст. — Ты хорошо учишься?
— Ну, это да, стараюсь.
— Ты позитивный?
— Вроде да, люди чаще улыбаются со мной.
— Ты помогаешь другим?
— Разумеется.
— Значит, у тебя уже есть качества, за которые ты можешь себя любить, — Фёст почувствовал, как его сердце колошматит. — Старание, позитив и отзывчивость. Мне продолжать?
— А как можно у вас психологов, на курс записаться? — спросил так растерянно Кхао, что Фёст слабо улыбнулся.
(П/Р: на курс повышения самооценки? А можно мне тоже?)
— Ты и так можешь звонить мне каждый день.
— Честно Кан, спасибо за добрые слова. Я надеюсь, что стану лучше, потому что я... я люблю его. Никогда в жизни мне не было так плохо от отсутствия человека. Так хочу прийти к нему, и не могу.
— Значит, сделаешь это, когда сможешь. — Фёст почти что дошел до двери. — Перестань сомневаться, действуй, потом подумаешь, когда придет время. Тем более, я уверен, что он к тебе неровно дышит. И помни: Верь в то, что ты есть.
— Ха, вот я возьму это и поверю, — рассмеялся Кхао, так знакомо, что сперло дыхание. — Спасибо тебе Кан. Ты лучший и не удаляйся, пожалуйста.
— Я здесь, К..Ай, и буду ждать твоего звонка, — сказал Фёст, поднимаясь на свой этаж, и когда открыл дверь в свою комнату, Кхао сбросил.
Он медленно закрыл двери и уселся на пороге, сжимая телефон в руке. Он не смог. Он хотел... но не смог, потому что он такой трус. Кхао так много сделал по отношению к нему, а он не смог подойти к нему и просто, признаться.
Как же больно признавать свою беспомощность. Фёст еще такой ребенок, который просто начитался умных книжек, и возомнил себя психологом. Ему самому требуется хорошая встряска.
Он такой дурак. Кхао... он его не простит.
Этот день для него стал самым болезненным из всех, что были в его жизни. Чертова среда.