Глава 7
О боже, никогда еще меня не посещали сексуальные фантазии такого плана, если я обнимаюсь с парнем, к тому же на подобном фильме. Видение предстало таким реальным, что я непроизвольно прикоснулась губами к его плечу и поцеловала, с опозданием сообразив, что делаю. Слава богам, через одежду он не мог ощутить этого прикосновения, вот бы, наверное, повеселился. Или решил, что я сошла с ума.
Я отпрянула от него и вернулась на свое место.
Он повернул голову и взглянул на меня, даже в темноте я ощущала взгляд.
— Уже не страшно, — шепнула я, — спасибо за поддержку.
Теперь я откинулась назад и снова прикрыла глаза. Он сидит здесь, совсем рядом, я чувствую исходящее от него тепло, и, если чуть подвинуть ногу, касаюсь своим коленом его ноги, невесомо, но этого достаточно, чтобы появилась слабость в ногах и во всем теле. Моему телу комфортно, приятно и спокойно сидеть с ним вот так рядом, что больше никого вокруг не нужно, и не нужно слов. И….
— Дамы и господа, сеанс окончен.
Свет ударил по векам, заставив сощуриться, и я поняла, что в первый раз в жизни пропустила весь фильм.
— Хорошо спалось? — осведомился Милохин, подавая мне куртку.
— Не очень.
— Что так?
— Сон дурацкий приснился. Я теперь точно знаю, что терпеть не могу ужастики.
— А мне понравилось.
— Неужели?
Ну вот, пока я как последняя идиотка представляла невесть что, Милохин и ухом не повел. Сидел и преспокойно смотрел фильм, и тот ему даже понравился, при том, что я не запомнила ни слова.
Вместе с другими зрителями мы покинули зал, и направились к выходу. Я шла молча, косилась на Милохина и пыталась списать свои чувства на временное помутнение. В конце концов, это я должна была его соблазнять, а не он меня, а что в итоге? Я, как дура, мечтала о том, что окажусь в его объятиях? Нет, я не должна и мысли допускать, что он может мне нравиться. Это только пари, ничего больше. Глупое, безответственное поведение, которое привело к вот таким вот последствиям. Нельзя допустить, чтобы я хоть на секунду больше, чем это нужно для дела, думала о нем.
— Отвезу тебя домой, — предложила я, когда мы подошли к моей Ауди и Милохин забрал свой рюкзак.
— Не стоит, остановка рядом.
— Ладно, как скажешь, — весь задор пропал, осталась только слабость и дурацкое ощущение, что я вновь в своем детстве, расшибая лоб в кровь бьюсь в закрытую дверь, пытаюсь получить одобрение от того, кому до меня нет никакого дела.
— Пока, Гаврилина, увидимся на лекциях.
— Давай.
Он повернулся чтобы уйти, я же развернулась к машине с намерением заползти в салон, чтобы остаться одной. Тогда я смогу дать волю обуревавшим меня чувствам.
Но вдруг сделал шаг назад и притянул меня к себе.
— Когда я сказал, что мне понравилось, я имел в виду не фильм, Гаврилина, а ужастики терпеть не могу.
Поцеловал куда-то в район виска и зашагал прочь.
И что это значит?
Я смотрела на его удаляющуюся фигуру, силясь понять, что это сейчас было. Прикоснулась рукой к виску, к тому месту, где за секунду до этого чувствовала касание его губ, но сразу же отдернула руку.
А ничего не было, просто решил пожалеть, небось увидел, что глаза у тебя почти на мокром месте. Но все же? То есть, не хотел же он сказать, что ему понравилось обниматься со мной, или хотел?
Совершенно обескураженная, я, наконец, нырнула в салон, завела мотор и поехала домой.
Чашка горячего чая, плед и книга помогут справиться с бессонной ночью.
Уснуть удалось ближе к пяти утра, зато, когда прозвенел будильник, еле смогла оторвать голову от подушки. Сначала мелькнула мысль забить сегодня на пары, но тут же пересилила себя, поднялась с кровати и поплелась в душ.
Прохладная вода немного взбодрила, но в теплом салоне машины снова укачало, а потому на лекции я приехала сонная и слегка растрепанная.
Подруг встретила на улице, и мы вместе пошли на занятия.
— Как прошло свидание с Толиком? — поинтересовалась я у Милы.
— Он классный, — весело пропела она, — сегодня мы снова встречаемся, идем в кино.
При слове «кино» я вздрогнула. Как ни старалась прогнать нахлынувшие вчера чувства, сейчас они вновь дали о себе знать.
Посмотрела по сторонам, очень хотелось увидеть Милохина и убедиться, что вчерашние ощущения просто игра больного воображения, но его не было видно. Студенты разбредались по аудиториям, только нужного среди них не наблюдалось.
Первой парой сегодня стоял семинар по теории государства и права, а вот следующей парой будет история политических и правовых учений, вместе со всеми группами, может он на нее придет.
Но и тут меня ждало разочарование, место, на которое он обычно садился, пустовало. Зато среди компании вновь вошедших студентов обнаружился Зимин и сразу направился к нам. Совсем забыла, что совместная лекция означает, что его группа будет также присутствовать.
— Привет, Олег, — сказала вяло, после того как он уселся рядом и чмокнул меня в щеку.
— Салют прилежным ученицам, Юля, отлично выглядишь.
— Что-то тебя давно не видно, — заметила Алена.
— Лень было сюда тащиться.
— А сейчас что пришел? — спросила я.
— Из-за тебя, лапонька, — и он приобнял меня за плечи. — Увидеть и напомнить про вечеринку у Вовки на даче.
Я прикрыла веки и попыталась оценить, что я чувствую. Тяжелая, с буграми мышц, рука Олега давила на плечо, вызывая дискомфорт. Аромат его парфюма ударяет в нос, так что хочется чихнуть, и голова вот-вот разболится, он что, вылил на себя полфлакона? В целом, хочется сбросить его руку и отсесть подальше.
Так я и сделала. Осторожно вынырнула из-под его объятий, и сдвинулась на полметра.
— Слушай, Олег, я…в общем, извини, но я не смогу пойти с тобой.
— Что-то ты сегодня не в настроении, не выспалась?
— Выспалась, просто я…
— Что?
— Олег, извини, но…
— Ничего не хочу слушать. Подойду к тебе на следующей паре, тогда и поговорим.
Он сорвался с места и пересел к компании ребят.
— Что за навязчивость! — возмутилась Алена.
— Юль, ты правда не хочешь с ним идти? — спросила Мила.
— Конечно нет, не говори глупостей, у нее ведь есть Милохин, — ответила за меня Алена и выразительно посмотрела на меня.
Я закатила глаза. Ага, есть. Головная боль и проблемы на пятую точку.
— Кстати, как там у вас продвигается? — спросила она.
— Ну так, сама не знаю, все очень странно.
— Вот, а вечеринка отличный шанс наладить отношения. Так что правильно ты отшила Зимина. Теперь пригласи Сережу, а уж там флаг тебе в руки.
— Не знаю. Девочки, вам не кажется, что все это может зайти слишком далеко?
— Например?
Подруги уставились на меня.
— Ну, не знаю. Вдруг, этот Третьяков мне и вправду понравится?
— И что? Выиграешь спор и встречайся себе на здоровье, пока не надоест.
— Да, но я не хочу.
— Не хочешь с ним встречаться? — нахмурилась Алена.
— Не хочу, чтобы он мне нравился, — выпалила я, — он, он такой…Черт, да вы видели его. Равнодушный, себе на уме, в общем, просто не хочу и все.
Подруги переглянулись, я вскочила.
— Черт, не осилю сидеть здесь целый час, мне нужно пройтись и выпить кофе, прикроете?
— Да, конечно.
Я выскочила из аудитории очень вовремя, как раз за минуту до начала лекции и отправилась к кафе.
Заказала большую порцию Капучино, села за столик и начала пить его мелкими глотками, прикрыв глаза от наслаждения и чувствуя прилив энергии с каждой порцией кофеина. Осталось посетить тренировку по йоге, и душевное спокойствие полностью восстановится.
— Свободно? — белобрысый полноватый парень подсел ко мне за столик, хотя вокруг было полно незанятых мест и поставил перед собой кофе с бургером. Впился в него зубами и начал жевать.
— Да, пожалуйста.
— Ты с первого курса? Тебя как зовут? — спросил снабитым ртом, — меня Вадик.
Почти как брата, надеюсь, ты не сидишь с утра до вечера в компьютерных играх, рацион у вас по крайней мере одинаковый.
— Познакомимся?
— Слушай, извини, но ты выбрал не лучший момент.
Я поднялась и направилась к выходу.
— Эй, подожди.
Я помахала ручкой и поплелась вперед по коридору. До конца пары еще пятнадцать минут, может заглянуть в библиотеку? Давно собиралась, да все откладывала.
Дошла до конца коридора, спустилась по ступенькам, размышляя над словами подруг, что стоит пригласить Третьякова. А действительно, почему нет? Чем больше я об этом думала, тем сильнее нравилась идея. Решено, как только увижу его, подойду и приглашу, что тут такого? Не с Зиминым же идти в конце концов, а Вовка обидится, если не появлюсь, сам лично приглашал, уже обещала. Завернула за угол и замерла на месте.
В нескольких метрах от меня чуть привалившись к широкому подоконнику сидел Третьяков собственной персоной, а рядом с ним стояла Гурова, та, что ближайшая подруга Стужевой. Вот она встала на мыски, потянулась к его лицу и что-то шепнула на ухо. Он ответил, и парочка рассмеялась. Боже, что это значит?
Я сделала полшага назад и укрылась за стеной.
Прижимается к Третьякову всем телом в короткой юбке, а он похоже не возражает. Чуть ли не обнимает, хотя должен быть на лекции. Я-то думала он на работе, ну на крайний случай отсыпается, а он тут с Гуровой. Черт, а я из-за этого типа полночи не спала. Нужно убираться отсюда, пока не заметили, но ноги словно приросли к полу.
Вдруг Гурова снова потянулась к нему и их губы на секунду соприкоснулись. Черт, они реально поцеловались?
Я развернулась и пошла прочь, досматривать дальше нет никакого желания. Пусть делают, что хотят, я же умываю руки. Значит, я для него слишком ветреная и глупая, а Гурова в самый раз? Отлично, просто отлично.
— Что случилось? — воскликнула Алена, когда я нагнала из на перемене.
— Да, на тебе лица нет, — поддержала Мила.
— Третьяков только что целовался с Гуровой.
— В каком смысле?
— В самом прямом. Обнимался, шептался, смеялся, а потом они начали целоваться.
— Ты уверена? — нахмурилась Мила.
— Более чем.
Я во всех подробностях расписала сцену, свидетелем которой стала пять минут назад.
— Я из кожи вон лезу, но не удостаиваюсь минимального знака внимания, а с Гуровой пожалуйста, — закончила я рассказ.
— Подожди, — протянула Алена, — что-то тут не так.
— Да, — Милка перешла на шепот, потому что в этот момент мимо нас проходила стайка студенток-первокурсниц, — а вдруг это происки Анжелки? Гурова ее лучшая подруга, ну вот она и уговорила ее.
— Что? Целоваться с Третьяковым?
— Ну да.
— Ага, только он был совсем не против, его она тоже уговорила?
— Ну, я тогда не знаю. Не могу поверить, что он предпочел тебе эту Гурову.
— Именно так.
С нами поравнялась компания парней, Зимин в два шага оказался около меня.
— Вот ты где, ну что, красавица, подумала насчет вечеринки? — он него несло сигаретным дымом, понятно, чем он занимался в перерыве. — Учти, я жду положительный ответ.
Третьяков тоже вывернул из-за угла. Один. Но это ничего не значит, после того, что я видела.
— Подумала. Да Олег, я пойду с тобой на день рождения к Вовке, с удовольствием.
— Сказала громко, чтобы кое-кто проходящий мимо все слышал.
Взгляд, который бросил на меня Третьяков, смог бы заморозить Африку, но я встретила его с ледяным спокойствием. Двуличный тип, который не стоит моего мизинца.
— Умница, ответ верный, — довольно сказал Зимин.
Я кисло улыбнулась. У меня нет выбора. Я не могу позволить себе быть слабой, просто не могу.
— Оль, плюнь на все и поехали в торговый центр, — шепнула Алена.
— Неплохая идея.
Мы загрузились в мою машину и отправились за покупками. Говорят, шопинг оказывает терапевтическое воздействие на женскую психику, значит я не стану исключением.
Милка вскоре распрощалась и побежала на свидание с Панкратовым, мы с Аленой продолжили сеанс терапии.
Я и правда купила платье, нежно голубое, под цвет глаз, пару свитеров оверсайз, джинсы и всего по мелочи, Алена платье вишневого цвета и несколько костюмов, а потом к нам к нам подошли два симпатичных парня и завязался разговор.
Гена и Давид, так звали новых знакомых, пригласили нас в кофейню и принялись угощать кофе с пирожными. Давид оказался мастером рассказывать анекдоты, так что мы смеялись всю дорогу. В общем, вечер удался, несколько часов я не вспоминала Третьякова, с чем могла себя поздравить.
Пришла домой уставшая, сказывалась еще прошлая бессонная ночь, бросила пакеты при входе в свою комнату и повалилась на кровать. Все, что мне сейчас нужно, это несколько часов глубокого сна без посторонних мыслей и желательно без снов.